Машина ждала на вершине холма перед высокими коваными воротами с будкой привратника. Дверь будки была открыта, и желтый свет из нее падал на крупного мужчину в пальто и надвинутой на глаза шляпе. Он медленно шел под дождем, засунув руки в карманы.

Альбинос прислонился к стойке ворот; зубы у него стучали.

– Чего вам? Я вас вижу, – произнес привратник.

– Открывай, болван. Мистер Конант хочет видеть твоего босса.

– Ну и что? Знаете, который теперь час? – Человек за воротами сплюнул в темноту.

Внезапно Конант открыл дверцу, вышел из машины и направился к воротам. Шум дождя заглушал голоса у ворот.

Кармади медленно повернул голову к Джин Адриан и похлопал по руке. Девушка поспешно отдернула руку.

– Это глупо… так глупо! – прошептала она.

Кармади вздохнул:

– Я отлично провожу время. Получаю удовольствие.

Человек за воротами достал ключи на длинной цепочке, отпер замок и потянул створки к себе, пока они не защелкнулись в упорах. Конант и альбинос вернулись к машине.

Конант стоял под дождем, поставив ногу на подножку. Кармади вытащил из кармана большую фляжку, пощупал, не помялась ли она, отвинтил крышку и протянул девушке:

– Выпейте, это вас подбодрит.

Она не ответила и не пошевелилась. Кармади сделал несколько глотков виски, убрал фляжку и посмотрел мимо широкой спины Конанта на мокрые деревья и огоньки освещенных окон, которые словно висели в воздухе.

На вершину холма поднялась еще одна машина, пронзая ночь светом фар, и остановилась у седана. Конант подошел к ней, просунул голову внутрь и что-то сказал. Машина сдала назад, свернула на дорожку, и свет ее фар выхватил из темноты подпорные стенки, затем исчез и вновь появился в конце дорожки в виде двух белых овалов на каменной арке, ведущей во внутренний двор.

Конант забрался в седан, и они последовали за первой машиной. На круглой бетонной стоянке, окруженной кипарисами, все вышли.

В проеме широкой двери на крыльце дома стоял человек в купальном халате. Тарго, которого с двух сторон крепко держали двое, уже поднимался по ступенькам. Он был без пальто и без шляпы. Его массивная фигура в белом пиджаке выглядела огромной по сравнению с двумя бандитами.

Поднявшись по лестнице, вся компания проследовала за дворецким в халате. Миновав коридор, увешанный портретами чьих-то предков, они попали в овальную прихожую, затем в другой коридор и наконец оказались в обшитом деревянными панелями кабинете, с неярким освещением, тяжелыми занавесями на окнах и глубокими кожаными креслами.

Позади большого письменного стола из темного дерева, расположившегося в нише между двумя книжными шкафами, стоял человек. Он был неимоверно высок и тощ. Седые волосы, очень густые и тонкие, напоминали шапку. Маленький прямой рот, черные глаза, казавшиеся плоскими, и белое морщинистое лицо. Худое, почти хрупкое, слегка сутулое тело старика пряталось в складках синего вельветового халата на шелковой подкладке.

Дворецкий закрыл дверь, но Конант снова открыл ее и кивнул двум бандитам, которые привели Тарго. Затем они вышли. Альбинос подтолкнул Тарго к креслу. Боксер выглядел оглушенным и растерянным. Пол-лица в грязи, глаза пустые, как у наркомана.

Девушка бросилась к нему:

– Дюк… Как ты, Дюк?

Тарго заморгал и криво улыбнулся:

– Значит, тебе пришлось расколоться? Ладно. Не переживай. Со мной все нормально. – Его голос звучал как-то неестественно.

Джин Адриан отошла от него, села с кресло и съежилась, словно замерзла.

Высокий человек по очереди окинул всех присутствующих холодным взглядом:

– Шантажисты… какая необходимость привозить их сюда посреди ночи?

Конант стянул пальто и бросил на пол, за торшер. Затем закурил и остановился посреди комнаты, широко расставив ноги, – большой, грубый, сильный, уверенный в себе мужчина.

– Девчонка хотела встретиться с тобой, извиниться и сказать, что готова пойти на попятную. Парень в костюме цвета мороженого – это Тарго, боксер. Устроил стрельбу в ночном клубе и так буянил в полиции, что копам пришлось напичкать его снотворным, чтобы успокоить. Другой парень – Кармади, сын старика Маркуса Кармади. Его я еще не раскусил.

– Я частный детектив, сенатор, – сухо объяснил Кармади. – Представляю интересы своей клиентки, мисс Адриан, – добавил он и рассмеялся.

Девушка бросила на него быстрый взгляд и снова уставилась в пол.

– Шенвейра – вы о нем знаете – застрелили. Не мы. Тут тоже нужно кое-что прояснить.

Высокий мужчина сдержанно кивнул, сел за стол, взял белое гусиное перо и почесал им ухо.

– И как вы рассчитываете уладить это дело, Конант? – тонким голосом поинтересовался сенатор.

– Я парень грубый, – Конант пожал плечами, – но лучше пойти законным путем. Поговорить с окружным прокурором, и он упрячет их за решетку по обвинению в вымогательстве. Сочинить какую-нибудь сказку для прессы и подождать, пока все успокоится. А потом выдворить этих птичек за границу штата и предупредить, чтоб не вздумали возвращаться.

Сенатор Кортуэй почесал пером другое ухо.

– Они могут донимать меня и издалека, – ледяным тоном возразил он. – Лучше я подам в суд, и тогда они получат по заслугам.

– Вы не можете судиться, сенатор. Это будет концом вашей политической карьеры.

– Я устал от политики, Конант. С удовольствием уйду в отставку. – Губы Кортуэя растянулись в слабой улыбке.

– Черта с два! – фыркнул Конант и повернулся к девушке. – Иди-ка сюда, сестренка.

Джин Адриан встала, медленно подошла к столу и замерла.

– Узнаете? – прорычал Конант.

Кортуэй долго разглядывал девушку; его лицо оставалось бесстрастным. Затем отложил перо и достал из ящика стола фотографию.

– Фото сделали много лет назад, – бесцветным голосом произнес он, – но сходство большое. Думаю, не ошибусь, если скажу, что это одно и то же лицо.

Он опустил снимок на стол, таким же неторопливым движением достал из ящика автоматический пистолет и положил рядом с фотографией.

Конант посмотрел на пистолет, и уголки рта у него дернулись.

– Пистолет вам не понадобится, сенатор. – Его голос звучал хрипло. – Эта ваша идея с судом – неудачная. Я выбью из этих людей подробные признания, и они будут у нас на крючке. Пусть только попробуют дернуться, и я их мгновенно раздавлю.

Улыбнувшись, Кармади приблизился к столу.

– Дайте-ка взглянуть на фотографию. – Он неожиданно наклонился и взял снимок.

Пальцы Кортуэя сжали пистолет, но тут же расслабились. Откинувшись в кресле, он смотрел на Кармади.

Кармади внимательно изучил фотографию и повернулся к Джин Адриан:

– Садитесь на место.

Девушка вернулась к креслу и устало опустилась в него.

– Мне понравилась ваша идея играть в открытую, сенатор. Честно и порядочно – в отличие от предложения мистера Конанта. Только ничего не выйдет. – Он щелкнул ногтем по фотографии. – Сходство поверхностное, не более. Лично я не думаю, что на снимке изображена эта девушка. Уши другой формы и расположены ниже. Глаза посажены ближе, чем у мисс Адриан, подбородок длиннее. Эти признаки не меняются с возрастом. Что у вас есть? Письмо с угрозами. Возможно; но вы не в состоянии ни с кем его связать – иначе давно бы уже это сделали. Теперь имя девушки. Простое совпадение. И все?

Лицо Конанта окаменело, уголки губ опустились. Его голос слегка дрожал:

– А как насчет свидетельства о рождении, которое девица вытащила из сумочки, умник?

Кармади улыбнулся и потер скулу кончиками пальцев.

– Кажется, вы получили его от Шенвейра? – хитро спросил он. – А Шенвейр мертв.

Лицо Конанта исказилось от ярости. Сжав пальцы в кулак, он шагнул вперед:

– Ты… вошь поганая…

Джин Адриан подалась вперед и во все глаза смотрела на Кармади. Тарго, неопределенно улыбаясь, разглядывал его тусклыми, ничего не выражающими глазами. Взгляд Кортуэя тоже был устремлен на него. Лицо сенатора оставалось бесстрастным. Он неподвижно сидел в кресле – спокойный, расслабленный, отрешенный.

Конант внезапно рассмеялся и щелкнул пальцами.

– Ладно, болтай дальше, – проворчал он.

– Я назову еще одну причину, по которой не будет судебного разбирательства. Стрельба у Сирано. Угрозы, чтобы заставить Тарго сдать ничего не значащий бой. Бандит, который вломился в номер мисс Адриан, оглушил ее и оставил лежать на пороге. Ты можешь все это связать, Конант? Я могу.

Кортуэй вдруг резко наклонился вперед и схватил пистолет. Его глаза казались черными дырами на бледном, застывшем лице.

Конант не пошевелился и не произнес ни слова.

– Какой смысл в этих угрозах? – продолжал Кармади. – И почему, после того как Тарго не сдал бой, убийца отправился в ночной клуб Сирано, самое неподходящее место для таких дел? Потому что у Сирано боксер был с девушкой, а Сирано – его покровитель, и, случись что в ночном клубе, полиция клюнет на историю с угрозами. Вот почему. Угрозы – подготовка к убийству. Когда начнется стрельба, Тарго должен быть с девушкой, чтобы убийца мог застрелить ее, а все выглядело бы так, будто охотились за боксером. Конечно, он попытался бы прикончить и Тарго, но основной целью все-таки была девушка. Ведь она – главное звено в шантаже. Без нее все бессмысленно, а с ней можно подать в иск в суд о признании отцовства. Если по-другому не выйдет. Вы знали о ней и о Тарго – Шенвейр струсил и всех сдал. Причем Шенвейр знал об убийце. Когда тот появился в клубе и я его заметил – а Шенвейр слышал, как я рассказывал Тарго о происшествии в отеле, – Шенвейр попытался отвлечь меня и затеял пьяную ссору.

Кармади умолк, вновь потер руку и смерил Конанта взглядом.

– Я в такие игры не играю, приятель, – хрипло сказал Конант. – Можешь мне не верить – но не играю.

– Послушай… – продолжал Кармади. – Убийца мог разделаться с мисс Адриан в отеле. Но не стал этого делать, потому что Тарго там не было, а бой еще не состоялся. В таком случае вся подготовка насмарку. Он явился в отель, намереваясь получше рассмотреть и запомнить ее – без макияжа. А она чего-то боялась и носила с собой пистолет. Поэтому он просто оглушил ее и смылся. Тот визит – обычная наводка.

– Я в такие игры не играю, приятель, – повторил Конант и вытащил из кармана «люгер».

Кармади пожал плечами и повернулся к сенатору Кортуэю.

– А вот он играет, – тихо произнес Кармади. – У него был мотив, а сам он оставался вне подозрений. Все это он состряпал вместе с Шенвейром. Если дело сорвется – а так и произошло, – Шенвейр должен исчезнуть, а если полиция что-то раскопает, то все повесят на крутого парня по имени Долл Конант.

– Молодой человек чрезвычайно изобретателен, – безжизненным голосом произнес сенатор и слабо улыбнулся. – Но…

Дюк Тарго встал. Лицо его застыло, словно маска.

– А по мне, так очень похоже на правду, – медленно шевеля губами, выговорил он. – Я вам шею сверну, мистер Кортуэй, черт бы вас побрал.

– Сиди, мразь! – рявкнул альбинос и поднял пистолет.

Тарго слегка повернулся и двинул альбиноса в челюсть. Тот отлетел назад и ударился головой о стену. Пистолет выпал из его ослабевших пальцев.

Тарго бросился на сенатора.

Конант покосился на него, однако не сдвинулся с места. Тарго едва не задел его, но он даже не пошевелился. Его широкое лицо побледнело, глаза превратились в щелочки, зрачки слабо поблескивали между тяжелых век.

Все замерли. Потом Кортуэй поднял пистолет, его палец, лежавший на спусковом крючке, побелел, и раздался выстрел.

Кармади метнулся через всю комнату к Джин Адриан и заслонил собой девушку.

Тарго посмотрел на свои руки, и на его лице появилась глупая улыбка. Он сел на пол и прижал ладони к груди.

Кортуэй вновь поднял пистолет, и на этот раз Конант среагировал. Его «люгер» дернулся вверх и два раза выстрелил. По руке Кортуэя потекла кровь, пистолет упал под стол. Длинное тело сенатора скользнуло вниз вслед за ним, сложившись пополам, так что из-за крышки стола были видны только сгорбленные плечи.

– Вставай, двуличная свинья. Не прячься, черт бы тебя побрал! – прорычал Конант.

Из-за стола раздался выстрел. Плечи Кортуэя исчезли.

Немного помедлив, Конант обогнул стол, остановился и выпрямился.

– Готов, – спокойно сообщил он. – Выстрелил себе в рот. И лишил меня такого послушного сенатора.

Тарго отнял ладони от груди, повалился на бок и замер.

Дверь комнаты распахнулась. На пороге стоял дворецкий – растрепанный, с раскрытым ртом. Он пытался что-то сказать, но при виде пистолета в руке Конанта и лежащего на полу Тарго лишился дара речи.

Альбинос поднялся на ноги, потирая челюсть, ощупывая зубы и тряся головой. Затем медленно побрел вдоль стены и поднял пистолет.

– Помощничек! – рявкнул на него Конант. – Найди телефон и позвони в полицию, Мэллоу, – да поживее!

Кармади повернулся к Джин Адриан и приподнял холодный подбородок девушки:

– Уже светает, ангел. И дождь, кажется, утих. – Он вытащил фляжку. – Давайте выпьем – в память о мистере Тарго.

Девушка покачала головой и закрыла лицо руками.

Прошло много времени, прежде чем послышался вой полицейской сирены.