Мне сразу же стало жалко этого молодого человека. Его измученное лицо и ошеломленные глаза ясно показывали, в каком он был шоке.

Дональд Фрэйзер был ладно скроенным, симпатичным молодым человеком около шести футов ростом. Его нельзя было назвать красавцем, но у него было приятное веснушчатое лицо с высокими скулами и ярко-рыжей шевелюрой.

– Что случилось, Меган? – спросил он. – Почему ты здесь? Ради бога, скажи мне… Я только что слышал, что Бетти…

Его голос ослаб.

Пуаро подставил ему стул, на который он и опустился. После этого мой друг достал из кармана небольшую фляжку и налил из нее немного в подвернувшуюся под руку кружку, которая стояла на полке.

– Выпейте, мистер Фрэйзер. Вам станет полегче.

Молодой человек повиновался. Коньяк вернул краски его лицу. Он выпрямился на стуле и еще раз повернулся к девушке.

– Так это правда? – спросил он. – Бетти мертва… убита?

– Это правда, Дон.

– Ты что, только приехала из Лондона? – спросил Дональд механическим голосом.

– Да. Папа мне позвонил.

– Наверное, поездом на девять двадцать? – продолжил Фрэйзер. Он пытался отвлечься от действительности, обращая внимание на подобные мелкие детали.

– Да.

Последовала минутная пауза, а потом Фрэйзер спросил:

– А полиция? Они что-нибудь делают?

– Они сейчас наверху. Наверное, осматривают вещи Бетти.

– И они никого не подозревают? Они не знают, кто это сделал? – Молодой человек замолчал.

Как и все чувствительные, застенчивые люди, он не мог назвать жестокие вещи своими именами.

Пуаро вышел вперед и задал вопрос. Говорил он при этом в деловой небрежной манере, как будто речь шла о чем-то неважном.

– Мисс Барнард говорила вам, куда она собиралась вчера вечером?

Ответ Фрэйзера прозвучал абсолютно механически:

– Она сказала мне, что вместе с подругой отправится в Сент-Леонардс.

– И вы ей поверили?

– Я… – Внезапно автомат превратился в живого человека. – Что, черт возьми, вы имеете в виду?

Глядя на его угрожающее лицо, искаженное гримасой ярости, я понял, почему девушка так боялась разозлить его.

– Бетти Барнард убил серийный маньяк-убийца, – сухо сказал сыщик. – И вы сможете помочь нам напасть на его след, только если будете говорить абсолютную правду.

На мгновение Фрэйзер перевел взгляд на Меган.

– Это правда, Дон, – подтвердила девушка. – Сейчас не время думать о своих или чьих-то еще чувствах. Ты должен все рассказать.

Фрэйзер взглянул на моего друга с подозрением.

– А вы кто такой? Вы что, тоже из полиции?

– Я лучше, чем вся полиция вместе взятая, – ответил Пуаро без всяких признаков хвастовства. Для него это была простая констатация факта.

– Расскажи ему все, – посоветовала Меган.

– Я не был уверен, – сдался наконец Фрэйзер. – То есть я поверил ей, когда она это сказала. Ничего другого мне в голову тогда не пришло. Ну а потом что-то в ее манерах… В общем, я задумался.

– И… – поторопил его Пуаро.

Мой друг сидел напротив Дональда Фрейзера. Казалось, что его глаза, которые он не отрывал от молодого человека, гипнотизировали последнего.

– Мне было стыдно, что я такой подозрительный. Но… но я подозревал… Я решил пойти на набережную и проследить за ней, когда она выйдет из кафе. И я туда и отправился. А потом подумал, что не смогу сделать этого. Бетти могла меня увидеть и разозлиться. Она бы сразу поняла, что я слежу за ней.

– И что же вы сделали?

– Я отправился в Сент-Леонардс. Попал туда около восьми часов вечера. И стал следить за подъезжающими автобусами. Но ее в них не увидел…

– А после этого?

– Наверное, я слегка потерял голову. Я был уверен, что она пошла с каким-то мужчиной. Я подумал, что, наверное, они поехали на его машине в Гастингс. И направился туда. Искал в гостиницах, ресторанах, бродил вокруг кинотеатров, побывал на пирсе… Абсолютный идиотизм. Даже если бы она там была, у меня практически не было шансов ее обнаружить, а кроме того, есть масса других мест, куда он мог ее отвезти. На Гастингсе свет клином не сошелся.

Молодой человек замолчал. Хотя его тон и не изменился, но мне послышались в нем нотки слепого, ошеломленного отчаяния и гнева, которые овладели им во время этого рассказа.

– В конце концов я сдался и вернулся назад.

– В какое время?

– Не знаю. Я шел пешком. Наверное, было что-то около полуночи к тому моменту, как я попал домой.

– А потом?

Дверь кухни раскрылась.

– Ах, вот вы где, – раздался голос инспектора Келси.

Инспектор Кроум протиснулся в дверь, бросил взгляд на Пуаро и стал рассматривать двух незнакомцев.

– Мисс Меган Барнард и мистер Дональд Фрэйзер, – представил их мой друг. – А это инспектор Кроум из Лондона, – пояснил он. – Обернувшись к инспектору, он сказал: – Пока вы вели расследование наверху, я здесь беседовал с мисс Барнард и мистером Фрэйзером, пытаясь выяснить хоть что-то, что могло бы пролить свет на это дело.

– Да неужели? – произнес инспектор Кроум, не прислушиваясь к словам моего друга, а полностью сосредоточившись на двух вновь прибывших.

Пуаро вышел в холл. Когда он проходил мимо инспектора Келси, тот любезно поинтересовался, есть ли что-нибудь новенькое. Однако все его внимание было обращено на коллегу, и ответа он дожидаться не стал.

Присоединившись к Пуаро в холле, я спросил:

– На вас что-нибудь произвело впечатление, Пуаро?

– Только невероятное великодушие убийцы, – ответил маленький бельгиец.

Я так и не осмелился сказать ему, что совершенно не понял, что он имеет в виду.