Бертран де Борн родом был из Лимузина. Был он виконт Аутафорта[182], где могло укрываться свыше тысячи человек[183]. Имел он братьев, долей наследства коих завладел бы он, если бы не король Английский[184]. Складывал он отличные сирвенты, кансон же сочинил не более двух[185], и король Арагонский сирвентам этим дал в супруги кансоны Гираута де Борнеля[186], а тот, кто их распевал, звался Папиолем[187].

Был он муж благовоспитанный и куртуазный. Графа Бретани прозвал он "Расса"[188], короля Английского "Да-и-Нет"[189], а сына его, Короля-юношу, "Моряком"[190]. Был у него, однако, такой обычай, что постоянно подстрекал он сеньоров к междоусобным браням, а Короля-юношу, сына короля Английского, до тех пор возбуждал к войне против отца[191], пока тот не был убит стрелой в одном из Бертрановых замков[192].

Бертран де Борн имел обыкновение похваляться[193], будто наделен таким разумом, что никогда ему не приходится использовать его полностью. Но случилось однажды, что король взял его в плен, а когда предстал он пред королем, тот сказал ему: "Бертран, теперь-то уж рассудок ваш полностью вам понадобится". И ответил ему Бертран, что после смерти Короля-юноши вовсе он лишился рассудка. Тогда король заплакал о сыне своем, и простил Бертрана и с почестями пожаловал ему платье и земли во владение. Долго прожил он в мире сем, а затем под конец дней своих поступил в цистерцианский монастырь[194]