От неожиданности я оступилась, зацепилась ногой за камень и села на попу, при этом завизжала и, не открывая глаз, замахнулась веером.

— Столько действий от испуга? Да ты просто неподражаема! Как ума хватило не утопиться…

Я распахнула глаза и уставилась в два круглых сверкающих алмаза, с любопытством рассматривающих мою скромную особу.

— А…

— Нет, точно бракованная, — приятным баритоном хмыкнул обладатель алмазных глаз.

Я еще раз моргнула, потом потерла глаза и только после этого решилась протянуть руку и погладить… Кого? Феникс был похож на петуха. На такого большого упитанного петуха с золотым оперением и янтарным клювом. Вместо гребня у него был перьевой хохолок ярко-красного цвета, он гордо торчал вверх, словно корона.

— Мягонький и очень горячий…

— Что за фамильярность, девушка? — возмутился петух и отпрыгнул на шаг. — Я тебе не кот, я феникс, волшебное существо, священный сосуд знаний и долголетия. Вечный источник силы и мощи!

— Ой, простите, пожалуйста, — заробела я. Действительно, что-то такое леди Э рассказывала. — Я просто еще не привыкла к волшебным существам.

— Ладно, вставай и пошли. — Он развернулся и зашагал в глубину пещеры. — И не отставай, а то заблудишься!

Я вскочила и, подхватив веер, побежала следом. Мы шли по огромной пещере, очень напоминающей ту, в которой меня встретили грайи… Интересно, откуда в парке пещеры, если там гор нет?

— А как мне к вам обращаться?

Я завороженно следила за пышным хвостом вышагивающей птички, при каждом движении лапы хвост поворачивался в противоположную сторону, и это очень походило на вихляющую походку неопытных манекенщиц. Выглядело весьма забавно, и я едва сдерживала смех.

— Люди называют меня Феликсом.

— Даже не сомневалась, — пробормотала себе под нос, но птичка услышала.

— Да, родители не были оригинальны.

Мы нырнули в небольшой отнорок и вышли уже в светлой комнате, заставленной разномастной мебелью и картинами. Полотна висели на стенах, стояли на подрамниках, были свалены грудой у дальней стены, лежали на креслах и диванах. В комнате было пыльно и господствовал такой бардак, что мне пришлось пробираться боком к свободному креслу.

— Куда садишься? — возмутился Феликс и, тяжело взлетев на шкаф, скомандовал: — Приступай!

— К чему? — не поняла я.

— К уборке! — заявила наглая птичка и спрятала голову под крыло.

— Стоп! — Я выставила перед собой ладонь на уровне груди. — Почему я должна здесь убирать?

— Потому что я не могу! У меня крылышки! — В доказательство феникс энергично помахал этими самыми крылышками, поднимая очередной столб пыли. Я чихнула. — Будь здорова!

— Спасибо. А у меня маникюр!

— Ты должна исполнить договор!

— Какой еще договор?

Я прищурилась и уперла руки в бока, вспомнив, что когда бабушка так делала, дед сдавался моментально.

На Феликса тоже подействовало.

— Я покровитель лунных колдуний, а вы за это у меня убираете! Такой договор.

— Что-то леди Э мне об этом ничего не сказала.

— Это та огненная ведьмочка? Красивая… а какая страстная! Как мы с ней тут… м-м-м-м…

Феликс закатил дивные глаза, надеюсь, от приятных воспоминаний, а не от инфаркта, наступившего в связи с этими самыми воспоминаниями.

— В общем, не спорь со мной! А я тебе перчатки наколдую.

И правда, на моих руках моментально появились силиконовые перчатки, вокруг талии обмотался белый фартук с карманами, у ног материализовалось ведро с водой и швабра. До чего изобретательная тварюшка!

— Я слышу!

— А нечего чужие мысли подслушивать!

— Оно само, — виновато покаялся Феликс.

— Ты всех гостей так встречаешь? — Я легонько пнула ведро ногой. — Здесь бы пылесос нормальный, а не швабру.

— Электричества нет, — вздохнул Феликс. — Думаешь, я не пробовал притащить из твоего мира пылесос-робот? Не работает от магического источника, так что приходится по старинке, при помощи девушки, веника и швабры.

И у меня в руках возникли веник и метелка для пыли.

— Так… — Я окинула взглядом фронт работ. — Будешь помогать!

— Это как? — подозрительно заерзал на шкафу феникс и даже отошел на шажок. — Я не умею!

— Умеешь!

— Не умею!

— Развлекай меня разговорами. Куда картины убирать?

— А… это… ну… Давай я их пока в запасник спрячу!

— Эй, я посмотреть хотела!

Вот честное слово, он смутился! Даже хохолок покраснел еще больше, и глазки смущенно замерцали.

— Я тебе потом покажу.

И картины исчезли, остались лишь пейзажи на стенах.

— Расскажи, откуда ты знаешь про Землю? — попросила я и решительно направилась к книжному шкафу с твердым намереньем стереть с него пыль и вымыть стекло.

Убирать я люблю, мне нравится наводить чистоту, нравится запах чистящих средств и блеск перемытой посуды, нравится в это время обдумывать что-нибудь или слушать музыку, врубив колонки на полную громкость. Но сегодня у меня есть Феликс, существо, которое кажется мне очень знакомым и близким.

— Тоже мне секрет Полишинеля! — Он закудахтал, и я поняла, что это смех. — Я же феникс! Существо бессмертное. Где я только ни бывал за свою вечную жизнь!

— И давно ты живешь?

— Ну… не очень, в общем-то. Всего три раза успел возродиться, — смущенно признался он. — Но видел, как в этот мир пришел Хаос! Кстати, вы его называете «радиация» и «мутация».

— Ого…

— Представляешь? — Он подвинулся на самый край шкафа, с интересом следя, как я смахиваю пыль с корешков книг. — На эту планету упал космический корабль! Точнее, совершил аварийную посадку. А местные придурки маги не нашли ничего лучшего, чем его взорвать! А там был ядерный реактор, и от соприкосновения с магией произошел большой барабух!

— А инопланетяне?

— Спаслись. И даже смогли ограничить воздействие Хаоса. Собственно, и до сих пор сдерживают.

В голове что-то щелкнуло, и ее посетила странная догадка, я замерла, глядя на довольного Феликса.

— Умница! Только колдуньи из техногенных миров догадываются, магички думают слишком узко.

— Так все короли — потомки тех инопланетян? Поэтому им подвластен Хаос.

— Они знают, как с ним бороться. Кровь пришельцев настолько сильная, что она не растворилась в этом мире даже спустя века, но есть проблема, небольшая такая проблемка, но весьма неприятная. Инопланетные мужики несовместимы с местными дамами. Нет, секс, то да се, вполне могут, а вот сыновей не рождается, да и вообще с детьми у них туго. Больше троих еще ни один не смог воспроизвести. Пришельцы сами придумали легенду о лунной колдунье, создали удобную для них религию и велели доставлять их потомкам женщин из других миров, потому что только их кровь может контролировать Хаос.

— Поэтому у Ардена дочь?

Я поставила на полку последнюю статуэтку и закрыла стеклянную дверцу.

Но Феликс проигнорировал мой вопрос.

— Все, кто прилетел на том злополучном корабле, были мужчинами, воинами и целителями. Они бежали из мира, где произошла экологическая катастрофа, у них у всех были изменения в геноме. Я тебе потом покажу портреты, твой принц очень похож на своего предка, — закудахтал феникс. — Но они обладали, кроме знаний, еще и странной магией, основанной не на заклинаниях, а на ритуалах. Они умели подчинять элементалей и низших существ, могли заставить духов служить себе. В общем, уникальная раса. Только характеры отвратительные.

— Это я уже заметила. Что у его величества, что у его высочества. Кстати! — Я резко обернулась к Феликсу. — Ты же можешь спасти короля? Тогда мне не придется выходить замуж!

— Не могу. — Феникс склонил голову набок и совсем по-человечески вздохнул. — Его время давно вышло. Адель, не стоит его жалеть, Александр не самый лучший человек этого мира, зря ты рассказала, как его можно вылечить.

— Не зря, — буркнула я, не обращая внимания, что гадкая птичка вновь ковырялась в моей памяти.

— Я вижу будущее так же отчетливо, как прошлое. — Феликс больше не веселился, голос его звучал серьезно и с сочувствием. — Он доставит тебе проблемы. Роковые проблемы.

— Ты прям как грайи! — Я со злостью замахала шваброй. — Те тоже гадости только и могли предсказать.

— Грайи! Пф! Сравнивать меня с ними! Шарлатанки!

— Все вы здесь… шарлатаны.

— Есть немного. — Феликс посмотрел на чистый пол. — Ты молодец! За час убрала тридцатилетнюю грязь!

— Тридцатилетнюю?

— Ну да, — взмахнул он крыльями. — Прошлая лунная дева была здесь тридцать лет назад. Красавица демоница. Жгучая и неистовая.

Я устало села в кресло у стола, любуясь на преобразившуюся комнату. Ныла поясница и болели натруженные ноги, но я была довольна результатом. Прибранная комната оказалась очень уютной и комфортной, даже воздух стал чище, и в нем неуловимо пахло ландышами.

— Слушай, а почему ты не убираешь магией?

Я вдруг почувствовала себя обманутой. Если ему все так легко дается, то…

— А потому что мне с вас больше нечего взять, а оказывать покровительство просто так мне воспитание не позволяет!

Феникс слетел со шкафа, и на пол уже приземлился парень лет семнадцати, я не удивилась лишь потому, что подсознательно ожидала чуда. И вот оно во всей красе… или наоборот… Насколько красива была птица, настолько невзрачным вышел человек. Белые длинные волосы, острый и загнутый книзу нос, похожий на клюв хищной птицы, бледные тонкие губы и прозрачные глаза, мерцающие и смешливые. На нем были надеты потертые джинсы, кеды и футболка с пандой.

— Значит, у тебя крылышки… — Я начала медленно подниматься, шаря рукой по столу в поисках тяжелого предмета, точно помню, что там лежал тубус с кистями. — Я тут утро угробила на уборку…

Наконец рука нащупала искомое, и футляр, словно дубинка, удобно лег в ладонь.

— Адель, — попятился от меня Феликс. — Чего ты? Я же честно тебя развлекал!

— Ты обманщик и эксплуататор!

Через десять минут запыхавшаяся, лохматая и раскрасневшаяся, я упала на диван, отбросила изрядно помятый тубус и, откинувшись на спинку, простонала:

— Если ты, петух общипанный, меня не напоишь чаем, я тебе лично шею сверну!

Феликс выглянул из-за шкафа и робко поинтересовался:

— Драться больше не будешь?

— Не буду. — Я уже не злилась, но еще немножко обижалась. — Но я тебя не простила!

— Да ладно, — улыбнулся несносный феникс. — Я же вижу, что простила.

Я искоса на него посмотрела и поняла, что да, он прав. Не могу я на него злиться, потому что он… милый и родной. И мой феникс!

— Это потому что я твой покровитель, — улыбнулся парень. — А ты мой источник, Адель. Пока не выйдешь замуж, так и будет.

— А потом?

— Потом… ни одна из колдуний больше не приходит ко мне. — Он грустно улыбнулся. — Вы вырастаете и уходите в свою жизнь, а я умираю и вновь возрождаюсь.

— Я не хочу так. — Я протянула руку и коснулась бледной кожи феникса. Горячий. Очень горячий. — Я не уйду.

Он только грустно улыбнулся.

— Чаю, льера Адель?

— Не откажусь, тьер Феликс.

Мы пили чай с пирожными и конфетами и болтали о всякой ерунде, с Феликсом было легко и беззаботно, а еще рядом с ним я ощущала себя в полной безопасности. И пахло от него домом: бабушкиным фирменным печеньем, дедовским табаком, мамиными духами… И здесь, в этой комнате, я чувствовала себя абсолютно счастливой.

Но все когда-то заканчивается, и время моего визита тоже подошло к концу.

— Я проведу тебя.

Феликс подал мне руку, и мы направились к выходу. В этот раз шли совершенно по другому коридору, темному и мрачному, зато путь был намного короче, и вскоре мы оказались у деревянной двери с бронзовой ручкой в виде змеи. Феникс улыбнулся и коснулся кончиками пальцев моего кулона.

— Я убрал из него приворот, он тебе не нужен. Пусть все идет своим чередом.

— Значит, приворот?!

Что-то подобное я и подозревала. Вот же демоница!

— Легкий, — задорно улыбнулся Феликс. — Но ты должна сама выбрать.

— У меня вопрос! — Я как в школе подняла руку. — Я же могу выбрать не потомка пришельцев, и тогда…

— Нет, не можешь! — Он совершенно несолидно захихикал. — Вот поэтому ты и пришла ко мне. Теперь уж точно не ошибешься. Ибо кровь Первых есть не только у королевской ветви, а я умею пробуждать ее зов.

Я потрясла головой, пытаясь уложить новые знания в мозгу, но знания укладываться не хотели, они норовили расползтись и ускользали при попытке осознать сказанное Феликсом. В итоге я плюнула и решила, что пусть все и правда идет своим чередом, а там разберусь.

— Слишком много лжи, — прошипела я, останавливаясь у двери.

— Это необходимость. — Феникс больше не улыбался. — Сама понимаешь, рано еще местным знать про инопланетян, радиацию и другие миры. Намного проще все объяснить волей богов и предсказанием грайи. Ты в сказке, детка!

— А сами правители об этом знают? Жрецы? Маги? Хоть кто-нибудь, кроме тебя?

— Король узнает об этом от своей жены, а она от меня. Больше никто не знает, — серьезно произнес Феликс.

— А вдруг я разболтаю всем?

— Не сможешь. — Он легонько толкнул меня в спину. — Иди, тебя уже ищут.

Дверь открылась, и я оказалась на улице. Оглянулась. Ого! А солнце уже садится. За спиной двери не было, на ее месте рос стриженый кустарник, под ногами расстилалась каменистая тропинка, а вокруг шумели деревья. И в какую сторону мне идти? Я прислушалась, вдали раздавались мужские голоса, на них и пошла. Неторопливо, переваривая полученную от феникса информацию. Встреча что-то перевернула в душе, появилось ощущение, что теперь я не одна, теперь я смогу справиться с любой проблемой.

С любой…

Кроме этой…

Проблема выросла прямо передо мной на тропе, и выражение ее лица было далеко от доброго. Я словно на стену натолкнулась, замерла и попятилась, а затем, развернувшись, бросилась наутек. Да ну его к черту! Убьет же! И разбираться не станет!

— Стоять! — гаркнули сзади, и на талию легла знакомая петля. — Куда собралась, колдунья?

Арден не спешил, понимал, гад, что добыча уже никуда не денется. Я стояла, скрестив руки на груди и задрав голову. Погибать, так с музыкой! Не буду показывать, как страшно. Главное, не смотреть ему в глаза, чтобы не догадался, как у меня трясутся поджилки и по спине маршируют отряды ледяных мурашек.

— И где ты была, несносная девчонка? — шепнул он на ухо, не позволяя отодвинуться. Горячие руки легли на плечи и талию. Я не шевелилась, хотя очень хотелось попробовать вырваться. — Лео поднял по тревоге отряд. Они прочесали парк, баграми прощупали озеро… думали, что ты утопилась, потому что садовник видел, как ты шла к озеру.

— Даже мысли не было! — Я все же дернулась, но безрезультатно. — Просто гуляла, а потом заснула на лужайке, там травка такая мягкая…

— На какой лужайке, Адель? — Он опустил лицо к моим волосам. — От тебя пахнет мужчиной. Чужаком.

— Не выдумывайте, ваше высочество!

Ох, что же делать? Я подняла голову и столкнулась с разъяренным взглядом. И тогда я сделала то, что выбило Ардена из колеи. Я встала на носочки и закинула руки ему на плечи, а потом поцеловала…

Ой, мамочки, что я творю?..

Арден сначала опешил, но лишь на мгновение, и не успела я отстраниться, как он перехватил инициативу. Жесткие пальцы обхватили мой затылок, не давая ни единого шанса отстраниться, а вторая рука вжала меня в его тело. Невинный поцелуй перестал быть таким невинным, ведьмак нагло и довольно успешно узурпировал мои губы, сминая своим напором любой намек на сопротивление. Жадно, страстно, властно, ни на секунду не сомневаясь в собственном праве на мое тело. Ох, Лина, а ведь он разложит тебя прямо здесь…

А еще, целовался этот гад фантастически. Сердце замирало и ноги подкашивались, и, не поддерживай он меня за талию, точно бы рухнула на траву… Так вот ты какое, предающее тело! Вот зараза! Эй, Адель, очнись! Хватит! Я сказала — хватит!

Я изо всех сил уперлась руками в грудь ведьмака и попыталась его оттолкнуть. Он не оттолкнулся, лишь легко отстранился, заглядывая в глаза.

— Передумала? — спросил с улыбкой. — Или испугалась?

И он опять меня поцеловал. И как поцеловал… гад сексуальный!

— Не могли бы вы отодвинуться? — Сердце, прекращай так колотиться, он же услышит! — Вы нарушаете мое личное пространство!

Боже, что я несу?

— Я еще даже и не начинал, — шепнул этот гад мне на ушко, — нарушать твое личное пространство, Адель.

— Отпустите… пожалуйста.

Ух, как я жалела, что не могу треснуть чем-нибудь увесистым по этой наглой самоуверенной физиономии.

Арден убрал руки, и я быстренько отодвинулась от него.

— Мне пора!

Я поправила шляпку и, гордо расправив плечи, зашагала по дорожке, едва сдерживаясь, чтобы не побежать.

— Адель! — раздался смеющийся голос. — Дворец в другой стороне.

Я резко развернулась и пошагала в другую сторону. Когда поравнялась с Арденом, он предложил мне руку, но я ее проигнорировала, тогда ведьмак просто пристроился сзади, чем нервировал меня невыносимо.

— Так где ты была?

— Гуляла. Правилами не запрещено!

Разговаривать с собеседником, когда не видишь его лица, крайне неудобно, но показывать свои пылающие щеки и растерянный взгляд я была не готова. Перед мысленным взором предстало самодовольное лицо ведьмака, его темный жаркий взгляд, шарящий по моей спине… и тому, что ниже спины… От этих мыслей я совершенно перестала следить за дорожкой и, как следствие, зацепилась носком за камешек и чуть не улетела в кусты, если бы не отменная реакция ведьмака. Он успел подхватить меня за локоть в самый последний момент, спасая от позорного падения и растоптанного чувства собственного достоинства.

— Осторожнее, смотри под ноги.

Вот еще папочка выискался, еще бы на ручки взял и понес. Я презрительно фыркнула и гордо зашагала дальше, проклиная про себя феникса за то, что обманом заставил меня заниматься уборкой, да еще и дверь наружу открыл у черта на куличках. Больше всего мне сейчас хотелось лечь в горячую ванну и закрыть глаза…

Вскоре ноги стали ныть, а новые туфли казались пыточными колодками, я серьезно раздумывала, чтобы снять их и идти босиком, удерживало меня лишь одно: не хотелось мелькать грязными пятками перед так и идущим сзади Арденом. Ну и чего привязался?

Наконец впереди показались белые колонны дворца, и я вздохнула с облегчением.

— Устала? — Арден поравнялся со мной и взял за руку, а у меня сил не было сопротивляться, хотя руку выдернуть я попыталась. Как всегда неудачно. — Адель, завтра ты пожалеешь о своей длительной прогулке.

Наивный! Да я уже сегодня о ней жалею! Мне бы только до комнаты добраться…

— Пока ты «гуляла» по парку, прибыли невесты, поэтому больше я не смогу открыто появляться в твоем обществе. — Он провел меня в холл и к лестнице. — Но это не отменяет твоей обязанности присутствовать на сегодняшнем ужине.

— Как прикажете, ваше величество.

Я сделала реверанс и скривилась, в спину стрельнуло. Боже, ощущаю себя развалиной, а мне всего лишь девятнадцать лет!

— Адель… — Тихий голос заставил меня обернуться. — Я не люблю, когда мне лгут.

— Я тоже.

Сами тут наврали мне с три короба и рассчитывают на мою честность? Следует хорошенько расспросить Феликса. Сегодня составлю список вопросов, а завтра их ему задам, и пусть только попробует не ответить!

Я подхватила длинную юбку и, резко дернув ее вверх, потопала по ступенькам.

— У тебя очень красивые ноги, — промурлыкали сзади.

Я тут же опустила подол и чуть на него не наступила. Да что же это такое? В следующий раз возьму на прогулку ридикюль и засуну в него кирпич, чтобы было чем отбиваться от назойливых кавалеров!

Хорошо, что лестница была короткой, и спустя несколько секунд я юркнула в спасительный коридор, ведущий на женскую половину дворца. Здесь по сравнению с днем было оживленно: бегали посыльные, сновали горничные, двое крепких парней тащили деревянный сундук такого размера, что туда можно было засунуть меня и Сурью, и еще бы место осталось. Я брела следом за сундуком, потому что обойти его не могла, а толкаться вдоль стеночки не хотелось. Дверь напротив моих апартаментов была распахнута настежь, и в ней, уперев руки в бока, стояла высокая черноволосая девушка в шикарном сером платье, идеально подчеркивающем ее фигуру. Я оценила и крой, и фасон, и качество ткани. Дорого, со вкусом, стильно. Мои платья были не хуже, но им не хватало индивидуальности и шика. Конечно же, их ведь выбирал мужчина, а что может понимать ведьмак в моде, если сам все время ходит или в форме ловца, или в готическом прикиде.

Незнакомка, увидев растрепанную и потную меня, слегка скривила губы, но тут же улыбнулась, когда заметила, к какой двери я направлюсь.

— Добрый вечер, — решила я быть вежливой.

Ссориться мне ни с кем из соперниц не хотелось, потому что они для меня не соперницы, а скорее наоборот — союзницы. Вот пристрою всех своих кавалеров и буду спать спокойно.

— Добрый, — оценивающе пробежав по мне взглядом, произнесла девица, растягивая слова. — Мы не знакомы?

— Льера Адель Серова, — представилась я.

— Льера? — прищурила глаза незнакомка.

Я пожала плечами. Ну не аристократка я, титулом пока не обзавелась, магией тоже, зато, похоже, врагов уже нажила.

— Я тьера Ивонна, маркиза Лукаш, и эти апартаменты должны были достаться мне, мой отец заранее уведомил распорядителя, что я прибуду сегодня. Но, как оказалось, кое-кто успел раньше.

Ого, целая маркиза, неудивительно, что она на меня как на вошь смотрит.

— Я не просила меня сюда селить, но наивно думать, что я соглашусь на обмен. — Я открыла дверь. — Заходите в гости.

Маркиза ничего не ответила, но взгляд ее я чувствовала даже через стену. Подружками мы точно не станем.

— Зато у меня есть Феликс. И котик…

Наглая пушистая морда лежал на оттоманке в гостиной, будто именно для него ее и поставили.

— Нет, ты не Пушистик! Ты…

— Мыр? — заинтересованно посмотрел на меня кот.

— Он здеся с обеда возлежит. — Сурья забрала у меня веер и шляпку. — Никак королевских кровей котяра. Вы только гляньте на его морду, льера Адель. Поперек себя ширей! У нас в деревне тоже такой кот был, здоровый, злющий, и все котята были на него похожи. Очень уж любил размножаться.

— Ты любишь размножаться, кисуля? — хихикнула я и почесала кота за ушком. — Сурья, набери мне ванну.

— Никак нельзя, льера, — покачала головой служанка. — Ужин через час, не успеете обсохнуть. Вот душ враз вам организую. А где же вы были? Туточки граф Лерой весь дворец на уши поставили, вас искали, — спросила она уже из ванной.

— А я гуляла по парку да заплутала немного, а потом заснула на солнышке. А тьер Арден тоже искал? — не сдержала я любопытства.

— Его высочество были очень недовольны, что вы одна ушли, да еще и от охраны сбежали.

Ага, значит, охрана все же была… А я ее и не заметила.

Сурья помогла мне раздеться и, пока я принимала душ, рассказала местные сплетни. Оказывается, я пропустила много интересного, например, прибытие невест и скандал из-за комнат.

— Ох, и тьеры нынче пошли! Чуть друг другу в волосы не вцепились, а как узнали, что вы успели занять королевские апартаменты, так ор подняли, требуя вас выселить. Да только льер Рошель быстро его прекратил, сказал, что комнаты распределял лично граф Лео Лерой, и если кому из тьер чего не нравится, то она может прям сейчас отправиться домой. Ей, мол, даже карету выделят за счет казны. Тьеры и успокоились. А завтра еще приедут. На кухне поварихам списки подали, кто чего хочет на завтрак, надобно и вам меню составить.

— Мне хватит кофе и булочку.

— Да что вы, льера, такое говорите! Завтрак — наиважнейшее для работы всего организма. Тьера Лерой всегда завтракала плотно, чтобы цвет лица сохранить…

Под непрестанное нравоучение Сурья меня вытерла насухо, причесала, выдала чистое белье и показала жемчужного цвета платье, которое она приготовила на вечер.

— А может, я скажу, что приболела, и никуда не пойду?

После душа я чувствовала себя тридцатилетним «Запорожцем», прошедшим ралли «Париж-Дакар», хотелось спать и не хотелось шевелиться.

— Нельзя, льера Адель, — сочувственно произнесла горничная. — Его высочество для вас лично приглашение передал.

Гад!

Но делать нечего, пришлось одеваться и выходить. Единственное, что я себе позволила, это надеть домашние туфли, все равно под длинным платьем их не видно, а если и выглянет носочек, то он темно-серого цвета, вполне сочетаемый с платьем.

— Украшений бы вам, — вздохнула Сурья, поправляя драпировку на плече.

— Чего нет, того нет.

Я покрутилась перед зеркалом. Платье было пошито на манер греческой тоги, с открытыми плечами и мягкими складками на груди. Вокруг талии я повязала тонкий золотой поясок, который подчеркивал линию бедер. В этом платье я выглядела старше и строже.

— Как тебе? — спросила наблюдающего за сборами кота.

— Мыр, — одобрил он после минутного лицезрения моей облаченной в платье фигуры.

— Ты настоящий мужчина, был бы человеком, точно бы за тебя замуж вышла, — потрепала я кошару за ушами и решительно направилась к двери.

До столовой меня довела Сурья, по пути мы встретили еще одну девушку, которая робко мне улыбнулась, ее тоже сопровождала пожилая служанка. Так вместе мы и вошли в залитую светом столовую, помпезную и не очень уютную. Это было большое длинное помещение, разделенное на две части четырьмя белыми колоннами. В одной части стоял длинный стол, закрытый белоснежной скатертью, за ним чинно сидели двенадцать девушек, и все они одновременно повернули головы в нашу сторону.

— Добрый вечер, — поздоровалась я.

Ответили мне только двое, остальные молча следили, как мы идем вдоль пустых мест, читая таблички с именами. Моя спутница села между двумя блондинками, а я шла дальше и чем ближе подбиралась к торцу стола, где стояло мягкое кресло, похожее на трон, тем тревожнее билось сердце. Нет, не мог же он подложить мне такую подлянку?

Чудь дрожащими пальцами я взяла табличку со своим именем, стоявшую как раз по левую сторону от трона. Между мной и остальными девушками оказалось шесть пустых мест, зато по правую сторону от Ардена (а кому еще могли поставить трон?) восседала маркиза Ивонна собственной безукоризненной персоной и, поджав тонкие губы, следила, как я сажусь на стул. От ее взгляда хотелось поежиться, и я на всякий случай еще раз проверила табличку, сомнений не было, на ней красовалось мое имя. Но даже если бы я решила, что ошиблась, стоило мне увидеть столовые приборы, как последние сомнения исчезли. Возле моей тарелки лежали только ложки.

Сволочь!

Сволочь, видно, только и ждал, когда я сяду, потому что стоило мне расправить на коленях салфетку, как раздался громкий вопль:

— Его высочество ар Арден Рограс!

Все вскочили, пришлось и мне подниматься, приседать в почтительном поклоне и стоять, опустив глаза в пол, пока его невыносимое ведьмачество не сядет во главе стола.

— Леди, прошу садиться.

Я старательно смотрела в свою тарелку, на которую слуга поставил маленькую глубокую тарелочку с сырным супом. Пахло вкусно, и я потянулась за мягкой сырной булочкой, которые лежали горкой в центре стола, с сырным супом они шли прекрасно. А суп действительно вкусный или это я такая голодная? Вокруг было тихо-тихо, мне кажется, девушки даже дышать перестали, и тогда я подняла голову. На меня смотрели все. Кто-то с ужасом, кто-то с презрением, а кто-то просто с любопытством и злорадным предвкушением.

— Приятного аппетита, — громко произнесла я.

Ну вот отчего они на меня все вылупились? Я же не руками в тарелку залезла, так почему их перекосило? Или по местным правилам без разрешения принца есть нельзя?

— Спасибо, Адель, — задорно улыбнулся ведьмак. — Подай и мне булочку.

И тут все ожили, застучали ложки, послышались тихие разговоры. Я подняла тарелку с булочками и протянула ее Ардену.

— Одну булочку, — глядя мне в глаза, повторил он.

Все опять притихли, а я почувствовала себя куклой на веревочках, за которые дергает злой мальчишка. Вот зараза! Больше всего мне хотелось встать, поднять блюдо над головой и со всего размаху огреть им ведьмака! Но вместо этого я взяла салфетку и, выбрав самую маленькую булочку, протянула ее Ардену.

— Вижу в твоих глазах желание меня отравить, — глядя мне в глаза, тихо сказал ведьмак, и я не поняла, шутит он или говорит серьезно.

— Ну что вы, ваше высочество, я желаю вам всего лишь подавиться, — тихонько буркнула я себе под нос, но он услышал.

— Не наедайся супом, вторым блюдом подадут стейк, очень рекомендую.

Я молча взяла вторую булочку, представив, как буду рвать мясо двумя ложками на маленькие куски, а потом гонять его по тарелке в попытке уложить в ложку.

Тем временем Арден завязал непринужденную беседу с маркизой. Я прислушалась, они говорили о лошадях, Ивонна рассказывала, Арден слушал и кивал, остальные девушки с благоговением внимали. А когда маркиза громко расхохоталась, ее смех дружно подхватили почти все присутствующие на ужине. Арден тоже улыбался, глядя на довольную маркизу с интересом. Я доела суп и теперь догрызала третью булочку, смеяться мне не хотелось, говорить тоже. Да и о чем нам разговаривать? Хотя я могу поговорить о кобылах…

Когда передо мной поставили мелко нарезанный стейк, который пах умопомрачительно, я мечтала только об одном, исчезнуть из этого дурдома. Потому что Арден решил разнообразить наши милые посиделки.

— А теперь я бы хотел познакомиться с каждой из вас.

Девушки вставали, называли свое имя и рассказывали о себе. Этакое собеседование на роль невесты. Так как начали они с маркизы, то моя очередь была последняя, и это не радовало совершенно.

— Тьера Зиния, баронесса Ставр. Обожаю вышивать, петь и играть на лютне.

— Тьера Марика, графиня Вайсс. Я пою, знаю двенадцать способов расслабляющего массажа, сочиняю баллады и умею варить косметические зелья.

О, очень важные качества для будущей правительницы! Чем ближе подбиралась ко мне очередь, тем с большим предвкушением горели глаза Ардена, и тем учтивее звучали его речи. Он каждой девушке говорил комплимент и ни разу не повторился! Я считала!

— А теперь ты, Адель.

Ведьмак смотрел на меня. Я не стала отводить взгляд, пытаясь вложить в свой все негодование, которое сейчас испытывала.

— А я, ваше высочество, ничего делать не умею. Зато знаю математику, физику, химию и еще кучу всевозможных предметов, — развела я руками и села обратно на стул, уставившись в злополучное мясо.

Запустить бы его в недовольную физиономию ведьмака, насколько бы лучше я себя почувствовала.

— И как же ты планируешь пройти отбор?

А чтобы его пройти, надо устраивать пляски с бубном и песнопения? Вот это новость!

— Вы, наверное, запамятовали, ваше высочество, что я не планирую его проходить, — не глядя в глаза ведьмаку, тихо ответила я, крутя в пальцах ложку.

Он молчал, молчали и девушки. Я понимала, что перегнула палку, но не я первая начала. Я вообще мимо проходила.

— Что же, ужин закончился, я был рад со всеми вами познакомиться. — Арден встал и помог встать маркизе, на меня же он даже не взглянул. — Каждую из вас ждет подарок от меня. Вы его найдете в своих комнатах. Отдыхайте, завтра прибудут остальные невесты, а послезавтра будет бал.

Он предложил маркизе руку, и они первыми покинули столовую, я выходила последняя, потому что пока остальные толпились у входа, доедала мясо, не пропадать же добру. Тем более что ведьмак не соврал, мясо было вкусное.

И хотя шла я последняя, успела застать сладкую парочку, прощающуюся у двери. Специально, что ли, они застряли в проходе? Ведьмак держал Ивонну за руку и что-то тихо говорил, а она смущенно хихикала. Я постаралось проскользнуть незаметно, но не удалось.

— Льера Адель, вы заблудились? — холодно поинтересовался ведьмак.

— Отчего вы так подумали? — ответила я вопросом на вопрос, прекрасно зная, как это может раздражать.

— Остальные разошлись по комнатам десять минут назад.

— Простите, что помешала вам, — присела я, скромно потупив глазки. — Я уже ухожу, не обращайте на меня внимания. — Я пихнула дверь и нырнула в свои покои. — Передавайте привет тьеру Лео!

И быстренько захлопнула дверь, надеясь, что услышала скрип зубов, а не шорох проклятия.

А в комнате меня ждал сюрприз в лице его жречества Алексашена.

— Добрый вечер, Адель, — вежливо кивнул мне жрец, не поднимаясь с кресла. — Присаживайся. — Он взмахом руки указал мне на другое кресло. — Прости, что без предупреждения.

Я кивнула и села напротив, скромно сложив руки на коленках.

— Ой, перестань, — устало махнул рукой жрец. — Ты ведь уже знаешь, что мы с братом слегка слукавили, когда рассказывали тебе о причинах появления в этом мире.

— Немножко слукавили? — подняла брови я. — Вы не сказали мне ни слова правды! Нагромождение лжи! Все лгали! Грайи, вы, король, принц! Все!

— Не преувеличивай, — скривился жрец. — Обычно это срабатывало, все женщины радовались возможности стать женой правителя! И всех устраивала сказка о лунной колдунье, которая посадит на трон нового короля. Вы, ведьмы, очень честолюбивы. Стоило всего лишь указать на нужного мужчину, и… проблема решена.

— Я не все! — четко обозначила я свои позиции.

— Это мы уже поняли, — вздохнул жрец. — Что ты хочешь узнать? — обреченно спросил он.

— Правду!

— Правда в том, что Хаос — это порождение чудовищной ошибки магов прошлого, но от союза местного мужчины, в котором течет кровь древних, и колдуньи из другого мира всегда рождается сильный маг, способный не только бороться с тварями Хаоса, но и сдерживать его в определенных границах. Благодаря этим хранителям уже двести пятьдесят лет Пустоши остаются на местах и даже уменьшаются. Сейчас такой силой обладает Арден, но мы все люди, и мы не вечные, поэтому, когда происходит смена правителя, жрецы Луны заботятся о том, чтобы родился его преемник. Александр уступит трон Ардену, даже если мальчишка будет сопротивляться, но он не откажется, потому что помнит о своем предназначении.

— Он же уже отказался, — буркнула я.

— Это просто бунт, Арден слишком хорошо знает, что такое Пустоши, чтобы пренебрегать своим долгом.

— Хорошо, — тщательно подбирая слова, начала я. — Он сядет на трон со мной или без меня, это ясно, но зачем весь этот фарс с выбором невесты?

— Это не фарс! — почти искренне возмутился жрец. — Это дань традиции, возможность контролировать самые сильные семьи. Во время отбора аристократы находят себе жен, создаются альянсы, а иногда заключаются и мезальянсы…

— Под вашим чутким руководством, — не смогла промолчать я.

— Вот видишь, ты сама все понимаешь! — улыбнулся жрец. — Бывает, что в прославленный, но обнищавший род следует влить немного денег, а сильных и богатых горожан или торговцев наградить титулом. В общем, политика, которая юной девушке не должна быть интересна. От тебя нужно всего лишь выбрать себе мужа и родить наследника.

— Из кого мне его выбрать?

Я решила проверить искренность жреца, а заодно и искренность феникса.

— Ты не ошибешься. На самом деле колдунья всегда выбирает наследника древней крови. Как она это делает, остается загадкой, но ни разу не было ошибки. Поэтому я оставлю тебе списочек, а ты присмотрись к молодым людям. Ну и сама понимаешь, это секрет.

— Почему? — тут же спросила я, поскольку логики во всем этом не находила.

— Потому что есть хаоситы, — помрачнел жрец. — Они поклоняются Хаосу, считая его появление волей богов, наказанием за человеческую лень и глупость. Они уверены, что Пустоши не стоит ограничивать, и тогда Хаос пожрет никчемных лишних людей, а те, кто выживут, получат просветление и вечную жизнь.

— И они изо всех сил стараются помешать родиться наследнику с силой древней крови? — догадалась я. — Это они напали на меня? Они нарисовали знак смерти в моей комнате? — Жрец кивнул. — Значит, для них не секрет, кто именно лунная колдунья?

— Мы сможем защитить тебя и твоего избранника. Тебе уже нечего бояться. Тот, кто заказал твое похищение, и тот, кто был в крепости, — оба мертвы. Мы нашли предателя и выжгли скверну.

Я кивнула, запоздало испугавшись. А я так беспечно гуляла одна по парку. Так вот отчего Арден приставил ко мне охрану! Потому что боится потерять сосуд для своего преемника, а не потому что…

А на что я рассчитывала? На симпатию? Ох, дура ты, Аделина. Романтическая дура!

— Адель, от тебя зависит спасение нашей страны, — начал пафосно вещать жрец, но, увидев мою перекошенную физиономию, быстро закруглился: — Ты можешь требовать любую награду за…

— За что?

— Компенсацию за вынужденное путешествие.

— Я подумаю, — пообещала я.

О, даже не сомневайтесь, что я очень тщательно над этим подумаю. Ну, ничего нового жрец не рассказал, все это и даже более мне поведал Феликс. Остался последний один вопрос.

— А зачем мне участвовать в отборе?

— А как еще мы могли бы собрать в одном месте всех подходящих мужчин? — сварливо прокряхтел жрец и тяжело поднялся. — И не волнуйся, тебя никто не выберет без твоего на то одобрения, мы об этом позаботимся.

Мне прям обидно стало, я что, хуже всех, что меня даже выбрать не могут? Но я промолчала, потому что внутренний голос истошно орал, что плевали некоторые ведьмаки и графы на приказы вашего жречества.

Алексашен ушел, а я побрела в спальню с единственным желанием, упасть на кровать и ни о чем не думать!

— Сурья!

— Я туточки, льера! — Служанка выглянула из спальни. — Вам подарок от его высочества. Девки шептались на кухне, что всем невестам принесли. Кому колечко, кому кулон, кому браслетик. Ох, как же любопытно, что тама у вас? Тяжеленькая коробочка-то. Откроете?

Она протянула мне бархатную коробку. Я медленно взяла ее в руки, прислушиваясь к своим ощущениям. Было волнительно, хотя я понимала, что это просто дань традиции, подарок вежливости. Всем невестам подарил… Да он его и не выбирал, наверное, поручил своему слуге или графу подобрать из сокровищницы побрякушки и разнести по комнатам. Не мне это, а безликой невесте. Не буду открывать! Но любопытно же…

— Мур, — раздалось снизу, и об ноги потерся огромный пушистый кот. — Мырмяу.

Он запрыгнул на стол и с любопытством сунул морду к коробке, мол, открывай.

— Ну, раз ты настаиваешь…

Я решительно откинула крышку. Сверху лежала карточка, на которой каллиграфическим почерком было выведено: «Милая невеста, надень это украшение на предстоящий бал».

— Милая невеста… — передразнила я неизвестно кого. — Могли бы имя написать, не так это и сложно.

Кот сунул морду в коробку, пришлось легонько отпихнуть его, чтобы сдернуть бархатную салфетку, прикрывающую украшение. Рядом громко ахнула Сурья.

— Красотища-то какая! А дорогущее…

— Мыр?

Кот смотрел на меня, и в его глазах я увидела напряженное ожидание, мне на миг показалось, что он волнуется: понравится или нет?

— Это ты выбирал?

Я провела кончиками пальцев по огромным розовым бриллиантам (ну не стекло же мне подарили?), не в силах ни оценить их стоимость, ни оторвать глаз.

— Мыр! — гордо кивнул кот и мягко спрыгнул на пол.

— Спасибо, оно прекрасно, — прошептала я. — Только мне носить это колье не с чем, да и вообще, оно бы больше подошло маркизе Иванушке.

Я захлопнула коробку и отдала ее Сурье. Колье из пяти розовых бриллиантов действительно было произведением искусства, камни переливались и мерцали, напоминая о море и алом закате, играющем розовыми бликами на темной морской глади. Но… Это были не мои камни. Чужие. Подаренные кем-то безликим безликой же невесте. Они вызывали восторг, но не заставляли сердце биться сильнее. Вот если бы колье надел на меня любимый мужчина…

Я представила длинные чуткие пальцы, легко касающиеся шеи, и по телу прошла дрожь… Совсем ты с ума сошла, Аделька! Спать, срочно спать, пока ты не насочинила всяких глупостей!

— Сурья, помоги мне переодеться. День был сумасшедшим, и я зверски устала.