— А где вы были два или три последних дня? — спросил Мейсон.

— Не помню, — сказал Флитвуд. — Меня тошнит. Я болен. Провал в памяти — не помню, — что было в последние дни.

Мейсон сказал полицейскому;

— Не хотите ли использовать сирену и расчистить путь к полицейскому участку? Я думаю, что лейтенант Трэгг из отдела расследования убийств хочет потолковать с этим человеком.

Дежурный по уличному движению сказал:

— Какая мне честь, мистер Мейсон! Кажется, я вам этим обязан. Поезжайте! Может эта девушка следовать за сиреной?

— Пусть ваша сирена воет громче, — сказал Мейсон, — и не оглядывайтесь. Она будет следовать за вами, радиатор у нее упрется прямо в заднее колесо вашего мотоцикла!

— Поехали! — сказал полицейский.

Герти захлопнула дверцу автомобиля. Флитвуд снова погрузился в угрюмое молчание, сидя между Герти и Мейсоном.

Офицер включил сирену и дал газ. Делла Стрит поставила машину на вторую скорость, а после второго квартала дала третью. Они с воем проезжали сквозь застывший поток автомобилей по ночному городу, пока, через какие-то минуты, полицейский не просигналил им жестом остановиться возле участка. Он подошел к машине, сказал Флитвуду:

— О’кей, дружище, пошли со мной!

Флитвуд открыл дверцу машины, протиснулся мимо Мейсона.

— Вон туда, — скомандовал полицейский Флитвуду.

Флитвуд кинул на Мейсона злобный взгляд, повернулся и пошел за полицейским.