Теперь, как прежде, Петтий, мне писать стишки

Радости нет никакой, когда пронзен любовью я,

Любовью той, что ищет пуще всех во мне

К мальчикам страсти огонь зажечь иль к нежным девушкам.

Я отрезвился от любви к Инахии —

Третий декабрь с той поры листву с деревьев стряхивал.

Увы, какой мне стыд, везде по городу

Баснею стал я какой! Как стыдно мне пиров теперь,

Где обличало все меня в любви моей:

10 Томность, молчанье мое и вздох из глубины груди.

«Ужели перед богачом ничтожество

С искренним чувством бедняк? — в слезах тебе я сетовал,

Когда нескромный Вакх из сердца пылкого

Жгучим вином выводил на свет все чувства тайные. —

Но раз свободно наконец в груди моей

Гневом вздымается желчь, пущу тогда я на ветер

Припарки, раны сердца не целящие,

Брошу с неравным борьбу врагом мою постыдную…»

Похваставшись тебе таким решением,

20 Я отправлялся домой; но шел стопой неверною,

О, горе, вовсе не к своим дверям, увы!

К жестким порогам; где я и бедра и бока ломал!

Теперь Ликиска я люблю надменного:

Девушек может он всех затмить своею нежностью.

Бессильно все из этих пут извлечь меня:

Друга ль сердечный совет, насмешки ли суровые.

Лишь страсть другая разве; или к девушке,

К стройному ль станом юнцу, узлом что вяжет волосы.