И Рейнеке молвил: "О, Эрмелина,

Моя дражайшая половина!

Услышьте мою прощальную речь:

Я вас заклинаю детей беречь

Потому, что на всем этом божьем свете

Самое главное — это дети.

Малютка Рейнхарт у нас — меньшой.

Его обожаю я всей душой.

У него такие чудесные зубки,

У него такие сочные губки,

Малыш умилительно так поет,

Что сразу видно: в меня пойдет!

А Россель — маленький наш парнишка!

Ведь тоже: какой смышленый воришка!

Обоих я истинно боготворю.

Поэтому именно и говорю:

Берегите детей как зеницу ока!

Судьба коварна, а жизнь жестока.

Но если я все же отбиться смогу,

Перед вами я не останусь в долгу".

Они прошли не так уж и много,

Как Рейнеке молвит: "Ах, ради бога,

Послушайте, Гримбарт, что я вам скажу.

От страха я, Гримбарт, с ума схожу.

Я весь дрожу от смертельного страха.

Нет! Меня пугает не плаха,

А то, что без исповеди умру

И тяжких грехов своих не сотру.

Буду оправдан я иль наказан,

Я исповедоваться обязан

Прежде, чем грешный покинуть свет.

Я знаю: священника рядом нет,

Так вас умоляю меня исповедовать!

Я дальше не в силах за вами следовать!"

Гримбарт ответил: "Ну что ж, говорите,

Клянитесь, что в будущем не сотворите

Ни разу — ни грязных, ни мокрых дел

И что станете жить, как господь велел!

Что ни о предательстве, ни о покраже

Не посмеете впредь и помыслить даже!"

Рейнеке молвит: "Знаю, знаю.

Приступим, пожалуйста. Начинаю.

Confiteor tibi[6], о мать и отец!

Я вор, убийца, злодей и подлец.

У меня, безусловно, душа не чиста.

Я выдру обидел, подвел кота.

И в этом свое приношу покаяние,

Кару готовый принять заранее".

Гримбарт молвит не без уныния:

"Признаюсь, совсем не знаю латыни я

И, что вы там шепчете, не пойму,

Перейти на немецкий прошу посему".

Рейнеке молвит: "Клянусь всемогущим,

Что всем зверям, на земле живущим,

Принес я великое множество бед,

И, видимо, мне оправданья нет.

Из-за кого медведь пострадал жестоко

В колоде, затем в глубине потока?

А Гинце, несчастный, из-за кого

Лишился глаза (пусть одного)?

Из-за кого он в силке задыхался

(О, как я жестоко над ним насмехался!),

Кто ему этот устроил ад?

Должен покаяться: я — виноват!.."