Делла Стрит, доверенный секретарь Перри Мейсона, сообщила своему шефу:

— Парочка голубков залетела к нам в контору без предварительной договоренности. Они утверждают, что их дело — вопрос жизни и смерти.

— Все в этом мире является делом жизни и смерти, — проворчал Мейсон. — Стоит задуматься о вечности жизни — и непременно придешь к мысли о неизбежности смерти. Но, я полагаю, этих молодых людей не интересуют мои философские воззрения?

— О нет! Они поглощены мыслями друг о друге и, скорее, думают о пении птиц, голубом небе, лунной дорожке на воде и шелесте листвы ночью.

— Это ужасно! — рассмеялся Мейсон. — Ты определенно становишься сентиментальной, ншшцо все признаки такого заразного недуга, как романтизм… Но какого черта понадобилось двум влюбленным голубкам от адвоката, специализирующегося на раскрытии убийств?

Делла Стрит загадочно улыбнулась.

— Я им сказала, что вы, по-моему, их примете, хотя они и пожаловали без договоренности…

— Иными словами, тебя сжигает любопытство, и ты надумала разжечь и мое тоже… Сказали они, по крайней мере, по какому поводу жаждут меня видеть?

— Тетушка-вдова и Синяя Борода!

Мейсон, дурашливо потирая ладони, воскликнул:

— Годится!

— Сейчас?

— Немедленно! Когда у нас следующий посетитель?

— Через четверть часа, но он может, как я полагаю, и подождать несколько минут. Это свидетель по делу Доулинга, тот самый, которого обнаружил Дрейк.

— Нет уж, — нахмурился Мейсон, — я не хочу рисковать. Он еще удерет у нас из приемной… Дашь мне знать в ту же минуту, как он появится, Делла, а пока тащи сюда голубков. Как их зовут?

Заглянув в блокнот, она сообщила:

— Джордж Летти и Линда Колхаун. Из какого-то городишка в штате Массачусетс, в Калифорнию приехали впервые.

— Приглашай.

Не теряя ни минуты, Делла привела молодых людей. Мейсон, с улыбкой поднявшись из-за стола, оглядел их цепким взглядом.

Молодой человек, на вид двадцати трех — двадцати четырех лет от роду, был высок ростом. Довольно привлекательное лицо его обрамляли длинные бакенбарды, темные волнистые волосы были старательно приглажены.

Девушке казалось не более двадцати двух лет, широко раскрытые голубые глаза придавали ей вид святой невинности.

Она стояла, вцепившись в руку своего смущенного спутника, и робко улыбалась.

— Вы Джордж Летти? — спросил Мейсон.

Парень в ответ только кивнул.

— А вы — мисс Линда Колхаун?

Теперь кивнула девушка.

— Садитесь, пожалуйста, и расскажите, что вас привело ко мне.

Усаживаясь, Линда Колхаун посмотрела на Джорджа Летти, тем самым предлагая начать первым. Однако Летти молчал, напряженно глядя прямо перед собой.

— Так в чем дело? — спросил Мейсон.

— Говори же, Джордж!

Летти подался вперед, положив локти на стол адвоката, и пробормотал:

— В ее тетке.

— И что же случилось с ней?

— Ее собираются убить.

— Вот как! А кто, как вы полагаете, намерен совершить это преступление?

— Его зовут Монтроз Девитт.

— И что же вам известно о Монтрозе Девитте, помимо того факта, что он, по-вашему, потенциальный убийца?

На этот вопрос ответила Линда Колхаун:

— Ничего, потому-то мы и здесь.

— Как я понял, вы оба из Массачусетса?

— Правильно, — ответил Летти.

— Знаете друг друга давно?

— Да.

— Простите, если мой вопрос покажется вам неделикатным, но, когда приходится заниматься подобными делами, хочется заранее быть уверенным в некоторых фактах. Уже назначена дата свадьбы?

— Нет, — ответила Линда. — Джордж изучает право, а я… — Она вспыхнула. — Я помогаю ему оплачивать учебу.

— Понятно, — сказал Мейсон. — Вы работаете, да?

— Да. Я секретарь в юридической конторе. Сейчас взяла месячный отпуск, чтобы приехать сюда. Перед отъездом попросила нашего старшего партнера порекомендовать мне лучшего адвоката в этих краях, и он сказал, что, если речь идет о драке не на живот, а на смерть, следует обратиться к вам.

— А дело дошло до драки не на живот, а на смерть? — поинтересовался Мейсон.

— Дойдет!

Мейсон посмотрел на Летти.

— Насколько я понимаю, молодые люди, вы прибыли сюда вместе. Могу ли я узнать, летели вы самолетом, ехали поездом или…

— Я ехала машиной, — ответила Линда, — вместе с тетей Лоррейн, а Джордж вылетел самолетом, как только я… ему позвонила.

— Когда это было?

— Вчера вечером, а прилетел он сегодня утром. Мы посоветовались и решили направиться к вам.

— Ну что ж, кое-что мы прояснили. А теперь о вашей тетушке. Как ее фамилия?

— Эльмор.

— Мисс или миссис?

— Миссис. Она вдова. И она… она в том возрасте, когда еще делают глупости.

— И какой же, по-вашему, это возраст?

— Ей должно исполниться сорок восемь лет.

— Что же она натворила такого?

— Перешла всякие границы! — негодующе воскликнул Летти.

Мейсон недоуменно приподнял брови.

— В любви! — пояснила девушка.

— Насколько я понимаю, — улыбнулся Мейсон, — по вашему мнению, предельный возраст для любви — двадцать два года; тот же, кто влюбляется, миновав этот рубеж, совершает глупость?

Линда смущенно промолчала.

— Ну, в таком возрасте, — пришел ей на выручку Летти, — конечно.

Мейсон рассмеялся.

— Юность высокомерна и эгоистична. Но, как известно, она проходит… Муж вашей тетушки умер, мисс Колхаун?

— Да!

— Давно?

— Лет пять назад. И пожалуйста, не смейтесь над нами, мистер Мейсон, это очень серьезное дело.

— Однако осмелюсь заметить, ваша тетя имеет полное право снова полюбить!

— Но важно, чем это чревато! Некий авантюрист вознамерился обобрать ее до последнего цента, — уточнил Летти.

— Вы ее единственная родственница? — прищурившись, спросил адвокат Линду.

— Да.

— И по всей вероятности, единственная наследница по завещанию?

Девушка покраснела и, помедлив, ответила:

— Полагаю, что это так.

— Она богата?

— Да, у нее… отложена солидная сумма.

— А в последние несколько недель, — вмешался Летти, — ее отношение к племяннице резко изменилось. Раньше она была очень привязана к Линде, теперь же ее чувства отданы этому грубияну… Вчера она поссорилась с Линдой и едва ли не с кулаками набросилась на нее, требуя, чтобы та немедленно возвращалась в Массачусетс и прекратила вмешиваться в ее жизнь.

— А вы почему заинтересованы в данном деле, мистер Летти? — остановил его Мейсон вопросом.

— Ну я… я…

— Вы влюблены в Линду и собираетесь на ней жениться? — пришел на помощь юноше Мейсон.

— Да.

— И возможно, рассчитывали, что та самая солидная сумма денег в будущем достанется вам?

— Ничего подобного! Вы меня оскорбляете! — взвился парень.

— Я всего лишь задал вопрос, — спокойно осадил его Мейсон. — Стоит нам что-либо предпринять — и вас непременно спросят о том же самом и, скорее всего, весьма ехидным тоном. Мне нужно подготовить вас к любым подвохам.

— Пусть только попробуют бросить мне в лицо подобные обвинения, — возмутился Летти, — я их живо приведу в чувство!

— Будет гораздо лучше, если вы приведете в чувство самого себя, молодой человек. А теперь, мисс Колхаун, я хотел бы познакомиться с фактами. Не могли бы вы начать с самого начала и рассказать, как развивались события?

Линда со вздохом произнесла:

— Тетя Лоррейн страдала от одиночества. Я понимала это и сочувствовала ей. У нее же никого, кроме меня, не было, и я делала все, что могла.

— Разве у нее нет друзей?

— Есть, конечно, но они недостаточно близкие ей люди.

— Вы с нею часто виделись?

— Я посвящала ей все свое свободное время, мистер Мейсон, однако… Ну, прежде всего, я работаю. Мне нужно также поддерживать порядок в квартире, ну и потом всякие мелочи… Я понимаю, тетя Лоррейн хотела бы, чтобы я проводила больше времени с нею…

— А оно уходило на свидания с Джорджем? — подсказал Мейсон.

— Конечно.

— Тетя, возможно, была против этого?

— Мне кажется, она была против Джорджа.

— Понятно. А теперь обратимся к Монтрозу Девитту. Как он появился в ее жизни?

— Они познакомились по переписке.

— Это было что-то вроде клуба «одиноких сердец»?

— О Боже мой, нет! До такого безрассудства дело не дошло. Случилось так, что тетя Лоррейн написала в один журнал свое мнение по поводу статьи, опубликованной в нем, а редакция поместила письмо с указанием ее имени и города, в котором мы живем, только без подробного адреса. Мистер Девитт послал ей письмо просто на город, но почтовая служба отыскала ее через адресный стол и вручила его. Ну, с этого и началась их переписка.

— А затем?

— Тетя Лоррейн влюбилась без памяти, хотя, конечно, ни за что бы не призналась в этом даже себе, но я-то видела!

— Что было дальше?

— Она отправила ему свою фотографию, «по ошибке» положив в конверт ту, которая была снята десять лет назад.

— А он ей прислал свою?

— Нет. Он написал, что носит на одном глазу повязку и сильно из-за этого переживает.

— Что за этим последовало?

— Однажды он позвонил ей из своего города, после чего телефонные разговоры стали регулярными, не менее двух-трех раз в неделю. Кончилось тем, что тетя Лоррейн вздумала совершить путешествие на автомобиле… Я, конечно, догадалась, что у нее на уме, но была бессильна что-либо изменить. Никакие доводы не могли ее остановить, дело зашло слишком далеко, этот человек буквально ее заворожил.

— Тогда вы решили отправиться с нею?

— Да.

— Приехали сюда вместе, и что дальше?

— Мы устроились в отеле. Она сказала, что устала с дороги и хочет немного полежать. Я же отправилась по магазинам. Когда вернулась, ее не было, а на туалете меня ждала записка, что она может возвратиться очень поздно. Когда тетя наконец появилась, я упрекнула ее в том, что она была на свидании с Монтрозом Девиттом… Тетя разозлилась и стала кричать, что ей не нужна нянька и она не желает, чтобы с ней обращались как с малым дитятей.

— Ее чувства вполне понятны, — заметил Мейсон.

— Я знаю, —I.согласилась Линда, — но есть и другие факты, мистер Мейсон, которые вызывают у меня тревогу.

— Какие же?

— Оказывается, она сделала анализ крови, требуемый для получения разрешения на брак, и обратила большую часть своих ценных бумаг в наличные. Продала некоторые акции и облигации. В итоге она привезла сюда тысяч тридцать пять, не меньше.

— В аккредитивах?

— Да нет, наличными, мистер Мейсон. В том-то все и дело, что она не побоялась пуститься в путь, имея при себе такие громадные деньги.

— Что ее, по-вашему, заставило так поступить?

— С таким же успехом я могу и вас об этом спросить, но вообще-то не сомневаюсь, что такова была инструкция, полученная ею по телефону от Девитта.

— Этот Девитт представляется мне весьма загадочной, даже темной личностью, — задумчиво протянул Мейсон. — Что миссис Эльмор рассказала о его происхождении, роде занятий и так далее?

— Ничего. Совершенно ничего. Напускала на себя таинственность.

— Итак, вчера вечером вы поссорились?

— Позавчера. Я хочу сказать, что она от меня улизнула позавчера, а вчера заявила, что уезжает на целый день, так что я могу заниматься чем угодно. Вот тут-то я и попыталась урезонить ее, и она впервые поняла, что мне известно про деньги.

— Ну и?..

— Тут тетушка окончательно разъярилась. Сказала, что наивно воображала, будто я ее люблю, но теперь поняла, что я только и думаю, как бы что-нибудь вытянуть из нее, и еще такого наговорила о Джордже…

— Что именно?

— Мне не хочется повторять.

— А Джордж знает?

— Знаю, — откликнулся Джордж, — в общих чертах.

— Всего он не знает, — пробормотала Линда.

— Очевидно, она назвала его паразитом и вымогателем? — подсказал Мейсон.

— Это еще цветочки, — всхлипнула девушка. — Она до того разошлась, что заявила: «Если уж говорить о кавалерах, то ее, по крайней мере, самостоятельный мужчина, который может сам за себя постоять, а не прячется за женскую юбку». Она еще… нет, мистер Мейсон, я не стану пересказывать все это, призовите на помощь свою фантазию и…

— Под конец тетушка велела вам отправляться домой?

— Но как унизительно это было обставлено. Она отсчитала сумму, необходимую на авиабилет, не преминув заметить, что выдает мне деньги на билет первого класса в реактивном самолете.

— И что же вы сделали?

— Швырнула их на пол и, позвонив Джорджу, отправила ему телеграфом деньги на билет.

— Из ваших собственных сбережений?

— Да.

— Таково положение вещей на сегодня?

— Да, это все, что я могу вам сказать.

— Послушайте, мисс Колхаун, ваша тетя — взрослая женщина. Если она хочет… — начал было Мейсон.

— Я догадываюсь, о чем вы хотите сказать, — перебила его Линда. — И я вовсе не собираюсь вмешиваться в ее дела. Пусть делает все, что хочет, но мне необходимо выяснить, что представляет собой этот Монтроз Девитт. Я хочу защитить ее и себя от него…

— Но это будет стоить вам некую сумму из ваших сбережений… — напомнил Мейсон.

— Как велика эта сумма? — поинтересовалась девушка.

— Действительно хорошее детективное агентство запросит по пятьдесят Долларов в день, не считая оплаты расходов.

— Сколько дней это может продлиться?

— Один Бог знает. Детектив может раздобыть необходимую информацию и в течение нескольких часов. А возможно, ему придется трудиться и неделю, и месяц…

— Месяц мне не по карману, — призналась девушка, — но я смогла бы… Понимаете, я рассчитывала на двести долларов, ну, конечно, еще и ваш гонорар…

— Я вам совершенно не нужен, — покачал головой Мейсон. — В вашем деле нет ничего такого, что имело бы криминальную подоплеку. Вы ведь не хотите доказать, что ваша тетя недееспособна и умственно неполноценна…

— Нет, конечно. Просто она влюблена в проходимца, да еще в таком возрасте.

Мейсон улыбнулся.

— Влюбляться в любом возрасте опасно. Итак, если я вас правильно понял, вы хотите нанять частного детектива?

— Да. И если бы вы смогли проследить… Я знаю, есть такие частные детективы, которые… Короче говоря, одни лучше, другие хуже…

— А вам нужен самый лучший?

— Разумеется.

Мейсон обратился к Делле:

— Позвони в Детективное агентство Дрейка и попроси его зайти сюда, если он свободен, — и повернулся к своим клиентам: — Контора Пола Дрейка на этом же этаже. Его агентство выполняет все мои поручения на протяжении многих лет. Я вам ручаюсь за Пола Дрейка как за исключительно компетентного и честного сыщика.

Несколькими минутами позже послышался условный стук Дрейка, и Делла впустила его в кабинет. Мейсон познакомил детектива с посетителями.

Пол Дрейк, высокий и нескладный человек, окинул молодую парочку проницательным взглядом и уселся, не ожидая приглашения.

— Суть дела заключается в следующем, Пол, — пояснил Мейсон. — У Линды Колхаун, невесты Джорджа Летти, есть тетушка миссис Эльмор, вдова сорока семи лет. Она по переписке познакомилась с неким Монт-розом Девиттом и, похоже, оказалась под его большим влиянием. Миссис Эльмор уже сделала анализ крови, по-видимому для оформления свидетельства о браке. Она прибыла сюда на отдых вместе с Линдой, прихватив с собой что-то около тридцати пяти тысяч долларов наличными. Миссис Эльмор поссорилась с Линдой и потребовала, чтобы та отправилась домой. Однако Линда вместо этого послала Джорджу Летти денег на билет с просьбой немедленно вылететь сюда. Они хотят спасти влюбленную тетушку от безрассудного поступка. Проживают все трое в Массачусетсе. Молодых людей особенно интересует все, что касается мистера Монтроза Девитта, — подытожил Мейсон. — Сколько это будет стоить?

— Пока сказать не могу, — ответил Дрейк. — За сутки я беру пятьдесят долларов. — И повернулся к Линде Колхаун: — У вас есть его адрес?

— Да, он живет в многоквартирном доме «Белла-Ви-ста» в Ван-Ньюсе.

— Фотография имеется?

— Нет.

— Пока я с вас денег брать не буду. Мне необходимо убедиться в том, что это достаточно серьезное дело, иначе меня заест совесть, не граблю ли я вас.

— Вы считаете убийство достаточно серьезным делом? — с вызовом спросила девушка.

Детектив улыбнулся.

— Да, конечно.

— Именно убийства я и опасаюсь, — озабоченно произнесла Линда. — Надо его предотвратить.

— Мне думается, что вы излишне увлекаетесь так называемыми правдивыми криминальными историями.

— Да, я их много читала и не намерена отпираться. Мне кажется, что любой гражданин, уважающий закон, должен понимать, насколько велика угроза его нарушения.

— Не могу не согласиться, — с напускной серьезностью ответил Дрейк, внимательно разглядывая девушку.

— Неужели вам не кажется подозрительным то, что тетя привезла с собой несколько десятков тысяч долларов?

— На мой взгляд, это, прошу прощения, признак либо глупости, либо влюбленности…

— Вот именно! Влюбиться в совершенно незнакомого человека! — с досадой воскликнула Линда.

— Что же! — улыбнулся Пол Дрейк. — Ваша взяла! Вы желаете, чтобы я навел справки о Девитте?

— Очень хотела бы. И постарайтесь сделать это, скажем, за пару дней!

— Я понял: два дня.

Линда повернулась к Мейсону.

— Как вы считаете, должна ли я ставить в известность полицию?

— Ни в коем случае, — ужаснулся тот. — Этим вы только спугнете дичь. Но, мне кажется, было бы совсем неплохо, если бы вы еще раз, с самого начала, обрисовали положение вещей Полу Дрейку… А теперь прошу разрешения с вами распрощаться, у меня очень важная встреча.

— Сколько мы вам должны, мистер Мейсон? — Девушка напряженно ждала ответа.

Мейсон успокоил ее:

— Пока ничего. Но поддерживайте со мной связь, а мистер Дрейк, со своей стороны, сообщит мне, когда появится какая-то важная информация.

— А теперь, — обратился Дрейк к молодым людям, — прошу ко мне в кабинет. Надо вас кое о чем расспросить. Меня интересует все, что вам известно о тетушке и Монтрозе Девитте.