— Том испугался вызова в суд. Вы понимаете, что случилось бы, если бы его вызвали перед Большим жюри. Том все продал и удрал из города.

— Что потом?

— Они говорят, что полицейский ждал, чтобы Том это сделал, потому что это доказывало вину Тома. Они уверяют, будто Том прикончил этого полицейского… Я, право, не знаю, но Том клянется, что он этого не делал. Дикси ему верит.

— Ах так? А каким образом Дикси объясняет тот факт, что у Тома хранился служебный пистолет Клермонта?

Альбург подскочил, как будто его ударило электрическим током.

— Что у него хранилось?

— Успокойтесь. Пистолет Клермонта.

— Это конец. Вот когда мы попали в настоящую беду. Значит, Том все-таки его убил!

— Да, похоже на то.

— Боже мой, какая неразбериха!

— Сейчас не время раскисать и проливать слезы над своей злосчастной судьбой, Моррис. Что в отношении Фэйетта? Это вы его убили?

— Нет, конечно, нет, мистер Мейсон. Я никого не убивал!

— Вы сказали, что полиция нашла у вас пистолет? — Да.

— Откуда вы знаете, что это был тот самый, иэ которого застрелили Фэйетта?

— Так сказали в полиции.

— Когда?

— Примерно пятнадцать минут назад. Вот почему я здесь. Им нужна была баллистическая экспертиза, чтобы что-то доказать. Когда ее провели, меня арестовали и разрешили обратиться к вам.

— Сколько времени у вас находится пистолет?

— В том-то и дело, что только после стрельбы.

— Расскажите все подробно.

— Откуда начинать?

— С самого начала, и чтобы это действительно было началом.

— Я уже рассказал вам про Тома Седвика.

— Да, да. Про него достаточно. Расскажите мне все про Дикси Дейтон.

— Том и Дикси…

— Они женаты?

— Тут закавыка, мистер Мейсон. Томас был женат. С разводом были затруднения. Вы не можете винить его и Дикси.

— Не глупите. Последнее, что меня интересует в данный момент, это мораль. Если они женаты, они не могут показывать друг против друга, если нет…

— Они не женаты.

— Понятно. Расскажите о Дикси. Когда она вернулась?

— Хорошо. Я не получал никаких известий ни от Тома_; ни от Дикси. Я был напуган до полусмерти. Шутка сказать: убит полицейский. Вы знаете, что это значит! И тут неожиданно в ресторане появляется Дикси. У меня даже ноги подкосились, и мне пришлось схватиться за столик. Она холодно окинула меня взглядом, и я понял, что должен держаться с ней как с незнакомым человеком. Потом она попррсила принять ее на работу…

— И вы?

— Дал ей работу. Должен был. Том разорился и сейчас сильно болел. Ему опасно было появляться где-либо, о Дикси же полиция ничего не знала.

— Дикси Дейтон не настоящее ее имя?

— Дикси — настоящее, только придумана фамилия.

— Страховой номер девушки, конечно, фальшивый?

— Да.

— Что в отношении норковой шубки?

— Тут я опростоволосился. Она ее оставила у меня. Я завернул манто в бумагу и положил в чулан. Про моль я даже не подумал, думал только о себе, был напуган. Шубка лежала в таком месте, где ее никто не видел. Дикси возвращается, ей нужно манто. Я приношу шубку… Ну, вы видели ее…

— Дикси ничего не сказала про побитый молью мех?

— Ничего. Надела манто на себя и стала носить. А когда думала, что я ее не вижу, сильно плакала.

— Почему она вернулась?

— У Тома туберкулез. Они поселились в Сиэтле… Зимой там холодно и дождливо, хотя мой врач утверждает, будто, несмотря на сырой климат, люди в Сиэтле живут столько же, как и повсюду. Дикси же считает, что Том не перенес бы в этом городе еще одной зимы. Возможно, она права. Возможно, нет. Я не знаю. Дикси решила, что Том и она должны возвратиться. Конечно, здесь они могли попасть в беду, но и там он не мог оставаться. У Дикси всегда так бывает, если она что-нибудь вобьет себе в голову, так ее не переубедить. Девушка была уверена, что все давно успокоились и она может спокойно появиться здесь, где никто ее не знает. Дикси — умница, другой такой не сыщешь. Она спрятала Тома в надежном месте…

— Но у нее не хватило ума скрыться самой.

— Да, верно, от Фэйетта. Он знал про Дикси. Полиция — нет. Фэйетт, наверное, следил за моим рестораном.

— Кто такой Фэйетт?

— Этот человек собирал деньги. Сказать по правде, я его близко не знаю. Только имя, больше ничего. Когда Дикси вышла в зал обслуживать, посетителей, она увидела Фэйетта… Девушка чуть было не упала в обморок… Фэйетт мог не раздумывая убить ее. Он однажды уже сказал Тому, что если тот когда-либо возвратится, ему не жить.

— И тогда Дикси выбежала через заднюю дверь?

— Да. Она боялась, что у нее станут выпытывать, где спрятан Том.

— Признаться, я ничего не понимаю… Такому «хозяину» платили дань сотни дураков, вроде вашего Тома…

т- Вы забываете про убийство полицейского, мистер Мейсон. Я ничего не могу доказать. Дикси — тоже. Но мы оба считаем, что полицейского убил Фэйетт. Если Том возвратится, наймет хорошего адвоката, то, возможно…

— Ол-райт, Моррис. Рассказывайте дальше.

— Пожалуй, все. Раньше я сидел себе спокойно, но теперь у меня земля горит под ногами. Дикси уверяет, будто о возвращении Тома не знает никто и никто не обнаружит, где он скрывается. Когда Фэйетт нажал на нее, девушка убегает, чуть не погибнув под колесами машины. В полиции не знают, что Том — мой сводный брат, но подозревают, что какая-то связь между нами существует. Они также хотят узнать, кем приходится мне Дикси. Думаю, мне лучше сейчас поостеречься. В одном баре у меня есть приятель. Он меня и приютил, живу тайком. Ад, а не жизнь. Дикси знает это место и навещает меня. Я говорил ей, чтобы она побереглась.

— Продолжайте.

— Затем в ресторане появилась какая-то женщина. Она сказала кассиру, будто ей надо кое-что передать для меня. Кассиру я доверяю. Женщина назвала ему номер телефона, по которому я должен был позвонить какой-то Милдред.

— Вы звонили?

— Конечно. Я направился на переговорный пункт, хотя и боялся, как бы это не оказалось полицейской ловушкой. Но оттуда я сумел бы быстро удрать. Я дозвонился этой Милдред…

— Ну и?..

— …и Милдред сообщает, что знает, кто убил полицейского. Она даже посоветовала мне не дрожать, подобно кролику. Я подумал, что это ловушка, и спросил, кто же, по ее мнению, убийца. Эта женщина ответила: Джордж Фэйетт. Когда я поинтересовался, какое ей дело до этого, моя собеседница рассказала, как однажды Фэйетт продал ее, променял на другую, и она не может этого до сих пор пережить. Милдред назначила мне встречу в «Кимонт-отеле», где хотела дать доказательства… Что бы вы сделали на моем месте?

— Наверное, быстренько позвонил бы своему адвокату.

— Не так-то просто. Я и без того слишком долго проторчал у телефонного аппарата. Я сказал Милдред, что скоро перезвоню ей и… Знаете, некоторое время назад меня пыталась шантажировать одна официантка. Тогда мне удалось разыскать умного детектива, и этой официантке быстро перестало нравиться заниматься шантажом. Вот и в этом случае я тоже решил вести себя благоразумно. Мне надо было записать беседу с этой женщиной.

— А если бы это действительно была полицейская ловушка?

— Что ж, иногда приходится рисковать. Атмосфера накалялась. Я не мог вернуться в ресторан. Ресторан — мой бизнес, и если я не буду заниматься им постоянно, то могу лишиться своих доходов и самого дела. Мне необходимо было что-то предпринять. Да, — вдруг вспомнил нечто важное^Моррис Альбург. — Вы же не знаете еще одного: у Дикси удивительная память на цифры. Ей достаточно один раз взглянуть на номер телефона или машины — и она навсегда запоминает его. Когда она работала у меня, я. просто забыл о телефонной книге. Я проверил через знакомого, кому принадлежит машина, из которой стреляли в Дикси. Автомобиль был зарегистрирован на имя Герберта Грэйтона. Дикси припомнила, что это имя употреблял иногда Фэйетт, когда хотел казаться более респектабельным. Так у нас появился запасной козырь. Возможно, хороший адвокат что-то и сделает, если отыщет эту машину и обнаружит пулевое отверстие в ее дверце.

— Дальше.

— Я договорился с детективом, чтобы тот отправился в «Кимонт-отель» и снял там два номера, в которых можно установить аппаратуру для звукозаписи. Детектив пообещал мне находиться поблизости во время нашего разговора с этой Милдред. Все было хорошо устроено. Я дождался полуночи, позвонил этой женщине, назначив ей свидание в номере 721 в предложенном ею отеле.

— Неужели вы не боялись идти туда?

— Разумеется, боялся. Но что я мог поделать? Я ей предлагал выбрать какое-нибудь другое место, но женщина ответила, что в другом отеле она встретиться не сможет, так как живет в «Кимонте» и не осмеливается никуда высунуть нос, ведь Фэйетт может прихлопнуть ее в любой момент, если заподозрит, что она собирается его предать. Вот тогда я снял для Дикси номер 815, зарегистрировав девушку под именем Мэдисон Керби, и заплатил за номер наличными.

— Вот теперь для меня кое-что проясняется, — проворчал Мейсон. — Но почему… Ладно, это не важно. Говорите дальше.

— Потом я позвонил вам и договорился о встрече. Мы встретились с Милдред в назначенное время в номере 721.

— Был ли у вас пистолет?

— Конечно. Как же иначе?

— Ол-райт. Продолжайте.

— Вы были мне крайне необходимы, ведь вы умный адвокат. Если же Милдред и правда располагает доказательствами, то вы в них сумеете разобраться.

— Что случилось дальше?

— Я волновался. Я волнуюсь всегда, думая о том, об этом, — все время меня что-то тревожит. Слишком большие налоги. Плохие работники. Огромные затраты на ресторан. Волнения, волнения, волнения. Все время.

— Продолжайте.

— Вас не утомила еще беседа со мной? Это было бы очень плохо. После того как вы приехали в «Кимонт», я попросил Дикси еще раз позвонить по тому номеру, который дали мне вы.

— Вы называли ей номер и раньше?

— Конечно. Девушка все время бь!ла со мной. Я же вам говорил, что она сразу запоминала все нужные мне телефоны.

— Продолжайте.

— Итак, Дикси дозвонилась до ночного портье и только собиралась назвать ваш номер, как отворилась дверь, и в номер вошли женщина и двое мужчин. Я с первого же взгляда понял, что мы погорели. Дикси, умница, тоже сразу во всем разобралась, она даже успела крикнуть портье в трубку, чтобы тот вызвал полицию. Один из вошедших тут же схватил девушку и зажал ей рот.

— Ну а ваш пистолет?

— Мой пистолет… Он лежал на кровати, а мужчины держали свое оружие в руках. И, вы сами понимаете, что пистолет на кровати не может соперничать с двумя «пушками» в опытных руках!

— Почему же вы не подали знака детективу, подслушивающему в соседнем номере?

— Потому что люди, ворвавшиеся в комнату, оказались хитрее меня. Они прекрасно знали о существовании проводки. Каждый раз, когда я пытался открыть рот, один из парней прикладывал палец к своим губам и подталкивал меня пистолетом в бок. А когда я все же сделал попытку их обмануть, они стукнули меня по голове мешком с песком. Боль прошила меня до самых кишок. Колени мои дрогнули, тело больше не слушалось меня. Вот вам и вся история.

— Далеко не вся! Что было дальше?

— Нас отвели к грузовому подъемнику. На нем спустили вниз. В переулке ждала машина. Меня пихнули на пол, прижали ногами. Так убили и полицейского. Бросили его на пол машины, придавили ногами, а потом прострелили голову.

— Продолжайте.

— Нас привезли в какой-то отель, подняли на боковом подъемнике. Но я тоже не дурак. Я пошел в ванную комнату. Там висели полотенца. На них стояло клеймо отеля.

— Вы запомнили ее название?

— Конечно. Это «Вонзал». «Вонзал»! Я находился в номере 609-В.

— Что было потом?

— Потом, уже через несколько часов, меня отвели вниз тем же путем. Опять они везли меня на машине и снова к моей голове приставили пистолет… Я понял, что мы выехали из города и едем по проселочной дороге. Я уже мысленно простился с жизнью, как вдруг водитель пронзительно закричал: «Держитесь!» — и нажал на тормоза.

— Что случилось?

— Я не знаю. Могу рассказать лишь то, что было после этого. Машина резко остановилась. Человека, хотевшего застрелить меня, бросило на переднее сиденье. Я выхватил у него пистолет и так быстро раскрыл дверцу, как будто хотел установить в этом деле мировой рекорд. В руках у меня было оружие. Я закричал, чтобы все подняли руки вверх, и через несколько секунд скрылся в кустах…

— Значит, там растет кустарник, — подытожил Мейсон.

— Мы остановились на высоком холме в каком-то парке. Кругом непроходимые заросли кустарника, а машина зависла над очень крутым обрывом. Я бежал от нее прочь, как олень. В жизни своей мне не приходилось так быстро бегать. Выбившись из сил, я перешел на шаг. Шел, шел, шел. Я решил добиться свидания с вами. Я бы позвонил по телефону, но только без. записной книжки не помню ни одного номера наизусть. Поэтому мне пришлось зайти в какой-то мерзкий ресторанчик, где на столе лежали грязные ложки, и дожит даться того часа, когда вы наверняка будете у себя. Потом я вышел, поймал такси. А в вашем здании меня сразу же и сцапали.

Мейсон задумчиво молчал.

— Конечно, я отвел их к тому месту, где выскочил из машины. Показал мои следы.

— Они точно их видели?

— Ну а как же? Только они подняли меня на смех и сказали, что я мог поломать кустарник в любое время.

— Что было потом?

— Мы поехали в «Бонзал-отель».

— И что произошло там?

— Я не знаю. Полиция поднялась в номер 609-В. Не могу сказать точно, но у них был такой вид, будто они поймали меня на крючок.

— Вы рассказали эту историю полицейским так же, как мне?

— Да.

— Ваши показания стенографировали?

— Я уверен в этом.

— Таким образом, вы теперь обязаны придерживаться этого рассказа, Альбург.