Мы зашагали по коридору. Из квартиры Хелен Мэтсон лился яркий свет и доносились недовольные голоса. У раскрытой двери курили санитары с носилками.

Де Спейн, Малек и я свернули на лестницу и, этаж за этажом, спустились в вестибюль. Там уже собрались жильцы с вытаращенными от любопытства глазами: три женщины в махровых халатах, лысый мужчина в зеленом, надвинутом на глаза козырьке, похожий на газетного редактора, плюс еще двое, предпочитавшие держаться в тени. У самой двери подъезда, негромко насвистывая, расхаживал очередной коп в форме. Меня провели буквально в паре шагов от него, а он не обратил ни малейшего внимания. Во дворе тоже караулила стайка любопытных.

– Сегодня ночью в нашем маленьком городке случилось большое событие, – съязвил де Спейн.

Мы подошли к черному седану без каких-либо полицейских обозначений. Скользнув за руль, де Спейн жестом велел мне сесть рядом, а Малек устроился сзади. Табельный пистолет давно скрылся в кобуре, однако ее белокурый коп оставил незастегнутой и любовно поглаживал.

Сильнейший толчок – де Спейн сорвался с места, а меня буквально пригвоздило к сиденью. За считаные секунды мы долетели до ближайшего поворота и помчались на восток. На повороте, в квартале от дома Хелен Мэтсон, позади показались двойные красные фары большого черного автомобиля, который, похоже, не уступал нам в скорости.

– Шериф! – сплюнул в окно де Спейн. – Он и на собственные похороны опоздает. Наконец-то мы утерли ему нос.

– Угу, и заплатим за это месячным отстранением от службы, – с отвращением поддакнул блондинистый коп.

– Не будь размазней, тогда, может, в отдел убийств вернешься, – посоветовал де Спейн.

– А мне в форме и лучше, и спокойнее.

Десять кварталов де Спейн гнал во весь опор, а потом чуть притормозил.

– Разве мы не в управление едем? – удивился Малек.

– Слушай, не будь идиотом.

Сбросив скорость до минимума, де Спейн свернул на тихую, обсаженную можжевельником улочку, вдоль которой тянулись аккуратные домики с аккуратными лужайками. Он осторожно съехал на тротуар, заглушил мотор и, закинув руку на подголовник, обратился к востроглазому копу:

– Малек, думаешь, он замочил девку?

– Из его пистолета стреляли.

– У меня где-то был большой фонарь. Достань его и осмотри затылок нашего нового друга.

Фыркнув, Малек порылся в кармане сиденья. Раздалось клацанье металла, и мою голову осветил мощный фонарь. Громко сопя, Малек нащупал шишку у меня на затылке и надавил. Я аж взвизгнул. Фонарь тут же погас, и салон накрыла тьма.

– Похоже, его дубинкой огрели, – заключил Малек.

– Равно как и девчонку, – бесстрастно добавил де Спейн. – У нее ушиб почти незаметен, но есть. Ее оглушили, затащили в квартиру и раздели, прежде чем прикончить, дабы вышло похоже сам знаешь на что. Лишь потом выстрелили, предварительно обернув ствол банным полотенцем. Выстрел получился бесшумным. Малек, кто вызвал наряд?

– Понятия не имею. Неизвестный позвонил за пару минут до твоего прихода, Рид еще фотографа искал. По словам дежурной, у мужчины был низкий сиплый голос.

– Ясно… Малек, пришей девку ты, как бы выбирался из квартиры?

– Просто вышел бы, а что? – отозвался востроглазый и рявкнул, обращаясь ко мне: – Эй, ты зачем спектакль устроил?

– Считай это моим маленьким секретом, – парировал я.

– Ты бы не полез в окно шестого этажа, да, Малек? Не вломился бы в чужую квартиру и не прикинулся бы соседом убитой, верно? И точно не стал бы звонить копам, чтобы поскорее приезжали и ловили убийцу, правда?

– По-твоему, звонил этот парень? – пожал плечами блондинчик. – Нет, я бы ничего такого не сделал…

– Вот и убийца тоже не сделал, – кивнул де Спейн. – За исключением последнего пункта: полицию вызвал он.

– Сексуальные маньяки могут любой финт выкинуть, – заявил Малек. – Вдруг у этого типа был сообщник, который в итоге захотел его подставить и оглушил дубинкой?

– Эй, ты, маньяк сексуальный! – заржал де Спейн и ткнул меня меж ребер пальцем, жестким, как ствол пистолета. – Только взгляни на нас, придурков, сидим тут с тобой, рабочее время тратим – вернее, его тратит тот, у кого еще есть работа, – в догадках теряемся, а ты, прекрасно зная все ответы, и слова не проронил! Нам ни имя девицы неизвестно, ни кто она такая!

– Я ее в баре Конрида подцепил, а если точнее – она меня подцепила.

– А как насчет имени?

– Спроси что-нибудь полегче. Девица накачалась, попросила вытащить ее на воздух и увезти из клуба. Когда усаживал в машину, меня ударили дубинкой. Очнулся на полу в квартире. Рыжая уже не дышала.

– Что ты делал в баре Конрида?

– Стригся! Что обычно делают в барах? А девчонка была не просто пьяна, но и чем-то напугана, даже управляющего коктейлем облила. Мне стало ее жаль.

– Рыжим я тоже обычно сочувствую, – вздохнул де Спейн. – Неведомый тип с дубинкой наверняка силен как буйвол, раз втащил тебя на шестой этаж.

– Тебя когда-нибудь били дубинкой по голове? – полюбопытствовал я.

– Нет, – ответил де Спейн. – А тебя, Малек?

Малька тоже не били, но сообщил он об этом довольно резко и неприветливо.

– Тогда объясняю, – начал я. – По ощущениям похоже на сильное опьянение. Я мог прийти в себя в машине, а бандит с дубинкой сидел рядом и следил, чтобы я не рыпался. Потом заставил подняться на шестой этаж. Может, девчонка знала этого типа. В квартире он оглушил меня снова, потому я не помню, что случилось между двумя ударами.

– Подобные рассказы я слыхал, – кивнул де Спейн, – но никогда не верил.

– Это правда. Должно быть правдой, ведь я ничего не помню, а своими силами он меня по лестнице вряд ли втащил бы.

– Я бы втащил. И потяжелее таскать приходилось, – сказал де Спейн.

– Ладно, – согласился я, – допустим, он меня внес. Что это дает?

– Не пойму, зачем бандиту такие сложности, – признался Малек.

– Оглушить дубинкой совсем не сложно, – осадил его де Спейн. – Давай сюда его ствол и бумажник!

Секундная заминка – и Малек сделал, как приказали. Де Спейн понюхал револьвер и запихнул его в карман с моей стороны. Раскрыв бумажник, он поднес его к лампочке на приборной панели и тут же спрятал. Потом завел мотор, развернулся посреди улицы, погнал обратно на бульвар Аргуэльо, оттуда – на восток и, наконец, притормозил у винного магазина с красной неоновой вывеской. Несмотря на глубокую ночь, заведение было открыто.

– Малек, беги позвони в управление, – велел де Спейн блондинчику. – Скажи, мы получили супернаводку и едем брать убийцу с Брайтон-авеню. Пусть Андерсу передадут, что мы его уели!

Малек выбрался из салона, хлопнул дверцей, что-то буркнул и быстро зашагал к магазину.

Де Спейн тотчас завел мотор. Уже к первому повороту стрелка спидометра подползла к отметке сорок миль в час. Ал довольно усмехнулся и в следующий поворот вписался на пятидесяти. Де Спейн петлял по улицам, пока не подрулил к перечному дереву у здания школы.

Едва де Спейн потянулся к ручнику, я проворно вытащил свой пистолет у него из кармана. Ал сухо рассмеялся и сплюнул в открытое окно.

– Знаешь, зачем мы сюда приехали? Я разговаривал с Фиалкой Макджи. Мальчишка-журналист звонил мне из Лос-Анджелеса. Они нашли Мэтсона и сейчас допрашивают какого-то управляющего.

Отодвинувшись подальше от него, я спрятал руку с пистолетом между коленями.

– Если ты забыл, напоминаю: мы уже за пределами Бэй-Сити! – нагло заявил я. – Что сказал Макджи?

– Что свел тебя с Мэтсоном, но не знает, успели ли вы встретиться. Управляющий – черт, фамилия из головы вылетела! – прятал труп в подворотне, когда его прижала парочка патрульных. По словам Макджи, если ты все-таки встретился и поговорил с Мэтсоном, то наверняка попадешь у нас в переплет – точнее, очнешься с разбитой головой на мертвой телке.

– Я с Мэтсоном не встречался и не разговаривал.

Де Спейн взглянул на меня из-под косматых темных бровей.

– Однако в переделку попал! – заметил он.

Левой рукой я достал сигарету и неловко закурил от прикуривателя: в правой был крепко зажат пистолет.

– Насколько я понимаю, ты тут не в фаворе, даже на место преступления неофициально выехал, а сейчас фактически взял меня в заложники и вывез за территорию города. И как твои дела после этого, Ал?

– Дела как сажа бела. Если только из затеи не выйдет чего-нибудь путного.

– Будет тебе путное, – пообещал я. – Что, если нам объединиться и совместными усилиями раскрыть три убийства?

– Три?

– Ну да. Хелен Мэтсон, Гарри Мэтсона и жены дока Австрийса. Они все связаны.

– Я от Малька избавился, потому что он коротышка. Андерс таких любит, вот и пусть Малек валит все на меня. Ну, с чего начнем?

– Предлагаю разыскать типа по имени Греб, который работает в лаборатории при местной клинике. Почти уверен: его отчет по делу Австрийсов был чистейшей липой. Думаешь, тебя объявят в розыск?

– Наши рации работают на лос-анджелесской частоте. Вряд ли шеф захочет позориться и в открытую ловить своего копа.

Ал повернул ключ в зажигании.

– Отдай бумажник, – предложил я. – Тогда пушку спрячу!

Де Спейн хрипло рассмеялся и вернул мне бумажник.