Очнувшись, Джейк зажмурился: его лицо было влажным от слез. На мгновение он потерял ориентацию. Чувствовал себя так, будто забыл что-то очень важное, потерял или положил не на место. Он бездумно разглядывал лица протоссов, смотревших на него сверху вниз. А затем осознал, что недавно случилось.

Замара ушла. Ее личности больше не будет ни у него в разуме, ни в его мыслях. На мгновение Джейк подумал, что сейчас его вывернет наизнанку, – столь переполняющим было ощущение ее отсутствия. Руки с четырьмя пальцами сильно, но осторожно сомкнулись вокруг его рук, скользнули под спину и помогли сесть.

– Она ушла, – с трудом выдавил Джейк, цепляясь за одежды Криткала. – Она…

«Мы знаем», – появился ответ в его голове. По крайней мере, он все еще мог понимать их. Но он чувствовал себя как человек с ампутированной конечностью. Боже, неужели люди действительно так… одиноки?

Криткал протянул руку. На его ладони лежал кристалл, который Джейк дал ему перед началом ритуала. Кристалл, который он вместе с Розмари, Алзадаром, Ладраниксом и всеми остальными нашел глубоко в сердце лабиринтов под Айуром. Тогда он был сияющим, ясным… чистым. Сейчас же Джейк смотрел на осколок кристалла, и он был темным, но все же каким-то образом мерцающим мрачным фиолетово-черным светом. Внутри него что-то клубилось и время от времени случайные яркие вспышки всплывали на поверхность лишь затем, чтобы исчезнуть вновь.

Джейк осторожно взял его. Раньше ему всегда оказывалось непросто держать кристалл в руках. Он излучал силу, которая постепенно становилась опасной, если касаться слишком долго. Но сейчас боль стала как будто очищающей, омывающей. Да, эта сила была слишком велика, чтобы он мог совладать с ней, но в то же время – не враждебна.

Сейчас, лежа на его ладони, кристалл ощущался… неправильным. Джейк не мог придумать, как еще описать это.

– Я… потерял сознание, – сказал он, глядя на кристалл. Тот казался холодным, и по руке начало распространяться онемение. – Что случилось? Она… Она сделала это? Сумела заключить Улрезажа в кристалл вместе с собой?

«Сложно сказать, – ответил Криткал, и его ментальный голос был окрашен глубоким сочувствием. – Улрезаж исчез. Доминион и зерги теперь сражаются друг с другом. Похоже, что зерги проиграют эту битву. В самый последний момент мы что-то почувствовали. Всплеск энергии кристалла, Замары, направленный куда-то… И после этого мы не смогли вновь ощутить ее».

Становилось все холоднее. Джейк упрямо отказывался отпустить кристалл. Он чувствовал, что должен сделать это ради Замары, должен зачем-то держать его так долго, как сможет, и изо всех сил вцепился в кристалл. Так же, как она цеплялась за свою миссию так долго, как могла. И, может быть, все еще продолжает делать это.

– Она вобрала Улрезажа целиком? – спросил Джейк. Голос был хриплым от скорби. – Его душу, воспоминания, всего целиком? Это стоило того, чтобы потерять ее? И что насчет нее? Если она там с ним…

Он не мог произнести ни слова, но его окружали телепаты, так что говорить вслух ему и не требовалось. Были ли они теперь вовлечены в вечное ожесточенное сражение внутри? Сохранила ли она свою личность? И если так, то страдает ли она? Что он мог бы сделать, чтобы остановить ее? Должен ли был сделать что-то?

На его пальцы, стиснутые вокруг кристалла, ласково легла маленькая теплая ладонь человека. Джейк позволил Розмари разжать его руку и бездумно уставился на кровь, размазанную по болезненно пульсирующему темному камню. Он сжимал его так сильно, что порезался об острые грани. Джейк посмотрел на круглое, с острым подбородком лицо девушки. Все, что он сейчас чувствовал – боль, терзающую его обнаженные нервы. Розмари мягко улыбнулась, а затем передала камень Селендис.

«Джейкоб, – раздался ментальный голос Селендис, и он перевел взгляд с Розмари на вершителя. – Замара жила, умерла и нашла способ возродиться для того, чтобы служить своему народу всем, чем могла. Сейчас мы должны сделать то же самое во имя ее памяти и ее жертвы. Зерги почти побеждены, их предводитель убит, а, значит, скоро Валериан будет здесь. Он пришел за Замарой, но он не должен найти ее».

Итак, Итан мертв. Джейк задумался, убила ли его Розмари, или же о нем позаботился Доминион или Селендис. Впрочем, это не имело значения; главное, что пока Итан был жив, у зергов имелся еще один разумный предводитель помимо Керриган. Теперь, чтобы окончательно победить, Рэмзи следует покинуть это место. Он поднял руку к глазам и кивнул, вновь приходя в себя.

– Ты права, – сказал Джейк. – Мы не можем допустить, чтобы сделанное Замарой оказалось впустую.

«Валериан не знает, завершился ли перенос успешно. Если он найдет вас здесь…»

– Погоди-погоди, – нахмурившись, перебила протосса Розмари. – Ты собираешься просто оставить нас здесь, чтобы он пришел к нам и убил? Мы будем приманкой, пока ты смоешься отсюда вместе с Замарой? Прости, но мне эта идея совершенно не нравится.

Джейк взглянул на нее.

– Селендис права. Мы не можем допустить, чтобы Замара и Улрезаж попали в руки Доминиона. Подумай, что сможет сделать Менгск с таким оружием, как Улрезаж – а ты знаешь, он попытается освободить его и взять под контроль.

Розмари все еще хмурилась. Джейк продолжил:

– Кроме того… мне необходима помощь медиков. Человеческих. Боль… не ушла. Думаю, опухоли никуда не делись. Протоссы умны, но они протоссы, поэтому могут не успеть меня вылечить. А вот медики Валериана наверняка успеют. Как мне кажется, он вовсе не такой плохой, как ты думаешь. В нем чувствуется что-то искреннее. И в этом парне, Девоне Старке. Я не могу объяснить, но… – Джейк взял Розмари за руку. – И… черт возьми, я устал бегать. Очень, очень сильно устал. Но… Розмари, думаю, тебе стоит пойти вместе с протоссами. Валериан не станет искать тебя, ему нужен только я. Я смогу задержать его на достаточное время, чтобы ты вместе с протоссами сумела сбежать. Но вам придется поторопиться.

И даже охваченное скорбью по Замаре, его сердце екнуло, когда Розмари покачала головой, взметнув короткими черными волосами.

– Ну уж нет, – сказала она.

Лишь несколько слов, но их было достаточно. Более чем достаточно. Что бы ни случилось, они встретят это вместе.

Селендис наклонила голову.

«Ход битвы изменился, – серьезно сказала она. – Зерги почти уничтожены».

Джейк неуверенно поднялся на ноги и впервые заметил тела, лежащие прямо у двери: двоих протоссов и зергов.

– Что…

– Долгая история, – сказала Розмари.

– Я захочу услышать ее, но не сейчас. Вам нужно идти.

Джейк по очереди посмотрел на каждого протосса. Криткал, который, вероятнее всего, спас ему жизнь. Селендис, такая сильная, высокая и гордая. Вартанил, который верил в него. Моэндар, темный тамплиер, оказавший неоценимую помощь Селендис и Розмари, чтобы спасти знание Хранителя. Джейк знал, что в его мыслях они могут прочесть восхищение и уважение.

«Джейкоб Джефферсон Рэмзи, – сказала Селендис. – Ты – герой для нашего народа. Мы не забудем. Ты станешь частью нашей истории, яркой ее частью».

«И ты тоже, Розмари Даль», – добавил Вартанил. Щеки Розмари покраснели.

– Да иди ты, какой я вам герой, – грубо ответила она.

«Ты – мой герой», – подарил им протосскую улыбку Вартанил.

Джейк зашипел сквозь зубы и пошатнулся, когда его сбил с ног новый приступ боли. Розмари подхватила профессора, затем закинула его руку к себе на шею, чтобы он оперся на нее. Преисполненный чувствами, Джейк повернулся к протоссам:

– Спасибо вам. И я не забуду Замару.

Как один, протоссы низко поклонились ему. Затем они развернулись и быстро направились вглубь по коридору, пробираясь между огромными осколками камней и обломками. Джейк наблюдал за ними, пока те не скрылись с глаз, направляясь глубоко под храм в ангар, где стоял единственный работающий корабль. Криткал не пошел с ними.

– Ты… остаешься?

Протосс кивнул:

«Алис-арил был поврежден при нападении. Зерги убили многих алисаар. Многие, многие кристаллы были уничтожены. Мы не оставим его».

Джейк и Розмари обменялись взглядами.

– Валериан сочтет это место драгоценной находкой. Он одержим древним знанием, – предупредила Розмари.

Криткал прикрыл глаза и запрокинул голову.

«Ему нужно быть протоссом, чтобы понять это знание».

– Он найдет способ, – сказал Джейк.

«Ты верно опасаешься. Без сомнений, он разграбит библиотеку, если никто не остановит его. Но, возможно, мы сможем вступить в диалог. Я прожил здесь большую часть своей сознательной жизни. Я не могу уйти, как бы то ни было. И кто знает, возможно, настало время, когда нам придется сотрудничать и делиться своими знаниями с низшими… с другими расами».

– Хорошая поправка, – сухо сказала Розмари. – Итак… что мы будем делать теперь?

– Ждать, – сказал Джейк.

Они выбрались во двор, где застали последние мгновения развернувшегося сражения. Взгляд Джейка был прикован к небольшому неуклюжему кораблю, который Розмари помогла восстановить. Он влетел над Алис-арил и прямиком, словно стрела, устремился к вратам искривления. Сердце Джейка вздрогнуло, когда доминионский истребитель отделился от товарищей и бросился вдогонку за протосским кораблем. Но погоня не продлилась долго – практически сразу терранский пилот заложил лихой пируэт и вернулся к своим. Джейк с облегчением вздохнул. Корабль протоссов был просканирован на наличие человеческих жизненных форм и расценен как не представляющий интереса. Джейк с улыбкой на губах проследил, как светящаяся точка исчезла с поля зрения.

Криткал поддерживал ментальную связь с Селендис, пока те спешили прочь от угрозы. Несколько минут спустя он сказал с тихой радостью:

– Они достигли врат. Они в безопасности.

«Ты сделала это, Замара. Ты сделала больше, чем кто-либо мог попросить тебя. И теперь и ты, и Улрезаж – на Шакурасе. Твои сородичи будут наблюдать за ним. Ты сделала это».

Джейк понял, что не может больше стоять, и Розмари помогла ему опуститься на камни во дворе. Она села рядом и ласково положила его голову себе на колени.

Он посмотрел на нее, странным образом умиротворенный. Даже несмотря на то, что знал: буквально через несколько мгновений начнется пытка, за которой последует удивительно отвратительная смерть. В чертах ее лица он видел то же странное умиротворение. Она провела рукой по его светлым волосам.

– Это очень мило, – мягко сказал он.

– Лучше не привыкай. Я не собираюсь кормить тебя виноградом или что-то вроде этого.

Тогда он рассмеялся – свободным, чистым, звонким смехом. И ее пухлые красные губы – губы, которые он не успел зацеловать до невозможности – изогнулись в ответной улыбке.

* * *

Валериан Менгск нашел их в течение часа. Престолонаследник остановился на последней ступени в храм, в сопровождении морпехов с винтовками и худощавого невзрачного человека в штатском. Валериан посмотрел вокруг острым взглядом серых глаз и поднял руку, отдавая быстрый приказ. Шестерка бойцов разбилась на двойки, и морпехи двинулись на осмотр территории.

– Профессор Рэмзи. Розмари. Очень рад видеть, что с вами все в порядке, – сказал Валериан. Слова звучали искренне. – Заставили вы меня побегать за вами. Я…

Пока Валериан говорил, невзрачный мужчина сначала пристально рассматривал Джейка, а затем выпалил:

– Сэр… Она исчезла!

– Что?

– Протосс в голове профессора Рэмзи. Она исчезла.

– Должно быть, вы – Девон Старке, – сказал Джейк. – Вы правы. Замары здесь больше нет. – Он сел, потирая голову. – Всего лишь вполне себе человеческий мозг с несколькими очень болезненными опухолями.

Золотистые брови Валериана нахмурились, а серые глаза, как показалось Джейку, тут же стали похожи на морской ураган.

– Что вы сделали?

– Прежде всего, ее не должно было там быть, – возразила Розмари. Она поднялась на ноги и заглянула в глаза сыну императора. – Протоссы вытащили ее оттуда.

– Где она? – потребовал ответа Валериан.

– Чтоб я знала.

Валериан выругался и пробежал пальцами по волосам.

– Заберите их на корабль, – приказал он морпехам. И перевел взгляд на протосса, словно впервые заметив его. – Вы… Вы здесь заведуете?

Криткал наклонил голову:

«Я – Криткал, алисаар-ва Алис-арил».

– Я получил инструкции заявить права Доминиона на это место, – сказал Валериан. – Если вы и ваши подчиненные не окажете сопротивления, мы не причиним вам вреда.

Криткал окинул взглядом храмовый комплекс, и без всякой телепатии Джейк знал, о чем думает старый протосс. Сильное истощение и печаль ясно читались на его лице. И все же, Джейк именно этого и ожидал. Валериан, охотник за знанием, заявил права на это место, чтобы…

Джейк моргнул. Валериан действительно сказал, что получил инструкции к действиям? Кто же мог… Глаза Джейка расширились.

– Сожалею, что в ходе битвы сооружения получили повреждения, – произнес Валериан. – Мне действительно очень жаль. – Затем серые глаза престолонаследника скользнули по Джейку. – Профессор, Розмари, вы полетите со мной.

* * *

Джейк никогда бы не подумал, что встретится лицом к лицу с императором Доминиона. Впрочем, за последние месяцы случилось немало того, о чем он даже помыслить не мог.

В компании Розмари, Валериана и Старке он находился в личной каюте престолонаследника. В силу объективных причин помещение было меньше, чем апартаменты, в которых Валериан принимал Джейка, казалось, целую вечность назад. Тем не менее, обстановка во всем соответствовала вкусам владельца. На стенах так же висело древнее оружие с идеально продуманной подсветкой; застекленный бар резного дерева, вне сомнений, содержал редчайшие и изумительные на вкус напитки; четыре кожаных кресла служили заменой софе, которую помнил Джейк.

Лицо Арктура Менгска едва помещалось на экране. Профессор знал, что так сделано намеренно, и дает императору преимущество. Когда-то Джейк покрылся бы холодным потом от страха, но сейчас он был настолько изнурен, что просто смотрел Менгску-старшему в глаза. И похоже, того раздражала такая дерзость.

– Сын кое-что рассказал мне про вашу ситуацию, профессор Рэмзи, – произнес Арктур. – И, я так понимаю, вы провели нас.

Розмари напряглась, но ей хватило здравого смысла промолчать. Джейк бросил взгляд на Валериана, но лицо юноши представляло собой непроницаемую маску равнодушия. Здесь он не получит подсказок. Он…

«Не беспокойтесь. Честно отвечайте ему».

Джейк узнал ментальный голос – он принадлежал Девону Старке. Он постарался не выдать бывшего «призрака» случайным взглядом.

– Сэр, – сказал Джейк, – присутствие Замары в моей голове убивало меня. Если бы она осталась, не думаю, что я бы сейчас с вами говорил. И даже так, мне требуется операция, чтобы удалить несколько опухолей.

Арктур засмеялся, его огромное лицо выражало беззаботность и приветливость.

– В любом случае, я экспроприирую все, что смогу. Я приказал Валериану заявить права Доминиона на протосский храм, и в довесок он отдаст мне вас, профессор.

Валериан вздрогнул.

– Отец, что ты имеешь в виду?

– Ты пришел ко мне за помощью. Я оказал ее – дал тебе лучшие корабли и пилотов, какие у меня были. Ты должен был доставить мне разум протосса, за которым так отчаянно охотился. С задачей ты не справился, так что вместо протосса я заберу профессора. Вынужден признать, когда я закончу с ним, от него немногое останется. Но мы вытащим все, что сможем.

Валериан побледнел, а затем вспыхнул. Но прежде, чем он заговорил, Джейк выпалил:

– В этом нет необходимости! Я с радостью поделюсь с вами всем, что знаю! Эта информация предназначена не только для протоссов! Для всех нас!

Менгск прищурился и внимательно посмотрел на Джейка.

– Разумеется, вы поможете нам, профессор. У вас не будет ни малейшей возможности скрыть хоть что-то.

«Старый ублюдок… Он врал и Валериану, и мне, – послышался голос Старке. – Профессор, мы договаривались отпустить вас. Мне жаль».

«Как и мне», – подумал Джейк.

– Таким образом, мы вернулись к тому, с чего начинали, когда «Серый тигр» повез вас на допрос, – подытожил император с неуместным оптимизмом.

Веко Валериана дернулось, однако он собрался с силами. Вздохнул, расправил плечи и самоуничижающе улыбнулся.

– Как считаешь нужным, отец. Без твоей помощи я бы не смог осуществить эту операцию. Стоит ли мне надеяться, что ты презентуешь мне парочку-другую «Викингов» для личного пользования?

Джейк посмотрел сначала на Валериана, затем на Старке. Телепат выглядел разочарованным, но смирившимся.

– Так и знала, что Джейку не следовало оставаться, – выпалила Розмари. – Ты, подлый, лживый, трусливый…

– Надеюсь, ты простишь меня, отец, – сказал Валериан. – У меня тут тигр в клетке.

– Больно дерзкая штучка, – произнес Менгск-старший.

– Ты и половины про нее не знаешь, – ответил Валериан с невозмутимой улыбкой, затем потянулся к ком-модулю и отключил экран. Юноша обернулся к гостям, и с его лица исчезло всякое веселье.

– Это плохо. Я предполагал, что подобное может случиться, но не ожидал, что вам срочно требуется операция, профессор.

Розмари уставилась на него.

– То есть… Все это было представлением?

– Разумеется. Я позволил отцу думать, что он победил. Он похож на бульдога – не отпустит, пока не решит, что победа за ним. Теперь, когда он знает, что я везу к нему профессора, на некоторое время он оставит нас в покое.

Джейк смотрел на Валериана, раскрыв рот.

– Я… Я сдаюсь, – сказал он, со смехом поднимая руки вверх. – Расскажите уже, что происходит.

Валериан вздохнул и провел рукой по волосам.

– Ну, я не вполне уверен. Разумеется, мне уже приходилось прятать людей раньше, но отец никого еще не желал заполучить так отчаянно, как вас.

– Я хочу сказать… Ну, понимаете, – тихо сказал Джейк. – Я бы все рассказал ему. Ему не нужно было бы… выдергивать это из моего мозга.

Престолонаследник мягко улыбнулся.

– Профессор, я знаю это, но он не верит, что кто-то может быть честным. Отец слишком погряз в недоверии и двойных играх, он не может понять того, что понимаем мы с вами. Он не понимает, что иногда знание оказывается полезным, лишь будучи разделенным со всеми желающими.

– Чудесные открытия, – мягко сказал Джейк, вспоминая разговор. Улыбка Валериана стала шире, он кивнул. Еще мгновение они смотрели друг другу в глаза.

– Ненавижу прерывать такие трогательные моменты мужской дружбы, но у Джейка в мозгу опухоли, и ему нужно сбежать в подходящее место, – сказала Розмари.

– Как всегда, очаровательная мисс Даль ничего не забывает, – сказал Валериан. – Я всегда путешествую в сопровождении лучшего медицинского персонала. Им не нужно знать деталей того, почему вам необходимо остаться в живых. Они просто помогут. Пойдемте.

– Сэр… – раздался голос Девона Старке, который был приятным, глубоким, мелодичным и столь же запоминающимся, сколь неприметной являлась его внешность. – Сэр, вы не можете сделать этого. Я не могу позволить вам.

Валериан улыбнулся, но в его серых глазах мелькнул стальной отблеск.

– Девон, я очень привязан к вам, но вы не можете указывать, что мне стоит делать, а чего не стоит.

– Прошу прощения, сэр, я не хотел выказать неуважения, но вы оказались в сложной ситуации. – Старке взглянул на Розмари и Джейка, будто бы принимая решение, и продолжил: – Вы должны либо подчиниться отцу и выдать их, либо бросить ему прямой вызов. Я знаю, что вы не хотите ни того, ни другого.

Валериан слегка нахмурился.

– Да, верно. По сути, у меня нет выбора.

– Нет, сэр, есть. У вас нет надежды выстоять против императора. И вы не допустите уничтожения профессора и Розмари. Есть третий путь.

Джейк и Розмари переглянулись. Когда-то Джейк мог бы с легкостью прочесть мысли любого в каюте. Теперь же он, как и до раскопок на Немаке, не был телепатом. Черт, да он даже не умел читать по лицам или понимать язык тела. Он пожал плечами и посмотрел на Розмари, которая нахмурилась и перевела взгляд синих глаз обратно на Старке.

– Я слушаю, – тихо сказал Валериан. – Понравится ли мне третий способ?

– Не думаю, сэр, но вам придется принять его.

Неожиданно Девон Старке вновь проник в мысли Джейка:

«Я чувствовал то, что вы сделали, когда сбежали в первый раз. Когда вы соединили нас всех так, что мы стали частью друг друга. Когда мы ощущали мысли и чувства других, когда не было никаких границ».

Он продолжил, и его слова были глубже обычных слов. Джейк вспомнил то единение, и на глазах выступили слезы. Он подумал о том, что сказала ему Замара, и поделился этим разговором с Девоном:

«Это изменило протоссов, – сказал он тогда Замаре. – А что сделает с нами?»

И она ответила… (Ох, Замара. Как ему не хватало ее. И всегда будет не хватать!):

«Это никогда не должно было стать общим для наших двух видов. Кхала – для нас, а не для вас, и это святыня, а не игрушка. Честное слово, Джейкоб, я не знаю, что случится. Ваш вид еще… слишком молод, чтобы осознать истинный смысл. Скорее всего, испытавшие это единство не примут его в расчет, посмеются над ним и отбросят как кратковременную причуду».

«Но… не все?»

«Нет. Не все».

Вновь ожил ментальный голос Старке, полный боли, радости, надежды и тоски:

«Не все, профессор».

Джейк уставился на Девона и открыл рот в попытке сказать что-то. Но прежде чем успел вымолвить хоть слово, он почувствовал, как бывший «призрак» проник в его разум. Было почти не больно: Старке знал, что делал, и это было соединение человека с человеком, а не протосса с человеком. Но Джейк был застигнут врасплох, словно его неожиданно схватили, и от потрясения у него перехватило дыхание. Потом он почувствовал, как Старке копается в его сознании: что-то извлекает, что-то отбрасывает…

«Спасибо, профессор. Спасибо вам за все. Простите за то, что вынужден сделать сейчас».

И мозг пронзила боль – сильная и невыносимая. Джейк резко закричал, уставился на Старке, шокированный его вероломством, а затем упал без сознания.