-   Заковать в кандалы! - при­казал полковник Шредер.

  Но стража опасливо поглядывала на мужест­венного ниндзя, ожидая очередной атаки.

-   Кто тебе позволил здесь расхаживать? - ­кричал Одноглазый. - Здесь наши владения. Ха-­ха-ха! Перекрасился в зелёный цвет и думал нас испугать. Настоящие подземные рыцари никогда и ничего не боятся.

  Господин Шредер, видя, что его подчинённые проявляют нерешительность, закричал еще отча­яннее:

-   Хватайте же его наконец!!

-   Это у вас так встречают гостей? - вырвалось у ниндзя. - Неплохо, конечно.

-   Ты наш злейший враг! ­- кричал горластый разбойник с монисто из зубов дракона на шее.

  Ниндзя осмотрелся по сторо­нам и увидел большую и тяжё­лую палицу, которая валялась у его ног. Он подхватил палицу и стал ловко орудовать ею, пере­кладывая то в левую, то в пра­вую руку. Во владении таким подручным оружием Микеланджело не было равных. Сам учи­тель хвалил его за ловкость и расторопность, ставя в пример другим.

  Разбойники медленно расступались.

-   Пусть только кто-нибудь решится подойти ко мне. Я тут же проломаю ему голову этой пали­цей, - грозно крикнул Микеланджело.

-   Ах, так он ко всему ещё и смелый! - вопил Одноглазый, подталкивая вперёд других разбойников и прячась за их спины.

-   Вперёд! Вперёд, бесстрашные рыцари, ­- кричали Бибок и Рокстеди, тоже отступив на безопасное расстояние.

-   Вперёд, уроды, хватайте его, вяжите в кан­далы, - полковник Шредер взобрался на каменный выступ и лично руководил захватом.

-   Не подходить! - в горячке боя закричал ниндзя, огля­дываясь по сторонам и лихора­дочно соображая, куда можно было бы отойти в случае необ­ходимости. Разбойников с каж­дой минутой становилось всё больше и больше.

  Но все выходы были перекры­ты. Ниндзя поднял голову вверх и понял, что до площадки, отку­да он подслушивал разговоры подземного воинства, ему не добраться. Единст­венное, что оста­валось, это при­нять бой. Лучше уж погибнуть, чем сдаться в плен этим мерзким разбойникам.

  Самые отчаянные из подземных рыцарей опять стали наседать.

-   Смелее! Смелее! - подзадоривал господин Шредер. Он уже сам готов был пойти в рукопашную, но удерживался из последних сил, считая рукопашный бой ниже своего достоинства.

-   Великолепно! Как я люблю драки! - продол­жал кричать господин Шредер. - Вперёд! Вперёд, мои мужественные рыцари! Вперёд, уроды!

  Разбойники наседали. Они ощетинились ко­пьями и снова пошли в наступление. Ниндзя с трудом уворачивался от уда­ров.

  И тогда он, пригнувшись, стал бить палицей по ногам разбойников, вспомнив, что они больше всего на свете бере­гут больные ноги.

  Действительно, при каждом ударе нападающие ужасно кричали, стонали, падали на спину и никак не могли под­няться. А многие испугались и трусливо убегали.

-   Вот вам! Вот вам ещё! - нано­ся удар за ударом, кричал ниндзя.

-   Он ведёт нечестный бой! - вопил Одногла­зый. - Он бьёт доблестных воинов по ногам. Это совсем уже никуда не годится. Это запрещено на­шим рыцарским уставом.

-   Вы ещё говорите о чести?! - отвечал ниндзя. - Вы напали на одного. Вас несколько десятков. Значит, и драться с вами можно по­-всякому.

-   Он ещё что-то говорит, он ещё огрызает­ся! - вопил Одноглазый где-то сзади.

  И тут ниндзя почувствовал, что в руках у него ничего нет. Палица рассыпалась на мелкие кусочки.

  Неизвестно, что было бы дальше, но в это время все раз­бойники как по команде повер­нули головы назад, и Микелан­джело понял почему. До его слуха донеслась боевая песня ниндзя. Друзья шли на по­мощь, привлеченные шумом боя. Надо сказать, они не на шутку встревожились столь долгим отсутствием Микеланд­жело и решили сами проби­раться к замку в поисках товарища.

  Песня станови­лась все громче, и вот в тоннеле показались все трое ниндзя. Тут уж сам господин Шредер не выдержал и спрыгнул со своего ка­менного возвышения. Он выхватил из ножен меч, глаза подземного властелина сверкали гневом и лютой ненавистью.

  Подойдя к разбойникам с тыла, черепашки только переглянулись и с криком «Банзай» приняли боевую стойку. Каждый сделал сальто на­зад, словно проверяя крепость и упругость ног.

  Ещё не сообразив, кто здесь прав и кто виноват, черепашки принялись колотить наглых разбойни­ков. И, конечно, противостоять четвёрке ниндзя они не могли. Каждый ниндзя в отдельности стоил десяти подземных грабителей, но когда они дрались вчетвером плечо к плечу, тогда каждый мог противостоять двум десят­кам. Кроме того, подземные ры­цари оказались намного слабее, чем можно было предположить, если принять во внимание их геройский вид. Корчась и руга­ясь, они валились с ног. И если бы не господин Шредер, быть панике. В считанные минуты все подземное воинство оказалось бы разбитым в пух и прах.

-   Ага! - вос­кликнул полковник. - И вы здесь, болотные недоноски! Нигде не обойдётся без ваших зелёных рыл, - глаза полковника Шредера сверкали угрожающе.

-   Мы всегда там, где нас ждут, где нужна на­ша помощь. Неужели этого нельзя было понять раньше?

-   Вперёд, идиоты! - кричал Шредер, ­- всех трусов запрячу в пещеру с водой. Ни шагу назад!

  Микеланджело с криком «Банзай» удачно на­нёс господину полковнику сильнейший удар ногою в грудь. Металлические латы несколько смягчили удар, но не почувствовать его силы са­мозваный подземный повели­тель не мог.

  Драка разгоралась с ещё большей силой. Подземные ры­цари страшно боялись зелёных воинов с цветными косынками на голове и на коленях. Но не меньше они боялись и угроз господина Шредера, его уничто­жающего взгляда. В воздухе мелькали мечи, цепи, летели камни. Бибок и Рокстеди время от времени постреливали в по­толок, подзадоривая дерущихся.

  Шредеру и его воинству пришлось несладко. Один за другим ниндзя наносили ему сильные удары. Полковник Шредер вертелся в пе­щере, сбивая худосочных разбойников с распух­шими ногами.

  Силы разбойников убывали, и они постепенно стали отступать по подземному тоннелю, увлекая за собой черепашек-ниндзя.

  Схватка продолжалась в одной из отдалённых пещер. Можно было праздновать победу. Шредер и кучка разбойников, торопясь, оставили пе­щеру.

  Но в это время что-то заскрежетало и заскрипе­ло с правой стороны пещеры. Каменная глыба тя­жело подвинулась и перекрыла вход. Разбойники очутились снаружи, ниндзя оказались в кромешной тьме.

-   Ха-ха-ха! - доносилось через толстую стену. - От­сюда вам уже не выбраться, болотные рептилии. А мо­жет вам ещё и водички доба­вить?

  Черепашки молчали. Всё же им стоило быть более осмотри­тельными, но что теперь жалеть... И надеять­ся не на кого, кроме как на се­бя. Ни волшебной косынки, ни фонаря. Но всё же падать духом друзья не стали.

  Непонятно, кто начал первым, но в подземелье зазвучала песня, боевая песня ниндзя. Черепашки пели громко, во весь голос. Они не виде­ли, но почувствовали, как задрожали от испуга стражники. Разбойники затыкали пальцами уши, лишь бы только не слышать задорного пе­ния ниндзя. Им, подземным рыцарям, непонят­но было, как можно петь, находясь в темнице, а не плакать и не ныть. Господин Шредер позе­ленел от злости. За всю свою жизнь он не спел ни одной песни. Странно было даже представить себе его поющим. Его глаза сверкали злобой и ненавис­тью. То же самое Бибок и Рок­стеди. Если бы они и задумали спеть, кроме хрюканья ничего бы не вышло.

  А ниндзя пели всё громче.

-   Да завалите же вход в пе­щеру! - приказал полковник Шредер.

  Но разбойники не слышали, ведь уши у них были заткнуты пальцами. И тогда сам госпо­дин Шредер вме­сте со своими по­мощниками Бибоком и Рокстеди стали толкать огромный камень. Он с трудом поддавался, поскольку мутанты стали с разных сторон и толкали камень от себя. Наконец ка­мень поддался и ещё больше завалил вход в пе­щеру. Теперь песня почти не была слышна, и всё же черепашки допели ее до конца.

-   А, ну как мы вас?! - злорадно кричали разбойники. - Можете себе петь на здоровье. Пойте, пока не замолчите навсегда.

  Прислушавшись, в тишине разбойники опять услышали слабые звуки песни. Черепашки нача­ли сначала. Их голоса разлетались по пещере и проникали сквозь мельчайшие щели.

-   Ещё камни! - закричал господин Шредер, и разбойни­ки начали хватать их и заты­кать все щели.

-   Тащите ещё! - прика­зывал господин Шредер, и те покорно таскали камни, над­рывая животы, пока оконча­тельно не завалили вход в пе­щеру.

-   Ну вот, почти и не слыш­но этого мерзкого пения, - об­радовался Бибок, приложив ухо к гранитной глыбе.

-   Эти зелёные рептилии довольно смелы, - с мерзкой ухмылкой произнёс Рокс­теди. При этом морда носорога покрывалась мор­щинами, а зубы оскаливались. Маленькие глазки уходили ещё глубже.

-   Эта смелость до поры, до времени - успокаивал господин Шредер.

  А ниндзя в это время блуждали в темноте, обыскивая стены пещеры. Они опять и опять сходи­лись к глыбе, которая перегородила вход в пеще­ру. Глыба не двигалась. Она надёжно перекрыла вход. Видно, разбойники немало потрудились, сначала придумывая эту ловушку, а затем обтё­сывая каменную глыбу.

-   Не бывает безвыходных ситуаций, - сказал Леонар­до. - Необходимо только как следует подумать.

  Ниндзя взялись за руки и углубились в размышления.

  А в это время разбойники спорили, как они поступят с ниндзя, когда силы покинут тех окончательно.

-   Хорошо бы посадить их на цепи со всех четырех кон­цов нашего города, - предло­жил Рыжебородый.

-   Ничего подобного, - не соглашался Горбун. - Кто придумал ловушку и за­ставил вас, лодырей и бездельников, отёсывать камни?

-   Ну, ты, - почесав заскорузлыми пальцами волосатый загривок, промолвил Рыжеборо­дый.

-   То-то же! Значит, одну из рептилий следует передать мне. Можно бы и две. Да уж ладно. Я нежадный.

-   А что ты с ней делать будешь?

-   Посажу на цепь и пусть бегает вокруг моего дома. Или же изобрету какой-нибудь возок да хо­мут и буду запрягать. Ещё и тебя покатаю, если будешь вести себя достойно.

-   В таком случае ладно уж, бери себе двоих, а ещё луч­ше - троих. Я на земле когда­-то любил разъезжать на тройке с бубенцами. Едешь, покрики­ваешь, а от тебя люди шараха­ются в разные стороны. Красо­та да и только... Ты, главное, про это не забудь.

-   Про что?

-   А, чёрт, из головы выветрилось. Который под дугой болтается и дре­безжит, так что за версту слыш­но.

-   Колокольчик, - вспомнил Горбун, - и о нём тоже следует подумать.

  Господин Шредер опять прислушался:

-   Негодные, они опять начали петь!

  Сквозь щели снова доносилось слабое пение.

-   Ага! Уже не так громко и бодро! - обрадо­вались разбойники. - Боевой пыл-то поубавил­ся. Посмотрим, что они запоют завтра. А через три дня?

-   А через пять? - гигикнул Бибок. - Через пять они и мычать не смогут, а не только петь.

Глава 9.

  А в это время принцесса сладко спала. И снил­ся ей сон о том, что её недавний собеседник попал в беду и ему необходима её помощь.

  Виктория открыла глаза, посмотрела на висев­ший у камина фонарь. Он по-прежнему светил ровным светом, но свет этот казался тревожным, холодноватым. Ярко светилось окошко фонаря, направленное к двери.

  Принцесса Виктория тихонько, на цыпочках, под­бежала к шкафу, быстро оделась, затем приоткрыла дверь и выглянула в коридор.

  Ее няня Розалия крепко спа­ла. Виктория поднялась на га­лерею. Оба стражника дрема­ли, прислоняясь к зубчатой сте­не. Разносился только их богатырский храп.

  «Это надо же, - подумала принцесса, - так-то они вы­полняют приказ! Надо будет при случае сказать про это от­цу. С такой службой их самих украдут да ещё и выкуп потре­буют».

  Принцесса с фо­нарём опять опустилась вниз.

  «Ого, как страшно! - подумала она, огляды­вая окрестности. - Какие страшные ночью деревья, какие ужасные тени». Но ещё крепче сжав ручку фонаря, принцесса двинулась вперёд.

  Фонарь вёл по узкой тропинке, затем привел к берегу реки. Огромные деревья, словно руками, шевелили ветками. Девочке казалось, что они хотят ее схватить и не пустить дальше. И лишь зеленоватый луч фонаря действовал ус­покаивающе.

-   Но куда же он ведёт? - тревожилась прин­цесса. - Я уже иду, наверное, целую ночь, а кон­ца все нет и нет.

  Послышался шум водопада. Тёмный лес со страшными и огромными деревьями заканчивался. Фонарь привел принцессу прямо к тоннелю. Принцесса смело вошла во­внутрь. Должен же волшеб­ный фонарь её куда-нибудь привести. 3елёный свет заго­релся еще ярче.

  Шаги Виктории гулко отдава­лись в каменных сводах. И да­же когда девочка останавливалась, она слыша­ла гул шагов.

-   Как жутко здесь! Куда ведёт фонарь? Что я должна сделать? - задавала себе вопросы девочка и не находила ответа.

  Узкий тоннель вдруг оборвался.

-   Ой, - испугалась принцесса. - Там гремит вода, камни и темнота страшная!

  Фонарь осветил поток внизу и страшные стены.

-   Я могу разбиться! - всё ещё боялась девочка.

  А что было делать? Виктория только крепче сжала в руке фонарь и шагнула вперёд.

-   О-о-ой! - закричала она, падая.

  Но приземление было лёгким, словно кто-то невидимый поддержал её.

  Из пещеры, в которую попала принцесса, вниз вели ступеньки. Туда же ука­зывал луч волшебного фонаря. И принцесса стала спускаться по выдолбленным в стене сту­пенькам.

-   Одна, вторая, третья... две­надцатая... - считала она, осто­рожно спускаясь по скользким камням. Когда же закончится этот проклятый спуск!

  Но вот и последняя ступень­ка. Пройдя через большую пе­щеру, по которой с криком носились летучие мыши, принцесса снова подошла к лестнице, вырубленной в стене. Надо было снова взби­раться наверх.

  Она шла и шла по длинной шахте, пол которой был выстлан плохо отёсанными каменными пли­тами, и, наконец, упёрлась в груду огромных кам­ней, сваленных как попало. Луч фонаря уходил прямо в них.