Ровно через двенадцать дней послы Этцеля прибыли на Рейн. Удивился Гунтер, видя подъезжавших к Вормсу незнакомых людей, но Гаген из Тронете сейчас же узнал их. Приветливо и радушно встретил Гунтер гонцов и, расспросив о сестре и узнав, за каким делом они явились к нему, отпустил их, обещав дать ответ через семь дней.

Целых семь дней совещался Гунтер со своими людьми — принять им приглашение или нет. Хотелось братьям погостить у Этцеля и повидать сестру, и многие из мужей их советовали им принять приглашение, но Гаген решительно отговаривал их, напоминая потихоньку об убитом Зигфриде: никогда не забудет этого Кримгильда и всю жизнь будет готовиться к мести. Но братья не верили Кримгильда еще перед отъездом помирилась с ними и простила им. Если же Гаген боится за себя, то может остаться дома. Рассердился Гаген: не из трусости, а по дружбе предостерегал он их, и уж если непременно хотят они ехать к Этцелю, то пусть по крайней мере возьмут с собою надежную дружину.

Согласился на это Гунтер и разослал гонцов в свои земли, созывая к себе воинов. Много славных рыцарей собралось к нему со своими воинами и между ними брат Гагена, Данкварт, и Фолькер, знатный шпильман. Не нравились такие сборы гонцам Этцеля и хотелось им поскорее пуститься в обратный путь, чтобы известить Этцеля, но Гаген не отпускал их. «Лишь за семь дней до нас отпустим мы их в путь, — говорил он, — тогда Кримгильда не успеет против нас приготовить заговор, а если и захочет открыто повредить нам, то дружина наша будет в силах постоять за себя». Наконец отпустили гонцов, и они пустились в путь, не повидав Брунгильды.

Как же обрадовалась Кримгильда, узнав, что братья ее скоро прибудут в землю Этцеля и что даже Гаген приедет с ними, но, казалось, осталась недовольна, что прибудет с ними и Фолькер. «Неохота мне видеть здесь Фолькера, — сказала она, — но Гаген славный воин, и ему я рада».