В 1926 году 23-летняя русская эмигрантка Ольга Протасова встретила русского эмигранта Марка Минущина. Он был милый, интеллигентный, влюблен был в нее без памяти, у него были красивые глаза. У них родилась дочка Майя. Марк был родом из Витебска и дружил с другим Марком – Шагалом. Майя Минущина до сих пор помнит, как отец привел ее совсем маленькой в гости к Шагалу и Шагал обещал подарить ей кошку. И обещания своего не выполнил. Ах, легкомысленный Шагал! Разве можно подавать ложные надежды женщинам, обманывать ожидания? Даже если это совсем крошечные, пятилетние женщины – тем хуже, у них впереди целая жизнь несбывшихся надежд.

Но и Ольга виновата была тоже. Мало что у него были красивые глаза? Разве она не знала, что Марк – еврей, что это опасно для жизни? Впрочем, может, еще и не знала тогда, в 1926-м. Ведь многие не знали этого даже в 1940-м. Не знали и тогда, когда немцы приказали евреям нашить на одежду шестиконечные звезды… Теперь это всем известно. Известны все знаки и знаменья. Современная русская поэтесса вместила их в стихи:

Марка арестовали 22 июня 1941 года. У него еще был вдобавок советский паспорт. И он зарегистрировался в префектуре как еврей. Он тоже не знал, что это смертельно. Он больше не вернулся домой: сгорел в печи Освенцима…

Ольге оставалось еще целых полвека жизни, она прожила их сполна, а дочке Майе – больше полвека сиротства, она тоже вкусила его сполна… С годами характер у Ольги не становился легче, и вся тяжесть ложилась на плечи дочери.

В начале 70-х Ольга вдруг начала писать картины. Ее первым учителем был прославленный Андрей Ланской. За 20 лет Ольга написала полторы сотни полотен. Они нравились знатокам. Парижская мэрия даже хотела купить несколько картин…

Майя выбрала нелегкую профессию: она переводит прозу с русского на французский. Кому здесь нужна русская проза – свою-то не знают куда девать? И платят за художественный перевод гроши. Но что делать? Профессию, как и родителей, чаще всего не выбирают – их посылает судьба…