Морозъ крѣпчаетъ. Мерзлый паръ

Изъ устъ выходитъ съ рѣзкимъ свистомъ,

Но свѣтлый сумракъ полонъ чаръ

И звѣзды блещутъ въ небѣ чистомъ.

На дальнемъ сѣверѣ видна

Полоска призрачнаго свѣта.

Она струится, какъ волна,

Туманомъ розовымъ одѣта.

Природа спитъ спокойнымъ сномъ

На бѣлоснѣжномъ, пышномъ ложѣ.

Въ недвижномъ воздухѣ ночномъ

Какъ будто вѣтеръ дремлетъ тоже.

Столбомъ высокимъ и прямымъ

Надъ цѣлой группой зданій близкихъ

Выходитъ ярко-красный дымъ

Изъ черныхъ трубъ, кривыхъ и низкихъ.

Кругомъ — ни звука. Тишь лѣсовъ

Полярный городъ осѣнила,

И только вой упряжныхъ псовъ

Несется издали уныло.

Мое жилище, словно гробъ,

Зарылось въ землю противъ стужи.

Какъ снѣжный валъ, большой сугробъ

Его совсѣмъ закрылъ снаружи.

Внутри и тѣсно, и темно,

Косыя стѣны пахнутъ гнилью,

И потолокъ уже давно

Покрылся плѣсенью и пылью.

Плохая сальная свѣча

Дрожащимъ пламенемъ мерцаетъ,

И слабый блескъ ея луча

По льдинамъ оконъ пробѣгаетъ.

Каминъ заботливо закрытъ,

Я угли сгребъ въ большую груду,

Но тамъ послѣдній жаръ горитъ

И брыжжутъ искры отовсюду.

И, словно жаръ, горящій въ немъ,

Въ моей душѣ тоска глухая

То вспыхнетъ трепетнымъ огнемъ,

То вновь слабѣетъ, потухая…

Въ фонтанѣ искръ моимъ очамъ

Мелькаетъ тѣней вереница,

Сквозь жаръ углей по временамъ

Я вижу дорогія лица,

Картины яркія плывутъ

Со всѣхъ сторонъ. Имъ нѣтъ преграды.

И наполняютъ мой пріютъ

Воскресшихъ призраковъ отряды.

Откуда вы? Какая власть

Опять землѣ васъ воротила?

Или могильной бездны пасть

Васъ не навѣки проглотила?

Зачѣмъ вашъ шопотъ слышу я:

«Возстань! Еще не все забыто!»

Смотрите: цѣпь крѣпка моя,

А мощь руки давно разбита…

Идите прочь! Изсякшій ключъ

Сквозь мертвый камень не пробьется,

Не оживетъ погасшій лучъ

И то, что было, не вернется.

Увялъ вѣнокъ, разбитъ алтарь,

Жрецы въ плѣну, бойцы въ могилѣ.

И нѣтъ возврата прошлой силѣ,

Не будетъ то, что было встарь.