Задрав ноги на стол, я разнашивал новые туфли. Тут позвонил Фиалка Макджи. Стоял скучный августовский день, жаркий, влажный, – пот с шеи хоть полотенцем вытирай.

– Ну как жизнь молодая? – в своей излюбленной манере поинтересовался Фиалка. – Опять всю неделю мух считал? Тут один парень, Говард Мелтон из Авенант-билдинг, жену свою потерял. Он региональный управляющий компанией «Дореми косметик» и почему-то не желает обращаться в отдел розыска пропавших. Наш начальник полиции с ним знаком. Съезди туда, а? Только обувь у входа сними, заведение с жуткими претензиями.

Фиалка Макджи служит в отделе расследования убийств окружного полицейского управления и если бы не «благотворительные» дела, которые он регулярно мне подсовывает, я, возможно, сумел бы заработать на жизнь. Однако новое дело пахло деньгами, поэтому я опустил ноги на пол, промокнул шею и вышел из кабинета.

Авенант-билдинг находится на углу Олив-стрит и Шестой улицы. Да, претензии налицо: тротуар перед парадной дверью выстлан черно-белым прорезиненным покрытием, на красавицах-лифтершах блузы из серого шелка и сдвинутые набок береты вроде тех, какими художники защищают волосы от краски. Компания «Дореми косметик» располагалась на седьмом этаже и занимала большую его часть. Застекленную приемную украшали цветы, персидские ковры и странные керамические скульптуры. Аккуратную глазированную блондиночку, оператора мини-АТС, упекли в самый угол – вероятно, от греха подальше. Помимо блондинки, в приемной имелась администратор, сидевшая за большим письменным столом, на котором стояли цветы и табличка с надписью «Мисс Ван де Граф». Девица спрятала глаза за роговыми очками в стиле Гарольда Ллойда[51], а волосы убрала в такой строгий пучок, что лоб казался, как говорится, выше крыш.

Администратор сообщила, что мистер Говард Мелтон на совещании, согласилась при первой же возможности передать ему мою визитку и полюбопытствовала, какое дело меня привело. Я ответил, что меня зовут Джон Далмас, визитку не захватил, а к мистеру Мелтону пришел от мистера Уэста.

– Кто такой мистер Уэст? – холодно осведомилась очкастая. – Мистер Мелтон про него слышал?

– Понятия не имею, сестренка. С мистером Мелтоном я не знаком, а с его друзьями и подавно.

– Еще раз, по какому вы делу?

– По личному.

– Ясно…

Чтобы не швырнуть в меня канцелярский набор, администратор быстро подписала три лежащих на столе документа. Я устроился в синем кожаном кресле с хромированными ручками, по виду, запаху и мягкости напоминавшем парикмахерское.

Через полчаса из дверей за бронзовым заграждением вышли двое хохочущих мужчин. Третий осторожно прикрыл створку и захохотал вместе с коллегами. Они пожали друг другу руки, и двое удалились, а третий моментально перестал смеяться и повернулся к мисс Ван де Граф.

– Кто-нибудь звонил? – начальственным голосом осведомился он.

– Нет, сэр. – Очкастая зашуршала листочками. – К вам некий мистер Далмас от некоего мистера Уэста. По личному делу.

– Таких не знаю! – рявкнул Мелтон. – И страховые полисы мне не требуются!

Он пронзил меня суровым взглядом, вошел в кабинет и захлопнул дверь. Вежливая мисс Ван де Граф выдавила сочувственную улыбку. Я устроился поудобнее и закурил. Минут через пять дверь за бронзовым заграждением распахнулась, появился мистер Мелтон со шляпой в руках и надменно объявил, что вернется через полчаса.

Выбравшись из-за ограды, он направился к выходу, а потом точно пленку назад перемотали: мистер Мелтон подошел ко мне, остановился и посмотрел сверху вниз. Впрочем, как же иначе, если мой новый знакомый был шести футов двух дюймов ростом[52] и плотного сложения? Лицо, хотя и холеное, не скрывало, что его обладатель ведет разгульный образ жизни, а хитрые жесткие глаза напоминали уголья.

– Вы хотели меня видеть?

Я поднялся и достал визитку. Мелтон внимательно взглянул на нее и соизволил взять. В черных глазах появилось задумчивое выражение.

– Кто такой мистер Уэст?

– Понятия не имею.

Во взгляде Мелтона вспыхнул интерес.

– Все правильно, – кивнул он. – Пройдемте в кабинет.

Мы прошествовали мимо очкастой, которая в бессильной ярости попыталась подписать три документа одновременно.

В кабинете имелись простор, полумрак и покой, а вот прохлады не было. На стене висела фотография сурового, решительно настроенного господина, который, судя по виду, всю свою жизнь только и делал, что распоряжался… Здоровяк Мелтон обогнул письменный стол стоимостью как минимум сотен восемь, опустился в «директорское» кресло с высокой спинкой, подтолкнул ко мне хумидор и с холодным спокойствием проследил, как я закуриваю.

– Проблема весьма деликатная, – начал он.

– Угу.

Перечитав текст на моей визитке, Мелтон спрятал ее в бумажник с золотым тиснением.

– Кто вас прислал?

– Приятель из окружного полицейского управления.

– Если честно, хотелось бы узнать о вас побольше.

Я продиктовал пару фамилий и телефонов. Мелтон тут же поднял трубку и набрал первый номер. К счастью, он застал контактных персон, смог с ними поговорить и четыре минуты спустя удовлетворенно откинулся на спинку кресла. Мы дружно вытерли взмокшие шеи.

– Пока все в порядке, – обнадежил Мелтон. – А теперь докажите, что вы тот, за кого себя выдаете.

Я вытащили из бумажника фотокопию водительского удостоверения, и Мелтон довольно кивнул.

– Сколько берете?

– Двадцать пять долларов в день плюс накладные расходы.

– Многовато. А что входит в накладные расходы?

– Бензин, иногда взятки, еда и виски, в основном виски.

– Вы питаетесь, только когда ведете расследование?

– Нет, и в остальное время тоже, но не так изысканно и разнообразно.

Губы Мелтона скривились в усмешке, от которой, как и от черных глаз, веяло холодом.

– Думаю, мы поладим.

Он достал из стола скотч, и мы выпили. Затем Мелтон опустил бутылку на пол, закурил украшенную монограммой сигарету и с наслаждением затянулся.

– Предлагаю ограничиться пятнадцатью долларами в день. Сами понимаете, времена сейчас тяжелые… И со спиртным полегче.

– Ну я же пошутил! Тот, кто не ценит шуток, не заслуживает доверия.

– Значит, договорились, – снова усмехнулся Мелтон. – Только сразу поставлю условие: к дружкам из полиции вы не станете обращаться ни при каких обстоятельствах.

– Согласен, если, конечно, вы никого не убили.

– Нет, убийствами пока не занимался, – захохотал Мелтон, – но человек я решительный. Хочу, чтобы вы разыскали мою жену, выяснили, где она находится, чем занимается, но тайком от нее самой. Она исчезла двенадцатого августа, то есть одиннадцать дней назад, из нашего летнего дома на Оленьем озерце. Озеро совсем маленькое, принадлежит мне и двум моим приятелям. Оно в паре миль от деревеньки Пумья Вершина, хотя, уверен, вы прекрасно знаете, где это.

– В горах Сан-Бернардино, милях в сорока от самого Сан-Бернардино.

– Угу, точно. – Мелтон стряхнул пепел на крышку стола, потом наклонился и сдул. – Озеро всего три восьмых мили длиной, и для удобства мы построили маленькую дамбу, увы, в самое неудачное для строительства время. На берегу четыре домика: один – мой, два принадлежат друзьям-совладельцам – этим летом оба пустуют, – а в четвертом, ближнем к дороге, живет Уильям Хейнз с женой. Он инвалид войны. Аренду они, естественно, не платят, зато приглядывают за озером и сторожат домики. Моя жена проводила там лето, но двенадцатого августа должна была вернуться в город – сезон начался, приемы, обеды. Она так и не приехала.

Я кивнул. Мелтон достал конверт, из него – фотографию и телеграмму, но мне протянул лишь телеграмму. Ее отослали из Эль-Пасо, штат Техас, пятнадцатого августа в 09:18 на адрес мистера Говарда Мелтона: Лос-Анджелес, Авенант-билдинг, квартира 715. «Еду Мексику оформлять развод. Выхожу Ланса. Прости прощай. Джулия», – прочел я и положил листок на стол.

– Джулией зовут мою жену, – пояснил Мелтон.

– А кто такой Ланс?

– Ланселот Гудвин. До прошлого года он был моим личным помощником, потом получил небольшое наследство и уволился. Я уже давно знал, что они с Джулией, образно говоря, друг к другу неравнодушны.

– Все понятно, – снова кивнул я.

Мелтон вручил мне фотографию миниатюрной блондинки и высокого худощавого мужчины лет тридцати пяти. Смуглый, темноволосый, он казался чересчур красивым, а блондинке можно было дать от восемнадцати до сорока. Да, существует такой тип… Явно гордясь своим телом, женщина демонстрировала его всем желающим. Глядя на ее купальник, воображение напрягать не приходилось. Итак, блондинка в купальнике и смуглый красавец в плавках сидели на песке под пляжным зонтиком. Налюбовавшись, я положил фотографию поверх телеграммы.

– Это «вещественные доказательства», но далеко не все факты, – объявил Мелтон. – Еще виски?

Он разлил скотч по стаканам, выпил вместе со мной и опустил бутылку на пол. Тут зазвонил телефон. Мелтон произнес буквально два слова, потом опять поднял трубку и велел администратору ни с кем его не соединять.

– До последнего времени я особо не беспокоился, – признался Мелтон. – Но в прошлую пятницу встретил на улице Ланса Гудвина, и он сказал, что не видел Джулию несколько месяцев. Я ему поверил, ведь Ланс – человек прямой и не робкого десятка. В таком деле он врать бы не стал и, надеюсь, будет держать язык за зубами.

– А как насчет других кандидатов?

– Не знаю. Если они имеются, то мне незнакомы. Полагаю, Джулия где-то угодила в тюрьму, но с помощью взятки скрыла свою личность.

– В тюрьму? За что?

– Джулия – клептоманка, – нехотя сообщил Мелтон. – Проблема не слишком серьезная и возникает лишь периодически, в основном когда Джулия пьяна. Чаще всего ее ловят в крупных магазинах Лос-Анджелеса, краденое записывают на мой счет, и она выкручивается. Пока скандалы удавалось заминать, а вот в незнакомом городе… – Мелтон осекся и нахмурился. – У меня и с «Дореми косметик» забот хватает! – в сердцах воскликнул он.

– Ее регистрировали?

– В смысле?

– Полиция снимала ее отпечатки и заводила досье?

– По-моему, нет. – В голосе Мелтона послышалась тревога.

– А Гудвину известно о забавах вашей супруги?

– Не уверен. Надеюсь, нет. Естественно, со мной он это не обсуждал.

– Мне понадобится его адрес.

– Он есть в телефонном справочнике. У Ланса бунгало в каньоне Чеви-Чейз недалеко от Глендейла. Место довольно уединенное. Думаю, наш Ланс – настоящий бабник.

Дело попахивало тщательно спланированной аферой, однако озвучивать мысль я не стал: помимо аферы, пахло деньгами, так почему бы и не поправить свое финансовое положение?

– Вы ездили на Оленье озерцо после того, как исчезла ваша супруга?

Мелтон удивленно ответил:

– Честно говоря, нет. Повода не было… До встречи с Лансом перед клубом «Атлетик» я думал, что они с Джулией где-то развлекаются и, возможно, даже поженились. В Мексике разводы оформляют моментально.

– А как насчет денег? Сколько у нее было при себе?

– Трудно сказать; вообще-то, у нее имеется собственный капитал, унаследованный от отца. Полагаю, с деньгами проблем не возникнет.

– Ясно. Во что она была одета? Если вы, конечно, в курсе…

– Я две недели ее не видел, – покачал головой Мелтон. – Вообще-то, Джулия предпочитает темные вещи. Насчет двенадцатого вам лучше расспросить Хейнза. Пожалуй, его придется уведомить об ее исчезновении, однако, думаю, доверять ему можно. – Мелтон криво улыбнулся. – У Джулии восьмиугольные платиновые часики с браслетом из крупных звеньев. Это мой подарок ко дню рождения, на внутренней стороне выгравировано ее имя… Еще перстень с бриллиантом и изумрудом и платиновое обручальное кольцо, тоже с гравировкой: «Говард и Джулия Мелтон, двадцать седьмое июля тысяча девятьсот двадцать шестого».

– Мошенничества не подозреваете?

– Нет, – тяжелое лицо чуть заметно покраснело, – я уже сказал, чтó подозреваю.

– Если окажется, что миссис Мелтон в тюрьме, как мне действовать? Сообщить вам и ждать указаний?

– Именно, а в любом другом случае не спускать с нее глаз. Где бы ни была Джулия, я сумею уладить ситуацию.

– Не сомневаюсь, влияния у вас предостаточно. Вы сказали, миссис Мелтон уехала с озера двенадцатого августа, хотя сами там не были. Вам доподлинно известно, что она уехала, или вы с ней так договаривались, или такой вывод напрашивается, исходя из даты отправления телеграммы?

– Ах да, я упустил еще один момент. Джулия действительно уехала двенадцатого. Ночью за руль она никогда не садится, поэтому после обеда успела доехать до отеля «Олимпия», где дожидалась поезда. Я говорю с уверенностью, так как неделей позже мне позвонили из отеля, сказали – машина у них в гараже, и предложили забрать. Я пообещал заняться этим, как только появится свободная минута.

– Хорошо, мистер Мелтон. Для начала мне хотелось бы потолковать с мистером Ланселотом Гудвином. Возможно, он вам соврал.

Мелтон вручил мне справочник «Города Южной Калифорнии», и я, быстро отыскав нужную фамилию, выяснил, что Ланселот Гудвин проживает по адресу: Глендейл, Честер-лейн, 3416. Где это – я не имел ни малейшего понятия, зато имел карту и машину.

– Раз собираюсь на охоту за информацией, не помешает небольшой аванс. Сотни вполне хватит.

– Для начала обойдетесь пятьюдесятью, – заявил Мелтон, доставая из тисненого бумажника две двадцатки и десятку. – Подпишите квитанцию, чисто для проформы.

Квитанционная книжка лежала на столе, Мелтон заполнил один из бланков, и я поставил автограф. Спрятав «вещественные доказательства» в карман, я поднялся, и мы пожали друг другу руки.

Кабинет я покидал с впечатлением, что встретил довольно педантичного в денежных вопросах человека. Администратор обожгла недобрым взглядом, который волновал меня на протяжении всего пути к лифту.