-                       И все-таки! - перебил его старик, которого Джонсон назвал мистером Баррелом.

-                       У Хэммонда работал человек по имени Недри. Он был обижен на то, что мистер Хэммонд много скрывает. А работать приходилось таким как Недри. Вот мы и нашли с ним общий язык!

-                       И что же?!

-                       Недри согласился поставить нам пятнадцать эмбрионов за определенную сумму!

Мистер Джонсон не назвал сумму. Ему не хотелось вспоминать об этом. Тем более, что

половину Недри получил при встрече. А вторую должен был получить потом. Но случилось непредвиденное и Недри погиб. Джонсон не получил обещанных эмбрионов. Но он также лишился и задатка, который был выплачен Деннису Недри.

-                       Почему же вы их не получили? - вмешался в разговор еще кто-то.

-                       Мы не успели! - ответил Джонсон.

По его интонации, можно было понять, что теперь он стоит перед кем-то и отчитывается, как провинившийся малыш.

-                       Как это не успели? - спросил Баррел.

-                       Видите ли, операция была назначена на тот самый день, когда произошла трагедия, - виновато ответил Джонсон.

-                       Слава Богу! - тихо, как будто про себя, но чтобы все слышали, произнес Хопкинс.

-                       Замолчите, Хопкинс! - стиснув зубы, прошипел Джонсон.

-                       Но зачем вы так, мистер Джонсон? - более спокойно ответил Хопкинс.

Он из рассказа Джонсона начинал понимать, что козырей у того на руках - никаких! И он просто идет в лобовую атаку. Он настаивает на своем и даже не предполагает, что с ним может случиться трагедия. Пусть не такая, как с Хэммондом, но может! А может быть и похуже!

-                       А дальше? - подгонял второй вступивший в разговор старик.

-                       Мы не могли долго ждать, начиналась гроза! Мог в любую минуту начаться сильный шторм! отвечал Джонсон и время от времени украдкой посматривал на Хопкинса. - Тогда мы приняли решение отойти от берега в океан. Но на случай появления Недри оставили на берегу человека! У того не было с собой никакого оружия, а только специальное сигнальное устройство и прибор связи с рубкой капитана корабля!

-                       Но Недри так и не явился? - спросил мистер Баррел.

-                       Нет! - покачал головой Джонсон. - Все было несколько иначе!

-                       А именно?! - удивился мистер Баррел. - Вас что, застукали?

-                       О, нет, мистер Баррел!? Как вы могли такое подумать? - извивался Джонсон.

-                       Что же тогда вам помешало?

-                       Мы оставили на берегу человека, а сами отчалили от берега. Корабль наш, как вам известно, оборудован всевозможными военными новинками...

-                       Эти подробности излишни! - остановил Джонсона тот же голос старика.

-                       Извините, мистер Макдауел, - сказал Джонсон и продолжал: - Так вот, мы могли...

Он снова осекся, и после некоторой паузы черепашки-ниндзя услышали его дальнейший рассказ.

-                       Мы установили связь с оставленным человеком и стали следить за островом. Как вы знаете...

Потом вновь наступила минутная пауза. Казалось, что Джонсон что-то вспоминает. И это «что-то» самое важное в его рассказе.

-                       Что вы замолчали, Джонсон? - спросил мистер Макдауел.

-                       Нет-нет! - скороговоркой ответил Джонсон. - Я просто вспомнил тот кошмарный вечер...

-                       Говорите без излишних эмоций, доктор Джонсон! - успокоил мистер Баррел.

-                       Да-да, мистер Баррел. Мы наблюдали за островом через... через специальные приборы. Мы все время думали о том, что, может быть, кто-то заподозрил Недри в его проделках. Поэтому его и нет так долго. Камера нового поколения, оборудованная приборами ночного видения, постоянно снимала остров разными планами и с разного расстояния. К тому же мы старались, как вы это видели только что на экране, уловить любое движение в разных уголках парка Хэммонда. Я молил Бога, чтобы все получилось. Ведь погода была адская! И наши ребята работали с огромным напряжением. Но, к чести, они справились.

-                       Что же было дальше? - спросил мистер Баррел.

-                       А дальше было то, что вы имели честь видеть только что на экране!

-                       Значит, эти дикие животные взбунтовались? - спросил мистер Макдауел.

Джонсон не сразу ответил. Он знал, что положительный ответ на этот вопрос может поставить под сомнение исследования в области генетики доисторических животных. Нужно было найти и сказать присутствующим нужные слова. Поэтому Джонсон начал вилять, избегая прямого ответа.

-                       Видите ли, господа, очень трудно ответить так, чтобы не ошибиться. Более того - чтобы потом не сожалеть об упущенной возможности сделать сенсационное открытие! - хитрил Джонсон.

Он все время посматривал на Хопкинса, который сверлил его подозрительным взглядом. Джонсон боялся, что собравшиеся послушают не его, а этого Хопкинса, и прекратят финансирование проекта. А ведь он, Джонсон, верил в то, что проект, задуманный и частично осуществленный Хэммондом, можно исправить и запустить. А потом только получать проценты с огромных барышей.

-                       Дело в том, - продолжал он, чутко следя за реакцией присутствующих, и особенно Хопкинса, - что мы видели поведение этих удивительных существ в экстремальных условиях.

Джонсон остановился и перевел дух. Он был настроен решительно. На это предприятие ушло столько времени и сил, что поражение будет означать для него крах всей карьеры.

-                       Чудовища находились в обстановке, максимально приближенной к естественной среде обитания. Но их охрана и размежевание осуществлялись неестественным путем. Они просто находились за колючей проволокой, по которой был пропущен ток высокого напряжения! - продолжал Джонсон.

-                       Вы думаете, доктор Джонсон, что это как-то могло повлиять на поведение животных? - хитро прищурив глаза спросил мистер Макдауел.

-                       Я думаю - несомненно! Я в этом просто уверен! - настаивал Джонсон...

-                       Вот это да-а! - выдавил Леонардо. - Вы слышали, о чем они говорят?

-                       О каких-то чудовищах?! - ответил ничего не понимающий Донателло.

-                       Тсс-с! - прервал их шушуканье Микеланджело. - Они могут нас услышать! Черепашки-ниндзя замолчали и стали опять прислушиваться к разговору.

-                       А что они говорили об Эйприл? - прошептал Рафаэль.

-                       Тсс-с! Тише-е! - успокаивал нетерпеливых товарищей Микеланджело. - Все обсудим потом!

-                       Нам и этого достаточно! - махнул рукой Донателло. - Пора искать выход. Нас же там дожидается Эйприл!

Донателло ничего не понимал из того, о чем говорили в помещении. Он все это время сидел, прислонившись к стенке, и дремал. Остальные тоже не очень-то понимали смысл услышанного. Но, по крайней мере, молчали. Микеланджело смекнул, что информация, пусть даже отрывочная, - мелочь какая-нибудь, - будет полезна для Эйприл. С ним был согласен и Леонардо. Рафаэль решил поступать так, как и остальные. Но ему постепенно становилось скучно слушать слова, которых он не понимал. Поэтому, глядя на Донателло, он начинал зевать.

Тем временем в зале заседания разговор продолжался. Джонсон старался убедить своих спонсоров в том, что эксперименты в генной инженерии не опасны и даже полезны.

-                       Ну, а если вы ошибаетесь, доктор Джонсон, и чудовища действительно опасны? - спросил мистер Баррел.

-                       Я этого не думаю, - отрицательно покачал головой Джонсон. - Дело в том, что сам Хэммонд не хотел слушать о всех тех недоработках, которые имелись в его фирме.

-                       И что же? - не понял намека Макдауел.

-                       Результат нам уже известен, мистер Макдауел! - твердо ответил Джонсон.

-                       Значит, вы настолько уверены в себе, что решаетесь продолжить неудавшийся эксперимент наших конкурентов? - спросил мистер Баррел, отметив убежденность Джонсона.

-                       Несмотря на то, что результат может быть столь же плачевным? - добавил мистер Макдауел.

Доктор Джонсон начинал понимать, что на него наседают. Он зло посмотрел на молодого генетика Хопкинса. Этот Хопкинс был упрям, как осел. И Джонсон недолюбливал его. Куда более по душе были ему люди, которых не надо так долго уговаривать.

«Теперь и эти старые недотепы начали сомневаться, - подумал про себя Джонсон. - А все из-за упрямца Хопкинса, который какие-то призрачные моральные принципы ставит выше научных исследований. А ведь пока министерство обороны или Агентство по охране окружающей среды не взялись за «Биосин», можно сделать такие дела!»

Мистер Баррел заметил размышления Джонсона. Баррел сомневался. С одной стороны, был прав молодой Хопкинс: последствия могли оказаться куда более угрожающими, чем это случилось с «ИнДжин». Но, с другой стороны, прав и Джонсон: нельзя достигнуть серьезных реальных результатов, не экспериментируя и не рискуя.

-                       Ладно, доктор Джонсон! - сказал мистер Баррел.

В помещении наступила минутная тишина. И черепашками-ниндзя даже показалось, что люди ушли. Поэтому они решили найти способ осмотреть комнату, откуда были слышны голоса. И Микеланджело с Леонардо стали вспарывать обшивку фильтрационного бачка. Этот бачок одной своей стороной вел в комнату, а другой выходил туда, где сидели черепашки- ниндзя. Но только они потянули край обшивки, чтобы ее вспороть, как вдруг в комнате снова возобновился разговор.

-                       Значит, вы настаиваете на продолжении эксперимента? - спросил мистер Баррел. Ответом была тишина. Но по тому, что говорил дальше мистер Баррел, можно было понять,

что Джонсон ответил утвердительно. Может, он сделал это очень тихо. А может быть, ответил кивком головы.

-                       Хорошо, - спокойно сказал мистер Баррел. Он обратил взгляд на мистера Макдауела, который сидел рядом. Мистер Макдауел заметил это и понял, как вопрос, как обращение за советом и консультацией.

-                       Но ведь остается несколько моментов, которые должны быть согласованы! И вы должны понимать, что если будет хотя бы один голос против, вы не получите согласия на продолжение экспериментов! - сказал он и посмотрел сначала на мистера Баррела, а потом на Хопкинса.

-                       Да, я понимаю это, мистер Макдауел, - сказал Джонсон и тоже посмотрел на Баррела и Хопкинса.

-                       К тому же не забывайте, что как вы следили за «ИнДжин», точно также могут следить и за вами! предупредил мистер Макдауел.

Джонсон лихорадочно соображал, как бы повернуть дело так, чтобы оно выгорело. Он знал наверняка, что полного согласия не будет. Хотя бы из-за упрямства этого Хопкинса. И он снова бросил на него злой взгляд.

Хопкинс уловил это движение Джонсона и решил предупредить его будущие ходы.

-                       Вы так смотрите на меня, доктор Джонсон, как будто не вы, а я завалил всю работу! - сказал он.

Джонсон этого не ожидал. Поэтому он молчал и не находил, что ответить. А тем временем Хопкинс продолжал:

-                       Но вы совершенно выпускаете из виду одну деталь: не только мы знаем о том, что сейчас увидели на экране!

-                       Как? - удивленно спросил мистер Баррел. - А кто же еще?

У Джонсона глаза полезли на лоб. Он даже не мог предположить, что упрямство Хопкинса зайдет так далеко, что он решительно станет наступать. И притом первым!

-                       Вы же слышали, господа, это в самом начале, - отвечал Хопкинс мистеру Баррелу, но при этом обращался как бы ко всем. - Это - телерепортер, которая крутилась у входа, когда доктор Джонсон приехал на заседание!

-                       Да, мы уже слышали об этом! - покачал головой мистер Макдауел.

-                       Но вы заметьте, господа! Она почему-то остановила не меня, не кого-нибудь из вас, а именно доктора Джонсона! - продолжал Хопкинс.

На минуту все задумались. Взоры были обращены к Джонсону. Но тот не только не знал, что на это ответить, но также и впал в совершеннейшую растерянность.

-                       Что вы хотите этим сказать, доктор Хопкинс? - не понял хода мыслей молодого генетика мистер Макдауел.

-                       Я хочу сказать, мистер, что репортер знает, кто именно связан с проектом, кто имеет хоть какую-то информацию по этому вопросу!

-                       Да, это верно, - нахмурился мистер Макдауел.

-                       Не хотите ли вы сказать, дорогой Хопкинс, что это лично я пригласил взбалмошную журналистку, желая дать ей интервью? - наконец пришел в себя доктор Джонсон.

-                       Нет, ни в коем случае! - умыл руки Хопкинс.

-                       Спасибо хоть на этом! - язвительно улыбнулся Джонсон.

-                       Не за что, доктор! - вполне серьезно ответил Хопкинс. - Я просто знаю, что если бы информация исходила непосредственно от вас, то вы бы поступили умнее и направили ее ко мне или к кому-нибудь из присутствующих здесь господ!

-                       Но в любом случае, если уж вопрос всплыл... Как вы думаете, господа, откуда эта дрянная журналистка могла пронюхать про наши планы? - оглядел всех мистер Баррел.

-                       Исходя из логики рассуждений доктора Хопкинса, я позволю себе утверждать, что это мог быть кто угодно из нашего круга! - хитро улыбаясь, сказал Джонсон.