Еще недавно в нашей квартире все занимались не своим делом. Утюг забивал гвозди, хотя круг естественных обязанностей у него был другой. Кастрюля вошла во вкус хранения воды, поскольку в нашем доме вода бывала только ночью. А кресло было завалено книгами, на него никто не садился.

И вдруг в один прекрасный день всем пришлось вернуться к естественным своим обязанностям.

Это было трудно, сэр. Утюг гладил белье, но ему все время хотелось трахнуть кого-нибудь по голове, вогнать куда-нибудь по самую шляпку. Кастрюля шипела от возмущения, когда ее ставили на огонь, а кресло любой зад воспринимало как личное оскорбление.

Эссе, сэр! Не кажется ли вам, что такое случилось и с нами? Мы всегда стремились к нормальной жизни, но ведь мы в ней не выживем. Мы привыкли выживать, мы только и делаем, что выживаем, но это, учтите, в ненормальных условиях. В бессмысленных, нелепых, дичайших условиях. Мы выживали в несчастье, а в счастье мы не выживем, сэр!