Система противоракетной обороны, которую создают США, чтобы оградитьсебя и своих союзников от атак с использованием ракет дальнего действия, не слишком надежна и скорее всего не способна полностью защитить эти страны. Грубо говоря, если против ракеты с ядерной боеголовкой и дистанционным взрывателем применить противоракету, то этим можно спровоцировать высотный ядерный взрыв.
Двадцать второго марта 1983 года американский президент Рональд Рейган выступил с помпезной речью перед американским народом, в которой патетически призвал «тех же ученых, которые дали нам ядерное оружие, посвятив свои таланты делу человечества и мира во всем мире, изыскать средства, чтобы это ядерное оружие не стало бессильным и устаревшим». С этими словами бывший голливудский актер презентовал программу военно-космических исследований, которая вскоре стала широко известна как стратегическая оборонная инициатива (СОИ). Журналисты тут же насмешливо окрестили ее «звездными войнами» в честь известного блокбастера голливудского режиссера Джорджа Лукаса, а специалисты сразу же стали утверждать, что ее содержание мало чем отличается по реальности от одноименного научно-фантастического фильма. Приведем выдержку из речи.
Определенное количество мифов произросло вокруг стратегической оборонной инициативы, программы, которую я объявил в 1983 году для создания щита против ядерных ракет. Она была задумана не учеными, хотя они приняли ее и внесли большой вклад в ее успех. Я пришел в офис с определенным предубеждением против нашего необъявленного соглашения с Советским Союзом в отношении ядерных ракет. Я говорю о политике «взаимного гарантированного уничтожения» – идеи сдерживания, обеспечивающей безопасность до тех пор, пока каждый из нас мог бы уничтожить другую сторону ядерными ракетами, если один из нас нанес удар первым… Это не кажется мне чем-то, что позволит вам спать спокойно. Это как если бы обитатели Дикого Запада стояли в салуне, постоянно нацелив друг на друга оружие. Должно было быть лучшее решение…
Поскольку я знал, что это будет долгой и трудной задачей – избавить мир от ядерного оружия, у меня была вторая мечта: создание защиты от ракетно-ядерного оружия, чтобы мы смогли бы перейти от политики гарантированного уничтожения к политике гарантированного выживания. Моя сокровенная надежда, что когда-нибудь наши дети и наши внуки смогли бы жить в мире, свободном от постоянной угрозы ядерной войны… Я знаю, что все вы хотите мира, и я тоже, – сказал я. Я знаю также, что многие из вас всерьез полагают, что замораживание производства ядерных вооружений будет способствовать делу мира. Но замораживание сейчас сделает нас менее, а не более защищенными, и увеличит, а не уменьшит риск войны. После обращения к американскому народу, чтобы он мог сообщить конгрессменам о своей поддержке программ военной модернизации, я раскрыл свою мечту Стратегической оборонной инициативы.
Я сказал на одной из встреч, что я сыт по горло тем, как русские ведут себя, и что слишком часто в прошлом Соединенные Штаты подписывали ущербные соглашения с ними только потому, что не могли добиться никакого другого. После этого я написал в дневнике: я дал недвусмысленно понять, не должно быть предоставления концессий, односторонних, ради того, чтобы попытаться смягчить Советы. Мы убеждены, что более всего они хотят лишить нас права на поиск оборонительного оружия против баллистических ракет. Они боятся наших технологий. Я верю, что защита может сделать ядерное оружие устаревшим и таким образом мы могли бы избавить мир от этой угрозы. Вопрос в том, будут ли они использовать это, чтобы прервать переговоры и обвинить нас?.. Я считаю, что Советы согласились на переговоры только чтобы увести нас от исследований стратегической обороны от ядерного оружия. Я твердо настоял, что мы не можем отступать от них, независимо от того, что они предлагают.
Если говорить коротко, программа СОИ заключалась в создании наземных и космических систем противоракетной обороны (ПРО), способных уничтожить любой тип межконтинентальных баллистических ракет (МБР), запущенных с территории Советского Союза в направлении Соединенных Штатов.
Уже через год после знаменательной речи Рейгана, которого теперь изображали на карикатурах в газетах и журналах по всему миру не иначе как в костюме голливудского персонажа Супермена, в развевающемся плаще и с ракетой в руке, была создана организация для управления и развития СОИ – SDIO. Она должна была координировать исследования и разработки всяческих технологических достижений, могущих иметь значение в создании космической ПРО. Прежде всего это касалось разнообразных компьютерных систем, радиоэлектронных компонентов в микроэлементном исполнении, а также датчиков и контроллеров, входящих в бортовое ракетное оборудование. Основное внимание в программе уделялось проектированию орбитальных систем отражения масштабного «первого удара».
Предысторию СОИ специалисты в области ракетно-космических вооружений единогласно связывают с девятью высотными и космическими ядерными взрывами, проведенными Пентагоном в 1958–1962 годах.
Первый более-менее достоверно известный высотный взрыв с кодовым наименованием «Джон» мощностью несколько меньше двух килотонн тротилового эквивалента был проведен 19 июля 1957 года в рамках операции «Свинцовый боб» на полигоне в штате Невада. В ходе этого испытания ядерная плутониевая боеголовка типа W-25 была подорвана на шестикилометровой высоте с помощью ракеты «Джин» (AIR-2A Genie) класса «воздух – воздух», выпущенной с борта истребителя «Скорпион» (F-89J Scorpion). Тут надо заметить, что по иронии судьбы именно прообраз ядерного боеприпаса W-25 из-за своей компактности и надежности вошел в комплектующие боеголовки штатных боезапасов головного проекта рейгановских орбитальных ракетно-ядерных платформ.
Следующим ядерным испытанием, давшим обширный материал для технического обоснования СОИ, принято считать запуск 6 мая 1962 года с борта подлодки Ethan Allen (SSBN-608) двухступенчатой твердотопливной баллистической ракеты «Полярная звезда» с боеголовкой W-47Y1 мощностью в 600 килотонн. В ходе этой ядерной миссии «Птица Фрегат» был произведен взрыв на высоте 3300 метров с эпицентром в 890 км к северо-востоку от острова Рождества. Последние ядерные испытания в стратосфере и космосе завершились осенью 1962 года в рамках операции «Аквариум», включавшей взрывы «Шах-мат», «Царь-рыба» и «Натянутый канат».
В техническое задание на выполнение отдельных этапов СОИ прежде всего вошли тактико-технические данные подрывов ядерных устройств типа W-50 на стокилометровой высоте, а также боеголовок XW-50X1 и W-31 на высотах 147 и 21 км с использованием авиационных ракет XM-33 Strypi и Nike Hercules, запускавшихся как с борта бомбардировщика В-52 Stratofortress, так и с наземных установок.
Проанализировав с помощью специалистов результаты высотных взрывов, Рейган патетически обратился к «патриотизму американских ученых» и призвал их создать «фантастический щит», уничтожающий любые вражеские ядерные ракеты. По мысли идеологов СОИ, само ядерное оружие должно теперь рассматриваться как устаревшее и недееспособное. Физическая возможность подобных оборонных систем вооружения основывалась на излучении направляемой энергии лазерами и потоками частиц.
Идеологи СОИ исходили из того, что СССР и его союзники, в том числе КНР, имеют очень здравую и продуманную военную стратегию термоядерных ударов. При определенных условиях, доказывали американские военные эксперты, Советский Союз может начать полномасштабную ядерную войну, первым нанеся удар по США и их союзникам. В этом случае стратегическая ПРО должна перехватить несколько тысяч МБР, в том числе с разделяющимися боеголовками. При этом общее количество ядерных боеголовок могло бы достигнуть десятки тысяч единиц. С точки зрения авторов концепции СОИ, для эффективного противодействия массированной атаке МБР требуется оружие, размещенное в космосе, на платформах, вращающихся по низким орбитам. Средства перехвата МБР на космических низкоорбитальных платформах должны были бы состоять как из ракет-перехватчиков, так и лазерного и пучкового оружия в виде генераторов жесткого рентгеновского и нейтронного излучения. Система орбитальных платформ СОИ образовала бы противоракетную сеть, перекрывающую «окна», через которые проходят траектории вражеских МБР. Для разрушения ракет, прорвавшихся через орбитальные «окна», предполагалось использовать сверхмощные наземные лазеры и лазерные пушки, расположенные на самолетах типа «Боинг-747». По предварительным оценкам огневая мощь подобных противоракетных систем в несколько раз должна превышать параметры обычных вооружений ПВО.
Согласно концепции СОИ, полная система противоракетной обороны должна включать в себя несколько частей. Первую линию обороны так называемой системы зонной защиты образуют несколько слоев орбитальных лазерных станций: постоянного, «вахтенного» и нерегулярного (запуск в случае непосредственной опасности ядерного удара) базирования. Лазерные платформы уничтожают вражеские МБР на стадии вывода на орбиту, то есть непосредственно в самой уязвимой точке их полета – над местом старта. Каждый из трех поясов защиты уничтожает 90 % уцелевших ракет, ориентируясь на максимально возможное количество запускаемых боеголовок.
Идея создания многоэшелонной системы ПРО, основанной на оружии, использующем новые физические принципы, зародилась в недрах Ливерморской лаборатории ядерных исследований еще в 1945 году. Таким образом, в основе реализации СОИ лежали, по мысли ее авторов, важнейшие достижения и открытия квантовой физики. Благодаря этим открытиям оказалось возможным создавать и направлять когерентные потоки электромагнитного излучения и элементарных частиц. В отличие от обычного «белого» света, представляющего собой всеволновую «смесь» в диапазоне от коротких до длинных волн, подобные лучи имеют приблизительно одну и ту же длину волны, или «цвет». Когерентные излучения лазеров и подобных устройств могут распространяться на очень значительные расстояния с хорошей фокусировкой на цели. При этом их энергоемкость даже на тысячекилометровых дистанциях может позволить «ослеплять» датчики МБР, выводить из строя радиоэлектронное оборудование и даже испарять тугоплавкие металлы, буквально «распарывая» ракетный корпус.
Основным типом квантовых генераторов, которые предполагалось использовать для этой части ПРО СОИ, являлись рентгеновские лазеры, которые предложил в свое время один из создателей американской водородной бомбы Э. Теллер[2]. В 1980 году был произведен ядерный взрыв, показавший теоретическую возможность создания рентгеновского лазера высокой энергии, способного поражать стратегические ракеты и боеголовки на дистанции в тысячи километров.
Водородная бомба испускает громадное количество энергии в виде рентгеновского излучения, поэтому рентгеновские лазеры можно накачивать энергией ядерного взрыва. Принципиально рентгеновский лазер Теллера представляет собой небольшую ядерную бомбу, окруженную медными стержнями. Взрыв ядерного боеприпаса порождает сферическую взрывную волну интенсивного рентгеновского излучения. Эти лучи высокой энергии проходят через медные стержни, которые играют роль рабочего тела лазера и фокусируют энергию рентгеновского излучения в мощные пучки. Полученные рентгеновские лучи можно затем направить на вражеские боеголовки. Конечно, такое устройство можно использовать только один раз, поскольку ядерный взрыв приведет к саморазрушению рентгеновского лазера. Первое испытание рентгеновского лазера, получившее название «Тест Кабра», провели в июле 1983 года. В подземной шахте была взорвана водородная бомба, а затем беспорядочный поток рентгеновского излучения от нее был сфокусирован и превращен в сверхмощный рентгеновский лазерный луч. Испытания были в целом признаны успешными, и именно это отчасти вдохновило президента Рейгана на историческое заявление 1983 года о намерении построить оборонительный щит из «звездных войн». Так была запущена многомиллиардная программа строительства рентгеновских лазеров с ядерной накачкой для уничтожения МБР на разных участках траектории.
Вторая линия обороны, так называемая система точечной защиты, была предназначена для разрушения ракет, которые прошли невредимыми через систему зонной защиты. Одно из предложений для создания этой линии обороны состояло в необходимости использовать обычные лазеры высокой мощности, расположенные на земле, нацеливаемые и фокусируемые при помощи зеркала, расположенного на околоземной орбите и находящегося в данный момент над местом расположения лазера.
Наконец, те немногочисленные ракеты, которые преодолели все зоны лазерного щита, оказались бы разрушенными системой окончательной защиты большего диапазона действия, основу которой составляет излучение ускоренных частиц или волн-частиц.
Можно ли сбивать боеголовки баллистических ракет при помощи такого нетривиального устройства? Не исключено. Но не следует забывать, что неприятель может придумать множество простых и недорогих способов нейтрализации подобного оружия (так, можно было бы обмануть радар, выпустив миллионы дешевых ложных целей; придать боеголовке вращение, чтобы рассеять таким образом рентгеновское излучение; придумать химическое покрытие, которое защитит боеголовку от рентгеновского луча). В конце концов, противник мог бы просто наладить массовое производство боеголовок, которые пробьют щит «Звездных войн» за счет своего количества. И уже в нашем столетии некоторые американские уфологи заговорили о том, что самым эффективным орбитальным щитом от вражеских МБР могли бы стать именно ионосферные плазмоиды Теслы…
Между тем для решения технологических проблем создания лучевого и пучкового оружия американское Агентство перспективных оборонных исследований выделило целый ряд грантов по следующей тематике:
• Разработка всеволновых датчиков-сенсоров для захвата целей и их последующего автоматического сопровождения.
• Создание новых компьютерных алгоритмов для обработки больших массивов информации, поступающих от орбитальных и наземных РЛС в режиме реального времени.
• Проектирование сверхмощных лазеров и мазеров самого различного типа орбитального и наземного базирования, а также источников питания к ним.
• Исследование радиационной стойкости приборов и оборудования МБР, спутников и наземных РЛС, а также специальных схем противодействия электромагнитным импульсам.
Для детальной проработки этих важнейших направлений реализации СОИ и максимальной мобилизации научных сил была учреждена специальная структура: «Фонд энергии ядерного синтеза» (Fusion Energy Foundation – FEF). Впоследствии именно сотрудники FEF проделали большую работу по выявлению уровня соответствующих разработок иностранных исследовательских центров. Надо заметить, что с целью дезинформации FEF никогда не позиционировал себя как сугубо секретную организацию. В глазах научной общественности ученые FEF выступали как обыкновенные отраслевые исследователи, публикующие свои работы по самым различным направлениям развития технологий двойного применения, так или иначе связанных с реализацией СОИ.
Среди открытых публикаций FEF можно отметить серьезные исследования перспектив развития термоядерной энергетики, гелиоэнергетики и изотопных топливных элементов. Сопутствующие работы касались также новых методов разделения тяжелых изотопов с их магнитной и центрифугальной сепарацией. При этом встречались и сравнительно новые технологии извлечения редких изотопов и создания специальных биметаллических соединений с их участием для достижения нужных характеристик материалов и сплавов. Отсюда же следовали проектные изыскания новых принципов металлообработки на основе лазеров, включая сварку, резку, формовку, сверление и отжиг в ходе дифференцированной кристаллизации и термической обработки поверхностей.
Много проектов FEF затрагивало специальные разделы физической химии, включая химические реакции, вызванные ядерной радиацией, в том числе при создании синтетического топлива, выделения водорода и газификации углей. Особым направлением была разработка систем для контроля сверхбыстрых процессов на субмикросекундном уровне, очень важных при управлении неустойчивыми состояниями высокотемпературной плазмы.
Главным «идеологическим» отличием СОИ от проектов наиболее известных предшествующих систем ПРО, таких как «Найк-Зевс», «Сентинел», «Сейфгард» было иное орбитальное пространство событий. Так, обычно ПРО предназначалась для противодействия МБР только на сравнительно небольшом, заключительном этапе полета, а стратегическая концепция СОИ включала активную борьбу с атакой противника на всем протяжении полета ракет от старта до разделения боеголовок.
Таким образом, СОИ ставила задачу перехвата МБР на протяжении всего их полета, предполагая, что элементы данной ПРО будут размещаться не только на земле, но и на море, в воздушном и космическом пространстве, опутывая ближний космос паутиной орбитальных станций с оружием на борту. При этом для надежного уничтожения ракетно-ядерного потенциала противника считалось необходимым обеспечить развертывание нескольких эшелонов ПРО, оснащенных разнообразным оружием с высокой поражающей способностью. Подобные системы СОИ предполагали использование самых разных ударных средств, в том числе основанных на новых физических принципах: лазерные установки различного типа, пучковое и микроволновое оружие, включая рентгеновские лазеры с ядерной накачкой. Особое внимание уделялось созданию средств перехвата и уничтожения ракет первым эшелоном ПРО на активном участке их траектории, непосредственно над территорией противника. Это объяснялось тем, что работающие двигатели ракеты являются источником инфракрасного излучения, позволяющего надежно обнаруживать ракету и наводить на нее средства поражения. Да и сама громоздкая тонкостенная оболочка корпуса ракеты представляла собой более уязвимую цель, чем небольшие высокопрочные боеголовки.
Рентгеновский лазер с накачкой от лазерного взрыва и сегодня является самым мощным лазерным устройством, хотя, по понятным причинам, является одноразовым устройством
Еще до объявления программы СОИ 1 сентября 1982 года в составе ВВС США было организовано специальное космическое командование, курировавшее разработку, создание и эксплуатацию космических систем оружия. Для непосредственной координации работ по стратегической оборонной инициативе была создана ОО СОИ (организация по осуществлению СОИ), которая имела право заключать контракты с фирмами, проявлявшими заинтересованность в разработке соответствующих систем оружия.
К 1986 году ОО СОИ уже заключила более 1500 контрактов с 260 промышленными корпорациями и научными центрами, кроме того, занялась активным вовлечением в программу СОИ союзников США, прежде всего таких, как Япония, ФРГ, Франция, Великобритания, Италия и Израиль. Из этих стран только Франция официально воздержалась от участия, но заявила, что не будет препятствовать участию в СОИ частных фирм. Наибольший интерес для США представляли японские технологии в области лазеров высоких энергий, суперкомпьютеров, волоконной оптики для перспективных систем связи, ферритовое покрытие для самолетов, а также головки самонаведения для управляемых ракет.
Немецкие фирмы решено было привлечь для разработки систем стабилизации и наведения лазеров и электромагнитных пушек, систем распознавания и сопровождения целей, химических лазеров для систем ПВО малой дальности. Великобритания выразила готовность принимать участие в разработке лучевого оружия, фотонных компьютеров, технологий программного обеспечения ЭВМ, электромагнитных пусковых установок, энергоблоков космических платформ, аппаратуры управления боевыми действиями и т. д. Италия должна была быть задействована в разработке новых композиционных материалов, технологий использования инфракрасных лазеров и датчиков, а также компьютерного тепловидения. Израиль выразил готовность содействовать в создании электромагнитных пушек, компактных лазерных установок, специальных датчиков космического базирования и космического стрелкового оружия.
Общий план разворачивания средств ПРО программы СОИ включал 50 специальных космических аппаратов дальнего обнаружения и слежения за МБР, 100 космических аппаратов с ударными химическими лазерами и некоторое количество сверхмощных наземных лазеров в системе с орбитальными зеркальными отражателями их лучей. Уровень эффективности подобной ПРО оценивался в 5000 перехватов для обычных (неактивных) типов МБР и только 50–100 – для ракет с активными мерами противодействия, включающими сокращение активного стартового участка траектории и модульное построение верхних ступеней.
Надо сказать, что уже первые схематичные планы разворачивания СОИ вызвали резкую критику экспертов, справедливо указывающих, что существенное увеличение противоборствующей стороной количества современных МБР, да еще и оснащенных системами преодоления ПРО в виде ложных целей, траектории полета и маневрирования боеголовок на конечном участке траектории, могло бы полностью обесценить все работы по СОИ.
Широкая реклама программы СОИ пыталась всячески оправдать астрономические расходы (более 2 трлн долларов) девизом: «Кто владеет космосом, тот владеет миром». Беспрестанно крутились телевизионные ролики с показом принципов действия нового оружия против стратегических ракет, где космические системы, разумеется, весьма эффектно уничтожали последних. Сегодня некоторые западноевропейские и американские политтехнологи даже склоняются к странной гипотезе, что именно блеф СОИ явился одной из скрытых причин начала так называемой перестройки в Советском Союзе, приведшей к распаду великой державы. Так это или не так, утверждать очень трудно, но «процесс пошел» именно тогда. Почему же программу СОИ сегодня считают отъявленным блефом рейгановской администрации?
Основным стержнем этой программы являлись лазерные системы оружия космического базирования. В 1987 году была принята программа разработки такого оружия под кодовым обозначением «Триада», которая состояла из трех основных компонентов, или проектов. Проект «Альфа» преследовал цели создания химического цилиндрического лазера со средней мощностью излучения в непрерывном режиме 2 МВт. Проект «Лоуд» включал разработку комбинированной оптической системы четырехметрового диаметра, а по проекту «Талон Гоулд» велось создание прицельного устройства для лазерного оружия и были проведены его испытания на борту одного из челноков «Шаттл». В июне 1986 года провели испытания опытно-боевого лазерного устройства с борта летающей лаборатории КС-135, в ходе которых была поражена управляемая ракета типа «воздух – воздух» AIM-9 «Сайдвиндер».
Для работ по программе СОИ привлеклись мощные научные силы в лице Гарвардского, Нью-Йоркского, Калифорнийского и Техасского университетов, Массачусетского технологического института и национальных лабораторий ядерных исследований – Ливерморской (8 тыс. человек с годовым бюджетом 800 млн долларов), Лос-Аламосской (7,5 тыс. человек с бюджетом 600 млн долларов), Сандийской (6,1 тыс. сотрудников при бюджете свыше 400 млн долларов) и Хэнфордской (3 тыс. исполнителей при бюджете 200 млн). Разрабатываемые в этих научных центрах проекты включали создание суперкомпьютеров, новых материалов, систем связи и управления лазерных излучателей для боевых космических станций с «экзотическими» видами электромагнитного, пучкового и кинетического оружия.
Разработка противоспутникового оружия в США началась с запуска суборбитальной ракеты с борта бомбардировщика «В-47» 14 октября 1959 года, в результате которого был успешно перехвачен и уничтожен первый американский ИСЗ «Эксплорер-1». В середине 60-х годов был создан наземный противоспутниковый комплекс на базе баллистических ракет «Тор», состоящий из двух наземных пусковых установок и двух командных пунктов связи. В период до 70-х годов прошлого века состоялось шестнадцать пусков с противоспутникового комплекса, он был демонтирован (по другим сведениям поставлен на долговременную консервацию) в 1976 году практически одновременно с выводом из эксплуатации системы ПРО «Сейфгард». В 1977 году развернулась разработка авиационного ракетного комплекса перехвата (АРКП) на базе тактического истребителя F-15 «Игл», оснащенного противоспутниковой ракетой, разработанной по программе ASAT. Данная ракета массой в 1 тонну имела поражающий радиус действия в 15–19 км и была оснащена инфракрасной системой наведения MHIV на низкоорбитальные спутники.
Всего произвели 12 летных испытаний ASAT, в результате которых эффективность поражения была оценена как близкая к 50 % (5 целей из 10 поражались первой ракетой).
Любопытно, что уже первые сообщения в американской печати об успехах программы ASAT сопровождались пространными комментариями о том, что ракеты-перехватчики оснащались специально инфракрасной системой наведения для пространственного ориентирования, устойчивой к воздействию «пучкового оружия русских спутников». Сегодня, через полстолетия, многие данные программы ASAT до сих пор скрыты завесой секретности, поэтому трудно понять, какие же реальные прототипы космических аппаратов скрывались за спутниковыми мишенями, выводимыми на низкие орбиты ракетами-носителями «Скаут» с полигона на острове Уоллопс. Так, газета «Нью-Йорк Пост» не скрывала, что система ASAT предназначена в первую очередь для поражения советских орбитальных станций, оснащенных «сверхмощными электромагнитными пушками», разработанными академиком Капицей.
Между тем критика планов СОИ нарастала. Обоснованность скептического отношения к развертыванию «звездных войн» подтверждают и сегодняшние экспертные оценки, показывающие, что США ни в 80-х годах, ни сегодня, после сворачивания системы «Спейс Шаттл» и ее замены на одноразовые ракеты-носители, совершенно не справились бы с такой задачей. Ведь только одних спутников-перехватчиков нужно было вывести более тысячи единиц. Затраты на создание многоэшелонной системы ПРО не выдержала бы никакая экономика, даже такая мощная, как американская, и вообще западная. Меры по нейтрализации обороны были бы в сотни раз дешевле, и такие расчеты в Советском Союзе велись. СССР мог бы произвести несколько сот специальных баллистических ракет – «разрушителей СОИ», оснащенных мощными зарядами, в том числе и ядерными, для уничтожения американских боевых космических систем, и триллионы долларов канули бы во вселенскую бездну.
Наиболее «классический» элемент программы СОИ, его планировали использовать в качестве последнего рубежа противоракетной обороны
Кроме того, была еще и полумифическая программа «Гранит», в ходе реализации которой существовали некие сверхмощные лазеры «Терра», способные обстреливать даже орбитальные челноки. Вместе с мистическими «русскими спутниками с электромагнитными пушками» все это могло бы само по себе сделать реализацию целей СОИ весьма проблематичной. Ну а если отбросить фантастическую составляющую, то даже в идеальном варианте развертывания «звездных войн» Советский Союз мог бы просто пойти на массированное увеличение общего количества МБР с множеством разделяющихся боеголовок, найдя тем самым действенный и сравнительно дешевый ответ. По оценке специалистов, МБР потребляют всего 10 % расходов на оборону и в то же время обеспечивают 80 % всей ударной мощи советской стратегической «триады»: флота, авиации и сухопутных установок. Увеличение в 3–4 раза потенциала МБР не нанесло бы экономике СССР непоправимого ущерба, а вот полномасштабное развертывание СОИ для Америки в конце концов вынудило США отказаться от этой затеи как проигрышной и абсолютно бесперспективной.
В конце 80-х годов активность развертывания различных систем СОИ явно стала затихать и практически прекратилась с распадом СССР. Одним из последних всплесков «звездных войн» стал план создания флотилии специальных спутников, которые бы генерировали низкочастотные радиоволны в непосредственной близости от радиационных поясов Земли. В теории это могло бы вызвать активацию искусственных РПЗ[3], призванных затруднить работу радиоэлектроники МБР.
Из этого довольно необычного проекта американское Агентство по перспективным оборонным исследованиям (DARPA) развило целое направление специфических научно-инженерных работ, послуживших основой знаменитому проекту HAARP (High Frequency Active Auroral Research Program – Программа активного высокочастотного исследования авроральной области), начавшемуся со строительства полигона в местечке Гакона на Аляске.