– Хорошо, – произнес Томми и положил телефонную трубку на рычаг.

Затем обернулся к Таппенс.

– Это был шеф. Похоже, он боится за нас. Судя по всему, те, кого мы ищем, поняли, что я не настоящий мистер Блант. Сюрпризов можно ожидать в любую минуту. Шеф, в качестве огромной любезности, просит тебя вернуться домой и больше не вмешиваться в это дело. Очевидно, осиное гнездо, которое мы разворошили, оказалось больше, чем они предполагали.

– Чтобы я сидела в четырех стенах? Это же полная чушь! – решительно возразила Таппенс. – Кто будет присматривать за тобой, если я уеду домой? Кроме того, я люблю приключения. Жаль, что в последнее время интересных дел не было.

– Ну, не могут же убийства и ограбления происходить каждый день! – попытался урезонить ее Томми. – Будь благоразумна. Я предлагаю вот что. Когда дела идут вяло, мы должны каждый день упражняться дома.

– Лежать на спине и «крутить велосипед»? Ты это предлагаешь?

– Не надо понимать мои предложения буквально. Когда говорю об упражнениях, я имею в виду детективное искусство. Репродукции Великих Мастеров, так сказать. Например…

С этими словами Томми вынул из выдвижного ящика пару жуткого вида темно-зеленых очков на пол-лица и осторожно надел. Затем извлек из кармана часы.

– Я разбил этим утром стекло, – пояснил Томми. – Что позволяет определять время на ощупь: мои чувствительные пальцы легко узнают соответствующие цифры.

– Будь осторожен! – предупредила Таппенс. – Ты чуть не отломал часовую стрелку.

– Дай мне руку, – попросил Томми и подержал руку жены, одним пальцем измеряя пульс. – Ах, эти клавиши тишины!.. У этой женщины нет болезни сердца.

– Насколько я понимаю, – сказала Таппенс, – ты перевоплотился в Торнли Колтона?[16]

– Именно, – ответил Томми. – Он самый. Слепой Проблемист. А ты – тоненькая черноволосая секретарша с румяными, как яблоки, щечками…

– …младенцем в пеленках подобранная на берегах английской реки, – закончила Таппенс.

– Ну а наш Альберт – Гонорар, он же Креветка.

– И мы должны научить его правильно произносить «ого!», – сказала Таппенс. – Но у него не визгливый голос. Просто ужасно хриплый.

– К стене возле двери прислонена тонкая полая трость, которая – когда она в моей чувствительной руке – так многое мне сообщает, – произнес Томми.

Встав, он натолкнулся на кресло.

– Черт! Я забыл, что тут стоит кресло.

– Наверное, это ужасно – быть слепым, – сочувственно произнесла Таппенс.

– Пожалуй, – согласился ее муж. – Знала бы ты, как мне жаль бедняг, потерявших зрение на войне. Кстати, говорят, что, когда человек слеп, все прочие чувства обостряются. Это я и хочу проверить: бывает такое или нет. Думаю, не будет лишним потренироваться, чтобы уметь действовать в темноте. А ты, Таппенс, будь хорошим Сидни Темзом. Сколько шагов до той трости?

Таппенс попробовала угадать.

– Три прямо, пять налево, – предположила она.

Томми неуверенно двинулся вперед. В следующий миг Таппенс вскрикнула, поняв, что, сделав четвертый шаг налево, ее супруг стукнется лбом о стену.

– Все не так просто, – сказала она. – Ты не представляешь себе, как трудно определить, сколько шагов вам нужно.

– Зато ужас как интересно, – признался Томми. – Позови Альберта. Я попытаюсь пожать вам обоим руки и посмотрю, сумею ли я понять, кто есть кто.

– Хорошо, – согласилась Таппенс. – Но пусть Альберт сначала их вымоет. Они у него липкие от этих кошмарных леденцов, которые он постоянно сосет.

Альберт, когда его ознакомили с правилами игры, проявил к ней неподдельный интерес.

Наконец эксперимент с рукопожатиями завершился. Томми довольно улыбнулся.

– Клавиши молчания не могут лгать, – пробормотал он. – Первым был Альберт, второй – ты, Таппенс.

– А вот и нет! – воскликнула Таппенс. – Тоже мне, клавиши молчания… Ты потрогал обручальное кольцо, а я надела его на палец Альберту.

Были проведены и другие эксперименты – с тем же успехом.

– Ничего страшного, – объявил Томми. – Результат придет со временем. Я вот что скажу. Пора обедать. Мы с тобой пойдем в «Блитц», Таппенс. Слепой и его сопровождающая. Так мы кое-чему научимся.

– Боюсь, Томми, мы вляпаемся в неприятности.

– Ни в коем случае. Я буду вести себя как тот джентльмен. Готов на что угодно спорить, что к концу обеда я сумею тебя удивить.

Все возражения были отметены прочь, и через четверть часа Томми и Таппенс уже сидели за угловым столиком в Золотом зале «Блитца».

Томми пробежался пальцами по меню.

– Пилав с креветками и жареный цыпленок для меня, – пробормотал он.

Таппенс также сделала заказ, и официант удалился.

– Пока все идет нормально, – сказал Томми. – А теперь задача посложней. Какие прелестные ножки вон у той девушки в короткой юбке… той самой, что только что вошла.

– Как ты это сделал, Торн?

– Красивые ноги производят особую вибрацию, которая передается полу. Я чувствую ее своей полой тростью. Или же, если быть честным, в большом ресторане почти всегда найдется девушка с красивыми ногами, стоящая в дверях и выглядывающая друзей. И поскольку сейчас в моде короткие юбки, то красивые ноги выставлены напоказ.

Обед между тем продолжался.

– Смею предположить, что мужчина, сидящий через два столика от нас, удачливый делец с хорошими деньгами, – беззаботным тоном произнес Томми.

– Поразительно! – восхищенно отозвалась Таппенс. – Как ты догадался?

– Я не могу каждый раз объяснять тебе, как и почему. Это испортит впечатление. Официант принес шампанское столику через два стола справа от тебя. Некая дородная женщина в черном сейчас пройдет мимо нас.

– Томми, но как ты?..

– Ага! Ты начинаешь понимать, на что я способен. Из-за столика позади тебя встает милая девушка в коричневом платье.

– А вот и нет! – возразила Таппенс. – Это молодой человек в сером костюме.

– Ох! – удрученно воскликнул Томми и сник.

В следующее мгновение двое мужчин, сидевшие неподалеку от них и с интересом наблюдавшие за молодой парой, встали и подошли к их столику.

– Простите, – сказал тот, что постарше, высокий, хорошо одетый мужчина, с моноклем в глазу и седыми усиками. – Но нам сказали, что вы мистер Теодор Блант. Могу я спросить – это действительно так?

Томми минуту помедлил, не зная, что ответить. Затем утвердительно кивнул.

– Да. Это так. Я – мистер Блант.

– Какая неожиданная удача! Мистер Блант, после обеда я как раз собирался звонить вам в офис. У меня неприятности… причем серьезные. Но, простите меня, что с вашими глазами?

– Мой дорогой сэр, – меланхолично ответил Томми, – я слеп, абсолютно слеп.

– Что?

– Вы удивлены. Но вы наверняка слышали о слепых сыщиках?

– Читал в романах. Но в жизни никогда не встречал. И конечно же, не слышал о том, что вы слепы.

– Многие люди не знают об этом, – пробормотал Томми. – Сейчас я в темных очках, чтобы защитить глазные яблоки от яркого света. Но когда я без очков, редко кто догадывается о моей немощи, если можно так выразиться. Видите ли, мои глаза не могут сбить меня с толку… Но хватит об этом. Как вам удобнее? Немедленно отправиться ко мне офис или изложить суть ваших проблем прямо сейчас? Думаю, последнее предпочтительнее.

Официант принес еще два стула, и незнакомцы сели. Второй, который до сих пор не произнес ни единого слова, был ниже ростом, более крепкого телосложения и очень смуглый.

– Это весьма деликатное дело, – сказал старший, доверительно понизив голос, и с сомнением посмотрел на Таппенс. «Мистер Блант» как будто почувствовал его взгляд.

– Позвольте представить вам моего личного секретаря, – сказал он. – Мисс Ганг. Была найдена на берегах индийской реки… младенец, замотанный в тряпье. Весьма печальная история. Мисс Ганг – мои глаза. Она повсюду сопровождает меня.

Незнакомец учтиво поклонился.

– Тогда я могу говорить прямо. Мистер Блант, моя дочь, девушка шестнадцати лет, была похищена при весьма специфических обстоятельствах. Я узнал об этом всего полчаса назад. Обстоятельства дела таковы, что я не осмелился обратиться в полицию. Вместо этого я позвонил в ваш офис. Мне сказали, что вы ушли обедать и вернетесь в половине третьего. Я пришел сюда вместе с моим другом, капитаном Харкером…

Смуглый коротышка дернул головой и произнес нечто невнятное.

– По величайшей случайности вы оказались в этом ресторане. Нам нельзя терять времени. Вы должны немедленно поехать вместе со мною ко мне домой.

Томми осторожно запротестовал:

– Я могу быть у вас через полчаса. Сначала мне нужно заехать в офис.

Капитан Харкер, взглянув на Таппенс, должно быть, заметил улыбку в уголках ее губ.

– Нет, нет, так дело не пойдет. Вы должны поехать со мной. – С этими словами он извлек из кармана визитную карточку и протянул ее через стол. – Вот мое имя.

Томми ощупал ее.

– Мои пальцы недостаточно чувствительны, – с улыбкой признался он и передал визитку Таппенс, которая негромко прочитала:

– Герцог Блэргоури.

Она с интересом посмотрела на клиента. Герцог Блэргоури был хорошо известен как высокомерный аристократ, женатый на дочери мясника из Чикаго. На много лет моложе герцога, супруга отличалась своенравным характером, что не предвещало ничего доброго для их совместной жизни. Ходили слухи о том, что в последнее время их отношения разладились.

Томми смирился с неизбежностью.

– Вы поедете сразу, мистер Блант? – спросил герцог с язвительной ноткой в голосе.

– Хорошо, мы с мисс Ганг поедем с вами, – тихо произнес он. – Надеюсь, вы не станете возражать, если я позволю себе выпить большую чашку черного кофе? Его подадут быстро. Дело в том, что я страдаю головными болями, это результат заболевания глаз. Кофе успокаивает мои нервы.

Он подозвал официанта и заказал кофе. Затем повернулся к Таппенс.

– Мисс Ганг, завтра я обедаю здесь с префектом французской полиции. Запишите, пожалуйста, меню и передайте метрдотелю, чтобы он оставил за мной мой обычный стол. Я помогаю французской полиции распутывать одно дело. Гонорар… – он сделал паузу, – обещан внушительный. Вы готовы, мисс Ганг?

– Вполне, – ответила Таппенс, взяв карандаш.

– Мы начнем с салата с креветкой, который тут обычно подают. Затем… дайте подумать… да. Омлет «Блитц». И возможно, два филе из говядины á l’etranger[17].

Подняв голову, Томми поймал на себе взгляд герцога.

– Надеюсь, вы простите меня, – произнес он, – ах, да, чуть не забыл. Суфле. Soufflé en surprise[18]. Это на десерт. Очень интересный человек, этот префект французской полиции. Вы случайно с ним не знакомы?

Собеседник ответил отрицательно. Таппенс встала, чтобы поговорить с метрдотелем. Она вернулась в тот момент, когда принесли кофе.

Томми не торопясь, мелкими глоточками, выпил всю большую чашку и лишь потом встал из-за стола.

– Моя трость, мисс Ганг? Благодарю вас. Куда идти?

Для Таппенс наступил мучительный момент.

– Один шаг направо, восемнадцать прямо. Через пять шагов стоит официант, обслуживает столик слева.

Небрежно поигрывая тростью, Томми направился к выходу. Таппенс держалась рядом, незаметно направляя его в нужную сторону. Все шло гладко, пока они не приблизились к дверям. Внутрь довольно торопливо вошел какой-то человек, и, прежде чем Таппенс успела предупредить «слепого мистера Бланта», тот врезался в нового посетителя. Последовали объяснения и извинения.

У входа в «Блитц» ожидало шикарное авто с открытым верхом. Герцог лично помог «мистеру Бланту» сесть.

– Ваша машина здесь, мистер Харкер? – бросил он через плечо.

– Да. Стоит за углом.

– Прошу вас взять с собой мисс Ганг.

Не дожидаясь ответа, он уселся рядом с Томми, и авто плавно взяло с места.

– Это весьма деликатное дело, – пояснил герцог. – Вскоре я смогу посвятить вас во все подробности.

Томми поднял руку на уровень лица.

– Теперь я могу снять очки, – любезно заметил он. – Был вынужден надеть их в ресторане. Мои глаза не переносят яркого искусственного освещения.

Увы, его руку резко дернули вниз. Одновременно в ребра уткнулось что-то твердое и круглое.

– Нет, мой дорогой мистер Блант, – произнес герцог. Голос его было не узнать. – Вы не станете снимать очки. Вы будете сидеть абсолютно тихо и неподвижно. Вы меня понимаете? Я не хочу, чтобы мой пистолет выстрелил. Видите ли, я вовсе не герцог Блэргоури. Я временно воспользовался его именем, зная, что вы не откажетесь отправиться вместе с таким именитым клиентом. Со мной дело обстоит куда более прозаично. Я – простой человек, обычный торговец ветчиной, от которого сбежала жена.

Томми вздрогнул. Его собеседник это почувствовал.

– Это вам кое о чем говорит, – хохотнул он. – Мой дорогой юноша, вы неисправимо глупы. Боюсь, очень боюсь, что ваша деятельность очень скоро прекратится. – Последние слова он произнес с неким зловещим нажимом.

Томми сидел неподвижно и ничего не ответил.

Вскоре автомобиль затормозил и остановился.

– Минутку, – произнес мнимый герцог и, сунув в рот пленнику скомканный носовой платок, закрепил его шарфом. – На тот случай, если вы проявите неблагоразумие и попытаетесь звать на помощь, – пояснил он.

Дверь автомобиля открылась, и шофер встал возле машины. Затем он и его хозяин подхватили Томми под руки и по ступенькам втащили в дом.

Дверь за ними закрылась. В воздухе чувствовался сильный восточный аромат. Томми почувствовал, как его ноги утопают в бархатистом ковре. Его бесцеремонно заставили подняться по лестнице и затолкнули в комнату, которая, как ему показалось, располагалась в задней части дома. Здесь ему связали руки. Шофер вышел, а хозяин вытащил изо рта Томми кляп.

– Теперь вы можете говорить свободно, – любезно сообщил он. – Что вы скажете в свое оправдание, молодой человек?

Томми прочистил горло и попробовал расслабить затекшие губы.

– Надеюсь, вы не потеряли мою трость, – спокойно произнес он. – Ее сделали на заказ, и она мне недешево обошлась.

– Смотрю, у вас железные нервы, – заметил хозяин дома, немного помолчав. – Или же вы просто глупец. Неужели вы не понимаете, что попались… что вы всецело в моих руках? Что вы абсолютно в моей власти? Что никто из ваших знакомых больше никогда вас не увидит?

– Может, обойдемся без мелодрамы? – поморщился Томми. – Мне что, сказать «ты негодяй, ты еще пожалеешь»? Такие вещи уже давно устарели.

– А как же девушка? – спросил незнакомец, не сводя с пленника глаз. – Вас не интересует ее судьба?

– Сложив два и два в течение моего вынужденного молчания, – ответил Томми, – я пришел к неизбежному выводу, что этот разговорчивый парень Харкер – второй участник вашего спектакля. Так что моя бедная секретарша вскоре присоединится к этому скромному чаепитию.

– В одном вы правы, в другом ошиблись. Миссис Бересфорд, – видите, я знаю все о вас, – миссис Бересфорд сюда привозить не станут. Я предпринял эту маленькую предосторожность. Мне подумалось, что ваши друзья в высших сферах, скорее всего, не спускают с вас глаз. На всякий случай разделив вас, мы затруднили задачу преследователям. Один из вас в моих руках. Итак, я жду…

Он не договорил, потому что неожиданно открылась дверь.

– Никакого «хвоста». За нами никто не следил, сэр. Все чисто.

– Отлично. Можешь идти, Грегори.

Дверь снова закрылась.

– Пока все идет нормально, – сказал мнимый герцог. – И что же мне делать с вами, мистер Бересфорд-Блант?

– Может, все-таки снимете с меня эти чертовы очки? – спросил Томми.

– Даже не надейтесь. В очках вы настоящий слепой. Без них вы будете видеть так же хорошо, как я. Это не на пользу моему плану, а ведь у меня есть план. Вы же обожаете приключенческие книжки, мистер Блант. Маленькая игра, в которую сегодня играли вы с вашей супругой, – тому доказательство. И вот теперь я тоже подготовил небольшую игру, куда более увлекательную. Думаю, вы оцените ее, когда я вам объясню ее правила… Видите ли, пол, на котором вы стоите, сделан из металла, и то здесь, то там в нем имеются небольшие выступы. Я прикасаюсь к выключателю, и… – Раздался громкий щелчок. – Электрический ток включен. Достаточно встать на такой бугорок, и… смерть! Понимаете? Если б вы могли видеть… но вы не можете видеть. Это и есть игра. Схватка Слепого со Смертью. Если же вы благополучно доберетесь до двери, вас ждет свобода! Но я думаю, что прежде чем вы дойдете до выхода, вы наступите на один из этих бугорков. Это будет весьма увлекательное зрелище… для меня.

Шагнув к Томми, он развязал пленнику руки. Затем с насмешливым поклоном протянул ему трость.

– Слепой Проблемист. Посмотрим, сумеет ли он решить эту проблему. Я буду стоять здесь, с пистолетом наготове. Как только попробуете поднять руки и снять очки, я тотчас стреляю. Вы меня поняли?

– Абсолютно, – спокойно ответил Томми. Он заметно побледнел, но выглядел решительно. – У меня нет ни малейших шансов, верно?

– А, вот вы о чем, – произнес мнимый герцог и пожал плечами.

– Изобретательности вам не занимать, – произнес Томми. – Но вы забыли одну вещь. Кстати, могу я выкурить сигарету? Мое несчастное сердце требует успокоительных средств.

– Можете курить… но только без фокусов. Я не свожу с вас глаз. Помните, что вы у меня на мушке.

– Я не цирковая собачка, – отозвался Томми. – Фокусы не по моей части. – Достав из портсигара сигарету, он нащупал коробок спичек. – Не волнуйтесь. Я не лезу за револьвером. Вы отлично знаете, что я не вооружен. Тем не менее, как я уже говорил, вы забыли одну вещь.

– Что именно?

Томми достал из коробка спичку и приготовился чиркнуть ею.

– Я слепой, а вы зрячий. Это факт. Преимущество на вашей стороне. Но предположим, что мы оба вдруг окажемся в темноте, а? У кого тогда будет преимущество?

Он чиркнул спичкой.

«Герцог» презрительно рассмеялся.

– Думаете о том, как сделать так, чтобы я выстрелил в выключатель? Чтобы комната погрузилась в темноту? Такого не будет.

– Понимаю, – произнес Томми. – Я бессилен поместить вас во тьму. Но крайности сходятся, знаете ли. А что вы скажете насчет света?

Поднеся спичку к предмету, который держал в руке, он бросил это нечто на стол.

Комнату озарила ослепительная вспышка.

Ослепленный мощным белым светом, «герцог» с минуту отчаянно моргал, затем отпрянул назад. Рука с зажатым в ней пистолетом опустилась.

Когда он снова открыл глаза, в грудь ему упиралось что-то острое.

– Бросьте пистолет! – приказал Томми. – Быстро! Я согласен с вами, что полая трость – бесполезная вещь. Поэтому у меня ее нет. А вот хороший клинок, который в ней спрятан, – полезное оружие. Вы согласны? Такое же полезное, что и магниевая проволока. Бросьте пистолет!

Чувствуя прикосновение острого клинка, «герцог» бросил оружие на пол. Затем со смехом отскочил в сторону.

– Но преимущество все равно у меня! – с издевкой бросил он. – Потому что я вижу, а вы – нет!

– Боюсь, вы ошибаетесь, – разуверил его Томми. – У меня прекрасное зрение. Очки не мешают мне видеть. Я решил разыграть Таппенс. Для начала совершить один-два промаха, а затем, ближе к концу обеда, сделать вид, что я научился отлично ориентироваться при помощи трости. Поверьте, мне ничего не стоит дойти до двери, не наступив ни на одну из ваших смертоносных выпуклостей. Но у меня нет к вам доверия… вы не из тех, кто ведет честную игру. Вы ни за что не выпустили бы меня отсюда живым. Осторожно!..

Увы, призыв не возымел действия. С перекошенным от гнева лицом мнимый герцог прыгнул вперед, в ярости забыв о том, куда можно, а куда нельзя ступать.

В следующий миг во все стороны полетели голубые искры, он пошатнулся и рухнул, как бревно. В комнате запахло паленым с легкой примесью запаха озона.

– Вот так номер! – вырвалось у Томми.

Он вытер лицо, приблизился к стене, с предельной осторожностью делая каждый шаг, и, протянув руку, щелкнул выключателем. Затем пересек комнату, подошел к двери, осторожно приоткрыл ее и выглянул наружу. Никого. Тогда он спустился по лестнице и вышел через парадную дверь.

Оказавшись на улице, Томми смог наконец вздохнуть свободно. Передернувшись от ужаса и омерзения, он, чтобы запомнить номер, еще раз посмотрел на дом и поспешил к ближайшей телефонной будке.

Миновало несколько томительных секунд, прежде чем ему ответил хорошо знакомый голос.

– Таппенс, слава богу!

– Да, со мною все в порядке. Я тебя сразу правильно поняла. Гонорар. Креветка. Приходи в «Блитц». И следуй за двумя etranger – иностранцами. Альберт успел вовремя, и когда мы уехали в двух разных машинах, он бросился за мной вдогонку на такси, проследил, куда меня увезли, и тут же позвонил в полицию.

– Альберт – славный малый! – ответил Томми. – Он настоящий рыцарь. Я был уверен, что он отправится именно за тобой. Но я все равно волновался. Мне нужно многое тебе сказать. Я возвращаюсь прямо сейчас. Первое, что я сделаю, когда вернусь, – выпишу большой чек для приюта Святого Дунстана. Господи, как же, должно быть, ужасно быть слепым!