Пишет ей: «Прочел посланье, в нем хвалила ты меня,
«Ты меня предупредила: сам сгораю от огня.
«Страстно оба мы желаем вместе быть, любовь храня,
«Наша дружба безупречна, оба ждем мы счастья дня».
Про Фатьму не скажешь словом — до чего зажглась она!
Шлет ответ: «Нам хватит горя, я в разлуке им полна.
«Приходи ко мне, мой милый, буду ждать тебя одна,
«Ты несись быстрее ночи, ночью выпьем страсть до дна».
В тот же день, как приглашала на свиданье молодца,
Чуть стемнело, он помчался, но встречает вдруг гонца:
«Нынче ночью не готова слить влюбленные сердца»
«Так нельзя!» — он огорчился; путь продолжил до конца.
Не вернулся он обратно, — хоть поспело извешенье.
Он вошел. Фатьма всем видом выражает огорченье.
Видит, что своим приходом вызывает в ней смущенье,
Не поддавшись впечатленью, он скрывает возмушенье.
Сели вместе, целовались, и не смерить чувств потока.
Статный воин, крепко скроен, вдруг явился у порога,
А за ним, неся доспехи, раб — надежная подмога.
Автандил предстал пред ними, как скалистая дорога.
Предалась Фатьма тут страху, вся объята трепетаньем.
Гость взирает, пораженный их веселым возлежаньем.
Молвит: «Женщина, упейся от цветка к цветку порханьем!
«Недовольна будешь завтра этим кратким обладаньем.
«Так, распутница, отвергла ты меня, лишивши чести,
«Но с зарей узнаешь силу ты моей кровавой мести,
«Причиню такое горе, что с детьми погибнешь вместе.
«Если этого не будет, пусть погибну я без вести».
Так сказав, ушел он в двери, потрясая бородой.
Бьет себя Фатьма, ланиты разрывая в кровь рукой.
Родником журчали слезы и струились с глаз рекой:
«Закидать меня камнями за поступок мой такой!»
Плачет: «я сгубила мужа, уничтожила детей!
«Растеряв свои богатства, станет нищим богатей.
«Воспитатели, питомцы! я пропала для друзей,
«Принесла погибель дому из-за сладостных затей!»
Автандил всему внимает, преисполнен удивленья.
Молвит: «Что с тобой случилось, в чем причина огорченья?
«От -тебя ему что надо? Не пойму угроз значенья.
«Ты скажи о нем всю правду. Что он бродит без смущенья?»
«О, мой лев, — она взмолилась, — мне сознанье выжгли слезы,
«Не могу разумной речью я ответить на вопросы.
«Я детей своих сгубила, и мои завяли розы,
«По тебе я исстрадалась, нестерпимы страсти грозы.
«Так достоин наказанья лжец с предлинным языком,
«Тот, кто скрыть не может тайны, кто совсем ослаб умом.
«Коль в беде ты мне поможешь, все скажу тебе потом.
«Врач не впрок, коль кровь свою же пьешь глоток ты за глотком.
«Лишь одно из двух ты должен выбрать, все откинув прочь:
«Или тайное убийство совершишь ты в эту ночь,
«Чтобы мне и всем, мне близким, в горе тягостном помочь,
«И, ко мне вернувшись снова» разузнать о всем точь-в-точь.
«Или ты сегодня ж ночью соберешь свою поклажу
«И, покинув нашу землю, путь направишь в даль по кряжу.
«Но едва ль упьешься счастьем ты, беду увидев нашу!
«Он придет в дарбаз наутро, и меня возьмут под стражу».
Этой речью витязь тронут — в том видна его природа!
Дрот он взял, поднявшись мощно, красотой горя восхода.
Молвит: «Только малодушных не коснется жен невзгода.
«Нет подобного созданья средь существ людского рода».
Молвит: «Дай мне человека, кто б указывал мне путь.
«Не нуждается в подмоге ни рука моя, ни грудь,
«Этот муж как воин, вижу, не подобен мне ничуть.
«Все скажу тебе, вернувшись. Ты же здесь спокойной будь».
С ним Фатьма раба послала указать ему дорогу.
«Будь с огнем ты осторожен,- вслед кричит,- возьми подмогу!
«Коль свершишь убийство это, мне смирив души тревогу,
«Принеси кольцо, что носит он — мой дар — молюсь как богу».
Автандил прошел весь город, красотой блистая стана,
Дом из плит зелено-красных из морского встал тумана,
Убегают вниз карнизы, вверх ступени бани-бана,
Изобильных украшений многоцветность многогранна.
С солнцеликим Автандилом проводник проходит дала.
Подойдя, он молвит тихо: «Вот дворец, что вы искали.
«Посмотрите там, где крыши друг на друга набежали,
«Замечайте, спит он или отдыхает в нижнем зале».
Два привратника лежали там, где был в палаты вход,
Витязь тихо к ним подкрался, и шагов не слышен ход,
Взял обоих он за горло, душам спящих дав исход,
Друг о друга головами витязь их нещадно бьет.
Сам хозяин одиноко возлежал, не спал с досады,
Автандил с рукой кровавой вдруг предстал, как тень громадь
Как убил его, — не знаем, хоть узнать и были б рады.
Нож, проткнув врага, наверно до земной прошел преграды.
Автандил — на вид светило, в битвах зверь с душой холодной
Взял кольцо, отрезав палец, труп отправил к преисподней
И смешал со щебнем моря, сбросив вниз туда со сходней:
Нет могилы, нет лопаты, чтоб могилу рыть пригодней.
Эта казнь осталась тайной, и нигде не слышен шум,
Розой сладкою шагая, он идет без горьких дум,
Как кровавое деянье утаить, — нейдет на ум.
Снова прежняя дорога расстилалась теням двум.
Словно лев, к Фатьме вернулся солнце-витязь лучезарный.
Молвит: «Мертвым не придется день увидеть светозарный.
«Он убит — тому свидетель раб твой, богу благодарный,
«Вот с твоим подарком палец, вот мой нож в крови коварной.
«А теперь ты мне поведай, бесновалась почему?
«Знать его угроз причину страстно хочется уму».
«Лик твой видеть недостойна! — говорит Фатьма ему. —
«Раны сердца исцеливши, я огонь души уйму.
«Я, мой муж Усен и дети возродились к жизни снова.
«Лев, тебя за все прославить нет достаточного слова!
«Так как в меру вероломства казнь заслуженно сурова,
«То внимательно прослушай, что сказать тебе готова».