В тот вечер Мейсон и Делла Стрит задержались допоздна в конторе. Их работу прервал настойчивый телефонный звонок.

— Я думал, что телефон отключен, — сказал Мейсон.

— Нет, я забыла это сделать, — извинилась Делла.

— Видно, звонит оптимист, — заметил адвокат. — Узнай, кто это, Делла.

— Да, интересно, кто же может рассчитывать застать вас в это время в, конторе. — Делла подняла трубку и сказала: — Хэлло? Да… Кто? О, миссис Кэмптон…

Она указала Мейсону на параллельный телефон. Он осторожно снял трубку и стал слушать разговор.

Голос миссис Кэмптон звучал почти истерически:

— Я не могу дозвониться до мистера Этна. Я в ужасном положении! Не знаю, что мне делать, мне необходимо повидать мистера Мейсона. Я не понимаю, что происходит. Я просто в отчаянии.

— Где вы находитесь? — спросила Делла.

— Я у Бенджамина Эддикса. Здесь происходит что-то страшное:

Мейсон вмешался в разговор:

— Миссис Кэмптон, говорит Перри Мейсон. Вы можете рассказать мне, что с вами случилось?

— По телефону не могу, мистер Мейсон. Это ужасно. Мне необходима помощь.

— Может быть, стоит вызвать полицию?

— Нет, сначала я должна поговорить с адвокатом. Мне нужны вы, мистер Мейсон.

— Вы можете уйти оттуда?

— Пока нет. Вы должны сами увидеть здесь кое-что. Мне нужен ваш совет.

— Как вы туда попали?

— Я не могу объяснить все по телефону. Умоляю вас, мистер Мейсон, приезжайте! Это очень важно.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Я приеду* А где мистер Эддикс?

— Мистер Мейсон, — проигнорировала миссис Кэмптон его вопрос, — прошу вас, сделайте так, как я скажу. ДТарадный вход в дом находится на Олив-стрит, там стоит привратник. Но есть еще задний вход с Роуз-стрит, которым пользуются только служащие. Я постараюсь встретить вас у этой двери. Приезжайте скорее.

— Выезжаю сейчас же, — ответил Мейсон. — Встречайте.

— Там есть строение, похожее на гараж. На двери номер 546. Входите смело, я буду ждать вас там, если только смогу.

— Есть причина, по которой вы можете не прийти? — спросил Мейсон.

— Да, — ответила она, после чего раздались частые гудки.

Мейсон пару раз нажал на рычаг аппарата, потом взглянул на Деллу.

— Думаешь, ее прервали, Делла?

— По-моему, она просто повесила трубку.

— Что ж, — сказал адвокат, — очевидно, ситуация дошла до критической точки.

— Но что она делает там? Ведь с Эддиксом все улажено.

— Возможно, она пыталась шантажировать его в свя зи со смертью Элен Кэдмус, — предположил Мейсон. — Ведь она довольно странная личность. Она очень внимательно слушала все то, что мы говорили об Элен Кэдмус и ее дневниках.,

— Ну что ж! — сказала Делла. — Поезжайте. Об остальном мы можем поговорить по дороге…

— А почему «мы»? — спросил Мейсон. — Это может быть опасно, Делла.

Девушка погасила свет в конторе, подала Мейсону его шляпу и открыла дверь.

— Я вызову лифт, — сказала она и побежала по коридору.

Когда Мейсон подошел к лестнице, Делла уже ждала его у кабины лифта.

— Умница, — похвалил адвокат.

— Похоже, вы куда-то спешите? — заметил ночной лифтер.

— Совершенно верно, — пробормотал Мейсон.

Пока лифт ехал вниз, Мейсон расписался в книге, где отмечалось время ухода из здания.

Они бегом направились к стоянке автомашин и сели в автомобиль Мейсона. Адвокат завел мотор, помахал служителю на стоянке и выехал в переулок с такой скоростью, что шины машины протестующе взвизгнули.

В конце переулка Мейсон немного сбавил газ, резко повернул вправо и снова до отказа нажал на акселератор.

Первый переулок он проскочил на желтый свет, уже Сменявшийся красным.

— Если придется объясняться с полицией, то это нас сильно задержит, — заметила Делла.

— Знаю, — сказал Мейсон. — Но мне кажется, что у миссис Кэмптон произошло что-то серьезное.

— Шеф, неужели вы собираетесь вслепую пойти на это дело?

— Не уверен, — ответил адвокат. — В Джозефине Кэмптон есть что-то странное. Когда разговариваешь с ней, то она стремится побольше узнать о вас и поменьше рассказать о себе.

— Она может втянуть вас в неприятную историю.

Это верно, — согласился Мейсон. — Вот почему я хочу сначала составить мнение о происходящем, а потом решить, что предпринять. Есть нечто в этом деле, Делла, что возбуждает мое любопытство.

— К вашему сведению, — сухо заметила Делла, — только что мы проскочили знак «стоп».

— Совершенно верно, — проворчал Мейсон. — Но там не было машин, и я не видел причины подчиняться простой формальности'.

Делла Стрит откинулась на спинку сиденья, уперлась коленом в приборный щиток автомобиля, чтобы защитить себя на случай резкого торможения, и сказала со вздохом;

— Последнее замечание вполне отвечает вашему характеру.

Когда они добрались до дома, откуда звонила миссис Кэмптон, Мейсон задумчиво произнес:

— Мне бы хотелось проехать мимо главного входа.

— Вас может заметить сторож.

— Я не-буду останавливаться, просто брошу взгляд на дом. — Они проехали на Олив-стрит, замедлив ход машины перед массивными воротами.

— Что-то не видно сторожа, — заметила Делла.

— Стоит остановить машину, как он наверняка выскочит.

Мейсон свернул направо.

С боковой улицы хорошо просматривалась северная часть дома.

— Освещен, как церковь! — воскликнула Делла.

Мейсон остановил машину.

— Так, все поместье огорожено высокой изгородью с колючей проволокой наверху. Да, мистер Эддикс заботился о своем покое.

— Шеф, смотрите! Смотрите туда!

— Куда?

— На верхнее окно. Видите, человек вылезает из окна…

— Это не человек, — сказал Мейсон. — Это горилла.

Затаив дыхание, они смотрели на массивную фигуру огромной гориллы, четко вырисовывающуюся на-фоне ярко освещенного окна. Обезьяна вытянула цепкие лапы и, сделав огромный прыжок, оказалась на ветвях дерева. Она спустилась по стволу вниз, а через секунду весь двор осветили прожекторы, завыли тревожные сирены, залаяли собаки.

— Что случилось? — спросила Делла.

— Очевидно, горилла пересекла лучи инфракрасного света, — предположил Мейсон. — Тем самым она привела в действие электрическое устройство, включившее прожектора и сирены и выпустившее на волю полицейских собак. Посмотрим, что будет дальше.

Адвокат сидел секунды две молча, наблюдая, затем завел машину.

Делла удивленно посмотрела на него.

— Шеф, неужели вы собираетесь войти в дом?

Мейсон кивнул.

— Может быть, лучше подождать?

— По-моему, лучше войти туда, не ожидая дальнейших событий, — произнес адвокат.

Машина свернула на Роуз-стрит. Перед двухэтажным зданием находилось место для стоянки машин. На двери дома четко выделялся номер — 546.

Мейсон остановил машину у подъезда и нажал на кнопку звонка. Никто не ответил.

— Шеф, — озабоченно проговорила Делла, — миссис Кэмптон обещала же встретить вас здесь. Раз ее нет, то, может быть, лучше вызвать полицию…

Мейсон покачал головой и снова нажал на кнопку.

— Произошло что-то, явно расстроившее ее планы, — сказал он. — По крайней мере, как я вижу, одна из горилл на свободе.

— Шеф, но ведь она может разорвать нас на куски. — Вздрогнув, Делла замолчала.

— Это так, — согласился Мейсон. — Но там явно что-то неладно. В голосе миссис Кэмптон сквозил настоящий ужас.

Адвокат толкнул дверь.

— О, она не заперта, — воскликнул он.

— Шеф, не надо.

— Делла, жди меня в машине, — приказал Мейсон. — Если через пять минут меня не будет, то поезжай к ближайшему телефону и вызови полицию.

— Нет, нет. Я пойду с вами…

— Ты ничем не сможешь помочь мне, Делла.

— Но это лучше, чем сидеть и ждать. Если вы не вернетесь через лять минут, то и целая армия вам не поможет.

— Делла, это приказ. — С этими словами Мейсон вошел в дверь, захлопнув ее за собой.

На двери был засов, который Мейсон задвинул за собой на случай, если Делла решила бы последовать за ним.

Во всем здании стоял резкий запах животных. Каза-дось, Мейсон попал в зоопарк.

Преодолев небольшой коридор, адвокат оказался в конторе: в ней стояли письменные столы, картотеки и пишущие маШинки. На стене были развешаны диаграммы.

Выйдя из — конторы, Мейсон попал в длинный коридор, по одной стороне которого шли ряды клеток. В них метались в возбуждении гориллы, шимпанзе и другие обезьяны.

Весь коридор был залит ярким светом… В дальнем конце виднелись две клетки с распахнутыми дверцами.

После некоторого размышления Мейсон решительно двинулся по коридору, стараясь не показывать охватившего его страха.

Завидев его, обезьяны возбужденно завопили. Одна из горилл захлопала в ладоши с таким треском, словно затарахтел пулемет.

Сделав над собой усилие, Мейсон все же продолжил путь. Стоило ему поравняться с большой клеткой, как из ее дальнего угла с диким криком на дверцу бросилась огромная горйлла, Да^ке пол содрогнулся от этого прыжка. Здоровенная волосатая лапа высунулась через прутья клетки, пытаясь схватить Мейсона.

Он резко отпрянул, и пальцы гориллы скользнули по его одежде.

Мейсон прижался к стене. Обезьяна злобно смотрела на него. Затем отскочила от дверцы, оскалив клыки, забарабанила по своей груди.

Мейсон стал медленно продвигаться к две^и, всем телом прижимаясь к стене.

Горилла сделала еще одну попытку схватить его. Но на этот раз ее лапа прошла в нескольких сантиметрах от пиджака Мейсона.

Вдруг горилла начала истерически хохотать. Мейсон с изумлением смотрел на черное лицо обезьяны, горящие глаза и огромный красный рот, широко открытый в дьявольской усмешке.

Мейсон крикнул ей:

— Слушай, старина, не знаю, пытаешься ли ты подшутить надо мной и просто напугать или хочешь разорвать меня на части, но я не собираюсь рисковать и приближаться к тебе.

Горилла продолжала колотить себя, в грудь.

Рядом с ней помещалась клетка с шимпанзе, затем клетки с распахнутыми дверцами.

Мейсона поразила догадка, что всего за несколько минут до его прихода обезьяны сбежали из этих клеток и пробрались в главное зданйе через дверь в конце коридора. Сейчас эта дВерь была полуоткрыта. Мейсон взглянул на часы. Он расстался с Деллой минуту назад.

Мейсон распахнул дверь. Как он и предполагал, она вела прямо в главное здание. Пол был. устлан толстыми коврами, с потолка свисали хрустальные люстры. На второй этаж вела винтовая лестница.

Мейсон колебался, раздумывая, не лучше ли повернуть назад.

— Эй! — крикнул он.

Даже для его собственного слуха голос его прозвучал не очень уверенно.

Внезапно со второго этажа донесся страшный грохот. Удары следовали с невероятной скоростью, от которых, казалось, сотрясался весь дом.

Мейсон крикнул:

— Миссис Кэмптон, с вами все в порядке?

Внезапно стук прекратился. '

— Миссис Кэмптон! — позвал опять адвокат.

Стук возобновился снова, но на этот раз, казалось, ближе к лестнице.

Мейсон взбежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки.

Лестница вела в верхний коридор. Заглянув туда, Мейсон увидел огромную гориллу, висевшую на двери на одной руке. Другой рукой и двумя ногами она выбивала неистовую дробь на полу холла.

Увидев Мейсона, горилла спрыгнула с двери и направилась к нему шаркающей походкой.

Мейсон стоял как вкопанный, отчетливо сознавая, что, прежде чем он успеет спуститься с лестницы, горилла настигнет его.

Адвокат вытянул вперед руку, держа ее ладонью вверх. Стараясь нащупать перила лестницы, он медленно отступал назад.

Горилла перестала бить себя в грудь и зорко следила за каждым движением Мейсона, как кошка за мышью.

Рука адвоката нащупала наконец ручку двери. Он осторожно повернул ее, проскользнул в дверь, затем захлопнул ее и задвинул засов. В холле воцарилась тишина.

Мейсон огляделся. Он находился в большой комнате, представлявшей собой нечто среднее между спальней и кабинетом. В комнате стояли большой письменный стол, сейф, пара ящиков с картотекой, несколько кресел. На стене висели картины и фотографии в рамках.

Позади* ширмы стояла кровать, и адвокат вдруг увидел ногу мужчины, лежащего на ней.

Мейсон обошел стол и чуть не споткнулся о тело женщины, лежавшей на полу. Ее голова была откинута назад, одна рука сжата. Сомнений быть не могло — это была миссис Кэмптон.

Обогнув ширму, Мейсон подошел к кровати. На ней лицом вниз лежал мужчина. В спине у него торчал большой нож, всаженный по рукоятку. Вся постель была залита кровью, кровь была и на столе, и на стенах. Присмотревшись, Мейсон увидел еще одну рану на шее мужчины. Необходимости щупать пульс у этого человека не было. И без того было ясно, что он мертв.

Мейсон вернулся к лежащей на полу миссис Кэмптон. В этот момент дверь задрожала от сильного удара. Висевшая на стене картина рухнула на пол. На секунду стало тихо. Потом последовал второй мощный удар. На этот раз дверь не выдержала и сорвалась с петель.

В дверном проеме стояла та огромная горилла, с которой Мейсон уже встречался в холле.

Горилла стояла неподвижно, не спуская глаз с Мейсона. За массивным столом ей не была видна миссис Кэмптон.

Адвокат попытался успокоить ее.

— Погоди, приятель, — сказал он. — Не спеши. Полегче. — Момент был очень напряженный. Мейсон слышал стук своего сердца и видел, что горилла не спускает с него глаз. — Успокойся, дружок.

Обезьяна двинулась вперед, ухватившись за расщепленный косяк двери. Потом неподвижно застыла.

Мейсон заговорил как можно более спокойным тоном, обращаясь к горилле:

— Понятия не имею, что сказать тебе. Не знаю, что мне делать. Если я шагну вперед, наверное, буду убит. Если отступлю, наверняка будет то же самое. Если буду продолжать стоять здесь, то это только ухудшит положение.

Вдруг позади себя Мейсон услышал голос миссис Кэмптон.

— Не смотрите на гориллу, мистер Мейсон, — прошептала она. — Наклонитесь к полу и выложите из карманов монеты, нож, часы — все блестящее, что у вас есть. Разложите эти вещи на полу.

Все еще не отрывая глаз от гориллы, Мейсон спросил:

— С вами все в порядке? Я так боялся…

— Не думайте обо мне. Делайте то, что я сказала.

Мейсон слышал, что миссис Кэмптон пытается сесть.

Он достал из кармана монеты и стал раскладывать их на полу. Горилла явно заинтересовалась этим.

Миссис Кэмптон удалось наконец сесть, потом женщина встала на колени.

— У вас больше ничего нет? — спросила она. — Блестящей ручки, часов? Что угодно.

Мейсон снял с запястья часы и положил их на пол среди монет. С того момента, как он расстался с Деллой, прошло ровно пять с половиной минут. Значит, если она выполняет его распоряжение, то должна бежать сейчас к телефону, чтобы вызвать полицию.

— Тепер'ь медленно отходите назад, — не спуская глаз с монет, сказала миссис Кэмптон. — Не смотрите на гориллу. Отступайте назад. Тогда она подойдет, чтобы посмотреть, чем вы занимались. Она любопытна и начнет забавляться с вещицами, оставленными на полу… во всяком случае, я на это надеюсь. Только не смотрите на гориллу, — предупредила миссис Кэмптон.

Мейсон стал медленно отступать, не сводя глаз с предметов, разложенных на полу. Миссис Кэмптон поднялась с пола, опершись на руку Мейсона.

— Быстрее, — сказала она. — Пока горилла отвлеклась, пойдемте спокойно и уверенно. Только не бегите.

Мейсон спросил:

— Что здесь произошло?

— Прежде всего нам нужно выйти отсюда. Наша жизнь в опасности. Если горилла поймет, что мы бежим от нее…

— Там на кровати лежит убитый… — начал Мейсон.

— Я знаю, — прервала она его. — Это Бенджамин Эддикс. Его зарезали.

— Кто?

— Потом поговорим об этом. Идите за мной.

Миссис Кэмптон прошла в ванную комнату, а через нее в смежную спальню. Мейсон шел за ней, не отставая.

— А что эта горилла будет делать?.. — начал он.

— Только Богу известно, — ответила миссис Кэмптон. — Поведение гориллы вообще трудно предсказать, а эти животные подверглись психологическим экспериментам. У них очень, неустойчивое поведение.

— Но что вы здесь делали?

— Я потом расскажу.

Она подошла к двери комнаты и постояла, прислушиваясь. Потом открыла дверь и огляделась.

— Кажется, путь свободен, — сказала она. — Нам нужно пересечь коридор и спуститься в холл. Лучше, пожалуй, снять обувь.

Мейсон снял туфли, и то же самое сделала миссис Кэмптон.

Они проследовали по коридору и стали спускаться по лестнице вниз.

Мейсон обратил внимание на шум, доносившийся с улицы. Слышались вой сирены и лай собак. Потом вдруг этот яростный лай сменился визгом, какой издает раненая собака.

— Что там происходит? — спросил Мейсон.

— Говорю вам, что не знаю, — сказала миссис Кэмптон. — Нам нужно выбраться отсюда как можно скорей!

Они достигли холла. Мейсон направился к главной двери.

— Нет, сюда, — позвала его спутница.

Она прошла через столовую, буфетную и кухню.

— Придется рискнуть, — произнесла женщина. — Вот эта дверь ведет в помещение, где находятся клетки с животными. Надеюсь, что ни одна из убежавших обезьян "he вернулась туда.

Она открыла дверь.

Мейсон вошел за ней в коридор и увидел, что дверцы замеченных им ранее клеток были по-прежнему распахнуты, но все остальные животные остались на месте.

— Берегитесь вон той гориллы, — предупредила адвоката миссис Кэмптон.

Они надели туфли и пошли, прижимаясь к стене.

Когда они поравнялись с клеткой огромной гориллы, животное изо всей силы с яростью бросилось на прутья решетки. Длинные, волосатые лапищи потянулись к людям.

Мейсон открыл входную дверь, выглянул из нее и сказал:

— Теперь нам нужно удрать отсюда.

Они вышли на Роуз-стрит. Ночной воздух показался им особенно чистым после тяжелого запаха обезьянника.

Позади них двор был залит ярким светом прожекторов. Одна собака визжала от боли, остальные яростно лаяли.

Мейсон оглядел улицу. У него не было часов, и он не знал, как давно Делла могла уехать отсюда.

— Если мы наткнемся на кого-нибудь, — сказал он, — то будем вести себя как прохожие, привлеченные суматохой. Пошли быстро, но только не бегом… Так расскажите мне все-таки, что случилось?

— Это долгая история, — проговорила миссис Кэмптон. — В связи с одним делом мне нужна помощь адвоката…

— Кто же убил Эддикса? — перебил ее Мейсон.

Она молча ускоцйша шаги.

— Подождите, — настаивал адвокат. — Кто убил…

Он замолчал, так как из-за угла выехала полицейская машина с красным прожектором. Фары осветили Мейсона и его спутницу, потом их залил сиянием прожектор. Завыла сирена.

Миссис Кэмптон со страхом оглянулась на адвоката.

— Стойте спокойно, — приказал ей Мейсон.

Из машины крикнули:

— Руки вверх!

Мейсон поднял руки. Машина затормозила, и блики света заиграли на вороненой стали оружия.

— Черт возьми, что здесь происходит? — спросил голос из машины.

— Понятия не имею, — ответил Мейсон.

— Следовало бы иметь. Ведь это вы удирали из этого дома.

Мейсон сказал:

— Как только вы убедитесь, что я не вооружен, я достану бумажник и докажу вам, что я юрист и что по моей инициативе была вызвана полиция.

— Черт возьми, это же Перри Мейсон! — узнал его кто-то в машине. — Вы были в этом доме?

— Да, был и хочу официально заявить, что на втором этаже дома в спальне на кровати лежит мертвый человек. Он явно зарезан, и по расположению ран можно — определенно утверждать, что это не самоубийство.

— Кто это с вами? — спросил один полицейский.

— Это моя клиентка Джозефина Кэмптон, — ответил Мейсон. — Но прежде мне нужно будет переговорить с ней.

— Начинается старая история, — сказал офицер. — А что, ей есть что скрывать от нас?

— Насколько я знаю, нечего.

— Почему же ей тогда не рассказать все?

— Потому, что у нее есть кое-какие законные права, — напомнил Мейсон. — Я должен предварительно обсудить с ней наедине все, чтобы выяснить, что она будет говорить. Кроме того, я один из ее адвокатов, чтоб вы знали.

— А кто другой?

— Джеймс Этна из фирмы «Этна, Этна и Дуглас».

— Где он?

— Вот этого мы пока не знаем, но постараемся узнать.

— Ладно, садитесь на заднее сиденье, — сказал офицер. — Через минуту сюда подъедет вторая машина. Если эта женщина не заговорит, то ее задержат как свидетеля. Вам это хорошо известно.

— Вы совершенно правы, — произнес Мейсон. — Вы знаете ваши права, а я свои. Если хотите, задержите ее как свидетельницу. Она заговорит только тогда, когда я разрешу ей. А я разрешу только тогда, когда буду знать, что она скажет.

Один из офицеров открыл заднюю дверцу автомобиля.

— Садитесь сюда, — распорядился он. — Как вы ухитрились попасть в этот дом? Главные ворота, кажется, заперты…

— Можно пройти сзади через дверь под номером 546. Только будьте осторожны, потому что в доме на свободе бродят гориллы…

— Что за чертов дом! — пожаловался один офицер другому.

— Где наша другая машина?

— Вот она.

На улице появилась еще одна полицейская машина.

— Хорошо, — сказал водитель. — Я пойду в дом вместе с людьми из девятнадцатой машины. Ты останешься здесь и последишь за этими. Дай-ка мне автомат. Эта охота на гориллу мне что-то не нравится.

Мейсон повернулся к Джозефине Кэмптон.

— Вы слышали, что я сказал? — тихо спросил он. — Да.

— Вы понимаете, что, прежде чем заговорить в полиции, вы должны обсудить все со мной?

— Понимаю.

— Сможете выполнить это? Удастся вам воздержаться от заявлений до разговора со мной?

— Конечно.