В приемной операционного зала все углы были прямые, кроме одного, где находилось небольшое обособленное помещение. Рядом, на той же стене, виднелась перегородка, на двери которой было написано: «Лифт (только в операционный зал)»,

Помимо этого в комнате было несколько знакомых Эллери шкафов с выдвижными ящиками, сверкающих эмалью и стеклом, таз, стол на колесиках и одно белое металлическое кресло.

Минчен, задержавшись у двери, ведущей в операционную, распорядился принести несколько стульев и кресел. Сестры выполнили распоряжение и закрыли дверь.

Стоя в центре комнаты, Эллери обозревал это малообещающее помещение.

– Вряд ли здесь много ключей к разгадке, а, Минчен? – поморщился он. – Насколько я понял, миссис Доорн держали именно в этой комнате перед тем, как внести в зал?

– Совершенно верно, – мрачно кивнул Минчен. – Се доставили сюда, по-моему, около четверти одиннадцатого. Тогда она, безусловно, была жива, если вы клоните к этому.

– Необходимо решить еще несколько проблем, старина, – пробормотал Эллери. – Помимо того, была ли она жива, когда ее внесли в эту комнату. Кстати, как вы можете быть в этом уверены? Она ведь была в коматозном состоянии, не так ли? Поэтому очень может быть, что ее прикончили раньше.

– Это должен знать Дженни, – сказал Минчен. – Он тщательно обследовал ее в зале, пока все возились с кислородом и адреналином.

– Тогда давайте позовем сюда доктора Дженни.

Доктор Минчен направился к двери.

– Доктор Дженни, – негромко позвал он. Эллери услышал медленные неровные шаги хирурга, на момент прекратившиеся и тут же возобновившиеся в ускоренном темпе. Войдя в приемную, доктор Дженни вызывающе посмотрел на Эллери.

– Ну, сэр?..

– Садитесь, доктор, – предложил Эллери. – Так нам будет удобнее разговаривать… – Они сели. Минчен продолжал ходить взад-вперед по комнате.

Эллери, поглаживая правой рукой колено, рассматривал носок своего ботинка. Внезапно он поднял голову.

– Мне кажется, доктор, что нам будет удобнее начать с самого начала. Пожалуйста, расскажите мне обо всех инцидентах, произошедших сегодня утром и имеющих отношение к миссис Доорн. Меня очень интересуют все детали. Вы не возражаете?

Хирург фыркнул,

– Боже мой, вы хотите, чтоб я рассказывал вам все сначала? Но ведь у меня полно дел. Меня ждут пациенты!

– Однако, доктор, – улыбнулся Эллери, – как вам должно быть известно, во время расследования убийства нет ничего важнее ареста убийцы. Вы, наверно, незнакомы с Новым заветом? Среди ученых это обычное явление… «Собирай все обломки, дабы ничто не было потеряно». Вот я и намереваюсь собирать «обломки», и уверен, что некоторыми вы располагаете. Итак, сэр?

Дженни пристально посмотрел на Эллери, потом уголком глаза метнул на Минчена быстрый взгляд.

– Вижу, что мне от этого не отвертеться. Что именно вы хотите знать?

– Все по порядку.

Доктор Дженни положил ногу на ногу и зажег сигарету твердыми пальцами.

– Сегодня утром в 8.15 меня вызвали с первого обхода в хирургическом отделении к подножию главной лестницы на третьем этаже. Там я обнаружил миссис Доорн, которую только что подобрали. Она упала с верха лестницы и ударилась животом, в результате чего произошло прободение желчного пузыря. Предварительное обследование показало, что, когда она спускалась, с ней произошла типичная диабетическая кома, и, естественно, будучи в бессознательном состоянии, она не могла удержаться на ногах.

– Очень хорошо, – пробормотал Эллери. – Полагаю, вы ее немедленно перенесли?,

– Конечно! – рявкнул хирург. – Ее отнесли в одну из комнат на третьем этаже, сразу же раздели н уложили в постель. Прободение было тяжелым и требовало немедленного хирургического вмешательства. Но из-за ее диабета мы вынуждены были сначала снизить содержание сахара в крови до нормы с помощью инсулина и глюкозы. Кома оказалась кстати, так как анестезия только увеличила бы степень риска. Ну, несколькими внутренними инъекциями мы снизили ей сахар до нормы, и, к тому времени когда я закончил срочную операцию в операционной «А», пациентка уже ожидала в приемной.

– Вы имеете в виду, доктор, – быстро сказал Эллери, – что миссис Доорн была еще жива, когда ее внесли в приемную?

– Я не берусь этого утверждать, Квин, – возразил хирург, – По крайней мере, лично мне это неизвестно.

Пациентка была под наблюдением доктора Лесли, хп-рурга-ассистента, пока я работал в операционной «А». Поэтому спросить лучше Лесли… Хотя по состоянию тела я бы сказал, что она была мертва не больше двадцати минут, а может быть, даже немного меньше, до того, как мы обнаружили шнур на ее шее.

– Понятно… Значит, доктор Лесли? – Эллери задумчиво уставился на покрытый линолеумом пол. – Джон, старина, не могли бы вы позвать доктора Лесли, если он сможет прийти сюда? Вы не возражаете, доктор Дженни?

– О, пожалуйста! – Дженни небрежно махнул рукой.

Минчен, выйдя из комнаты в операционный зал, вскоре вернулся в сопровождении одетого в белое врача-– одного из хирургов, ассистировавших доктору Дженни.

– Доктор Лесли?

– Артур Лесли к вашим услугам, – ответил хирург. Он кивнул Дженни, мрачно сидевшему в кресле и дымившему сигаретой. – Что здесь происходит – следствие?

– В некотором роде… – Эллери наклонился вперед. – Доктор Лесли, вы находились с миссис Доорн с того момента, когда доктор Дженни покинул ее, чтобы заняться другой операцией, и до того момента, как ее привезли в зал?

– Не совсем. – Лесли вопросительно посмотрел на Минчена. – Меня подозревают в убийстве, Джон?.. Нет, приятель, я не был с ней все время. Я оставил ее в этой приемной на попечении мисс Прайс.

– О, понимаю! Но до того, как ее доставили сюда, вы не покидали ее ни на минуту?

– Совершенно верно.

Эллери слегка побарабанил пальцами по колену.

– Вы можете поклясться, доктор Лесли, что миссис Доорн была жива, когда вы вышли из этой’ комнаты?

Брови хирурга насмешливо взлетели вверх.

– Не знаю, многого ли стоит моя клятва, но… да, я осмотрел ее перед тем, как выйти отсюда. Сердце, безусловно, билось. Она была жива.

– Отлично! Наконец мы хоть что-то выяснили, – заметил Эллери. – Промежуток времени, в течение которого могло произойти убийство, здорово сузился, к тому же это подкреплено выводами доктора Дженни относительно времени наступления смерти. Это все, доктор.

Доктор Лесли, улыбаясь, повернулся, чтобы уйти.

– Кстати, доктор, – остановил его Эллери. – В какое точно время больную доставили в эту комнату?

– Это несложный вопрос. В 10.20. Из комнаты на третьем этаже ее на столе отвезли в лифт, – он указал на дверь с надписью: «Лифт», – и спустили прямо сюда. Этот лифт используется только для доставки пациентов в операционный зал и возвращения их назад. Добавлю для точности, что мисс Прайс и мисс Клейтон вместе со мной доставили сюда больную, после чего мисс Прайс осталась наблюдать за ней, покуда я буду делать приготовления в зале, а мисс Клейтон удалилась для выполнения каких-то других обязанностей. Мисс Прайс – ассистент доктора Дженни.

– Она несколько лет помогала доктору Дженни в лечении миссис Доорн, – вмешался доктор Минчен.

– Это все? – осведомился доктор Лесли.

– Да. Попросите, пожалуйста, мисс Прайс и мисс Клейтон зайти сюда.

– Охотно. – И Лесли удалился, весело насвистывая.

Дженни заерзал в кресле.

– Послушайте, Квин, ведь я вам больше не нужен. Позвольте мне уйти!

Эллери встал.

– Простите, доктор, но вы нам еще понадобитесь. Да, войдите!

Минчен открыл дверь, впустив двух молодых женщин в предписанной уставом белой униформе.

Эллери галантно поклонился, переводя взгляд с одной на другую.

– Мисс Прайс, мисс Клейтон?

Одна из сестер – высокая светловолосая девушка с веселыми ямочками на щеках быстро ответила:

– Клейтон – это я, сэр. А это мисс Прайс. Разве это не ужасно? Мы…

– Несомненно. – Шагнув назад, Эллери указал на два стула. Дженни не встал. Он продолжал сидеть, уставясь на свою левую ногу. – Садитесь, пожалуйста… Итак, мисс Клейтон, насколько я понял, вы и мисс Прайс доставили миссис Доорн сюда на лифте с третьего этажа вместе с доктором Лесли. Это верно?

– Да, сэр. Потом доктор Лесли вышел в зал, я вернулась на третий этаж в палату, а мисс Прайс осталась здесь, – ответила высокая сестра,

– Это так, мисс Прайс?.

– Да, сэр. – Вторая медсестра была среднего роста брюнеткой со свежей румяной кожей и ясными глазами.

– Отлично! – просиял Эллери.

– Мисс Прайс, вы можете описать все то, что произошло, пока вы были в этой комнате одна с миссис Доорн?

– О, конечно.

Эллери быстрым взглядом окинул всех присутствующих. Дженни все еще сидел, глядя в одну точку. Судя по выражению его лица, он был погружен в мрачные размышления. Минчен прислонился к двери, внимательно слушая. Мисс Клейтон рассматривала Эллери с откровенной симпатией. Мисс Прайс сидела спокойно, спрятав руки в поле халата.

Эллери подался вперед.

– Мисс Прайс, кто входил в эту комнату после того, как отсюда ушли доктор Лесли и мисс Клейтон?

Необычная серьезность его голоса выбила сестру из колеи. Она колебалась.

– Ну… никто, кроме доктора Дженни, сэр.

– Что?! – взревел доктор Дженни, вскочив на ноги так внезапно, что мисс Клейтон легонько взвизгнула. – Вы, должно быть, спятили, Люсиль! Вы имеете в виду, что видели, как я входил сюда перед операцией?! И вы говорите это мне в глаза?!

– Да, доктор Дженни, – тихо произнесла девушка. Ее лицо побледнело. – Я… Я видела вас.

Хирург уставился на сестру, его длинные, как у обезьяны, руки, нелепо свисали вниз. Эллери посмотрел на Дженни, на мисс Прайс, на Минчена и тихонько кашлянул. Когда он заговорил, его голос стал мягким и слегка вибрирующим.

– Вы можете идти, мисс Клейтон.

Светловолосая медсестра широко открыла глаза,

– О, не…

– До свидания.

Она вышла из комнаты с явной неохотой, бросив через плечо долгий взгляд, прежде чем Минчен закрыл за ней дверь.

– Ну! – Эллери поправил пенсне и начал чистить стекла. – Кажется, у нас возникли небольшие расхождения. Вы говорите, доктор, что не входили в эту комнату перед операцией?

– Конечно нет! – буркнул Дженни. – Это совершеннейшая чушь! Вы же сами говорили со мной примерно в 10.30 в коридоре, как раз после того, как я закончил операцию, которая длилась 20 минут, и, безусловно, видели, как я ушел вместе с Коббом, швейцаром, по направлению к приемной для посетителей. Как же я мог быть в этой комнате? Люсиль, вы просто ошиблись!

– Одну минуту, доктор, – вмешался Эллери. – Мисс Прайс, можете ли вы сказать, когда именно вошел сюда доктор Дженни?

Пальцы сестры теребили крахмальный халат.

– Ну.., Я точно не помню… Около 10.30… может быть, на несколько минут позже. Доктор, я…

– А откуда вы знаете, что это был доктор Дженни, мисс Прайс?

Она нервно усмехнулась.

– Ну, естественно, я подумала… Я просто узнала его… Мне казалось само собой разумеющимся, что это доктор Дженни.

– Ага! Так вы сочли это само собой разумеющимся? – переспросил Эллери. Он быстро шагнул вперед. – Значит, вы не видели его липа? В противном случае вы бы знали точно.

– Конечно! – вмешался Дженни. – Вы знаете меня достаточно долго, Люсиль. Я не могу понять… – За его раздражительностью ощущалось недоумение. Минчен ошеломленно наблюдал за происходящим.

– О, на вас… на нем были халат, шапочка и маска, – запинаясь, проговорила девушка, – поэтому я могла видеть только глаза… но… он прихрамывал, сэр, и был такого же роста, поэтому я и сочла это само собой разумеющимся.

Дженни уставился на нее.

–, Боже мой, кто-то выдал себя за меня! – воскликнул он. – Ведь подражать мне очень легко – искалеченная нога, маска… Но кто же это был, Квин?!