К книге
Жизнеописания трубадуровЖИЗНЕОПИСАНИЯ ТРУБАДУРОВ. XII БЕРТРАН де БОРН-СЫН[431]
16%
ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ТРУБАДУРОВ. XII БЕРТРАН де БОРН-СЫН[431]
46

Когда король Ричард умер[432], у него остался брат, прозванный Иоанном Безземельным[433], ибо не было у него никакого своего удела. Он стал Английским королем, вместе с королевством унаследовав также герцогство Аквитанское и графство Пуатье. И как только он получил королевство, герцогство и Пуатевинское графство, он сразу отправился к графу Ангулемскому[434], у которого была дочь красоты необыкновенной, девица лет пятнадцати, каковую эн Ричард помолвил с эн Уго ло Брюном, графом Марки[435], племянником и вассалом Джоффруа Лузиньянского; граф же Ангулемский притом сам обещал ему отдать ее в жены и принимал его как собственного сына, ибо не было у него больше ни сына, ни дочери. И вот Иоанн Безземельный, придя, объявил графу Ангулемскому, что хочет дочь его взять в жены и, вынудив у графа согласие и тут же с нею обвенчавшись, вскочил на коня и удалился в Нормандию с молодой женой.

Когда же граф Марки прознал, что король увел его невесту, он весьма опечалился и обратился с жалобой ко всем своим родственникам и друзьям, каковые весьма разгневались и порешили пойти в Бретань за Артуром, сыном графа Джоффруа[436], и объявить его своим сеньором, – а они могли это сделать по праву, ибо он был рожден графом Джоффруа прежде короля Иоанна. Так они и поступили, сделав Артура своим сеньором и принеся ему клятвы верности, после чего доставили его в Пуатье, захваченный ими, за вычетом нескольких укрепленных замков и крепостей, у короля. Король же оставался с женой в Нормандии, не отходя от нее ни ночью ни днем, за едой ли, за питьем, во сне или наяву, и возил ее за собой на охоту по полям и лесам вместе с соколами своими и ястребами. А бароны тем временем завладели всеми его землями.

Но вот раз постигла их великая неудача, когда они осадили королеву-мать в замке под названием Мирабель[437], а король, заручившись иноземной поддержкой, тайно пришел ей на помощь, подкравшись так незаметно, что эту новость они узнали лишь когда он оказался с ними бок о бок у осажденных стен. Найдя всех спящими, он захватил их в плен – Артура с вассалами его и всеми его людьми. Снедаемый, однако, ревностью по своей жене, без которой он не мог жить ни одной минуты, он покинул Пуатье и возвратился в Нормандию, бросив всех своих пленников взамен захваченных им заложников и клятв, а оттуда отправился в Англию, прихватив с собою Артура, эн Саварика де Маллеона[438] и виконта де Шательро. Там он Артура убил, а Саварика де Маллеона и виконта де Шательро заточил в башне Корф[439], где им не давали ни есть, ни пить.

Когда же король Франции[440] узнал, что король Иоанн проследовал с супругой в Англию, то он вошел в Нормандию с большим войском и завладел всеми его землями, а пуатевинские бароны восстали и весь захватили Пуатье целиком, кроме Ла-Рошели. Эн Саварик де Маллеон, будучи человеком доблестным, догадливым и щедрым, исхитрился, однако, бежать из плена и овладеть замком, в котором был заточен. Тогда король Иоанн заключил с ним мир и отпустил его, вверив ему все остававшиеся еще у него гасконские и пуатевинские земли. И эн Саварик стал вести войну со всеми врагами короля Иоанна и целиком отвоевал у них Пуатье и Гасконь. А король всё оставался в спальне со своей женой в Англии, и не давал в помощь и поддержку Саварику де Маллеону ни людей, ни денег. И вот тогда Бертран де Борн-младший, сын Бертрана де Борна, сочинителя многих сирвент, сложил по поводу великой нужды, постигшей эн Саварика, и по поводу жалоб всех жителей Пуатевинского графства такую сирвенту:

Когда, новый сезон открыв[441],

Покрывает ветки листва

И всходят цветы и трава,

Ищу я слова и мотив:

Почувствовав дух перемен,

Петь об Иоанне начну[442]

И сирвенту так поверну,

Чтоб он стал от стыда румян.

Живет он, позорно забыв,

Что чтит его предков молва,

На Тур и Пуатье права

Филиппу без битв уступив[443];

Плач летит от гиеннских стен[444]:

Где Ричард, что тратил казну

На бои? Утверждать дерзну,

Что с ним несравним Иоанн.

Лишь к охоте он не ленив:

Ястреб быстр и свора резва –

Вот чем занята голова;

Сам себя наследства лишив,

Поступил он не как Говен[445];

Отдает Логроню страну[446];

Чаще был, увы, в старину

Нами виден военный стан.

Мы, будь ныне Людовик жив,

Ждали б не могильного рва,

Но такого же торжества,

Как когда был разбит Халиф[447];

И притом нет за ним измен –

Вот чем я Иоанна кольну,

То поставив ему в вину,

Что бездействен как истукан.

К вам, бароны, был бы призыв

Тщетен, знаю, так что едва

Коснусь самого существа:

Всякий из вас глуп и труслив,

На знаменах – лишь грязь и тлен,

Даже то, что я вас кляну, –

Похвала вам: легко лгуну

За избыток выдать изъян.

Дама, искренен мой порыв[448],

Только Вами душа жива,

Но достойные Вас слова

Подберу ли? – Несправедлив

Золота на свинец обмен:

Чтите Юность Вы, и жену[449]

Посрамили тем не одну,

Как монах кадуэнский – сан[450].

Саварик[451], король лучше в плен

Сдастся, чем объявит войну:

Так зачем же другим в плену

Пребывать? Иль страдать от ран?

Предыдущая главаГлава 46 из 283Следующая глава