Антигонские военные в благодарность хотели передать землянам установки с эль-излучением, но ниндзя категорически отказались вести на Землю столь сильное оружие.

  Доктор Кунс приставил к ниндзя самых лучших учё­ных, и они сопровождали гостей в их путешествии по планете. Само собой разумеется, что мно­гие суперсовременные измерительные приборы с Земли могли вызвать у антигонцев только лёгкую улыбку. Наука на пла­нете была настолько развита, что ниндзя приходилось только охать и ахать. Не во всём они смогли разобрать­ся. И не страшно, будут новые полё­ты. Будет обмен научными открытиями. От этого выиграют народы обеих планет.

  Не всё поняли и антигонцы из рассказов Леонардо и Микеланджело. Те так и не сумели объяснить из-за чего на Земле идут войны и люди убивают друг друга, почему так истощаются не­дра планеты и загрязняется воздух. Неужели учёным нельзя объединиться и по очереди разре­шить все проблемы? Так и не поняли они, зачем небольшую планету кроить на государства.

  Много времени сэкономили космонавты пото­му, что отпала необходимость в проведении научных экспериментов. Зачем дважды изобретать велосипед, если можно использо­вать уже известное?

  Отведённое для полёта время летело быстро. На земле могли волноваться друзья. И в первую очередь Рафаэль и Донателло - ­беспокойные дублёры.

-   А что же будем делать с вымпелом? - забеспокои­лись антигонцы. - Из-за него ваша планета пережила столько трагедий.

  Последовали самые разные предложения. Но все склонялись к одному: вымпел должен стоять на своём старом месте, а надпись следует вернуть прежнюю. Это не сложно было сделать и ранее. Вымпел держали для того, чтобы оправдать свою непримиримость к жителям Земли. Теперь такая надобность отпала. На выровненной и выглаженной поверхности снова появились прежние слова. «Мы пришли к вам с миром». К размягчённому металлу ниндзя приложили пряжки своих ремней. Внизу под памятной надписью появились инициалы «Л» и «М».

  Ниндзя прощались с теперь уже дружествен­ной планетой, жители которой ещё совсем недав­но считали землян страшнейшими врагами циви­лизации.

-   Дружба! - скандировали антигонцы на новом для них языке.

  В суете как-то забыли о гос­подине Крэнке, но он напом­нил о себе. В самый разгар проводов на стартовую пло­щадку обрушился целый град метеоритов и каменных ос­колков.

-   Проклятие! - выругался Леонардо. - Но ничего. Он у нас еще попля­шет.

-   С вашим ли­залитом его звездолёт не страшнее майского жука, - радовались антигонцы.

-   На земле с такими негодяями мы не раз справлялись с помощью обыкновенных мечей, - заверил Леонардо.

  Что такое мечи, антигонцы так и не поняли, однако чувствовали, что ниндзя говорят правду.

  Космический корабль землян взял курс на род­ную планету. Грузовые отсеки под завязку были наполнены научным оборудованием и не сущест­вующими на Земле материалами.

  Корабль летел к Земле. Задание Центра полётов успешно выполнено.

-   Прилетайте, будем рады вас видеть, - кричали антигонцы.

-   У меня такое впечатление, что мы совершили нео­быкновенно важное дело, ­- сказал Леонардо.

-   У меня тоже, - поддержал его Микеланджело. - ­Подумать только. Теперь зем­ляне могут летать не только на Антигону, но и к далёким созвездиям. На этой чудесной планете нам всегда будут рады. Отдохнув и дозаправив корабль топливом на Антигоне, космонавты полетят да­лее.

-   Планета - станция во Вселенной, - улыб­нулся Леонардо.

-   А почему бы и нет? Как сказал учёный, че­ловечество выросло из колыбели.

-   В самом деле. Земля - колыбель человече­ства, но нельзя всё время жить в колыбели, - привёл Леонардо точную цитату.

  В полёте прошло несколько суток. Обратный путь всегда радостнее. Не было той неизвестнос­ти, которая тревожила космонавтов при подлете к незнакомой планете.

  Вдали показалась Земля. Из груди космонавтов вырвался клич восхищения и удивления. С высоты четырехсот километ­ров было отлично видно, что земля имеет форму шара. Показались материки, которые вдали сливались с горизонтом. Земля была зеленовато-голубая. В ил­люминатор была видна чёрная мгла ночного неба с яркими звёздами. Таким неуютным ка­зался космос и так хотелось быстрее встретиться с Землей.

  Космический корабль Леонардо и Микеланджело перешёл на орбиту Земли. Связь с Землей устойчивая. Остаётся ждать ко­манды на посадку. Такого разрешения не посту­пало, и корабль делал обороты вокруг планеты.

  Но что это? В окошко иллюминатора космонав­ты вдруг увидели звездолёт Крэнка. Господин Крэнк по-прежнему, как ни в чём не бывало вос­седал на широкой спинке сидения. Полковник Шредер поджал и закусил нижнюю губу. Бибок и Рокстеди ехидно улыбались и размахивали ру­ками, словно этим помогали кораблю набирать скорость. Глядя на всё это со стороны, нельзя бы­ло не улыбнуться.

  Однако космонавты понима­ли, что Крэнк и его компания оказались на орбите Земли не просто так. И действительно. Крэнк так и не отказался от своих злых намерений. Увле­чённый наблюдением за пла­нетой, Микеланджело только в последний момент успел на­жать на кнопку «лизалит». Це­лый поток астероидов прошёл мимо, лишь слегка задев верх­нюю обшивку космического ко­рабля. К счастью, всё обошлось благополучно.

-   Ну нет, теперь он от нас не уйдёт, - воскликнул Леонардо и, увеличив интенсивность излучения, сориенти­ровал космический корабль так, чтобы звездолёт Крэнка находился внизу, «под брюхом», как го­ворят летчики.

  Мощный поток излучения лизалита прижимал звездолёт космических пиратов всё ближе к зем­ле. Наконец он вошёл в земную атмосферу и стал стремительно снижаться, оставляя за собой длин­ный шлейф пламени и дыма.

-   С этим покончено, - воскликнул Микелан­джело радостно.

-   Не думаю, - несколько разочарованно ска­зал командир корабля.

-   Ты же видел своими гла­зами.

-   Видел одно. Пламя воз­никло в результате трения о плотные слои атмосферы.

-   Так он может и призем­литься?

-   Скорее приводниться, ­- уточнил Леонардо. - На ты­сячи километров под нами океан. Хорошо, если б он навсегда похоронил в своей пучине этот пират­ский звездолёт. Но все может быть. Нельзя недооценивать своих противников. Это может пло­хо кончиться.

  Наконец послышалась команда с земли:

-   Приготовиться к приземлению!

  Помогая один одному, Леонардо и Микеланд­жело надели скафандры и легли в кресла. Включились тормозные двигатели. Космонавтов, как и после старта, вдавило в кресла, и они почувст­вовали вес своих тел. Корабль «соскользнул» с орбиты и, почувствовав притяжение Земли, устремился вниз.

  Но и с атмосферой шутки плохи. За стеклом иллюминаторов появились яркие языки пламени. Они со всех сторон лизали корабль. На стекло иллюмина­торов падали капли расплав­ленного вещества. Огненный смерч не страшен для корабля, но всё-таки это не могло не волновать.

  Около десяти-пятнадцати минут космонавтов вжимало в кресла. Казалось, что груд­ная клетка не выдержит.

  Постепенно скорость спус­каемого аппарата значитель­но уменьшилась. Участок высоких температур и плазмы остался позади. Корабль коснулся земли. Отовсюду к нему бежали люди. Космонавты выбирались из аппа­рата. Над самой землёй кружили вертолёты. На их борту находилось множество телеопера­торов, которые снимали приземление корабля. Несколько вертолетов уже опустилось, и опера­торы снимали космонавтов, взобравшись на крышу. Вокруг плотного кольца полиции тол­пились журналисты всех центральных газет. Если бы каждый из них задал хотя бы по одно­му вопросу, это заняло бы не менее суток. Жур­налисты с нетерпением ждали своего часа. А к космическому кораблю уже подъезжал авто­бус, чтобы увезти победителей в Центр полётов, для отдыха и медицинского обследования. Они своё дело выполнили.

  Наутро все газеты помести­ли репортажи об удачном при­землении. Леонардо и Микеланджело, обнявшись, стояли на фоне космического кораб­ля. Не обошлось и без курьёзов. Одна из газет явно пото­ропилась, напечатав интервью с космонавтами, которого они никак не могли дать после посад­ки. Но в празд­ничной суматохе никто этого не заметил. Все цитировали ответы космонавтов, на самом деле принадлежащие од­ному из сообразительных журналистов.

  Первыми, с кем встретились Леонардо и Мике­ланджело, были, конечно, Донателло и Рафаэль. Ниндзя ужасно соскучились друг без друга, и во­просам не было конца. Леонардо и Микеландже­ло рассказывали и рассказывали. Им и самим не терпелось выговориться, поделиться увиденным и услышанным.

  А на следующий день была многочасовая пресс-конференция, и черепашки отвечали не менее чем на сотни вопросов. Ещё через день подошла очередь телевидения. Ниндзя не сходили с телеэкранов. Каза­лось, этому не будет конца. Де­сятки фирм предлагали ниндзя заключить договоры на рекламу.

  Какими часами вы пользовались в полёте? Какая фирма разрабатывала для вас модели одежды? - задавали и задавали вопросы вездесущие телевизион­щики. Ниндзя старались удовлетворить любопытство телеви­зионной братии, но от рекламы даже детского питания, не говоря уже о «Сникерсах» и прочих шоколадных батончи­ках, отказались категорически. И всё же реклама была, если это можно назвать рекламой. Не обхо­дилось ни одной передачи, где бы ниндзя не гово­рили о возможностях открытого профессором Фа­гором химического элемента и о приборах, сконст­руированных учёным. Сам профессор вскоре появился в Центре полётов, чтобы поговорить с ниндзя наедине. Он даже помолодел за это время и был полон желания работать. Старые обиды ото­шли. Да и до них ли было, когда появилось столь­ко новых материалов для исследований. Работы хватит всем и надолго.

ЧАСТЬ 2. ВОЙНА С ПОДЗЕМНЫМИ ЖИТЕЛЯМИ

Глава 1.

  Всё это время двое других ниндзя, Рафаэль и Донателло, оставались несколько в тени. Они радовались вместе с братьями, и это была искренняя радость. Грустить и огорчаться лучше всего одному. А для радости необходимы хо­тя бы два человека. Ниндзя же были вчетвером.

  Признаться, вначале дублёры были несколько расстрое­ны. Но не на долго. Не в ха­рактере ниндзя ни черная, ни белая зависть. Не только в космосе, но и на земле еще столько непознанного и неот­крытого. Земные недра исследованы еще меньше, чем далёкий космос, здесь никакая ракета не поможет. А сколько загадок таят глубинные пе­щеры! Сколько видели они за тысячелетия своей истории! Как много могут рассказать примитив­ные наскальные рисунки! А сколько открытий ждут учёных и мореплавателей на отдельных ост­ровах!

  В то время, когда Леонардо и Микеланджело путешествовали во Вселенной, Рафаэль и Донателло увлеклись изучением далеких островов, земных недр и пещер. А поскольку ниндзя при­выкли всем заниматься основательно, то и это дело вскоре перестало быть простым увлече­нием. А начиналось, как и прошлый раз, с малого - с небольшой статьи в популярной энциклопедии. Скорее даже не статьи, а пе­ресказанной легенды о Мино­тавре.

  Давным-давно на острове Крит жило чудовище. Его звали Минотавр. Он имел туловище человека и голову быка. Еже­годно греки должны были посы­лать ему страшную дань - семь юношей и семь девушек, кото­рых тот пожирал. Никто не мог победить Минота­вра. И никто не мог от него спас­тись. Жил Минотавр в лабиринте, в котором были такие запутан­ные коридоры и переходы, что выйти из него бы­ло невозможно. Отважный юноша по имени Тесей решил избавить людей от Минотавра. Он снаря­дил корабль для отплытия на Крит. На корабле были чёрные и белые паруса. Перед тем, как от­плыть на Крит, Тесей условился со своим отцом о том, что цвет парусов, под которыми корабль вернётся из плавания, будет сигналом победы или гибели.

  Сильный, умный и отважный Тесей победил Минотавра, благополучно выбрался из лабиринта и отправился в обратный путь. Он был так счастлив, одержав побе­ду, что совсем забыл об уго­воре с отцом, а тот целыми днями стоял на берегу, всмат­риваясь в морскую даль. Сча­стливый Тесей приблизился к родным берегам. Но... его корабль шёл под черными парусами. Увидев издали ко­рабль и, разглядев его паруса, отец бросился со скалы в мо­ре и погиб.

  Прочитав легенду, черепашки заинтересова­лись историей её возникновения. В следующей заметке о вымысле не было и намека. «В далекие времена, - говорилось в ней, - на всей земле не было ни одного дома и люди жили в пещерах. Но там жили не только люди: в некоторых пеще­рах обитали медведи. Каким-то образом древние люди выселили древних Топтыгиных из их медвежьих углов. Оглядевшись по сторонам, люди увидели на стенах своих новых жилищ какие-то таинственные знаки. Но оказалось, что ничего таинственного в них нет. Это были царапины, которые сделали медведи, когда точили когти о стену. Царапины навели людей на мысль: на ровной поверхности можно нацарапать какое- то изображение.

  Всё это было только вначале. Так же, как ранее было с физи­кой и астрономией, ниндзя по­степенно перешли к серьезным научным трудам по географии и мореплаванию. Внимательно рассматривали они на карте кро­шечные острова, сравнивали рас­стояния. Особые споры вызыва­ла история появления незнако­мых островов. Ниндзя в толстых энциклопедиях искали ответы на мучившие их вопросы, обнару­жив при этом, что каждый из далёких островов таил свои загадки. Об этом писали и учёные, и путешественники. Учёные часто ссы­лались на недостаток научной информации, на трудности исследований. Всё это подзадорива­ло ниндзя и звало их в дорогу, на поиски новых приключений.

  После возвращения из космоса Леонардо и Ми­келанджело изучение далеких островов продол­жалось и дальше с ещё большей настойчивостью и упорством. Аэрокар опять занял своё обычное место, и воробьи опять стали чувствовать себя в нем полноправными хозяевами.

  Комната ниндзя со дня её заселения не блистала чистотой и идеальным по­рядком. Теперь - тем более. С книжных полок пересели­лись на подоконники толстые энциклопедии, из которых во все стороны выступали заклад­ки. На полу в углу выросла стопка пожелтевших от време­ни и пыли газет. Слой пыли лёг также и на шкаф. Пла­тельным шкафом ниндзя, надо сказать, пользовались редко. В этом не было большой необходимости, по­скольку одежда наших героев со­стояла их повязок и ремней. Так что никто из них понятия не имел о содержимом большого плательного шка­фа, стоящего в углу. Кому принадлежала квар­тира ранее - сказать трудно. Да и черепашек это волновало меньше всего. Получив в мэрии жилье, они первым делом сняли со стен все прежние картины и фотографии. От картин и фотографий остались на стене свежие квадра­ты. Теперь картины благополучно пылились в углу за шкафом. О том, что находится в мно­гочисленных нижних ящичках шкафа прихо­дилось только догадываться. Однако всему приходит конец.