Альбий, сатир моих ты — судья беспристрастный. Не знаю,

Что мне сказать о твоих занятьях на вилле Педанской?

Пишешь ли то, что вещиц даже Кассия Пармского[470] лучше,

Иль молчаливо среди благодатных лесов ты блуждаешь,

Мысли направив на то, что добрых и мудрых достойно?

Не был ты телом без чувств никогда: красоту тебе боги

Дали, богатство тебе и умение им наслаждаться.

Больше чего ж пожелать дорогому питомцу могла бы

Мамка, коль здраво судить он, высказывать чувства умеет,

10 Если и славой богат, и друзьями, и добрым здоровьем,

Если в довольстве живет и всегда кошелек его полон?

Меж упований, забот, между страхов кругом и волнений

Думай про каждый ты день, что сияет тебе он последним;

Радостью снидет тот час, которого чаять не будешь.

Хочешь смеяться — взгляни на меня: Эпикурова стада

Я поросенок[471]; блестит моя шкура холеная жиром.