Все утро в субботу Гарри Перкинс потратил на тщательные'поиски завещания, но ничего не нашел.

Однако были обнаружены еще две банковские книжки, прикрепленные клейкой лентой к обратной стороне календаря, болтающегося на стене лачуги Гролли. Это были счета до востребования в банках Сан-Франциско и Окленда на общую сумму тридцать пять тысяч долларов.

Вскоре после полудня в субботу Каролина Е. Хантер вчинила иск Сэди Г. Лосстен на основании имеющейся информации и убеждения в том, что автомобиль, находящийся во владении ответчицы Сэди Г. Лосстен, управлялся с преступной небрежностью, что повлекло смерть дочери истицы Мэри Хантер. В возмещение ущерба истица требовала пятьдесят тысяч долларов. Адвокатом истицы выступал А.Б. Карр.

От миссис Гролли не было никаких известий. Оставив малышку на автобусной станции, она бесследно исчезла.

Полиция Сан-Франциско, допрашивая ее друзей, сумела раздобыть две более или менее хорошие фотографии, и еще два ее портрета нашли в ходе обыска квартиры. Все снимки были пересланы Брэндону, и уже в час тридцать в субботу плакаты, извещающие об исчезновении женщины, были готовы для распространения. Газеты Лос-Анджелеса и Сан-Франциско заинтересовались этим делом и опубликовали фотографию миссис Гролли с подписью: «Таинственно Исчезнувшая наследница полумиллиона».

По субботам рабочий день в здании суда заканчивался в полдень. Селби, дождавшись двенадцати, отключил телефон и уселся за стол, чтобы разделаться с накопившимися текущими делами. Он чувствовал при этом, что странное исчезновение миссис Гролли все время будет тревожить его и не позволит сосредоточиться.

Но все же он набил трубку, разложил перед собой документы и начал готовить резюме для выступления в суде.

Краем глаза Селби уловил короткие вспышки яркого света, отплясывающие какой-то сумасшедший танец. Прокурор удивленно поднял голову, но свет исчез. Лишь только он вернулся к работе, как вспышки возобновились. Селби опять оторвался от дела, и отблески исчезли, потом появились вновь — яркое пятно, прыгающее из стороны в сторону в диком танце.

Селби понял, что это означает, оттолкнул от стола свое кресло и подошел к окну.

На противоположной стороне тротуара стояла высокая, элегантная девушка, которая старалась установить зеркальце пудреницы под таким углом, чтобы отраженный зайчик проникал через окно в кабинет Селби. Она так увлеклась манипуляциями с зеркальцем, что не сразу заметила стоящего у открытого окна и широко улыбающегося Селби.

— Привет, Инес. Что, у нас неделя бойскаутов?

Она рассмеялась и захлопнула пудреницу.

— Салют, Дуг. Как тебе нравится мой способ посылать сигнал?

— Очень удобные приборы эти пудреницы.

— Может быть, ты впустишь меня? По субботам вы, чиновники, становитесь очень заносчивыми и закрываете лавочку слишком рано.

— Сейчас, — сказал Селби. — Подойди к главному входу, я тебя там встречу.

Шагая по пустынным коридорам здания суда, Селби осознал, как много воды утекло с тех пор, как он в последний раз виделся с Инес Стэплтон.

До своего избрания окружным прокурором он и Инес, проводили много времени вместе. Дочь Чарльза Стэплтона, владельца крупного сахарного завода, Инес была одной из самых привлекательных молодых девиц города. Дуг Селби, молодой, энергичный адвокат, перед которым открывалась блестящая карьера, считался самым завидным потенциальным женихом Мэдисон-Сити.

Сэм Роупер, окружной прокурор, которого впоследствии победил на выборах Селби, предоставил чересчур большую свободу организованным преступникам и прочим уголовникам. Графство нуждалось в хорошей чистке. Рекс Брэндон, представлявший интересы владельцев ранчо и скотоводов, выдвинул себя кандидатом в шерифы и убедил Селби начать кампанию за пост окружного прокурора.

После этого события начали развиваться с головокружительной быстротой. К управлению пришла новая команда, и Селби оказался настолько занят, что у него совсем не осталось времени для светских развлечений. Потом у братца Инес, типичного отпруска богатого семейства, произошли неприятности с законом. Чарльз Стэплтон ударил по Селби из всех орудий крупного политического калибра, — чтобы тот не открывал против его сынка дело, но промахнулся. Он явно недооценил молодого прокурора.

Когда дым рассеялся, оказалось, что Стэплтоны под прикрытием дымовой завесы уехали из Мэдисон-Сити.

Дуг Селби надолго потерял след Инес. Но настал день, и она вернулась. Оказывается, девушка изучала юриспруденцию, сдала экзамены на право адвокатской практики и приехала в Мэдисон-Сити, полная воинственной решимости самостоятельно сделать карьеру.

Ей пришлось примириться с тем, что те дни, когда Селби с удовольствием тратил время на развлечения, канули в Лету. Поняв, что окружной прокурор живет теперь в совсем иной системе ценностей, все чаще и чаще видится с Сильвией. Мартин и все реже и реже — с ней, Инес без труда приспособилась к новому порядку вещей и искала встреч с Селби лишь тогда, когда того требовали профессиональные интересы.

— Привет, Дуг, — сказала она, когда прокурор открыл парадную дверь здания суда. — По-моему, сегодня отличный денек. Почему бы нам не махнуть к океану и не поплавать в прибое?

— Ради Бога, — сказал он умоляюще, — я бы много дал…

— Разве окружной прокурор Мэдисон-Сити не имеет права отдохнуть в субботу или воскресенье? Ты все время торчишь здесь, и они не оставляют тебя в покое. Надо уезжать хотя бы на уик-энд.

— Отлично, поехали!

В ответ Инес Стэплтон одарила его лучезарной улыбкой.

— А я не могу. Сама очень занята и хотела лишь проверить, можно ли тебя соблазнить.

— Хитрюга!

— Дуг, мне надо поговорить с тобой по делу.

— Хорошо, входи.

Он проводил девушку до своего кабинета, усадил, предложил сигарету, а сам набил трубку.

— Дуг, — начала она, глядя на собеседника сквозь первые клубы дыма из трубки, — речь пойдет об А.Б. Карре.

— Что такое, Инес?

— Он тебе нравится?

— Не могу сказать, что нравится… Но в нем есть нечто вызывающее уважение. Он умница, талантливый актер. Остро чувствует настроение в зале суда. Каждый его шаг рассчитан, потому он и производит нужное впечатление.

— Ты знаешь, как к нему относятся в приличном обществе?

— Не уверен, что это мне известно.

— Его считают первостатейным мошенником и избегают иметь с ним дело.

Селби в задумчивости попыхтел трубкой и сказал:

— Когда он здесь появился, многие были настроены против него. Понятно, он тогда здорово вляпался в том деле… Тайлмана, об убийстве. Потребовалось все его мастерство, чтобы выйти сухим из воды… У него отсутствуют моральные принципы, он сколотил состояние, защищая заведомых преступников, но он понимает человеческую природу, он обаятелен, обладает каким-то магнетизмом, может быстро распознать характер личности… И вообще, Инес, нравится это кому-то или нет, постепенно вокруг него образуется кружок друзей.

— Включая окружного прокурора данного графства?

Селби улыбнулся:

— Я буду откровенен с тобой. Я не доверяю этому человеку. Мне не нравится то, что нравится ему… И в то же время он восхищает меня… вернее, не он сам, а его профессиональное мастерство.

— Хорошо, Дуг, просто я хотела предупредить тебя.

— О чем?

— Старый АБК намерен политически уничтожить тебя или, как говорят, «изжарить твоего гуся».

— Откуда это тебе известно, Инес?

— Слышала разговоры то здесь, то там. Я ведь, как ты знаешь, вращаюсь в обществе. Меня беспокоит твое к нему отношение.

— Не уверен, что ты знаешь мое отношение к нему, — сказал Селби, — потому что я и сам этого не знаю точно. Но не волнуйся, во всяком случае, он не сможет загипнотизировать меня.

— А по-моему, он уже преуспел в этом, Дуг.

— Что ты имеешь в виду?

— Да это дознание.

— Что в нем особенного?

— Он сумел овладеть ситуацией, превратиться в звезду спектакля, подбросить песочку в шестеренки машины правосудия и величаво удалиться.

— Он бы сделал это в любом случае. Коронерское дознание не такой уж великий спектакль. Но Карр великий артист. Ему стоит лишь подняться и произнести что-нибудь, как все присутствующие поворачиваются в его сторону. Для демонстрации своего искусства он использует любую возможность.

— Тебе следовало бы пригласить его на свидетельское место, Дуг, и заставить выложить все, что ему известно.

— Честно говоря, я не решился, — сознался Селби. — Мне показалось, что именно к этому он и стремится. Карр искал возможность высказаться.

— Он и так хорошо высказался.

— Не настолько хорошо, как ему хотелось.

— И он удалился?

— Да, потому что Карр достаточно умен для того, чтобы отказаться от выступления, если он не контролирует полностью аудиторию и не может заставить слушателей внимать ему, затаив дыхание… Нет, я не думаю, что ему вообще что-то известно. Просто он хотел заронить подозрение в души присяжных.

— И ему это удалось.

— Ничего нельзя было сделать.

— Ко мне приходила миссис Лосстен, Дуг, — проговорила Инес.

— Это означает, что ты намерена в качестве адвоката представлять ее интересы?

— Да.

— Претензии на наследование?

— Да, а также по иску, вчиненному сегодня около полудня. Миссис Хантер требует с нее пятьдесят тысяч долларов в возмещение ущерба, вызванного гибелью ее ребенка.

— Автомобиль застрахован? — спросил Селби.

— Нет. У них совсем нет денег. Лосстены едва сводят концы с концами и не могут тратиться на страховку.

— Так откуда же Карр рассчитывает получить гонорар, если выиграет дело?

— Из наследства, естественно. Посмотри, Дуг, что он вытворяет. Он представляет интересы не только миссис Хантер, но и интересы миссис Гролли и…

— Тебе известно, что он представляет интересы миссис Гролли?

— Да. Миссис Лосстен сказала мне об этом.

— Но как она узнала об этоу?

— Это мне не известно. Кажется, она вообще прекрасно информирована. Рассказала массу вещей о миссис Гролли. Девица вышла замуж за Эзру лишь только из-за его денег.

— Но у нее ребенок от Гролли.

— Знаю. Она вышла замуж из-за денег и считала, что ребенок удержит супруга; почувствовала, что тот собирается уйти.

— Твоя клиентка находится здесь со среды. Она не могла все это узнать за столь короткое время.

— Думаю, она ведет свое собственное маленькое расследование, — призналась Инес.

— Ну хорошо, — довольно резко сказал Селби. — Так что же ты от меня хочешь?

— Дуг, ты окажешься в ужасном положении, если не поставишь этого дешевого стряпчего по грязным делишкам на место раз и навсегда.

— Не такой уж он дешевый стряпчий. Вполне вероятно, что Карр не страдает от избытка щепетильности, но Старый АБК своего рода гений.

— Хорошо, не будем спорить. Я просто довожу до твоего сведения, что тебе надо укротить его, если не хочешь быть политическим трупом.

— Хорошо, Инес, будем считать, что я предупрежден… Теперь к делу. Могу ли я тебе чем-нибудь помочь?

— Да. Мне надо, чтобы ты нашел завещание.

— Завещание Эзры Гролли?

— Да.

— Мы уже пытались. Гарри Перкинс опять занимался этим все утро. Мы…

— Оно уже не там, глупый.

— А где же?

— У Карра.

— У Карра?! — воскликнул. Селби. — Но откуда? Твоя клиентка имела гораздо больше возможностей порыться в вещах покойного, а…

— Не будь наивным, Дуг. Завещание, бесспорно, исчезло до того, как миссис Лосстен появилась в лачуге Эзры в среду. Карр ни за что не согласился бы принять дело миссис Гролли, не будучи уверен в отсутствии неблагоприятного завещания, которое выбило бы почву из-под его ног.

— Но почему ты считаешь, что документ именно у Карра?

— Я тебе кое-что хочу рассказать. Карра видели около хижины Эзры Гролли утром в четверг. С ним в машине находилась женщина, на ней был бежевый костюм и розовая блузка. И нет никаких оснований считать, что это был первый визит Карра в дом Гролли.

— Как ты ухитрилась откопать такую информацию? Сколько времени ты работаешь на миссис Лосстен?

— Очень мало. Она явилась в мою контору примерно час назад…

— И сообщила тебе все, о чем я только что услышал?

— Именно.

— Активная дама, сумела охватить всю территорию.

Инес Стэплтон рассмеялась.

— Миссис Лосстен лишь лает, — сказала она, — кусает по-настоящему ее супруг. Муженек лишь выглядит тихоней, на самом деле всю работу ведет он, за всей комбинацией стоит его ум. Об этом никогда не догадаешься, глядя на него. Она принимает решения, но он добывает факты и информацию, на основе которых эти решения принимаются. Весьма любопытное сочетание, крайце интересная парочка.

— А мне он показался просто кроликом.

— Нет. На самом деле он лис.

— Итак, ты считаешь, что завещание в руках Карра?

— Почти уверена в этом, Дуг… Я хочу поделиться с тобой секретом. У меня находится письмо, которое Эзра Гролли написал сестре менее чем за месяц до смерти. Он сообщает, что у него сердце пошаливает, случаются приступы головокружения, что доктор говорит о высоком кровяном давлении и рекомендует не перенапрягаться и не волноваться. Эзра пишет, что на тот случай, если с ним что-нибудь случится, он оставил завещание, согласно которому вся собственность отходит к сестре. Некоторое время от него не было вестей, но потом»..

— Как ты думаешь, где сейчас миссис Гролли? — прервал ее Селби.

Инес насмешливо фыркнула:

— Попроси как-нибудь шефа полиции Ларкина поделиться с тобой знанием жизни. Миссис Эзра Гролли находится в хорошем укрытии, и это чертовски правильный поступок с ее стороны.

— Почему?

— Карр опасается, что мы можем кое-что выведать у нее. Он не желает, чтобы мы ей задавали кое-какие вопросы. Я, честно говоря, не уверена в том, что Эзра Гролли настоящий отец ребенка… Да, конечно, все это грязь, но рано или поздно она всплывет… Ну, ладно. По-моему, Карр задумал и осуществил всю операцию. Он начал подготовку к борьбе за наследство. Хочет вызвать у публики сочувствие к ребенку и приучить всех к мысли, что отец девочки — Эзра Гролли… Он не желает, чтобы миссис Гролли подвергалась перекрестному допросу. Сейчас он просто не может допустить этого. Поэтому он все очень хитроумно проделал. Устроил так, что Миссис, Гролли Оставила багаж, в котором по счастливой случайности оказались свидетельство о рождении ребенка и ее собственное свидетельство о браке. И он сочинил эту небылицу, которую она изложила тебе по телефону и которая не может быть проверена. Это полнейший абсурд, Дуг. И мне стыдно, что ты попался на их уловку; Вдумайся, разве возможно среди бела дня кого-то насильно посадить в автомобиль в самом центре Мэдисон-Сити!

— Оказывается, ты чертовски много знаешь об этом деле, — сказал Селби. — Я не давал информации о телефонном звонке.

— Да, я знаю об этом. Ну и что?

— Кто тебе сказал, если это не профессиональная тайна? Ведь даже «Блейд» не сообщила о том, кто мне звонил.

— Была утечка, — рассмеялась она. — Я не совсем уверена, правда. Мне сведения поступили от… То, что мне сказали, дополнило публикацию в «Блейд».

— Так кто же тебе все-таки сказал?

— Мистер Лосстен — талантливый маленький сыщик. Он втирается в толпу, прислушивается, люди почему-то охотно с ним разговаривают.

— Так ты полагаешь, что Карр все подстроил?

— Практически уверена в этом. Он хотел, чтобы публика узнала о ребенке через газеты, и в качестве спонсора избрал тебя. Ребенок остается здесь, а женщину увозят. И даже сам великий Селби не может учинить перекрестный допрос четырехмесячному младенцу.

— Но подумай, Инес, до смерти Гролли никто не знал… Для человека, привыкшего, как Карр, к огромным гонорарам, это такая мелочевка.

— Не обманывай себя, Дуг. Во-первых, размер наследства окажется даже больше, чем ты предполагаешь, — Эзра Гролли, очевидно, был богатым человеком. И во-вторых, не волнуйся, что Карр не получит своей доли. Если у тебя будет возможность, спроси у него о Джексоне С. Тиле.

— А это еще кто такой?

— Человек, который выглядит словно ангел, но сердце которого чернее сажи, — с горечью произнесла Инес. — На самом деле за всем стоит он. Спроси о нем Карра.

Вдруг в голову Селби пришла неожиданная идея.

— Инес, а ты не думала о том, что миссис Гролли, возможно, вообще не говорила мужу о рождении ребенка?

— Считаю, что не говорила.

— Значит, он умер, не зная, что у него маленькая дочь?

— Если он был, конечно, ее отцом.

— В этом случае, — сказал Селби, — не имеет значения, что он…

Из коридора здания суда донесся топот. Кто-то замолотил в дверь кабинета, и послышался крик Брэндона:

— Дуг, Дуг, ты здесь?!

Селби пересек кабинет и открыл дверь. Рекс Брэндон ввалился в помещение, замер, увидев Инес Стэплтон, улыбнулся и стащил с головы сомбреро:

— Хэлло, Инес.

— Хэлло, шериф.

Брэндон повернулся к Селби:

— Не хочу прерывать вашей беседы, но дело чрезвычайной важности. Ты можешь бросить все и немедленно поехать со мной?

Инес Стэплтон быстро поднялась со стула:

— Мы закончили, шериф.

Селби поймал взгляд Брэндона:

— Что произошло' Рекс?

— Нечто такое, на что тебе следует взглянуть самому, — ответил Брэндон уклончиво.

Инес Стэплтон с некоторой издевкой улыбнулась Селби:

— Ну, я пошла.

— Мы тоже спускаемся, — сказал Брэндон, — выпустим тебя на улицу.

Все трое прошли длинным гулким коридором здания суда. Шерифу Брэндону, очевидно, очень не терпелось, и он все время оказывался на шаг впереди Селби и Инес Стэплтон. Временами расстояние даже несколько увеличивалось, и шерифу приходилось сдерживать себя, но все равно он оказывался хоть на шаг, но впереди.

Машина Брэндона стояла у дверей, ее мотор работал на холостом ходу. Он не предложил Инес подвезти ее, и девушка тактично повернула в сторону, противоположную той, куда смотрел нос машины.

— Пока, Дуг. Подумай над моими словами, — сказала она,

— Обязательно, — ответил Селби и уселся рядом с Брэндоном:

Шериф резко рванул с места и бросил машину на большой скорости по спускающейся вниз улице. Сирена ревела, требуя очистить перекрестки центральной части города.

— Так что же случилось? — вновь задал вопрос Селби.

— Мы обнаружили тело миссис Тролли. Она убита, — ответил Брэндон.