Когда была преодолена большая половина пути, справа в иллюминаторе ниндзя увидели необыч­ный летательный аппарат. Он был стального цвета и мчался, видимо, со скоростью солнечного света. Но поскольку с такой же скоростью перемещалась и космическая ракета ниндзя, соперники могли наблюдать друг за другом в матовые иллюминато­ры. Господин Крэнк восседал на массивной спинке кресла пилота. Его студенистое тело было наполо­вину жёлтым. Следовательно, господин Крэнк пре­бывал в своём обычном расположении духа. Полковник Шредер, закусив нижнюю губу, тянул на себя штурвал управления.

  Ярко засветилась кнопка «лизалит». За бортом послы­шался сухой треск. Значит, ко­смическая пушка профессора Фагора не бездействовала. Че­репашки только улыбнулись и пожали друг другу руки.

-   Что стало бы с нашим ко­раблём без этой защиты? ­- сказал Леонардо.

  Микеланджело сосредоточен­но всматривался в круглое окошко иллюминатора. Он тоже с благодарностью вспоминал о старом профессоре.

Глава 11.

  Космическую ракету землян антигонцы смогли наблюдать в астровизор ещё на старте. Мощные установки с эль-излучением были приведены в боевую готовность. Как только корабль оторвал­ся от земли, была дана команда на уничтожение. Можно себе представить, во что превратился бы космический корабль, не будь у него надёжной защиты.

  Антигонские генералы всполошились не на шутку. Они посылали и посылали в космос страшные эль-лучи, а космиче­ский корабль землян стреми­тельно приближался к планете. И расправиться с ним не было никакой возможности. Ядер­ные ракеты, как нам уже изве­стно, на Антигоне были давно уничтожены. В музеях оста­лись их миниатюрные копии и схемы. Обычные межконти­нентальные ракеты с вооружения сняли давно и приспособили их в парках под аттракционы да еще кое-где на улицах они использова­лись в качестве оригинальных киосков по продаже мороженого. А в иных местах на них просто наклеивали афиши и свежие но­мера «Антигонских известий». О таком допо­топном оружии, как пулеметы или пушки, и говорить не приходится. Даже в музеях они считались редчайшими экспонатами, и экскур­соводам приходилось долго объяснять, что для чего и зачем. Да и стрелять из автомата по со­временной ракете - то же самое, что с саблей идти против танка или бронетранспортёра.

  Весть о приближении незнакомого космическо­го корабля в мгновение ока разнеслась по Анти­гоне. Вот уже появилась возможность наблюдать его даже в самые обычные ла­зерные телескопы. Несколько тысяч таких телескопов, раз­бросанных по всей планете, следили за яркой точкой на не­босводе.

  А Леонардо и Микеланджело уже думали о своих первых шагах на далёкой и незнако­мой планете.

  Постепенно космонавты почув­ствовали, как их тела становятся все тяжелее. Ничего страшного не случилось. Про сто начинала действовать сила притяжения Антигоны. Поскольку по своим размерам планета подоб­на нашей, значит, и притяжения их примерно одинаковы.

  Глазам космонавтов открылась удивительная панорама. Аккуратные города казались правиль­но начерченными квадратами, разбитыми на множество мелких разноцветных квадратиков. Вокруг каждого из таких квадратов зеленел лес. Если привести сравнение из геометрии, города напоминали вписанные в окружность квадраты. Даже многочисленные реки казались слишком выпрямленными, как наши мелиорационные ка­налы. Широкие реки равномерно чередовались с узкими. Все они текли в од­ном направлении.

  Показались равнины с невы­сокими холмами, поросшими розоватой травой. Впрочем, это могло только показаться. Дело вот в чём. Если на пути солнеч­ного луча на нашей планете мы поместим стеклянную призму, то увидим, что солнечный спектр распадается на семь цве­тов. Каждый из нас помнит ещё со школы: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голу­бой, синий и фио­летовый:

-   Каждый охотник желает знать, где сидит фазан. Про охотника это так, для лучшего запоминания. Но ведь совсем не обязательно, чтобы свет антигонского солнца распадался на семь цве­тов. А почему не на четыре или, скажем, на одиннадцать? И цвета могут быть самые разные. Впрочем, Антигона и теперь ждёт своих ис­следователей. Было бы только желание и стрем­ление.

-   Включить тормозные двигатели! - дал ко­манду Леонардо.

  Микеланджело нажал клавишу на щитке при­боров.

  Пришлось пристегнуть рем­ни. Ракета стремительно теря­ла скорость, и если бы Леонар­до и Микеланджело вовремя не пристегнулись, то могли быть распластанными на приборной доске.

  Скорость снижалась. Зара­ботал спидометр. Во время са­мого полета пользоваться им невозможно из-за огромных скоростей. Конструкторы кос­мических кораблей и теперь еще не отвыкли все измерять зем­ными километра­ми. А ведь для вселенной наш земной километр совершенно ни­что. И почему бы не считать космическим киломе­тром то расстояние, которое солнечный луч прохо­дит за одну секунду? Представляете, что это был бы за километрище?!

  Восемьсот, шестьсот, сто... - тянулась по экра­ну полоска цифр. Затем пошли сплошные нули. Это значило, что космический корабль завис над планетой. Теперь можно было переходить на руч­ное управление и выбирать место посадки.

  Леонардо дал команду на снижение, и через несколько минут космический корабль коснулся незнакомой планеты. Теперь можно было огля­нуться и подумать, что делать дальше. Леонардо и Микелан­джело помогли друг другу ос­вободиться от скафандров и остались в своём обычном облачении.

  Леонардо открыл окошко иллюминатора. Воздух на пла­нете Антигона был свежим, дышалось легко.

-   Смотри, - Леонардо по­казал вдаль. - Кажется, нас заметили.

  Микеланджело на мгновение при­ложил к глазам бинокль.

-   Мне кажется, нам здесь не очень рады.

-   Почему?

-   Я вижу по лицам. Замышляется что-то не­хорошее. На ремнях болтаются какие-то трубки.

  Ни Леонардо, ни Микеланджело не могли знать, что по приказу генерала Вора всем антигонцам-мужчинам выдали из запасов индивиду­альное оружие - фонарики с эль-излучением. Кроме того, специальная группа, организован­ная для переговоров с инопланетянами, имела лёгкие изолирующие противогазы. Мало ли с какими мыслями прибыли на планету непро­шенные гости.

  Леонардо и Микеланджело старались не показывать свое­го беспокойства. Вот они уже ступили на поверхность плане­ты, выбирают место для уста­новки привезённых приборов. А их немало. Самые разные учёные: физики и математи­ки, агрономы и зоологи хоте­ли узнать о новой планете как можно больше. Просьбы и по­ручения заняли два бортовых журнала. Кроме того, существовало задание Центра полётов. Ниндзя выгрузи­ли из грузового отсека сейсмограф для обнаружения и регистра­ции подземных толчков, гравитометр, чтобы измерять силу тяжести. А также приборы для из­мерения магнитных сил, температуры и влажно­сти воздуха, скорости и направления ветра.

  Антигонцы окружили космический корабль плотным, в несколько рядов, кольцом. Из этого кольца отделилась группа около десяти человек. Остальные по команде приготовили оружие, фо­нарики с эль-излучением. Группу, направляю­щуюся к ниндзя, возглавляли двое военных. Об этом можно было догадаться по их широким подбородкам и выступающим скулам. На плечах у каждого красовались какие-­то непонятные вензеля. Это были маршал Жезл и генерал Вор. Учитывая серьёзность си­туации, они лично прибыли на место высадки инопланетян. Чтобы легче было общаться, в группе, руководимой марша­лом, находились знаменитые лингвисты доктор Кунс и док­тор Виль. К этому времени они полностью, как им казалось, освоили земной язык и готовы были разговари­вать с космичес­кими пришельцами на равных. Наивные! Если бы они знали, сколько языков и наречий существует на Земле!

  Ниндзя внимательно рассматривали подошед­ших. Антигонцы почти во всём походили на зем­лян. Не было у них ни шлемофонов с антеннами, ни переносных радиостанций на груди. Может быть, ростом повыше да более подтянутые. Черты лица правильные. Причём все, исключая воен­ных, очень похожи друг на друга внешне. Ещё одна загадка для науки.

  Антигонцы, в свою очередь, внимательно рас­сматривали прибывших незнакомцев. Интересно, что и они представляли нас так же, как мы представляем их. С теми же антен­нами и передатчиками. В неко­торых популярных энциклопе­диях им дорисовывали рожки, глаза изображали по-лягуша­чьи выпуклыми. То, какими они увидели инопланетян, по­разило антигонцев совершенно. Пришельцы из космоса были зеленого цвета, с крепкими панцирями на груди. На их глазах, локтях и коленях были синие и желтые матерчатые повязки. Головы отдалённо напо­минали черепа­шьи.

  Некоторое время хозяева и пришельцы молча стояли друг напротив друга.

-   Кто вы? - спросил маршал Жезл.

-   Мы жители планеты Земля.

-   Самой агрессивной планеты во Вселенной? - переспросил маршал Жезл.

-   Многострадальной и миролюбивой планеты, - не согласился Леонардо.

  У антигонцев, как нам уже известно, не принято было возражать людям, находящимся на высо­ких должностях, потому, что их выбрал народ, а народ никогда не ошибается и выбирает самых достойных и самых авторитетных. По этой причине даже легкое возражение Леонардо ещё более настроило антигонцев против непрошен­ных пришельцев.

  Генерал Бор вопросительно смотрел на маршала и ждал приказаний. Маршал получил на последних выборах на треть голосов больше, поэтому он один в сложившейся ситуации мог принять единственно пра­вильное решение.

  Поместить обоих под стражу! - приказал маршал Жезл. - Летательный аппарат охранять особенно бдительно. Всё прочее, - маршал указал на привезённые и подготовленные к работе приборы, - доставить в лабораторию для изучения и исследования. Не исключено, что на планете зеленокожих ещё не научились бороться с радиацией.

  Так черепашки очутились в тюрьме. Тюрьма на планете существовала в единственном числе. По­сле того, как образовалось одно государство, пе­рестала существовать преступность в нашем по­нимании, а плохие поступки тотчас компенсиро­вались хорошими. Антигонцам совсем не нужно было бы никакой тюрьмы, если бы они могли об­ходиться без выборов. Одним словом, в последнее время стали находиться люди, которые усомнились в законно­сти распоряжений выбранных народом начальников. Сначала таких хотели принудительным порядком оправлять на другие планеты, рассчитывая топливо только на полет в одну сторо­ну, но преступников станови­лось всё больше, и как-то со­вершенно случайно вспомнили про тюрьмы.

  Камера, в которую попали Леонардо и Ми­келанджело, бы­ла несколько не­обычна. Ниндзя в первое время показалось, что стены выложены из неотёсанных камней. На самом деле и здесь камни заменяла специально изобретённая для та­ких целей пластмасса, которая также притягива­ла холод и сохраняла сырость. Даже цвет имела соответствующий. Ну, а что пластмассовые бу­лыжники в десять раз легче - так разве в цель­ной стене про это догадаешься. Ниндзя попробовали пластмассовую стену на крепость. В прыжке Микеланджело нанёс резкий удар ногой. Послышалось лишь легкое гудение.

-   Не стоит, - успокоил друга Леонардо. - В конечном итоге мы прилетели не разрушать стены и не воевать с антигон­цами.

-   А если они не захотят нас слушать?

-   Это исключается уже потому, что мы им интересны как представители совершенно другой цивилизации. Пусть да­же и враждебной, как им кажется.

-   Ты прав, - согласился Микеланджело. - Но почему тогда мы очутились здесь?

-   На это, ви­димо, есть свои причины.

-   Какие?

-   Я думаю, они продержат нас до тех пор, пока хотя бы в общих чертах не разберутся с устройством космического корабля и того научного оборудования, которое мы привезли с Земли.

-   Тогда это надолго.

-   Не думаю. Антигонская наука обогнала нашу лет на сто, и наш космический корабль для них - пройденный этап.

Глава 12.

  Утром следующего дня Леонардо и Микеланд­жело вызвали на заседание Большого совета. На этот раз военные отсутствовали. Беседу вели учёные, уполномоченные советом.

-   За что вы, земляне, нас так ненавидите? - спросил доктор Кунс.

  Леонардо и Микеланджело были в полной рас­терянности. Как на словах доказать обратное?

-   Кто-то ввёл вас в заблуждение, - сказал Лео.

-   Тогда что вы скажете на это?

  Зажёгся экран, и на нём по­сланцы земли прочитали вы­жженное кем-то угрожающее высказывание: «…Трепещите, ваши дни сочтены».

  О существовании вымпела Лео и Микеланджело знали давно. Его точная копия хра­нилась в музее космонавтики на земле. Но откуда появилась эта надпись?

-   Это опять они! - выкрикнул Леонардо.

-   Кто они?

  Лео рассказал о происках космических пира­тов - Крэнка и его верных слуг. Антигонские учёные внимательно слушали и изредка в знак со­гласия и возмущения качали головами. Антигон­цы не были людьми злыми, а ниндзя говорили на­столько убедительно и доходчиво, что не поверить им было нельзя. Оказывается, и ораторскому ис­кусству космонавтам будущего необходимо учить­ся самым настоящим образом.

  Официальное выступление переросло в дружес­кую беседу, которая длилась в перерывами более двух суток. Конечно, ни в какую камеру ниндзя не возвратились. Они были гостями планеты и их принимали, как принимают гостей на земле.

  Маршал Жезл ещё некото­рое время подозревал черепа­шек, считая их шпионами и разведчиками с далёкой Земли. Но и он, в конце концов, сдался. Не могли шпионы раскрыть столько важных све­дений о своей планете. Ведь антигонцев интересовало бук­вально все: и размеры земли, и климат, и почва. Космонавты подробно обо всем рассказыва­ли, удивляя хозяев всё больше.

  Не стали скрывать они и своей беседы с профес­сором Фагором. Лизалитовая пушка привела антигонцев в восторг. Тут же совет принял ре­шение запретить производство установок с эль­излучением и наладить выпуск лизалита. На са­мом деле, зачем держать оружие, если не соби­раешься ни на кого нападать и уж тем более, если уверен в своей силе. А имея такое антиоружие, как лизалит, можно и вообще ничего не бояться.