Всё началось с того, что мне позвонил Томер, мой бывший одноклассник и большой балбес. Томер наговорил кучу несуразностей, в разговор то и дело вклинивались чужие голоса, и я послал его куда подальше, так как был уверен, что он или пьян, или потерял телефон и разговор ведёт незнакомый мне человек. Просили денег. Я сбросил вызов. Через пару минут телефон ожил вновь, на этот раз видеозвонок. От Томера. Я включил запись разговора, на случай если всё это дурной розыгрыш.

22:34

«Чувак, я попал!» — кричит в телефон Томер, хватается за голову, его лицо едва видно, он то и дело выходит за пределы кадра.

— Я попал, чувак, привези денег. Я думал, что всё верну, я был уверен, что всё отыграю, но ты же меня знаешь, я тебе всё верну, но если ты не достанешь денег, они убьют меня, братик…

— Сколько ты должен?

— Двадцать.

— Чего?

— Шекелей, друг, двадцать штук шекелей.

Я хотел было наорать на него, сказать, что о нём думаю, но в этот момент кто-то ударил Томера по голове, и тот упал, вывалился из чата, на экране остался лишь тускло освещённый зал, дым, невнятные силуэты людей и собаки, отчаянно огрызающиеся, злые, жаждущие крови. Потом разговор прервался.

На мой номер пришло сообщение — ссылка для навигатора и время

00:00. У меня было меньше двух часов на то, чтобы раздобыть 20 тысяч шекелей. В ту же минуту, как я подумал о полиции, телефон брякнул новым сообщением:

«Если деньги привезёт дядя в форме — клуб сгорит, а твоего друга опознают по ДНК через месяц, может быть».

22:50

В кругу моих знакомых был только один человек, способный достать такую сумму наличными. Через пятнадцать минут я стоял на пороге обычной квартиры. Дверь открылась, и возник он, двухметровый громила, мой армейский товарищ.

— Костик, привет.

— Привет. — Костик не сдвинулся с места. — Ты, это, не в тему немного.

— Да я быстро, чувак.

— Я это, не торгую больше, забудь.

— Чёрт!

— А чё, надо очень?

Я помялся немного и полез в карман за телефоном.

23:07

И вот я и Костик стоим на пороге квартиры в северном Тель-Авиве. Костик звонит.

— А это кто здесь живёт, босс твой?

— Кто? Здесь Манюня живёт.

— Манюнь? Здесь? А он нам зачем?

— Жена евойная тут живёт, — сказал Костик и посмотрел на меня сверху вниз многозначительно.

Выдержал паузу. За дверью послышалось шарканье, ворчание.

— Так он же женился только вчера! — воскликнул я и осёкся, до меня дошло.

23:25

Мы стояли перед шикарным домом манюниной жены. Курили. Манюня был на голову ниже меня и вполовину меньше Костика. Он юлил, скулил и унижался.

— Ребята, да нам в понедельник в банк, да если мы бабло не вложим, я не знаю, что будет! Это же почти вся наличная касса после свадьбы — все подарки.

Костик многозначительно молчал, я полез за телефоном.

— Не надо опять этот телефон, я понял, что Томека грохнуть могут, но как я жене объясню?

— А ты не объясняй, не рассказывай даже, мы всё вернем ещё сегодня.

— Как?! — вскрикнул я, но осёкся, напоровшись на тяжёлый взгляд Костика.

Манюня притих.

— Ладно, ждите. — И он поплёлся к дому.

— Э, Манюнь, ты если решил забаррикадироваться там у себя и съехать с темы — ты знай, мы тебя достанем.

Манюня отмахнулся.

— Да ладно вам, будете ещё на совесть давить. Я ж вам не сволочь какая-то.

Манюня скрылся, я посмотрел на телефон.

23:30

— У нас полчаса на всё.

— Успеем, тут делов ехать-то.

Сверху послышался нелепый сиплый свист. Мы подняли головы и увидели пухлую фигуру Манюни на балконе. Он как-то хрипло свистел, скорее шипел, и прятал на животе яркий пакет в праздничной подарочной бумаге. Через секунду пакет приземлился в широкие руки Костика.

— Вы точно обещаете… — крикнул было Манюня с балкона сиплым от волнения голосом, но тут в полосе света появилась тонкая фигура его жены, и звуки прекратились.

Я и Костик направились к машине.

23:51

— You have reached your destination8, — сообщил ласковый голос навигатора.

Костик заглушил мотор.

— И что теперь делать?

— Дай телефон. — Костик нащупал лист сообщений и кинул ответ на «Если деньги принесёт дядя в форме». Он ловко набил: «деньги у входа».

— Выходи. Они тебя знают, меня не ждут.

Я выполз из машины.

— Требуй Томера увидеть, потом деньги.

Костик зашуршал пакетом с деньгами у меня за спиной.

Неприметная дверь отворилась, и на улицу вырвались крики и лай. На грунтовую дорожку вышли два мужика. Они остановились, я сделал неуверенный шаг к ним навстречу.

— Деньги, — услышал я короткий приказ.

— Томер, — пискнул я в ответ и устыдился собственного голоса. — Покажите мне друга.

Из-за стены соседнего домика вывалился Томер, он упал в дорожную пыль и закашлялся. Живой.

Я начал движение в его сторону. Один из мужиков в дверях двинулся мне наперерез.

— Деньги давай, мудила.

Тут в игру вступил Костик. Он неожиданно вышел из машины и двинулся к дверям, поигрывая на ходу пакетом с деньгами. Синие розочки, красные сердечки ярко блестели в неровном свете фар.

Я уже поднимал Томера, перекидывал его руку через плечо.

— Вот ваши деньги, — крикнул Костик и, поравнявшись со мной, на ухо, — идите к машине, садись за руль и будь готов трогать.

Мужики из дверей и ещё один, из-за дома, двинулись Костику навстречу, но тот размахнулся и бросил в них ярким пакетом. Один смельчак тут же шарахнулся как от гранаты, другой машинально словил на лету, начал разрывать упаковку.

Костик рванул к машине. Конечно же, я не успел занять водительское место, я даже не успел погрузить Томера, возился с ним у задней двери. Костик открыл вторую заднюю дверь, подхватил Томера подмышки и протащил через весь салон, уложив на сиденье. Хлопнул дверью, предусмотрительно глянув, не получит ли жертва вымогательства травму головы. Я согнул ноги Томера и тоже закрыл дверь. Огибать машину времени уже не оставалось, и я сел за руль. Трогаясь с места, я успел заметить, как порвалась упаковка с розочками, как появились в руках у грабителя манюнины подарочные деньги.

— А зачем торопиться-то?

— А ты хотел, чтобы у тебя номер паспорта спросили?

— Нет, но…

— Квитанцию выписали?

Томер ожил.

— Ой, ребята, я так рад, так благодарен…

— Как ты попал туда вообще?

Томер промолчал.

— Как ты туда попал, — Костик повторил мой вопрос.

— Да так, делал для них кое-какую работу…

— Какую?

— Закапывал всякое…

Мы с Костиком переглянулись.

— Что?

— Где?

— Не могу сказать.

Костик перегнулся через сиденье, сгрёб тощего Томера в охапку одной руки и встряхнул, как щенка.

— Ты, дебил, мы из-за тебя на 20 кусков встряли, нам их отдавать надо.

Томер было пискнул что-то, но Костик встряхнул его ещё раз.

— Не пищи тут про «отдам», ты наркоман сраный, ты игрок, ты завтра ещё столько же проиграешь. Где?

Томер поднял руку.

00:34

Мы ехали по ночной тёмной дороге, за машиной вился след пыли.

— Нет, ну классно ты их, Костик, я думал, у них пушки будут.

— Какие пушки, им шум ни к чему, они на этом месте долго сидеть хотят. Ножи у них, а пушки, может, и есть, но они для собак, наверное…

— Не, собак у них и так, это… пристреливать никто не марается, — встрял в беседу Томер. — Приехали, тормози.

Ночь была тёплой и красивой. Вокруг не было ни огонька. Только свет фар и красный блеск сигареты.

— Как мы в этой темноте чего найдём? — Томер не мог успокоиться.

— Тише.

Я точно услышал вздох.

— Слышите?

Ещё один вздох, шевеление.

— Это оттуда. — Костик указал на траншею у обочины.

— Кого и где ты прятал? — подступился к Томеру.

— Да везде, полно тут, — Томер сделал неопределённый жест руками, обозначая территорию вокруг себя.

Из траншеи снова раздался вздох.

Человеческий.

— Это же человек, Томер, гадина ты!

Мы с Костиком заметались вокруг машины. Томер завопил:

— Нет тут людей, может, бомж какой, собак я возил хоронить!

00:58

Я полз по узкому каналу, лазу, Костик держал мои ноги в своих ручищах, а я подсвечивал себе телефоном и полз на дыхание. На стон. На вздох. На тёплый запах тела.

Он почти сливался с землёй, такой же рыжий, такой же неживой.

Огромная голова. Два добрых глаза. Лапы.

Он вздохнул. Я протянул к нему руку, потом вторую, он лизнул их. Тепло.

Я осторожно обхватил его за обе лапы.

— Костик, тащи, тут собака, большая.

— Ты не боишься?

— У него сил нет меня грызть, не боюсь я уже ничего.

Костик рванул, мои новые джинсы растянулись на острых камушках.

01:23 — через полчаса

— Господи, как ты запёр его туда? — Я смотрел на хлипкого Томера и на раскинувшееся на земле мощное тело бордоского дога.

— Не помню я, бухой был.

Костик осматривал собаку. Дог не стоял на своих ногах, даже не пытался. Он был изрядно покусан, одна лапа была перетянута толстой проволокой. Костик потянулся к ней, но Томер заголосил:

— Не трогай, всё кровью зальёт! Это я перетянул. Не знал, что делать, всю машину загадил.

— Ты же его всё равно умирать привёз, чего уж там?

Томер пожал плечами.

— Ну думал, а вдруг…

Костик встал, подошёл к машине и начал расчищать заднее сиденье от пожитков.

Вместе мы переложили дога в машину, земля, где он лежал, пропиталась кровью.

— Сколько же в нём, — вздохнул Костик и продолжил, обращаясь ко мне: — В машину живо, садись, через гугл ищи клинику.

— А я, — взмолился Томер, показывая на занятое собакой заднее сиденье.

— А ты здесь остаёшься, — сказал я, захлопывая дверцу, — дорогу, поди, знаешь.

Костик тронулся с места, а Томер остался стоять и плакать. Через десяток метров мы притормозили. Томер побежал за нами.

02:48

Мы стояли у операционного стола, огромное тело дога покоилось под яркими лучами лампы. На пол капала кровь.

— Лучше дави, лучше, мы его можем не вытянуть, много крови потерял.

Я стоял возле стола, а моя кисть была погружена в глубокую рану на груди у собаки. Я сморщился и надавил, капать перестало, пёс приподнял голову и лизнул мою руку.

Доктор посмотрел на него поверх очков и продолжил шить кожу.

03:35

— Тьфу ты, сигареты кончились. — Костик потянулся, расправил плечи. — Короче, я всюду позвонил, полиции дал все адреса — и кладбища, и притона этого.

— Ты не боишься?

— Я? — Он усмехнулся. — Эта говнота свою жопу будет прикрывать, им не до нас с тобой будет.

На пороге клиники появился Томер.

— Они его не для боёв держали, а как кусок мяса. Он и недолго пробыл, его сердобольные хозяева принесли, мол, усыпить жалко, мы уезжаем, пансион, блин, у них, это официально если. Чтоб объяснить количество собак. Но этот бесполезный был, жрал много. И добрый он.

— А ты его в канал.

Томер сник.

— Как деньги Манюне возвращать-то будем?

04:13

Возле дома Томера нас ждала засада. Томер, может, и дрянь человек стал, но чуйка у него была, что у той собаки.

— Э, Костик, тормози, вон они сидят возле моего дома, пасут. Ты им точно всё бабло отдал?

Костик промолчал.

В машине, припаркованной прямо на тротуаре, сидели двое понурых парней. Окна были раскрыты настежь.

— Они походу спят!

— А то, самое время сладкое, под утро, умаялись.

— Так, — Томер осторожно выскользнул из машины, дверцу не закрыл, — подождите меня минутку, я барахло своё принесу, мне здесь оставаться по любому не можна.

Томер лисою проскочил мимо спящих бандитов и нырнул к себе в дом.

Я порадовался за него и тут же загрустил:

— Костик, а как же деньги?

— Успокойся, Боря, я же не дурак, я тем лохам куклы свои старые сбагрил. Сто лет как в машине валяются!

На этих словах Костик щёлкнул крышкой бардачка, и я увидел неровные пачки денег, отсортированные по номиналу, перетянутые резинками заботливой манюниной рукой.

Костик закрыл бардачок, и я с облегчением вздохнул.

Из темноты парадного входа выскользнул Томер. Он был умыт и одет как денди. В руках держал дорожную сумку. По пути к нам он как бы ненароком нагнулся над спящими, что-то дёрнул и, пританцовывая, подошёл к нам. Мне на колени упал тяжёлый свёрток. Томер хлопнул дверью.

— Поехали, Костик, пожалуйста. Я в полицию позвонил, и они скоро будут, мне тут задерживаться нет смысла.

Со стороны парка послышался звук сирены, потом он смолк. Я смотрел в зеркало заднего вида, я смотрел на Томера, а Томер смотрел на то, что происходило позади нас.

К машине подошли два человека в обычной одежде, постучали по дверям. В маленьком зеркальце я видел, как встрепенулись спящие, как пытались дать дёру, как завязалась небольшая потасовка, со стороны подоспели ещё пара человек в джинсах, и не успели мы свернуть за угол, оба бандита лежали на дороге, лицом кто вниз, кто в сторону.

— Опера, блин, как овчарки, быстрые, чтоб их, — проговорил Томер сквозь зубы и усмехнулся довольный.

— Тебя куда сейчас?

— В аэропорт, пожалуйста, нельзя мне здесь, найдут, вас тоже.

— А деньги? — спросил я, Костик громко кашлянул.

— Есть у меня маленькая заначка, не 20 штук, конечно, но на первое время хватит.

07:00

Мы ехали по утренней набережной. У меня на коленях лежала аккуратная пачка денег, обёртка слепила глаза праздничными шариками и медвежатами. Кусок бумаги от денег Манюни, которые мы вернули немногим ранее, валялся у меня в ногах — сердечки и синие розочки.

— Так что будем делать с дивидендом? — спросил я водителя и подбросил в руках пачку. На глаз в ней было намного больше двадцати тысяч. Костик лукаво улыбнулся.

— Поедем в клинику, заберём огромного собакевича, а там видно будет.

Мы ещё немного помолчали.

— А может, откроем приют для собак или займемся каким-нибудь другим бесполезным рейнджерством?

Костик посмотрел на меня одобряюще.

— Ты, я и собакевич?

— Ты, я и собакевич.