Захарий Зограф и другие. «Вручение Ангелом сильным книжки апостолу Иоанну», 1840-е гг. Фрагмент фрески в церкви Рождества Богородицы, Рыльский монастырь (Болгария)
1 И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба, облеченного облаком; над головою его была радуга, и лице его как солнце, и ноги его как столпы огненные, 2 в руке у него была книжка раскрытая.
В «Откровении» фигурирует множество ангелов, но этот «Ангел сильный», судя по тексту Иоанна, обладает самой удивительной внешностью, описать которую можно только «космическими» терминами. Художники XVI–XVII веков пытались следовать этому описанию, и так возникали весьма странные фигуры – с ногами-колоннами, из которых исходит огонь, телом-облаком и головой-солнцем. Причем если живописец пытался рисовать это «реалистично», а не стилизованно (как на этой фреске), иногда получалось вообще нечто несуразное.
Бенджамин Уэст. «Ангел сильный, стоящий на земле и на море». Ок. 1797 г. Частная коллекция
И поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю, 3 и воскликнул громким голосом, как рыкает лев; и когда он воскликнул, тогда семь громов проговорили голосами своими.
Главная идея работ рубежа XVIII–XIX веков, когда этот сюжет вдруг стал популярен, выразить могущество и силу Ангела, поэтому в них больше нет «космических» деталей вроде ног-столбов. Ангел человекоподобен, а чудо выражается светом.
«Иоанн и Ангел сильный с книгой». Миниатюра из «Liber Floridus», Бельгия, 1460 г. (The Hague, KB, 72 A 23, Fol. 12v). Королевская национальная библиотека Нидерландов
4 И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба, говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и не пиши сего.
Любопытно, что в Средневековье, не смотря на страсть иллюстрировать «Откровение» буквально, при изображении Ангела сильного ограничивались светом и радугой, иногда – красным цветом ступней. Здесь узнаваемых деталей еще меньше. Зато подробно изображен эпизод с семью громами. Как и ветра, они выполнены в виде голов с открытыми ртами, выглядывающих из облака. Иоанн выведен на рисунке дважды – сначала он слушает приказ с неба, потом берет книжку.
«Явление Ангела в облаке с раскрытой книгой». Миниатюра из «Толкового Апокалипсиса», Русский Север, 1885 г. Собрание В. В. Смирнова (Санкт-Петербург)
5 И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу 6 и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем, что времени уже не будет; 7 но в те дни, когда возгласит седьмой Ангел, когда он вострубит, совершится тайна Божия, как Он благовествовал рабам Своим пророкам.
Хотя расцвет русских лицевых «апокалипсисов» пришелся на XVII век, однако их продолжили создавать и в послепетровскую эпоху. Несмотря на распространение книгопечатания, это искусство не умерло благодаря старообрядцам, которые не покупали «государственные» издания, созданные, по их мнению, теми, кто отошел от правильной веры из-за Раскола патриарха Никона. Печатать свои, дониконовские версии священных книг старообрядцы длительное время не могли.
Старообрядцы копировали книги с образцов предыдущих веков, используя прориси и сохраняя их иконографические схемы. Однако художественный уровень и стилистика иногда становились крайне упрощенными.
«Ангел сильный вручает книжку апостолу Иоанну». Миниатюра «Аусбургской книги чудес», Германия, ок. 1552 г. (Fol. 184). Частное собрание
8 И голос, который я слышал с неба, опять стал говорить со мною, и сказал: пойди, возьми раскрытую книжку из руки Ангела, стоящего на море и на земле. 9 И я пошел к Ангелу, и сказал ему: дай мне книжку. Он сказал мне: возьми и съешь ее; она будет горька во чреве твоем, но в устах твоих будет сладка, как мед.
Здесь представлен эталонный образец «космического» Ангела сильного, изображенного «реалистично» (в отличие православной стилизации). Эта буквалистская иконография возникла в XV веке, и в конце столетия была подхвачена и эффектно проработана Дюрером. В XVI веке образ перекочевал в гравюры других европейских авторов, которые позже вдохновили православных художников.
«Аугсбургская книга чудес» – уникальный манускрипт, посвященный небесным явлениям (метеорам, миражам и т. п. Однако открывает книгу несколько миниатюр про чудеса Ветхого Завета, а закрывают – катастрофы «Откровения».
Альбрехт Дюрер. «Иоанн съедает книжку», фрагмент листа № 10 из цикла «Apocalypsis cum Figuris», 1498 г.
10 И взял я книжку из руки Ангела, и съел ее; и она в устах моих была сладка, как мед; когда же съел ее, то горько стало во чреве моем. 11 И сказал он мне: тебе надлежит опять пророчествовать о народах и племенах, и языках и царях многих.
Иоанн проглотил книгу – выражение, которое мы используем до сих пор в переносном смысле. Будучи воплощенным визуально, как и многие другие образы из «Откровения», оно производит странное впечатление. Даже у Дюрера сцена выглядит своеобразно. У других же, менее талантливых художников, получается намного хуже. Большинство художников предпочитали изображать предшествующий момент – Ангела, который только протягивает книжку Иоанну.