Сон, посетивший Белоснежку этой ночью в доме отца, был тревожен.

Обычно девушка благодарно погружалась в царство грёз. Сны были для неё не только отдушиной на фоне тоскливого существования, которое она вынуждена была вести, но к тому же предоставляли ей возможность повидать мать. Эти встречи были настолько яркими, что иногда их было не отличить от реальности. Однако сегодняшний сон походил скорее на кошмар.

Она была с мамой, но в этот раз атмосфера их встречи не была непринуждённой. В воздухе чувствовалось напряжение и беспокойство, словно времени у них оставалось всё меньше, но Белоснежка никак не могла понять почему. Обычно в снах принцессы дворец выглядел так же, как в её детских воспоминаниях, – оживлённым, наполненным цветами и радостью. Но картина, которую она видела теперь, была совсем иной. Её мама шла впереди по тёмному коридору замка, который наполнялся густым туманом.

– Следуй за мной, – всё повторяла мама, освещая путь перед ними свечой.

Белоснежке не хотелось идти за ней. Коридор, по которому вела принцессу мать, был ей незнаком. Она сомневалась, что когда-нибудь бывала в этой части замка раньше. Это место казалось ей зловещим. Ноги девушки не слушались – их оплетал плющ, который в одночасье разросся вокруг них. Она пыталась высвободиться из его цепких витков.

– Следуй за мной, – вновь поторопила Белоснежку мать, не обращая внимания на ползучие растения. – Быстрее! Это важно.

Плющ исчез, и Белоснежке ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Она продолжила идти и вдруг поняла, что находится в том крыле замка, которое занимала тётя Ингрид.

– Нам не следует здесь находиться, – осторожно заметила девушка. – Что, если мы ей попадёмся?

Кэтрин обернулась и, печально улыбнувшись, ответила:

– Мы уже попались. Идём, и ты сама всё увидишь. Это важно.

Она провела Белоснежку через покои её тёти к стене гардеробной. Когда Кэтрин нажала на деревянное сердце, вырезанное в раме двери, в стене раздался звук щелчка, и перед ними открылся потайной проход. Мама девушки жестом приказала дочери следовать за ней. Сделав, как ей было велено, принцесса очутилась в тёмной комнате, стены которой напоминали темницу.

– Смотри, – сказала ей мать, указывая рукой в темноту.

Белоснежка зажмурилась, не желая смотреть, но мать всё продолжала её звать, пока девушка не открыла глаза.

На стене над платформой висело большое зеркало.

В его отражении она увидела отвратительное лицо-маску, которое почти походило на человеческое, но всё же человеку явно не принадлежало. Казалось, из глубин комнаты раздавались раскаты грома, а туман в воздухе сгустился.

С изумлением разглядывая зеркало, Белоснежка ощутила острое желание дотронуться до него. Оно выглядело знакомым. Она уже бывала в этой комнате раньше? Почему ей казалось, будто зеркало её звало?

– Твоя мачеха знает, что выжила ты, и готовится сжечь за собой все мосты. А всех близких твоих перебить без расчёта – это всё для того, чтоб свести с тобой счёты, – сообщила ей маска в отражении.

Белоснежка проснулась, задыхаясь от ужаса.

– Белоснежка! – Генри вскочил со своего спального места на полу у камина и начал тормошить девушку, пытаясь помочь ей прийти в себя. Позади него стоял её отец. – Ты в порядке?

Принцесса посмотрела на Генри:

– Я видела его! Зеркало королевы! То самое, о котором рассказывала мама!

Мужчины встревоженно посмотрели на неё.

– Я увидела его во сне, – объяснила Белоснежка. – Точнее, мама привела меня к нему, – сказала она, взглядом умоляя отца поверить в её слова. – Я знаю, где оно спрятано. Оно в покоях королевы. – Девушка опустила глаза. – Я думаю, мы знакомы. Я помню, что уже видела его раньше.

– Что? – голос отца посуровел. – Она показывала тебе этот опасный колдовской предмет?

– Нет, я пришла туда сама, – ответила Белоснежка, оживляя в памяти давнее воспоминание. – Однажды оно позвало меня к себе, прямо как в этом моём сне. Я тогда была ребёнком. Думаю, это случилось вскоре после смерти мамы. Зеркало привело меня прямиком в помещение, где оно висело, словно хотело, чтобы я там очутилась, но в последний момент в комнату вошла тётя Ингрид и увела меня. Она впала в ярость. – Девушка посмотрела на Генри и постаралась, чтобы её слова не прозвучали тревожно. – Однако в этом сне всё было иначе. Королева знает, что я жива. Так мне сказало зеркало. Она идёт за мной.

Генри медленно выдохнул.

– Тогда ты останешься здесь, – решил отец. – Я защищу тебя.

Белоснежка мягко дотронулась до его руки:

– Нет, отец. Ты знаешь, что это не поможет. Если королева знает, что я жива, она меня найдёт. Возможно, именно сюда она придёт в первую очередь.

– Пускай приходит! – прогремел отец. – Я готов встретиться с ней лицом к лицу.

Генри и Белоснежка посмотрели на него, и девушка почувствовала, что сейчас они думают об одном и том же: её отец уже немолод, а на стороне королевы тёмная магия. К тому же, если тётя и научила принцессу хотя бы чему-то, так это тому, что она может справиться со своим врагом без мужской помощи. Слишком долго Белоснежка жила в тени Ингрид. Пришёл её черед защитить близких. Она только воссоединилась с отцом и не могла допустить, чтобы королева отняла у неё ещё одного родителя. Это её битва.

– Нам нужно попасть к этому зеркалу, – сказала Белоснежка, в её голосе слышалась решимость.

– Согласен, и сделать это необходимо прежде, чем твоя мачеха найдёт тебя или Георга, – добавил Генри.

Отец Белоснежки начал было возражать, но дочь его перебила:

– Это превосходный шанс остановить её. Если я смогу заполучить зеркало и предложить его королеве в обмен на снятие чар, которые она наложила на тебя, возможно, она согласится навсегда покинуть королевство ...

– Нет, – оборвал её Георг. – Недопустимо, чтобы она просто ушла! Эта женщина слишком опасна. Слишком непредсказуема! Своими действиями она нанесла колоссальный вред и высосала из королевства все ресурсы, – его голос дрогнул. – Око за око. Твоя мать должна быть отомщена, а для этого королеву придётся убить.

– Злом зла не поправишь, – сказала Белоснежка. – Разве не этому вы с мамой меня учили?

Глаза Георга пылали праведным гневом:

– Она убила твою мать! Пыталась убить тебя! Королева – злодейка, и она должна умереть.

«Умереть?» – Белоснежка сомневалась, что способна хладнокровно убить человека, но прямо сейчас она не собиралась спорить с отцом. На счету была каждая секунда.

– Сперва мне нужно добраться до зеркала. Я пригрожу тем, что уничтожу его. Сломаю. Сделаю всё, чтобы избавиться от него.

– Если Ингрид привязана к этому предмету, она не допустит, чтобы ты причинила ему вред, – поддержал её Генри. – Возможно, она спокойно уйдёт, если ты позволишь ей забрать его с собой.

– Спокойно она ни за что не уйдёт, – возразил Георг. – Уж я-то знаю, – он посмотрел на Белоснежку. – Если ты здесь не останешься, снежинка, я никак не смогу тебе помочь победить королеву. Во всяком случае, пока я её узник.

Белоснежка снова взяла его руки в свои:

– Недолго тебе оставаться в заточении. Я разрушу эти чары. Я избавлю страну от королевы и её злодейств и спасу наш народ. Я не позволю ей продолжать вредить тем, кто мне дорог. Обещаю тебе.

Отец заключил лицо Белоснежки в свои ладони, и девушка увидела, что его глаза наполнены слезами.

– Не давай обещаний, если не уверена, что сможешь их выполнить, моя Белоснежка. Не стоит этого делать.