Все это время Рал в напряжении ждал своей очереди, и вот настал его час. Вопреки всему, он надеялся, что либо Кайя, либо Враска тоже потерпели неудачу…

«Но нет».

Сделав глубокий вдох, он провел ладонью по бритой макушке, поудобнее перехватил Теззеретову руку, вошел в Круг Истины и переглянулся со Странницей. Та кивнула, и глава Иззетов без утайки изложил историю их странствий и битв.

– Да, все так и было, – подтвердила Странница. – Хотя, вынуждена признаться, потеряв сознание, с Алары я ушла. И смерти Теззерета не видела.

Взгляды собравшихся в резиденции Сената вновь устремились в сторону Рала Зарека, по-прежнему державшего в руках эфириевую руку Теззерета. И Нив-Миззет, и Тамик, и все остальные ожидали, что сейчас он повеселит их рассказом о бесславном конце противника.

Рал ненадолго умолк, поразмыслил… и, невзирая на то, что Огненный Разум давным-давно научил его заклинанию, лишающему Круг Истины Азориусов силы, сказал абсолютную правду:

– Теззерет одолел меня. Одолел и запросто мог бы прикончить. Но вместо этого отдал мне свою руку, чтобы она послужила ложным доказательством его гибели. Он рассудил, что я окажусь слишком тщеславным или же побоюсь рассказать о своем поражении. Но просчитался.

От изумления никто не проронил ни слова и даже не ахнул.

И в этой мертвой тишине Рал явственно расслышал облегченный вздох Странницы. Очевидно, его откровение вполне совпадало с ее догадками.

– Придя в себя, – заговорила она, – я вернулась назад, в Эспер. И обнаружила крепость полностью опустевшей. Между тем разбежаться само по себе Теззеретово воинство не могло: слишком уж мало прошло времени. Крепость покинули организованно и, судя по всему, под руководством самого Теззерета, воспользовавшегося для эвакуации устройством Межмирового Моста. К тому же на сей раз это устройство, благодаря которому я прежде могла легко и просто его выследить, не оставило в Слепой Вечности никакого следа. Подозреваю, раньше я переоценивала свои возможности, а Теззерет намеренно оставлял за собою след – специально для меня. Теперь же, «мертвый» для Мультивселенной, он позаботился о том, чтоб этот след остыл.

Осмелившись взглянуть на Нив-Миззета, Рал встретил в его взгляде горькое разочарование в собственном протеже. А вот переведя взгляд на Марри, обнаружил, что та улыбается – да так широко, как ни разу еще не улыбалась на его памяти. Ну а на лице Тамика отражалась безмерная жалость к возлюбленному.

«И это отчего-то даже хуже всего остального…»