Эллери проснулся. В доме было тихо. Он встал с постели и подошел к окну. Солнце уже садилось. Возле Ботинка в окружении группы людей маялся инспектор Квин.

Эллери быстро оделся и сбежал вниз.

– Отец! Что случилось? – на бегу закричал он.

Но инспектор не ответил. Только теперь Эллери разглядел, что толпу составляют вовсе не зеваки, а репортеры и фотографы из газет.

– Смотрите, смотрите, – загомонили журналисты.

– Может, хоть он будет поразговорчивее!

– Какие новости?

– Из твоего старика слова не вытянешь.

– Вы были тут в шесть утра?

– Эллери, объясните, что произошло!

Инспектор схватил его за руку.

– Эллери, скажи этим шакалам правду. Мне они не верят. Избавь меня от них. Боже, помоги нам!

– Джентльмены, факты именно таковы, какими преподносит их мой отец.

Шум утих.

– Значит, действительно состоялась дуэль? – спросил какой-то репортер.

– И с двадцати шагов?

– Тихо, Старуха идет.

К ним решительно направлялась Корнелия Поттс. Слева от нее шагал доктор Иннис, справа – сержант Велли.

Репортеры, забыв об Эллери, схватились за фотоаппараты.

– Герои… – пробормотал Квин-младший, украдкой глядя на Старуху: никаких следов горя на лице, только гнев.

– Вон из моих владений! – рявкнула она.

Газетчики щелкали аппаратами, не обращая на нее внимания.

«Если бы у этих охотников за новостями, – подумал Эллери, – имелась хоть капля ума, они бы спасались бегством от старой женщины, допустившей убийство молодого сына. Такая баба способна на все».

– Сегодня это первое появление Старухи, – заметил инспектор Квин. – Нам лучше уйти. Она может взорваться.

Квины зашагали к дому. Но прежде чем они добрались до него, Старуха действительно взорвалась, причем самым неожиданным образом.

Одно мгновение она стояла молча, затем оскалилась, сунула руку под кофту и достала пистолет. Как ни нелепо это выглядело, но так оно и произошло. Семидесятилетняя женщина направила пистолет на группу мужчин.

– Ого, – сказал кто-то, и все немного отступили назад.

Только доктор Иннис не обратил на нее внимания. Сержант Велли был ошеломлен. Эллери знал, что сержант лично обезоружил пятерых бандитов, но вид семидесятилетней старухи с пистолетом привел его в замешательство.

– Одна из игрушек Тэрлоу, – заметил инспектор Квин. – Ей известно, где он их прячет.

– Надо отобрать у нее оружие, – пробормотал Эллери, волнуясь.

– Ты хочешь это сделать? – спросил его отец и, не получив ответа, иаправился к Старухе. – Миссис Поттс, – обратился он к ней, – уберите капризную штуку и…

– Не приближайтесь, – мрачно сказала Старуха инспектору и повернулась к дому. Инспектор с любопытством наблюдал за ней. – Пускай прежде посторонние уберутся из моих владений. – Она потрясла пистолетом.

Один из энтузиастов-газетчиков в эту минуту украдкой сфотографировал Корнелию Поттс. Раздался выстрел. Он оказался неточным, пуля не попала в фотоаппарат. Но свое магическое действие он произвел: скрывавшиеся за Ботинком и деревьями журналисты поспешили ретироваться.

– Она как паровоз, – хрипло сказал сержант Велли доктору Иннису.

– Вон отсюда! – кричала Корнелия Поттс вслед репортерам. – Это семейное дело, и я не желаю, чтобы в него лезли ваши паршивые газеты! Вон!

– Пиготт, Гесс, – устало произнес инспектор. – Чего еще ждет полиция? Прогоните, в конце концов, журналистов.

Несколько репортеров выглянули из-за деревьев, но детективы быстро их выпроводили.

– Уходите, – говорил инспектор, – она может вас убить.

– Давно бы так, – удовлетворенно кивнула Старуха. – А вы чего стоите? – зло обрушилась она на инспектора.

– Мадам… – начал тот, делая к ней шаг.

– Не приближайтесь, инспектор Квин.

Инспектор остановился.

– Я повторяю, что не хочу вас тут видеть. Мне не нужно расследование. Я не желаю никакого вмешательства. Я сама всем займусь. И если вы не понимаете, что я имею в виду…

– Миссис Поттс, – почтительно сказал Эллери.

Она обернулась к нему.

– Что вам, молодой человек?

– Вы представляете себе свое положение?

– Мое положение заключается в том, что я делаю.

– Боюсь, что нет, – печально вздохнул Эллери. – Ваша позиция побудила Тэрлоу совершить убийство. Вы напрасно прибегаете к угрозам оружием, миссис Поттс. Лучше отдайте пистолет сержанту и не мешайте нам искать преступника.

Сержант Велли, заслышав эти слова, двинулся к Старухе.

– Не двигайтесь! – гаркнула Корнелия Поттс.

– Что вы, миссис Поттс, – засмеялся сержант, – я только переступил с ноги на ногу.

Она опустила пистолет.

– Все поняли, что я сказала? Вы тоже уходите, доктор Иннис!

– Знаете, миссис Поттс, – промямлил побледневший доктор, – мистер Квин совершенно прав. Кроме того, ваше поведение наносит непоправимый вред сердцу. Я не отвечаю…

– Глупости!.. – огрызнулась Старуха. – Мое сердце – моя собственность. Вы мне надоели, доктор Ваггонер Иннис. Последний раз повторяю: или вы все уберетесь отсюда, или я застрелю каждого…

– Сержант Велли, отберите у нее пистолет, – вмешался инспектор Квин.

– Отец… – начал было Эллери.

– Да, сэр, – ответил сержант.

И тут произошло следующее. Доктор Иннис живо отпрыгнул в сторону, и когда Велли осторожно двинулся к старой леди, та дважды разрядила в сержанта пистолет. Однако Эллери успел толкнуть ее, одновременно бросившись на траву. Положение спас инспектор Квин. Выхватив большую и тяжелую авторучку, он снял с нее колпачок и бросил в Старуху. Перо точно вонзилось ей в запястье, и она выронила пистолет. Первая пуля сержанта миновала, но вторая сбила с него фуражку.

Сержант поднял оружие, озадаченно бормоча себе под нос:

– Она стреляла в меня! Черт возьми! Она в меня стреляла!

Инспектор Квин и доктор Иннис с трудом удерживали вырывающуюся Старуху.

– Я буду на вас жаловаться! – кричала она.

– Спокойнее, миссис Поттс, – говорил доктор Иннис. – Подумайте о своем сердце, успокойтесь.

Инспектор Квин потер лоб.

– Ну и ну, она будет жаловаться, – пробормотал он. – Пиготт! Флинт! Джонсон! Отведите ее в дом и останьтесь там сторожить, изменники! Она будет на нас жаловаться… Велли!

– Да? – отозвался сержант, который между тем отряхивал свою фуражку.

– Тэрлоу купил четырнадцать погремушек. Три из них уже у нас: две сохранились после дуэли, одну мы отняли у Старухи. Если вы не найдете остальные одиннадцать, в управление лучше не возвращайтесь.

– Слушаюсь, сэр, – козырнул сержант и поплелся к дому вслед за доктором Иннисом и Старухой.