Поднявшись на холм, мы съехали вниз по светлому бетонному шоссе, миновали мост и на середине следующего склона свернули на мощенную щебнем дорогу, вьющуюся среди карликовых дубов. Метелки степной травы, покачивавшиеся на склоне холма, были похожи на водяные фонтанчики. Колеса шуршали по щебню и скользили на поворотах.

Наконец мы добрались до деревянного дома с широкой наружной галереей, стоящего на высоком цоколе из валунов, скрепленных раствором. В тридцати шагах от него, на вершине холма, вращался ветряной двигатель, приводивший в движение электрическую турбину.

Седой медленно подъехал к дому, остановился рядом с коричневым «линкольном», выключил двигатель и поставил мой «мармон» на ручной тормоз.

Затем вынул ключ зажигания, старательно уложил в кожаный чехольчик и спрятал в карман.

Его товарищ отворил дверь дома. В руке у него был револьвер. Я вышел из машины, седой тоже; все вместе мы зашли в дом.

Стены большой комнаты были отделаны искусно отполированными сосновыми досками. Ступая по индийскому ковру, мы приблизились к противоположным дверям. Седой осторожно постучал.

- Кто там? - раздался чей-то голос.

- Это я, Бэсли. Со мной тот тип, с которым вы хотели поговорить, - сказал седой, поклонившись дверям.

Тот же голос из-за дверей приказал нам войти. Бэсли приоткрыл двери, впихнул меня внутрь и закрыл их за моей спиной.

Эта комната тоже была отделана сосной и украшена индийским ковром. В камине с шипеньем и треском пылали сухие поленья.

За большим полированным столом сидел Фрэнк Дорр.

Он принадлежал к людям, любящим сидеть за письменным столом, чтобы опираться на него брюхом, перебирать лежащие на нем предметы и интеллигентно выглядеть. У него было жирное, обрюзгшее лицо, седые волосы ежиком, быстрые глазки и небольшие изящные руки. На нем был слишком широкий серый пиджак. На столе перед Дорром лежал черный персидский кот; он терся о небольшую руку, почесывающую его за ухом, и помахивал хвостом, свисающим с края стола.

- Садитесь, - сказал Дорр, не отрывая глаз от кота.

Я сел в широкое кожаное кресло.

- Как вам тут нравится? - спросил он. - Довольно симпатично, а? Это Тоби, мой дружок.

- Мне не нравится, каким образом я сюда попал, - ответил я.

Дорр поднял голову и посмотрел на меня, слегка приоткрыв рот. У него были красивые зубы - плод стараний дантиста.

- Я человек занятой, - бросил он. - Так было проще всего, чтобы не вдаваться в лишние дискуссии. Не хотите ли выпить?

- Конечно хочу, - ответил я.

Дорр ласково обнял кота, потом оттолкнул его, положил руки на подлокотники кресла и слегка покраснел, прежде чем ему удалось встать. Он подошел к стенному шкафу и вынул оттуда пузатый графин с виски и два стаканчика с золотым ободком.

- Льда сегодня нет, - сказал он, возвращаясь валкой походкой к столу. - Придется пить чистое виски.

Он наполнил оба стаканчика, жестом указал мне на один, сел, закурил длинную коричневую сигару, подвинул сигарницу ко мне, раскинулся в кресле поудобнее и бросил на меня взгляд совершенно расслабившегося человека.

- Значит, это вы засадили Мэнни Тиннена? - обратился он ко мне. - Мне это не нравится.

Я потихоньку цедил виски. Оно было слишком хорошо для питья глотками.

- Жизнь иногда становится сложной, - протянул он так же спокойно и ровно. - Политика, даже когда доставляет развлечение, гробит здоровье. Вы меня знаете. Я человек безжалостный и всегда добиваюсь своего. Теперь мне уже не нужно так много, но если я чего захочу- сделаю для этого все. Я не слишком щепетилен.

- Да, так о вас говорят, - вежливо отозвался я.

Дорр заморгал, посмотрел на кота, притянул его за хвост к себе, перевернул на бок и начал почесывать ему брюхо. Казалось, коту это нравится.

Дорр внимательно взглянул на меня.

- Вы убрали Лю Харгера, - почти прошептал он.

- Почему вы так думаете? - спросил я без особого энтузиазма.

- Вы убрали Лю Харгера. Возможно, он заслуживал этого. Он получил прямо в сердце пулю тридцать восьмого калибра. У вас револьвер этого калибра, и все знают, что пользоваться им вы умеете. Прошлой ночью вы были в «Лас-Олинас». Харгер выиграл кучу денег, а вы должны были его охранять. Однако вам в голову пришла лучшая мысль. Вы догнали его и эту девицу в Вест-Кимаррон, влепили в него пулю и хапнули деньги.

Я допил виски, поднялся с кресла и налил себе следующую порцию.

- Вы договорились с этой девушкой, - продолжал Дорр, - однако из этого ничего не вышло. Ей пришла в голову другая знатная мысль. Хотя это уже не имеет значения; полиция нашла рядом с телом Харгера ваш револьвер. Ну и деньги при вас…

- Приказ о моем задержании уже отдан? - спросил я,

- Еще нет… Они ждут моих указаний. Револьвер также еще не представлен… Вы понимаете, у меня много друзей…

- Меня здорово приложили у выхода из заведения Каналеса, - не спеша начал я. - Ну что ж, я это заслужил. У меня пропал револьвер. Я не смог догнать Харгера и с этого момента больше его не видел. Сегодня утром ко мне пришла эта девица. Она принесла деньги и сказала, что Харгер был убит у нее дома. Поэтому деньги находятся у меня, я должен их сохранить. Я не был уверен, что она говорит правду, но главное, она принесла деньги. Кроме того, Лю был моим другом. Я начал расследование.

- Нужно было оставить это полиции, - криво улыбнувшись, сказал Дорр.

- Не исключено было, что кто-нибудь постарается впутать в это дело девушку. А кроме того, у меня появилась возможность честно заработать несколько долларов.

Пальцы Дорра приблизились к мордочке кота, который лениво куснул, а затем вырвался из его рук и, сидя на краю стола, стал облизывать лапку.

- Двадцать два куска, и эта девица отдала их вам на сохранение! - размышлял Дорр. - Это совершенно на нее не похоже. Деньги у вас, - продолжал он, - Харгер убит из вашего револьвера, девушка пропала, но я сумею ее вернуть. Думаю, в случае чего она может быть ценным свидетелем.

- С этой рулеткой в «Лас-Олинас» провернули какую-нибудь штучку? - спросил я.

Он допил виски и снова воткнул в рот сигару.

- Ясное дело. - Голос его звучал беззаботно. - В дело вошел Пино, крупье. Колесо было отработано так, чтобы шарик останавливался у двойного зеро. Старая штука. Медная кнопка на полу, вторая кнопочка в подошве туфли Пино, провод вдоль его ноги, во внутреннем кармане - батарейка.

- Каналес вел себя так, как будто ничего об этом не знает.

Дорр захихикал:

- Он знал, что колесо обработано. Не знал только, что его главный крупье играет за другую команду.

- Не хотел бы я быть на месте Пино, - заметил я.

Дорр пренебрежительно махнул рукой, в которой была зажата сигара.

- Им уже занялись…

Сидя в кресле, я пожал плечами и слегка изменил позу.

- Вы чертовски хорошо информированы. Это все для того, чтобы поставить меня в ситуацию, в которой я должен буду уступить?

Он мягко улыбнулся:

- Черт побери, конечно, нет! Просто так уж получилось… Как по хорошо составленному плану. - Он снова взмахнул сигарой, и серый клуб дыма на секунду прикрыл его хитрые глазки. Из соседней комнаты доносился приглушенный разговор. - У меня много своих людей, иногда я вынужден идти им навстречу, хотя их делишки не всегда мне нравятся, - пояснил он.

- Например, Мэнни Тиннен? - спросил я. - Он давно крутился около городского совета, многое знал… О'кей, мистер Дорр. Но что я могу для вас сделать? Совершить самоубийство, что ли?

Он рассмеялся. Его плечи добродушно подрагивали.

- Это никогда не пришло бы мне в голову, - ответил он. - У меня есть лучшее предложение. Общественность приняла убийство Шеннона близко к сердцу, и нет никакой уверенности, что окружной прокурор не доведет дело Тиннена до приговора, несмотря на ваше отсутствие, если ему удастся вдолбить людям, что вас убрали, чтобы избавиться от свидетеля.

Встав с кресла, я подошел к столу и, опершись на него, наклонился к Дорру.

- Без глупостей! - слегка испугавшись, резко произнес он, дернулся в сторону ящика стола и сунул в него руку.

Смеясь, я смотрел на его руку. Он вынул ее из ящика, в котором лежал револьвер.

- Показания в суде уже даны, - заметил я.

Дорр уселся поудобнее и послал мне улыбку.

- Людям свойственно ошибаться. Даже пронырливым частным детективам… Вы можете письменно отказаться от своих показаний.

- Нет. - Голос мой был очень тих. - В таком случае мне грозит обвинение в ложных показаниях, и приговора не миновать. Уж лучше быть обвиненным в убийстве - из этого еще можно выпутаться. Кроме того, Фенвезер, возможно, сможет мне помочь. Он не захочет потерять свидетеля.

Дело Тиннела слишком для него важно.

- Итак, приятель, ты попробуешь выпутаться из этой истории. - Голос Дорра звучал спокойно. - Но твоя репутация будет подмечена так, что никакой суд присяжных не вынесет Тиннену приговор на основании твоих показаний.

Я медленным движением руки почесал кота за ухом и спросил:

- А что с этими двадцатью двумя кусками?

- Можешь их оставить себе, если пойдешь нам навстречу. В конце концов, это не мои деньги… Если Мэнни выпустят, могу подбросить еще немного из своего кармана.

Я пощекотал коту горлышко. Он тихо замурлыкал. Мягким движением я взял его на руки и, не глядя на Дорра, тихо спросил:

- Кто убил Лю Харгера?

Он покачал головой.

- Хороший у тебя кот, - продолжал я.

Дорр облизнул губы:

- Мне кажется, этот маленький стервец тебя полюбил. - Он улыбнулся. Казалось, это доставляло ему удовольствие.

Я кивнул головой и швырнул кота прямо ему в лицо. Он тихо заскулил и вскинул руки, чтобы защититься. Кот ловко перевернулся в воздухе и когтями обеих лап вцепился ему в лицо, разодрав щеку, как шкурку банана. Раздался громкий крик.

Когда Бэсли и его приятель ворвались в комнату, я уже успел выхватить из ящика револьвер и приставить ствол к шее Дорра.

Немая сцена длилась около минуты. Потом кот вырвался из объятий Дорра, спрыгнул на пол и исчез под столом. Бэсли поднял револьвер с видом человека, который не знает, что делать дальше.

Я сильно вдавил ствол в шею Дорра и прервал молчание:

- Фрэнки получит пулю первым, ребята. И не думайте, что я шучу.

Дорр застонал.

- Оставьте его. - Он вынул из кармана пиджака носовой платок и приложил его к окровавленной щеке.

Криворотый начал продвигаться вдоль стены.

- Мне не смешно, - проговорил я. - И я не шучу, Вы двое - стоять!

Тип с кривым ртом смотрел на меня с ненавистью, Руки его были опущены.

Дорр повернул голову и попробовал говорить со мной через плечо. Мне не видно было выражение его лица, но страха в голосе не было.

- Это ничего тебе не даст. Я мог бы приказать убрать тебя, если бы это было мне нужно. Ну и что ты теперь будешь делать? Если кого-нибудь застрелишь, тебе будет хуже, чем если бы ты принял мое предложение. По-моему, у тебя нет выхода.

Я секунду размышлял над этим; Бэсли смотрел на меня с участием, как будто все происходящее было для него обычным делом. А вот во втором не было и тени участия. Я внимательно прислушался - в доме господствовала полная тишина.

Дорр наклонился вперед, отодвигаясь подальше от дула револьвера.

- Ну что? - спросил он.

- Я ухожу, - решил я. - Если ты прикажешь Бэсли бросить мне ключи от машины и отдать мой револьвер, я готов забыть об этой истории.

Дорр вздрогнул, как будто хотел пожать плечами.

- И что дальше?

- Взвесь получше свое предложение, - ответил я. - Если ты обеспечишь мне соответствующую защиту, я могу пойти тебе навстречу… Ну а если ты настолько крут, как тебе кажется, несколько часов разницы не будут иметь значения.

- В этом что-то есть, - захохотал Дорр, а затем обратился к Бэсли: - Спрячь пушку и отдай ему ключи… И револьвер.

Бэсли вздохнул, осторожно сунул руку в карман брюк и бросил чехольчик с ключами рядом со столом. Криворотый поднял руку и положил ее во внутренний карман, а я укрылся за спиной Дорра. Криворотый вынул мой револьвер, положил его на пол и движением ноги послал в мою сторону.

Выйдя из-за спины Дорра, я поднял ключи и револьвер и боком двинулся к двери. Дорр равнодушно наблюдал за мной, его взгляд был полностью лишен выражения. Бэсли повернулся, чтобы стать ко мне лицом, и отошел от двери, когда я к ней приблизился. Второй едва сдерживал себя.

Я вынул ключ из замка и вставил его с обратной стороны.

- Ты напоминаешь мне раскидай, - сонным голосом произнес Дорр. - Чем дальше отскочишь, тем быстрее вернешься на место.

- Ну, может быть, резинка немного ослабла, - бросил я.

Выйдя и повернув ключ в замке, я ожидал выстрелов. Их не было.

Покинув дом, я завел мотор, круто развернулся и, взвизгнув шинами, взлетел на вершину холма. За мной никого не было. Когда я добрался до бетонного моста, был уже третий час. Некоторое время я вел машину одной рукой, а другой вытирал вспотевшую шею.

Морг размещался в конце светлого, тихого коридора позади центрального холла здания окружного совета. В гладкой, облицованной мрамором стене было две двери. На матовом стекле одной из них была надпись: «Вскрытие трупов». Я открыл другую дверь и оказался в небольшой, уютной приемной.

Голубоглазый, рыжеволосый мужчина с прямым пробором разбирал формуляры, грудой лежавшие на столе. Он поднял голову, внимательно посмотрел на меня и внезапно улыбнулся.

- Привет, Лондон, - сказал я. - Вы помните дело Шелби?

Он прикрыл глаза. Потом встал и подошел ко мне, протягивая руку.

- Конечно. Чем могу… - Он внезапно оборвал предложение и щелкнул пальцами. - Черт побери! Это ведь вам удалось заделать этого бандита!

Я выбросил окурок в приоткрытую дверь, ведущую в коридор.

- Я по другому делу. Во всяком случае сегодня. Здесь у вас лежит парень по имени Лю Харгер… Насколько я знаю, его нашли убитым в Вест-Кимаррон прошлой ночью или сегодня утром… Я мог бы его осмотреть?

- Не имею ничего против, - ответил Лондон.

Он ввел меня в залитый ярким светом зал, в котором все было выкрашено в белый цвет. У одной из стен стоял ряд больших контейнеров с застекленными окошечками. За стеклами были видны укутанные в белые простыни мумии на фоне покрытых инеем труб.

На столе, установленном так, что голова лежала выше, чем ноги, лежал труп, прикрытый простыней.

Лондон профессиональным движением приоткрыл неподвижное желтоватое лицо. Длинные, темные, слегка влажные волосы были разбросаны по небольшой подушке. Полуоткрытые глаза равнодушно смотрели в потолок.

Я подошел ближе, чтобы посмотреть в лицо; Лондон слегка отодвинул простыню и постучал пальцем по груди, отозвавшейся пустым звуком, словно деревянный ящик. Над сердцем виднелось пулевое отверстие.

- Хороший, чистый выстрел, - сказал он.

Я быстро отвернулся, достал сигарету и мял ее в пальцах, глядя в пол.

- Как установили личность?

- По содержимому карманов, - ответил Лондон. - Разумеется, мы проверяем сейчас отпечатки пальцев. Это ваш знакомый?

- Да.

Лондон потер большим пальцем челюсть. Мы вернулись в приемную, и он опять сел за стол. Покопавшись в бумагах, достал одну из них.

- Полицейские обнаружили его в половине первого ночи на обочине старого шоссе, ведущего в сторону от Вест-Кимаррон, в четверти мили от перекрестка. Ночью там почти нет движения.

- Вы могли бы поточнее определить время смерти? - поинтересовался я.

- Незадолго до этого. Он был еще теплый, а ночью там довольно холодно.

Я вставил в рот незажженную сигарету и поигрывал ею, перекатывая губами.

- Могу спорить, что пуля, которую вы из него извлекли, была тридцать восьмого калибра, - сказал я.

- Откуда вы знаете? - быстро спросил Лондон.

- Просто угадал. Мне приходилось видеть следы от таких пуль.

Лондон внимательно посмотрел на меня, в его глазах блеснул интерес. Я поблагодарил, попрощался и, выйдя в коридор, закурил; потом, поднявшись на лифте на шестой этаж, пошел по длинному коридору, точь-в-точь похожему на нижний. Здесь в нескольких небольших, скромно обставленных комнатах работали чиновники следственной службы, подчинявшейся окружному прокурору. Пройдя примерно половину коридора, я открыл дверь и вошел в комнату.

За столом, стоящим у стены, развалившись, сидел Бэрни Олс, шеф следственной службы, с которым в случае необходимости мне посоветовал связаться Фенвезер.

Это был среднего роста, белобровый блондин с выступающей челюстью и глубокой ямкой на подбородке.

У другой стены стоял еще один стол; кроме него тут были только два жестких стула и медная плевательница, стоящая на резиновом коврике.

Олс кивнул мне, поднялся со стула и закрыл дверь на замок. Затем вынул из стола плоскую металлическую коробку с сигарами, закурил одну, а остальные пододвинул мне.

Я сел на стул, слегка качнув его назад.

- Ну что? - спросил Олс.

- Это Лю Харгер. Я думал, может, кто-нибудь другой.

- Нонсенс. Надо было меня спросить, я бы сказал. Кто-то нажал на дверную ручку, затем постучал и, не дождавшись реакции, отошел от двери.

- Он умер между одиннадцатью тридцатью и двенадцатью тридцатью пятью. В течение этого часа его могли убить там, где было найдено тело. Но для того чтобы все случилось так, как представила девица, времени недостаточно. Я тоже не успел бы его застрелить.

- Так, - протянул Олс, - может быть, вы смогли бы доказать это. И то, что его не убил ваш друг из вашего револьвера.

- Маловероятно, чтобы друг воспользовался моим револьвером… если это действительно мой друг.

Олс проворчал что-то и кисло улыбнулся.

Я перестал раскачиваться на стуле и внимательно посмотрел на него.

- Разве в таком случае я пришел бы сюда, чтобы рассказать о деньгах, револьвере и обо всем, что связывает меня с этим делом?

- Конечно, - равнодушно произнес Олс. - Если бы знали, что это уже сделал кто-то другой…

- Вижу, Дорр не любит попусту тратить время, - заметил я, вынул изо рта сигарету и швырнул ее в направлении медной плевательницы. Потом встал. - О'кей. Пока еще нет распоряжения о моем аресте, схожу наверх и расскажу свою версию.

- Присядьте еще на минутку.

Я сел. Он вынул изо рта сигару и резким движением отшвырнул ее. Окурок портился по коричневому линолеуму дотлевать в углу комнаты. Олс, положив руки на стол, постукивал пальцами. Он стиснул челюсти, верхняя губа слегка приподнялась.

- Дорр уже, наверное, знает, что вы сейчас у меня, - сказал он. - Вы до сих пор на свободе, так как у них нет полной уверенности, но они обязательно рискнут и прикажут вас засадить. Если Фенвезер проиграет на выборах, со мной все будет кончено. В случае, если я сейчас пойду вам навстречу.

- Если он добьется приговора для Мэнни Тиннена, то не проиграет.

Олс вынул из коробки очередную сигару и прикурил ее. Взял со стола свою шляпу, поиграл ею и надел на голову.

- Зачем девица рассказывала историю об убийстве в ее квартире, трупе на полу… всю эту ерунду?

Они хотели затянуть меня в ее квартиру, сообразили, что я поеду проверить. Так они заманили меня в безлюдную часть города. Там им было легче убедиться, что за мной не следуют люди Фенвезера.

- Это только предположение, - кисло произнес Олс.

- Конечно, - ответил я.

Олс убрал со стола свои массивные ноги, с шумом переместил их на пол и упер руки в колени. Сигара в! уголке его рта нервно подрагивала.

- Интересно познакомиться с парнем, который отдал бы двадцать два куска только затем, чтобы подкрепить свою сказочку… - нехотя протянул он.

Я опять встал и двинулся к двери.

- Куда это вы заспешили? - поинтересовался он.

Я повернулся и, пожав плечами, равнодушно глянул на него.

- Мне кажется, все это вас не очень интересует. Олс тяжело поднялся с кресла.

- Этот таксист наверняка отвратительный мелкий жулик, - устало проговорил он. - Возможно, люди Дорра не знают, что его показания имеют для всего этого дела известную ценность. Поехали к нему - сразу, пока он еще хоть что-нибудь помнит.