На мгновение удивившись, Томми отправился в ресторан, чтобы заказать ни с чем не сравнимую по своей изысканности еду. Его четырехдневное заключение заставило его заново полюбить хорошо приготовленную пищу.

Он как раз подносил ко рту особо восхитительный кусочек филе камбалы а‑ля Жанетт, когда краем глаза увидел Джулиуса, входящего в зал. Весело помахав меню, он привлек его внимание. Когда Джулиус увидел Томми, его глаза, казалось, вылезли из орбит. Он подошел к молодому человеку и потряс ему руку с силой, которая показалась последнему несколько излишней.

– Ад и все его обитатели, – воскликнул он, – это вы?

– Конечно я, а почему вас это удивляет?

– Почему удивляет? Приятель, вы что, не знаете, что вас уже записали в мертвецы? Уверен, что через пару дней мы бы слушали торжественный реквием по вашему поводу.

– И кто же посчитал меня умершим? – спросил Томми.

– Таппенс.

– Она, наверное, вспомнила поговорку, что праведники погибают в первую очередь… Но во мне еще, по-видимому, сохранилось какое-то количество первородного греха, так что я выжил. А кстати, где Таппенс?

– А что, ее здесь нет?

– Нет, и дежурный сказал, что она куда-то вышла.

– Наверное, двинула за покупками… Я привез ее сюда на машине около часа назад. Но, послушайте, может быть, хватит уже демонстрировать мне свою британскую сдержанность и пора поделиться новостями? Что, ради всего святого, вы делали все это время?

– Если вы собираетесь поесть вместе со мною, – ответил Томми, – то делайте ваш заказ. История будет долгой.

Джулиус подвинул стул, устроился напротив Томми, подозвал находившегося неподалеку официанта и сделал заказ. Потом он повернулся к Томми:

– Вперед. Думаю, что у вас было достаточно приключений.

– Да уж парочка точно была, – скромно ответил молодой человек и принялся за свое повествование.

Джулиус слушал его, совершенно ошеломленный. Он даже забыл съесть половину заказанных блюд. В конце рассказа американец глубоко вздохнул:

– Черт вас побери совсем… Напоминает дешевый роман.

– А теперь поговорим о вас, – предложил Томми, протягивая руку за грушей.

– Ну-у‑у, – ответил, растягивая слова, Джулиус, – не буду отрицать, что с нами тоже кое-что происходило.

И он, в свою очередь, взял на себя роль рассказчика. Начал со своего провала в Борнмуте, а потом рассказал о возвращении в Лондон, покупке машины, растущем волнении Таппенс, встрече с сэром Джеймсом и сенсационных событиях предыдущей ночи.

– Но кто же ее убил? – переспросил Томми. – Я что-то так и не понял.

– Врач прикидывается, будто она сама это сделала, – сухо ответил Джулиус.

– А сэр Джеймс? Он что думает?

– Будучи юридическим светилом, он больше напоминает мне человека-раковину, – проговорил американец. – Я бы сказал, что он «пока еще воздерживается от высказывания своего мнения». – И Джулиус перешел к детальному описанию утренних событий.

– Потеряла память, вы говорите? – В словах Томми звучал искренний интерес. – Клянусь Юпитером, теперь я понимаю, почему они так смотрели на меня, когда я заговорил о ней… Тут я, конечно, лопухнулся! Но кому подобное могло прийти в голову?

– А они никак не намекнули, где Джейн может находиться?

Томми с сожалением покачал головой.

– Ни единым словом. Но вы уже поняли, что иногда я бываю идиотом. Мне надо было бы вытянуть из них как можно больше подробностей.

– Думаю, вам повезло уже в том, что вы сидите здесь. Этот ваш блеф был просто отличной идеей. Не могу себе представить, как вам удалось до всего этого додуматься!

– Я был в таком дерьме, что у меня не оставалось другого выхода, – просто ответил Томми.

Повисла минутная пауза, а потом молодой человек опять вернулся к обстоятельствам смерти миссис Вандемейер.

– И нет никаких сомнений, что это был хлорал?

– По-моему, нет. По крайней мере, они назвали это смертью от сердечной недостаточности, наступившей вследствие передозировки или что-то в этом роде. Что ж, мы можем не волноваться о досудебном расследовании. Но мне кажется, что и я, и Таппенс, и даже высоколобый сэр Джеймс думаем об одном и том же.

– Мистер Браун? – рискнул предположить Томми.

– Абсолютно.

Англичанин кивнул.

– Но ведь, – задумчиво произнес он, – у мистера Брауна нет крыльев. Не понимаю, как он мог это сделать.

– А может быть, это была какая-то высокотехнологичная передающая штука? Какое-нибудь магнитное излучение, под воздействием которого миссис Вандемейер и совершила самоубийство…

Томми с уважением посмотрел на своего собеседника.

– Отлично, Джулиус. Просто здорово. Мне особенно понравилась фразеология. Но меня это как-то не греет. Я больше думаю о самом мистере Брауне из плоти и крови. Думаю, что талантливым молодым детективам пора уже приступить к работе, изучить все входы и выходы, а потом приниматься стучать себя по лбу до тех пор, пока решение этой загадки не снизойдет на них. Давайте съездим на место преступления. Хорошо бы разыскать Таппенс. Постояльцы «Ритца» с удовольствием посмотрят на это воссоединение.

Однако на ресепшене им сказали, что Таппенс все еще не вернулась.

– И все-таки я поднимусь наверх, – сказал Джулиус. – Она может быть у меня в номере. – Американец исчез.

Неожиданно где-то у локтя Томми послышался голосок маленького мальчугана.

– Эта молодая леди – она уехала на поезде, сэр, – стесняясь, пробормотал он.

– Что ты сказал? – Томми резко повернулся в его сторону.

Маленький мальчик еще больше порозовел от смущения.

– Такси, сэр. Я слышал, как она сказала водителю ехать на Чаринг-Кросс[52] и пошевеливаться.

Молодой человек смотрел на него, широко раскрыв глаза от удивления.

– Вот и я так подумал, потому что еще она просила у меня А. В. С.[53] и Брэдшоу[54].

– А когда она спросила А. В. С. и Брэдшоу? – прервал его Томми.

– Когда я принес ей телеграмму, сэр.

– Телеграмму?

– Да, сэр.

– И когда это было?

– Где-то в половине первого, сэр.

– Расскажи мне подробно, что тогда произошло.

Маленький мальчик набрал в легкие побольше воздуха.

– Я отнес телеграмму в номер восемьсот девять – леди была на месте. Она ее открыла и чуть не задохнулась, а потом сказала, знаете, так весело: «Принеси мне Брэдшоу и А. В. С., да поторопись, Генри». Меня зовут не Генри, но…

– Речь не о твоем имени, – нетерпеливо сказал Томми. – Продолжай.

– Да, сэр. Я принес их, а она велела мне подождать и что-то в них посмотрела. А потом глянула на часы и сказала: «Поторопись и вызови мне такси». И стала надевать перед зеркалом свою шляпку, причем сделала это в две секунды, почти так же быстро, как я вызвал такси. А потом я увидел, как она спустилась по лестнице и села в такси, и услышал, как она сказала то, что я вам уже рассказал.

Мальчик остановился и перевел дух. Томми продолжал пристально смотреть на него. В этот момент к нему подошел Джулиус. В руках у него было открытое письмо.

– Послушайте, Хершайммер, – Томми повернулся к нему, – Таппенс отправилась по следу на свой страх и риск.

– Дьявол!

– Именно так. Она поспешно уехала в такси на Чаринг-Кросс, после того как получила телеграмму… – Тут Томми увидел письмо в руке американца. – Ах, она оставила вам записку. Отлично. И куда же она направилась?

Почти машинально он протянул руку за письмом, но Джулиус сложил его и спрятал в карман. Казалось, что он немного смущен.

– Это совсем о другом. Я кое о чем ее попросил, и она должна была дать мне ответ.

– Ах, вот как! – Было видно, что Томми озадачен и ждет продолжения.

– Послушайте, – неожиданно сказал Джулиус, – думаю, что лучше вам все рассказать. Сегодня утром я сделал мисс Таппенс предложение.

– Ах, вот как, – механически произнес Томми. Он чувствовал себя как в тумане. Слова Джулиуса прозвучали как гром среди ясного неба. На какой-то момент они полностью парализовали его мозг.

– Хочу заметить, – продолжил американец, – что, прежде чем сказать об этом мисс Таппенс, я убедился, что ни в коем случае не встреваю между вами.

Томми собрался с мыслями.

– Всё в порядке, – быстро ответил он. – Мы с Таппенс дружим уже много лет. Между нами ничего нет. – Слегка дрожащими руками он прикурил сигарету. – Всё в полном порядке. Таппенс всегда говорила, что ищет…

Он резко остановился, и лицо его залилось краской, но Джулиус ничуть не разволновался.

– Я думаю, что деньги сделают свое дело. Мисс Таппенс сразу же просветила меня на этот счет. Она была вполне откровенна. Так что у нас все должно очень хорошо получиться.

Томми с минуту смотрел на него с любопытством, как будто хотел заговорить, но потом неожиданно передумал и промолчал. Таппенс и Джулиус! А почему бы и нет? Разве она не жаловалась на то, что не знает ни одного богача? Разве не заявляла открыто о своем намерении выйти замуж за деньги, если только ей представится такой шанс? Встреча с этим американским миллионером – это именно шанс, и было маловероятно, что она не поймет этого с самого начала. Ей нужны деньги – так она всегда говорила. Так почему надо проклинать ее за то, что она верна своим принципам?

И тем не менее Томми был зол на Таппенс. Он был полон отчаянного и совершенно нелогичного возмущения. Такие вещи можно свободно говорить, но настоящая девушка никогда не выйдет замуж за деньги. Таппенс абсолютно эгоистична, и у нее холодная кровь, и он будет счастлив, если никогда больше ее не увидит! И вообще, этот мир прогнил до основания!

Голос Джулиуса прервал его размышления.

– Да, нам будет очень хорошо вдвоем. Я знаю, что первый раз девушка всегда отказывает – это у них вроде такого ритуала…

Томми схватил его за руку:

– Отказывает? Вы сказали, отказывает?

– Ну конечно! А я вам разве еще не сказал? Она просто повторяла «НЕТ» без всяких на то причин. «Бесконечная женственность» – так, кажется, называет это старик Гёте. Но она скоро одумается. А может быть, я ее слегка потороплю…

Тут Томми позабыл обо всех правилах приличия.

– Что она там написала? – яростно потребовал он.

Джулиус беспрекословно протянул ему письмо.

– Там нет и намека на то, куда она направилась, – заверил он Томми. – Но можете сами убедиться, если мне не верите.

Письмо, написанное хорошо известным школьным почерком Таппенс, гласило следующее:

Дорогой Джулиус,

Всегда лучше сразу расставить все точки над i. Думаю, что я не смогу даже думать о свадьбе, пока мы не найдем Томми. Давайте подождем.

Искренне Ваша,

Томми вернул письмо, и глаза его засияли. Его чувства развернулись на 180 градусов. Теперь он считал, что Таппенс девушка благородная и некорыстная. Разве она не отказала Джулиусу без всяких колебаний? В письме просматривались некоторые признаки слабости, но это он может ей простить. Оно выглядело почти как взятка Джулиусу, чтобы заставить его искать Томми – но, скорее всего, этого она не имела в виду. Милая Таппенс, ни одна девушка в мире с ней не сравнится! Когда он ее увидит… В этом месте его мысли резко прервались.

– Как вы и сказали, – сказал он, беря себя в руки, – здесь нет никаких намеков на то, что она собирается делать. Эй, Генри!

Мальчуган послушно подошел. Томми достал пять шиллингов.

– Еще один вопрос. Ты помнишь, что молодая леди сделала с телеграммой?

Генри задохнулся и заговорил:

– Она смяла ее в комок, бросила в камин и сказала что-то вроде «у‑у‑пс», сэр.

– Очень наглядно, Генри, – похвалил его Томми. – Вот тебе твои пять шиллингов. Пойдемте, Джулиус. Мы должны найти эту телеграмму.

И они поспешили наверх. Ключ торчал в двери номера Таппенс. В комнате ничего не изменилось с того момента, как она ушла. В камине лежал смятый комок бумаги бело-оранжевого цвета. Томми схватил его и расправил бланк телеграммы.

Немедленно приезжай в Моут-хаус, Эбери, Йоркшир – потрясающее развитие событий. Томми.

Ничего не понимая, мужчины смотрели друг на друга.

– Вы этого не посылали? – первым прервал молчание Джулиус.

– Конечно нет. Что все это значит?

– Боюсь, что самое плохое, – негромко произнес американец. – Она у них в руках.

– Боже мой! Что же нам делать?

– Взять себя в руки и отправиться за ней! Немедленно! Нельзя терять ни минуты. Какое счастье, что она не взяла телеграмму с собой… Если б не это, мы бы никогда не напали на ее след. Надо торопиться. Где это, Эбери?

Энергией Джулиуса было легко заразиться. Если б Томми был один, он потратил бы не меньше получаса на обдумывание ситуации и разработку плана действий. Но в присутствии Джулиуса Хершайммера скорость всегда играла главенствующую роль.

После нескольких проклятий он протянул Томми, как человеку, несомненно более опытному, путеводитель Брэдшоу. Молодой человек отбросил его и схватился за А. B.C.

– Вот! Эбери, Йоркшир… От Кингс-Кросс[55] на Сент-Панкрасс… мальчик, должно быть, ошибся – Кингс-Кросс, а не Чаринг-Кросс… в двенадцать пятьдесят – этим поездом она уехала. Поезд в два десять уже ушел, следующий в три двадцать – с остановками у каждого столба…

– А если на машине?

Томми покачал головой.

– Пусть вам ее туда пригонят, если хотите, но ехать надо на поезде. Самое главное сейчас – не терять присутствие духа.

Джулиус застонал.

– Я все понимаю, но меня всего трясет, как подумаю, что эта невинная девушка в опасности…

Томми безразлично кивнул – он думал.

– Послушайте, Джулиус, а зачем она им нужна, как вы считаете? – спросил он через пару минут.

– Что вы сказали? Не понял.

– Я хочу сказать, что не в их интересах причинять ей вред, – объяснил Томми. – Она взята в качестве заложницы, вот! И ей ничего не угрожает, потому что если мы что-то раскопаем, то она будет им очень полезна. Пока Таппенс у них, они держат нас за горло. Понимаете?

– Конечно, – Джулиус был задумчив. – Наверное, вы правы.

– Кроме того, – добавил Томми, как будто это только что пришло ему в голову, – я верю в счастливую звезду Таппенс.

Путешествие было совершенно изматывающим, с множеством остановок и забитыми пассажирами вагонами. Им пришлось дважды пересаживаться – один раз в Донкастере, второй – на каком-то полустанке.

Эбери оказалось пустынной станцией с одним-единственным носильщиком, к которому Томми немедленно обратился:

– Не подскажете, как добраться до Моут-хаус?

– Моут-хаус? Далековато отсюда будет. Вы имеете в виду большой дом возле моря?

Томми утвердительно кивнул. Выслушав подробные, но маловразумительные объяснения носильщика, они приготовились отправиться в путь. Начинался дождь, и, подняв воротники пальто, они двинулись по дорожной грязи. Вдруг Томми остановился.

– Минуточку, – воскликнул он и, добежав до станции, опять обратился к носильщику: – Послушайте, а вы не помните молодую леди, которая тоже приехала сегодня, поездом в двенадцать десять из Лондона? Она тоже могла спрашивать о Моут-хаус.

Он постарался как можно лучше описать Таппенс, но носильщик покачал головой. Тем поездом приехало несколько человек. Однако вспомнить некую леди он так и не смог. Правда, Томми был абсолютно уверен, что никто не спрашивал его о дороге на Моут-хаус.

Вернувшись к Джулиусу, молодой англичанин все ему объяснил. Депрессия давила на него, как свинцовый груз. Он почему-то был уверен, что их поиски не увенчаются успехом. У врага был трехчасовой гандикап. А трех часов для мистера Брауна было более чем достаточно. Он обязательно подумает о том, что телеграмма могла попасть в чужие руки.

Дорога казалась бесконечной. Один раз они повернули не туда и прошли почти полмили в неправильном направлении. Было уже половина восьмого, когда маленький мальчик сказал им, что «Моут-хаус прям за углом».

Незапертые проржавевшие ворота качались на своих петлях. Заросшая подъездная аллея была засыпана упавшими листьями. Что-то в этом месте заставило быстрее забиться сердца обоих мужчин. Они двинулись по пустынной аллее. Листья заглушали звук их шагов. Солнце почти село. Казалось, что они идут по миру призраков. Над ними печально скрипели и шумели ветви деревьев. Время от времени падающие листья касались их лиц.

Наконец они вышли к дому. Он тоже казался абсолютно пустым и заброшенным. Ставни были заперты, а каменные ступени все заросли мхом. Неужели Таппенс выманили именно в это безлюдное место? Было сложно поверить в то, что за последние месяцы здесь побывал хоть один человек.

Джулиус дернул ручку проржавевшего звонка. Немелодичный звук разнесся по всему зданию. Никто не появился. Они звонили снова и снова – опять никаких признаков жизни. Потом они обошли вокруг дома: везде тишина и закрытые окна. Если верить глазам, то место было совершенно заброшенное.

– Ничего, – резюмировал Джулиус.

Они медленно пошли к воротам.

– Где-нибудь поблизости должна быть какая-то деревня, – продолжил американец. – Надо поспрашивать там. Жители наверняка знают что-то об этом месте и был ли здесь кто-нибудь за последнее время.

– Хорошая идея.

Идя вверх по дороге, они подошли к небольшому поселению. На его окраине им встретился работяга, который шел, размахивая мешком с инструментами.

– Моут-хаус? В нем никто не живет. Пустует уже несколько лет. Ключ есть у миссис Суини. Если вам надо, то идите к почте.

Томми поблагодарил его. Скоро они вышли к зданию почты, в котором также торговали сладостями и всякой ерундой. Здесь они постучались в дверь дома рядом с почтой. Им открыла опрятно одетая женщина приятного вида. Она с готовностью протянула им ключ от Моут-хаус.

– Сомневаюсь я, что это место может вам подойти, сэр. Оно в жутком состоянии. Крыша сплошь протекает, и все такое… На ремонт уйдет уйма денег.

– Благодарю вас, – весело ответил Томми, – почти уверен, что все так и есть, но жилье сейчас трудно найти.

– В этом вы правы, сэр, – с чувством согласилась женщина. – Дочка с зятем ищут подходящий коттедж уж и не знаю сколько времени. А все эта война… Все на свете перепутала. Простите меня, сэр, но сейчас уже темновато, чтобы рассматривать дом. Может, лучше подождать до завтра?

– Да вы не волнуйтесь. Сегодня мы только взглянем. Мы бы уже давно добрались, но потерялись по дороге. А где здесь лучше всего остановиться на ночь?

Миссис Суини задумалась.

– У нас есть «Герб Йоркшира», но для таких джентльменов, как вы, он вряд ли подойдет.

– Уверен, что отлично подойдет. Благодарю вас. Кстати, а этот ключ у вас сегодня не спрашивала молодая леди?

Женщина отрицательно покачала головой:

– Сюда уже давно никто не приезжал.

– Еще раз спасибо.

Они направились назад к Моут-хаус. Входная дверь с громким скрипом протеста повернулась на своих петлях. Джулиус зажег спичку и внимательно исследовал пол. Потом он покачал головой.

– Готов спорить, что здесь никто не проходил. Вы только посмотрите на пыль – какой толстый слой… И никаких следов.

Они побродили по пустынному дому. Везде од-на и та же история. Толстый слой пыли был не тронут.

– Черт меня побери, – сказал американец. – Не верю, что Таппенс когда-нибудь здесь была.

– Должна была быть.

Но Джулиус молча покачал головой.

– Надо будет прийти сюда завтра, – сказал Томми. – Может быть, мы что-то увидим при дневном освещении.

На следующее утро они продолжили поиски, но были вынуждены с прискорбием признать, что в доме никого не было в течение длительного времени. И они уже были готовы уехать, если бы не удачная находка Томми. Когда они возвращались к воротам дома, молодой человек неожиданно вскрикнул и, наклонившись к земле, поднял что-то с опавших листьев. Он протянул Джулиусу небольшую золотую брошь:

– Это вещь Таппенс.

– А вы уверены?

– Абсолютно. Я часто видел, как она ее носила.

Джулиус глубоко вздохнул.

– Это все объясняет. По крайней мере, досюда она добралась… Мы устроим штаб-квартиру в пабе и будем искать, пока не отыщем ее. Кто-то же должен был ее видеть.

И они стали искать. Они искали поодиночке и вместе, но результат был один и тот же: никто не видел молодую леди, отвечавшую описаниям Таппенс. Мужчины были ошарашены, но надежды не теряли. Потом они поменяли тактику. Таппенс совсем не обязательно долго находилась в окрестностях Моут-хаус. Это говорило о том, что ее могли захватить и увезти на машине. Они возобновили свои поиски: видел ли кто-нибудь в тот день машину, стоявшую вблизи Моут-хауса? И опять все безуспешно.

Джулиусу доставили его собственную машину, и они каждый день стали объезжать окрестности. Отследили серый лимузин, на который возлагали большие надежды, до самого Харрогейта, но оказалось, что он принадлежит очень уважаемой незамужней леди!

Каждый день они отправлялись на новые поиски. Джулиус был как спущенная с поводка ищейка. Каждая машина, проезжавшая по деревне в тот день, была отслежена. Он нарушал границы частных владений и подвергал владельцев машин перекрестному допросу. Его извинения были так же эмоциональны, как и его методы – ему почти всегда удавалось погасить возмущение своих жертв. Но день проходил за днем, а они так и не могли разыскать Таппенс. Похищение было спланировано настолько безукоризненно, что девушка, казалось, просто растворилась в воздухе.

Еще одна проблема не давала Томми покоя.

– Вы знаете, сколько мы с вами провели здесь времени? – спросил он однажды утром за завтраком. – Уже целую неделю! Таппенс мы так и не нашли, а меж тем двадцать девятое – это следующее воскресенье.

– Дьявольщина, – задумчиво произнес Джулиус. – Я почти забыл о двадцать девятом… Ни о чем не могу думать, кроме Таппенс.

– Я тоже. Но я, по крайней мере, не забыл о двадцать девятом, хотя, на мой взгляд, найти Таппенс для нас гораздо важней. Сегодня двадцать третье, и времени остается все меньше и меньше. Если мы хотим ее вернуть, то должны это сделать до двадцать девятого – после этого ее жизнь не будет стоить и пенса. Игра в заложники просто закончится. Я начинаю думать, что с самого начала мы совершили очень большую ошибку. Мы потеряли массу времени и ничего не достигли.

– Здесь я с вами согласен. Мы были парой остолопов, которые взялись тащить непосильный груз. Я немедленно прекращаю все это идиотство.

– Что вы имеете в виду?

– А я вам скажу! Я собираюсь сделать то, что мы должны были сделать еще неделю назад. Я возвращаюсь в Лондон и передам это дело в руки вашего Скотленд-Ярда. Мы решили, что мы следопыты. Тоже мне, следопыты! Это было абсолютной дуростью! С меня достаточно! Подайте мне Скотленд-Ярд!

– Вы совершенно правы, – медленно сказал Томми. – Нам надо было сделать это с самого начала.

– Лучше поздно, чем никогда. Мы с вами вели себя как двое младенцев, которые распевают «ходим мы вокруг да около куста тутовника…». Сейчас я отправлюсь прямо в Скотленд-Ярд и попрошу их взять меня за руку и указать мне верный путь. Мне кажется, что в конечном счете профессионал всегда окажется сильнее любителя. Вы едете со мной?

Томми покачал головой.

– А смысл? Одного из нас вполне достаточно. Я лучше останусь и еще раз попытаюсь что-нибудь узнать. Вдруг что-то все-таки подвернется? Никогда не знаешь заранее.

– Ну конечно. Что ж, тогда до встречи. Не успеете оглянуться, как я вернусь с парочкой инспекторов. Попрошу, чтобы нам дали самых лучших и самых смышленых.

Однако им не суждено было выполнить намеченный Джулиусом план. Позже, тем же днем, Томми получил телеграмму:

Приезжайте в гостиницу «Манчестер Мидлэнд». Есть важные новости. Джулиус.

В 7.30 вечера Томми вышел на платформу из очень медленного поезда местного назначения. Джулиус ждал его на платформе.

– Я высчитал, что вы приедете именно этим поездом, если телеграмма застанет вас на месте.

Томми вцепился ему в руку:

– Что произошло? Таппенс нашлась?

Джулиус отрицательно покачал головой.

– Нет. Но вот что ждало меня в гостинице в Лондоне. Пришла совсем недавно, – он протянул Томми телеграфный бланк.

Глаза молодого англичанина широко открылись, когда он прочитал:

Джейн Финн нашлась. Немедленно приезжайте в гостиницу «Манчестер Мидлэнд». Пиль Эджертон.

Джулиус забрал у него бланк и сложил его.

– Странно, – произнес он в задумчивости. – А я думал, что этот адвокат соскочил!