Эсад Вайр разглядывал улицу с рамы монорельсовой дороги, втиснувшись в промежуток между колеей и полотном трассы, необходимый для плавной амортизации составов на пневматической подвеске. Сейчас этому процессу мешала тщательно размещенная болванка из адамантия. Пассажиры, ежедневно добиравшиеся в архив Менорум из своих клановых жилбашен и обратно, ощущали легкую тряску, но больше ничто не выдавало присутствия Зверя Круля в подулье, расположенном в регионе Австралазия-минорис. От взглядов с проспекта его прикрывали конструкции магистрали, а от авгуров — электрические разряды в растрепавшихся кабелях.
Вайр лежал в чрезвычайно неудобной позе, однако карьера ассасина вообще не подразумевала удобств. Такой ему выпал удел — незаметно следить. Даже прослушивая переговоры в улье Ташкент, он наблюдал, оставаясь невидимым. Если на каком-то этане жизни Эсад и не прятался, то уже забыл, когда это происходило. В его храме Вененум царила тьма; когда агента не обучали сражаться или применять яды, то натаскивали в скрытности. Его роль состояла в том, чтобы сблизиться, затаиться, атаковать и отступить, и Круль хорошо с ней справлялся.
Сейчас он пребывал в краю гор, убранных под крышу. Строители мегаполиса не сровняли гряду с землей, а просто застроили, создав небольшой подземный мир. На обрубки пиков давило тяжелое стальное небо верхних уровней. Границы подулья определялись угловатыми выступами скал и грязного металла. Древние здания из ранних эпох человеческой истории лепились к гигантским опорным колоннам города наверху. Из всех загнивающих скалобетонных трущоб в поле зрения Эсада находилась только одна замусоренная улица, омываемая дождем из сточных вод. Он не хотел бы встречаться ни с кем из людей, появлявшихся здесь.
Ассасин ждал уже очень долго и начинал нервничать.
Обычно Вайр не задавал никаких вопросов по заданию, кроме уточнений, нужных для подготовки к акции. Но на сей раз, скрываясь в шумном закутке, он терзался непониманием.
Зачем Вангоричу нужна смерть Вернора Зека? Дракан делился с Крулем многими соображениями, но не всеми. Эсад сам видел, какими никчемными стали Верховные лорды, и разделял возмущение великого магистра. Но почему именно Зек? Он же ничем не хуже прочих чиновников. Вайр даже считал, что Вернор заметно лучше многих из них.
Почти все владыки Империума или хорошо управляли своими организациями, но плохо разбирались в политике, или наоборот. Пожалуй, главный провост-маршал был одним из трех членов Совета, одинаково удачно справлявшихся с тем и другим. Его не слишком волновали личное богатство или авторитет. Зек исполнял свой долг, и даже больше того. Он интересовался делами районных силовиков на Терре ничуть не меньше, чем занятиями влиятельных межзвездных законников Адептус Арбитрес. Доказательством этому служил гот факт, что Круль сейчас наблюдал за каким-то захудалым подучастком на задворках планеты, а не рыскал по дворцовым чертогам.
Но, возможно, Вернор отправился сюда не только потому, что умел находить общий язык с любым сотрудником и вникал в заботы своих адептов на всех уровнях. Поездка могла означать и нечто иное: например, то. что Зек догадался о слежке за ним. Если на тебя хотят напасть, лучше окружить себя испытанными специалистами по уличным боям, а не кроткими слугами из высоких шпилей. Если предположение верно, то гамбит Эсада не сработает. Ему придется выйти на свет и самому закончить работу.
Персональный транспорт Вернора, стоявший у входа в подучасток, охраняли четыре БТР Адептус Арбитрес для подавления беспорядков. Машина уже несколько часов не двигалась, что стало первой проблемой из двух, тревожащих Круля. Вторая заключалась в невозможности избавиться от цепочки умозаключений, которые проносились в голове Вайра так же часто, как над ним грохотали поезда, возившие писцов с пустыми глазами между двумя строениями, где проходила вся их жизнь.
Думал он вот о чем. Если кто-то счел — по мнению Эсада, несправедливо, — что Зек заслуживает смерти, то почему бы не счесть таковыми и всех Верховных лордов? Возможно, их действительно собираются убить, и Круля направили сюда потому, что агент его способностей лучше всего справится с главным провост-маршалом, обладающим множеством аугментаций. Но вероятно и то, что Дракан решил убрать Вайра в сторону перед тем, как исполнить столь грандиозный замысел. А это уже скверно: значит, Вангорич разуверился в своем излюбленном оружии.
Крулю совсем не хотелось терять доверие повелителя. Сегодня Дракан отдаляется от него, а завтра удалит его.
Эсад вернулся мыслями к заданию. «Миссия важнее всего» — так его учили с самых юных лет. «Нет власти выше, чем великий магистр».
Вайр повторял эти фразы про себя, пока они не смешались в какую-то бессмыслицу, но сомнения агента только усилились.
Что, если Вангорич хочет и его смерти?
Услышав, как сдвигается несмазанная дверь, Круль тут же посмотрел на подучасток в магнокль. Человек, очень похожий на Вернора Зека, сел в его персональный транспорт. Секунду спустя мужчину окутало облако токсичного газа из крошечного устройства, спрятанного Эсадом в ходовой части. Зеленый туман пополз из машины, разъедая все на своем пути.
По улице разнесся вой сирен, из здания хлынули арбитраторы. Вайр меж тем изучил пикт-захват на экране магнокля. «Вернор» оказался слишком широким в плечах и недостаточно высоким; разница в пару миллиметров, но тем не менее. Кроме того, картина теплового излучения его органических частей не совпадала с данными из файлов в памяти прибора.
Значит, не Зек.
На дороге внизу завизжали шины. Из-под колес скоростного бронеавтомобиля, сжигающего синтрезину на разбитом жестком покрытии, взхметнулись клубы синеватого дыма.
— А вот это Зек, — сказал Круль.
Агент выбрался из укрытия. Спрыгнув с шестиметровой высоты, он отвалил от стойки монорельса кусок пластального металлолома, под которым обнаружился мощный мотоцикл.
Менее чем через секунду Эсад устремился в погоню за легкой бронемашиной. Арбитраторы успели что-то прокричать и открыть по нему огонь, но безрезультатно.
Цель с головокружительной скоростью мчалась по улицам подулья. Автомобиль не объезжал мусорные завалы, а прорывался через них и разметывал. Повернув вправо, машина Вернора ринулась по узкой дороге в глубь трущоб. Прочным носом она сносила замызганные лачуги, ютящиеся на руинах погибших цивилизаций. Их злополучные обитатели разбегались во все стороны. Круль ловко огибал людей, продолжая преследование. Шофер-арбитр вел хорошо, но никто не мог превзойти Вайра.
Ускоряясь, цель направилась к мосту через русло реки, высохшей дюжину веков назад. Мимо со свистом понеслись ржавеющие опоры. Слева от полотна располагалось дно древнего моря, где под беспорядочными грудами хлама еще виднелись разветвленные следы устья исчезнувшего потока. Чуть дальше, где поверхность сглаживалась, находился фундамент улья, опирающийся на саму кору Терры. Пластальная стена выше прибрежного утеса служила неестественно близким горизонтом. Немытые окна в ней выходили на скалы и мерзкие картины истинной сути Тронного мира.
У основания стены начинался неиспользуемый транзитный тоннель, помеченный по краям грязными черно-желтыми полосами. Судя по информационному табло, он вел на высшие уровни Нозелантского улья. Бедняки с нижних ярусов не могли позволить себе личный транспорт, и никто из обитателей верха не желал спускаться к ним, поэтому трасса пустовала, как это пересохшее русло. Пункты сбора оплаты стояли без дела.
Почуяв, что спасение близко, водитель вдавил педаль газа. Круль тоже прибавил оборотов, и мотоцикл рванулся за бронеавтомобилем со звериным ревом, отголоски которого разнеслись по небольшому металлическому аду. Когда машина приблизилась ко входу в трубу, Вайр нажал кнопку на руле. Маленькая ракета, вырвавшись из переднего обтекателя, уже на подступах к тоннелю поразила цель в правую заднюю четверть. Оторванное взрывом колесо, пылая, поскакало с заброшенного шоссе в скопление руин возрастом никак не меньше двадцати тысяч лет.
Взбрыкнув, автомобиль юзом слетел с дороги и хрустко врезался в край транзитной трубы. Эсад снизил скорость и, вытащив пистолет, спрыгнул с сиденья. Машинный дух-автопилот умчал мотоцикл прочь. Перекатившись в момент приземления, Круль поднялся, держа оружие обеими руками.
Его обтягивающий спецкомбинезон без рукавов покрывала грязь, накопившаяся за время ожидания. Кожа под волосами зудела. Ассасин был в дурном настроении.
Над двигательным отсеком броневика взвилось пламя: загорелись топливные баки. Бортовые системы жалостно пищали, как перепуганная добыча хищника.
Сначала Вайр подошел к месту шофера. Окна имели одностороннюю прозрачность, и агент не видел салон. Взяв пистолет одной рукой, он пробил стекло кулаком с адамантиевыми вставками, вцепился в дверь и оторвал ее.
«Даже я, человек, способный на такое, оказался беспомощным против орков на Улланоре», — подумал Эсад.
Круль тут же осознал, что отвлекся на мысли о разочарованиях последних месяцев и едва не погубил себя. Он с запозданием выпустил в голову водителя иглу из замороженного яда.
Выбитая задняя дверь машины вылетела, рассыпая осколки стекла. Обернувшись, Вайр увидел, как она проносится над дорогой, падает с лязгом и скользит по грубому покрытию, волоча за собой хвост из искр. Он понял, что допустил необратимую задержку. Всего полсекунды, но столь краткого промежутка времени хватило бы, чтобы нашпиговать Зека токсичными зарядами... если бы Эсад не задумался о зеленокожих.
Вернор наотмашь ударил по игольнику бионической рукой. Сломанное оружие, несколько раз перевернувшись в воздухе, упало и затерялось в остатках забытого прошлого расы людей.
— Круль, питомец великого магистра, — произнес Зек, выбираясь из искореженной машины.
С его тела сваливались клочья горящего мундира. Взглянув на обнаженный торс арбитра, Вайр понял, что Вернор утратил огромную долю биологических тканей. Вся левая сторона его тела — от солнечного сплетения до кончиков пальцев — состояла из многослойной пластали. Справа сохранилось чуть больше органической материи: аутентический протез руки заканчивался ниже плеча. Обе ноги были механическими. Редкие участки кожи среди металлических вставок покраснели от ожогов, но Зек словно бы не чувствовал боли.
— Я не погибну по воле этого змея!
Оторвав от корпуса автомобиля кусок металла, Вернор швырнул его в голову Эсада.
Ассасин увернулся, принял защитную стойку и начал отступать от идущего к нему Зека.
— Предатель! — взревел арбитр. — Хочешь убить Верховного лорда?
Он бросился на Круля, замахиваясь для удара. Агент уклонился, и кулак Вернора обрушился на скалобетонную дорогу с такой силой, что человеческая грудная клетка превратилась бы в фарш.
— Мне поручили устранить тебя. Мои желания к делу не относятся.
— Тог, кто бездумно повинуется приказам, — не меньший предатель, чем тот, кто сам замышляет вероломство. Твой господин намерен узурпировать власть в Империуме. Ты настолько же виновен, как и он.
— Мне приказано только убить тебя, — возразил Эсад.
Ему не следовало разговаривать с объектом, но вернувшиеся дурные предчувствия заставили.
Вернор снова атаковал, и Вайр пригнулся. Он услышал скрип в левом колене противника: Зек все же пострадал при аварии.
— Что ж, я уверен, о собственном выживании ты заботишься так же серьезно, как об исполнении долга, — сказал провост-маршал. — После переворота Вангорич покончит с тобой.
Круль помедлил: недавно он размышлял именно об этом.
Кулак Вернора врезался ассасину в грудь. От удара прогнулся металл, укрепляющий ребра, и треснули кости. Эсад отшатнулся. Рассмеявшись, арбитр хотел отвести руку, но Вайр вцепился в нее обеими кистями, выкрутил, распрямил и поймал предплечье Зека в захват. Сервомоторы протеза зажужжали, сопротивляясь напору, однако мускулы Круля были улучшены не хуже его скелета, и агент постепенно заставил противника опуститься на скалобетон.
— С данной моделью аугментики есть проблема: хотя конечность очень сильна, плечевые соединения непрочны вот в этом направлении, — произнес Эсад и резко опустил ребро ладони на плечо Вернора.
Взревев от боли, Зек принялся молотить Вайра свободной рукой. Ассасин давил все мощнее, спокойно принимая удары.
Левая рука арбитра со скрежетом и хрустом смялась вокруг сустава. Пласталь треснула, заискрила проводка, и конечность бессильно повисла. Круль выпустил жертву. Провост-маршал неловко поднялся на ноги, но Эсад, крутнувшись на месте, пнул его в поврежденное колено. Сочленение раздробилось, и Вернор снова рухнул на трассу.
— Те, кого я укладываю, уже не встают, Зек. — Вайр занес упрочненные кулаки, готовясь к смертельному приему.
— Постой! Подожди! — крикнул арбитр. — Ты же замешкался. Тебе понятно, что он убьет тебя.
— Все мы когда-нибудь умрем, — заметил ассасин.
— Но зачем гибнуть вот так, в бесчестье? Как же твои обеты верности?
— Я лоялен великому магистру и никому иному.
— Неправда! Ты обязан повиноваться Императору Человечества, а не Дракану Вангоричу. Просто подумай, Круль! Твоя организация сторожит все прочие, но кто устережет сам Официо? Вангорич взбунтовался. Ты хочешь провести всю жизнь, убивая тех, кто не согласен с ним? В этом путче нет нужды — Тейн уже назначил Дракана лордом-защитником. Он убивает только потому, что хочет править единолично!
Эсад опустил руки.
— Ты понимаешь! — радостно воскликнул Вернор и приподнялся, встав на целое колено. — Тебе надо остановить его, Круль. Только ты сможешь подобраться к нему. Нам всем конец: если Вангорич отправил тебя за мной, самым верным из служителей Императора, то ни один из Верховных лордов не доживет до следующей недели.
— Видимо, поэтому я здесь, — произнес агент. — Вангорич отослал меня, догадываясь, что я не соглашусь с ним.
— И ты сообразил только сейчас?
— Я не настолько умен, как Дракан Вангорич! Ты думаешь, в ином случае он держал бы меня при себе? — Вайр тряхнул головой и заходил взад-вперед, кипя от гнева. — Не выйдет. Я — следующий в его списке. Мне лучше исчезнуть.
— Ты должен попытаться. Если Вангорич возглавит Империум, произойдет катастрофа. Никто не может руководить в одиночку. Задуши его правление в зародыше и верни лорда-жиллимана. Ты станешь героем!
— По-твоему, мне нужны слава и почет? Или чтобы мне поставили памятник? — Круль рассмеялся. — Я же ассасин!
— Тогда подумай о будущем расы людей. Если оно не волнует тебя, то ради чего ты убивал? Значит, ты просто чудовище.
Агент отступил на шаг. Зек все так же смотрел на него снизу вверх, неудобно повернув изуродованное лицо. Он, а не Эсад, сейчас напоминал монстра. Но истинная чудовищность всегда таится внутри — так Хорус и его братья скрывали свое вероломство. Если даже Круль сумеет ускользнуть и будет жить на какой-нибудь захолустной планете, вечно оглядываясь через плечо, он окажется ничем не лучше Вангорича. Отказавшись действовать, Вайр станет соучастником измены.
— Хорошо. Ладно. Все равно я не смогу вернуться в Ташкент. Сделаю вид, что я по-прежнему его верный бойцовый пес, а потом укушу что есть сил. Но мне понадобится доказательство твоей смерти. Только так он поверит мне и оставит возле себя.
— Бери все, что необходимо, — с нескрываемым облегчением сказал Зек.
— Мой выбор тебе не понравится. — Эсад взял моноволоконную гарроту, висевшую у него на разгрузочном поясе.
— Погоди! Стой! Наверняка есть другой способ...
— Прости, но мне нужна твоя голова.