В здание, где помещалось его бюро, в одиннадцать утра вошел Мейсон. Один из людей Дрейка скромно стоял около табачного киоска. Увидев Мейсона, как бы нехотя направился к лифту и вошел в кабину вместе с ним.

— Добрый день, мистер Мейсон, — обратился он к адвокату. — Как дела сегодня с утра?

Мейсон внимательно посмотрел на него.

— Прекрасно. Вы работаете на Дрейка, не так ли?

— Да, иду к нему с рапортом.

Мейсон почувствовал, как чужая рука всовывает ему между пальцами листок бумаги. Сунул руку в карман и сказал:

— Черт побери, куда я подевал номер телефона, по которому должен позвонить?

Он начал демонстративно шарить по карманам и в конце концов вытащил листок, который дал человек Дрейка.

— A-а, вот, — проворчал он и начал читать.

Узнал почерк Деллы: «К. Б. ПРИХОДИЛА, ПОЛУЧИЛА

ЧЕК. У НАС МНОГО ГОСТЕЙ. ЖДУТ».

— Ладно, — сказал Мейсон. — Думаю, еще не поздно. Позвоню из бюро.

Лифт остановился. Детектив молча вошел в агентство Дрейка, а Мейсон пошел дальше по коридору и отпер дверь своего личного кабинета.

— Ну, Делла, — начал он, — кажется, у нас… — Но, якобы внезапно увидев заполнивших комнату людей, воскликнул: — Хэлло!

Лейтенант Трэгг вынул изо рта сигару.

— Хэлло, лейтенант. Как себя чувствуете? Здесь что, проводится собрание?

— Да, — ответил Трэгг. — С Люсиль Бартон и Артуром Колсоном вы уже знакомы. А это один из моих сотрудников. Садитесь, Мейсон. Нужно поговорить.

— Прекрасно, — согласился Мейсон. — Что слышно, Трэгг?

— Усаживайтесь поудобнее, — предложил тот, — беседа, пожалуй, затянется. Предупреждаю, она, может быть, придется вам не по нутру.

Мейсон улыбнулся Люсиль Бартон, которая выглядела так, будто ночь не Спала.

— Как себя чувствуете, Люсиль? Если судить по тому, что пишут газеты, у вас был шок?

— Да, — ответила она, не глядя на адвоката.

— А как вы сегодня себя чувствуете? — обратился Мейсон к Артуру Колсону.

— Хорошо, — ответил тот, не отрывая глаз от ковра.

— Где вы были вчера около шести вечера? — спросил Трэгг.

Мейсон улыбнулся, качнул головой и ответил:

— Сразу не припомнить, Трэгг.

— Пожалуйста, подумайте.

— Хорошо.

— И поинтенсивнее.

— Сколько можно думать? — спросил Мейсон.

— Пока не вспомните.

Мейсон нахмурился, уселся за стол, перехватил полный страха взгляд Деллы.

— Так что же? — спросил Трэгг через две минуты.

— Еще думаю, — улыбнулся Мейсон.

Лицо Трэгга выразило озабоченность.

— Пожалуйста, выслушайте меня, Мейсон. Вы мне очень симпатичны. Хочу дать вам передохнуть, но обязан кое-что сказать. Речь идет об убийстве, и в данном случае вы совсем в ином положении, чем обычно при таких делах.

— И вправду, — согласился Мейсон. — Пожалуй, возьму сигарету. Вижу, вы курите, мистер Трэгг. Кто еще хочет закурить?

Два человека одновременно покачали отрицательно головами.

— А вы? — спросил Мейсон полицейского в штатском.

— Нет, спасибо.

Мейсон закурил, поудобнее уселся на стуле.

— Хорошо, — сказал Трэгг. — Если вы намерены тянуть время, я подожду, сколько бы это ни продолжалось. — Он вынул из кармана часы. — Ну, Мейсон, спрашиваю опять: где вы были вечером около шести.

Мейсон наблюдал за Трэггом, уставившимся на часы.

— Не могу сказать, Трэгг.

— Подумайте, подумайте.

— Я знаю, где был, — ответил Мейсон, — но сказать не могу.

— Почему?

— Это было бы нарушением профессиональной тайны.

— Кого из клиентов вы имеете в виду?

Мейсон, улыбаясь, покачал головой.

— Есть дела, которые я не вправе обсуждать даже с вами, лейтенант. У адвоката определенные обязательства по отношению к клиенту.

Раздраженный Трэгг спрятал часы со словами:

— Вчера вы интересовались одним револьвером. Это «смит-и-вессон» номер S65088.

— Интересовался? Я?

— Вы это прекрасно знаете. Послали детектива из Санта-дель-Барра к Хэнсому, владельцу «Рашинг-Крик меркантайл компани», чтобы выпытать, кто купил этот револьвер.

— Ну, что же, лейтенант, — сказал Мейсон, — если вы это утверждаете, я не стану противоречить.

— Я сам несколько позже интересовался этим револьвером. Вечером позвонил телефонистке в Рашинг-Крик и попросил соединить с Роско Хэнсомом. Когда она подняла его с постели, оказалось, что ваш человек уже побывал у него, узнал, что хотел, и ушел полчаса назад.

— Угу!

— Почему вы интересовались этим револьвером?

— Хотел узнать, кто его купил.

— А для чего?

— Есть причины.

— Совершено убийство. Из этого револьвера вчера около шести застрелен человек. Тело нашли в половине одиннадцатого. Прошу объяснить, мистер Мейсон, откуда еще около шести вы знали, что вещественным доказательством в деле об убийстве станет этот револьвер?

— Этого я совершенно не знал! — с изумлением на лице запротестовал Мейсон.

— Ваш человек должен был еще до девяти выехать из Санта-дель-Барра.

— О, наверняка даже раньше, — согласился Мейсон. — Если бы я интересовался этим револьвером, а теперь я не могу в этом признаться, то это было бы связано с гражданским делом* где бы он фигурировал как доказательство. Я понятия не имел, что из него застрелили человека.

— Ну как же! Конечно же нет! — сыронизировал Трэгг. — И все-таки по какой причине вы им интересовались?

— Простите, но этого я не могу сказать.

Трэгг озабоченно посмотрел на Мейсона,

— Дело куда серьезнее, чем вы думаете, Мейсон. Я еще не все карты раскрыл. Для вас будет лучше, если скажете все, что знаете.

— Хорошо, я отвечу на ваши вопросы, если смогу.

— Когда вы познакомились с Люсиль Бартон?

— Вчера, — немедля ответил Мейсон.

— Она обратилась к вам или вы к ней?

— Очень рад, что вы начали задавать вопросы, на которые я могу отвечать. Делла, где номер, «Блейд»? Тот, с моим объявлением?

Делла Стрит встала, выдвинула ящик шкафа, достала папку и подала Мейсону копию объявления в «Блейд».

— Передай лейтенанту Трэггу, — велел Мейсон.

Трэгг прочел объявление, наморщил лоб и спросил:

— Что общего это имеет с делом?

— Достань из сейфа письмо, Делла, — попросил Мейсон, — то, адресованное Детективному агентству Дрейка, в котором был переслан ключ.

— Ключ? — воскликнул Трэгг.

— Ключ! — эхом отозвалась Люсиль Бартон.

— Да, ключ, — улыбаясь, повторил Мейсон. — Ключ для открывания двери.

Делла Стрит принесла письмо.,

— Передай лейтенанту, Делла.

Лейтенант Трэгг взял письмо, прочитал его и нахмурился.

— Можно показать это письмо миссис Бартон, — сказал Мейсон. — Как видите, лейтенант, она сама его написала.

— Дьявольщина. Конечно, — подтвердил Трэгг, жуя сигару.

Делла Стрит подала письмо Люсиль Бартон. Она прочитала и передала Артуру Колсону.

— Что вы сделали, получив письмо? — спросил Трэгг. — Подождали до двух, когда ее не будет дома, и пошли туда…

— Не говорите глупостей, лейтенант, — прервал Мейсон. — Вы, надеюсь, не думаете, что я открою дверь и войду в чью-нибудь квартиру без разрешения? Я сразу же с утра отправился туда, постучал, позвонил. Оказалось, пришел в неподходящее время. Несмотря на это, миссис Бартон пригласила меня в квартиру и попросила подождать, а сама пошла в спальню одеться. Когда вернулась, мы очень мило побеседовали, и тогда, — сказал Мейсон, значительно глядя на Люсиль Бартон, — между нами установились деловые отношения адвоката и клиента. Она попросила представлять ее интересы в одном деле.

— Ох! — воскликнула Люсиль Бартон.

— Значит, вы — адвокат миссис Бартон?

— Да, — отвечал Мейсон. — Думаю, она предпочитает выступать как «мисс Бартон».

— В каком деле?

Мейсон улыбнулся и протестующе покачал головой.

— Ваши действия вчера, Мейсон, имеют особый отпечаток, — заметил Трэгг.

— Разве? Я не нахожу, лейтенант.

— Вы были вчера очень заняты, так?

— Да, достаточно. Я всегда занят.

— Поехали на Вест-Казино-бульвар, 938, встретились со Стивеном Аргайлом и обвинили его в столкновении и бегстве с места происшествия?

— Я лишь допустил, что его машина могла быть причиной аварии.

— Вы застали там Хартвелла Питкина?

— Шофера Аргайла?

— Да.

Он там был.

— Когда вы впервые увидели этот «смит-и-вессон» номер S65088 и почему вы им заинтересовались?

— Мне очень неприятно, лейтенант. До сих пор мы хорошо беседовали, но теперь вы спрашиваете меня о том, чего я не могу открыть.

— Почему?

— Профессиональная тайна.

— Кто-то соскреб напильником номера с револьвера, но проглядел один, внутри рукоятки. Достаточно отвернуть винт, чтобы его увидеть. Над номерами явно трудились не так давно.

— Да? — вежливо поинтересовался Мейсон.

— Когда вы начали наводить справки, откуда вам стал известен номер этого револьвера?

Мейсон молча улыбнулся и покачал толовой.

— Это было до манипуляции с номерами или после?

— Мне очень жаль, — пожал плечами Мейсон.

— Должно было быть до того, Мейсон, потому что со дня выхода с завода винт не отвинчивали. Я думаю, не сами ли вы содрали номер.

Мейсон улыбнулся и показал, — что удерживает зевок.

Трэгг кивнул полицейскому.

— Приведите свидетеля.

Полицейский направился в приемную. Трэгг продолжал:

— Я открою карты. Вчера около шести вы стояли перед гаражом мисс Бартон на Саут-Гондола, 719. Когда в нем раздался выстрел, вы попытались это скрыть. У меня есть свидетель, который это подтвердит.

Мейсон стряхнул пепел с папиросы в пепельницу.

— Уверен, такового нет.

— Он уже опознал Люсиль Бартон.

Прежде чем Мейсон успел что-нибудь сказать, полицейский открыл дверь и отошел в сторону, пропуская высокого мужчину с продолговатым лицом, выступающими скулами, узкими губами и длинной шеей. Он будто извинялся за свое вторжение.

Трэгг показал на Перри Мейсона и спросил:

— Это тот мужчина?

— Не знаю. Не могу сказать, пока он не встанет, — сказал свидетель. — Его лица как следует на разглядел.

— Я — Перри Мейсон, а вас как зовут? — представился, улыбаясь, Мейсон.

— Гошен, — ответил мужчина. — Карл Эверт Гошен. Живу неподалеку от места, где совершено преступление, и…

— Оставим это, — прервал Трэгг. — Хочу знать одно — тот ли это мужчина?

— Не могу сказать, пока он не встанет и не пройдется.

— Встаньте, пожалуйста, — обратился Трэгг к Мейсону.

Мейсон улыбнулся. „

— Лейтенант, что за методы? Чтобы опознание было сколько-нибудь весомым, вы обязаны поставить меня в ряд с другими.

— Я должен прежде всего вас арестовать, а потом уже ставить в ряд. Но не горю желанием арестовывать, пока нет оснований. Однако если свидетель опознает, основания появятся.

— Вы, я вижу, собираетесь, делать все шиворот-навыворот. ставить телегу перед лошадью, — заметил Мейсон.

—. Не беспокойтесь, — отрезал Трэгг, — именно этим и займусь.

— И правда, займитесь.

— Встаньте, пожалуйста, — настаивал Трэгг. — Если вы не виновны, бояться нечего.

Мейсон откинулся на спинку стула и улыбнулся Трэггу.

— Как он был одет? — г- спросил Трэгг у Гошена.

— Я уже говорил. Светлый плащ… светло-коричневый… и серая шляпа,

Трэгг обернулся к полицейскому.

— Вынь из того шкафа плащ, — почти крикнул Трэгг.

Полицейский достал тяжелое черное одеяние, которого Мейсон перед этим никогда не видел.

— Вынь светло-коричневый, — приказал Трэгг.

— Там только этот, лейтенант.

Мейсон быстро посмотрел на Деллу. Она выглядела невинным ангелом.

' — Это не тот плащ, — решительно сказал Гошен.

Трэгг подозрительно посмотрел на Мейсона.

-^Откуда вы его вытрясли?'

— Это не я, это вы.

— Как вы напали на след Стивена Аргайла? Как узнали, что его машина связана с аварией?

Ме: йсон улыбнулся и покачал головой.

— Ваши вопросы основаны на ложных- предположениях, лейтенант. Мне очень неприятно, но машина Аргайла не имеет отношения к аварии.

— Я думал, что…

— Вначале я тоже так думал, — с улыбкой ответил Мейсон. — Знаете, как это бывает. Человеку часто кажется, что собраны все доказательства, и он начинает выступать с обвинениями и самыми невероятными утверждениями, а потом вдруг оказывается, естественно, к его огромному разочарованию, что вдействительнос-ти все произошло совсем иначе и…

— Не об этом речь, — прервал Трэгг, — я хочу знать, откуда у вас сведения; зачем пошли к нему и сказали, что его машина была причиной аварии. Каким образом вы об этом узнали?

' — Правду сказать, лейтенант, в аварии виноват другой. Его зовут Дэниел Каффи, живет на Бичнот-стрит, 1017, квартира 22-Б. Я вчера с ним виделся и должен с удовольствием сообщить, что мистер Каффи не сразу осознал серьезность происшедшего. Когда узнал, что мой клиент ранен, сразу же предложил компенсацию.

— Какую компенсацию?

— Заплатил деньги.

—'Когда?

— Частью вчера, частью сегодня утром.

— Черт возьми, — выдавил Трэгг.

— Естественно, я не хотел бы разглашать это, лейтенант. Я только пытаюсь помочь вам привести в порядок информацию по этому делу. Если я хорошо понял, этот Питкин совершил самоубийство в гараже мисс Бартон.

— Его убили в гараже мисс Бартон.

Мейсон прищелкнул языком, что должно было выражать изумление.

Трэгг продолжал:

— Вчера между пятью и шестью вас в бюро^-не было. Делла Стрит приехала на такси. Стивен Аргайл ждал вас тут, а его шофер внизу. После пяти Аргайл спустился, велел шоферу ехать домой, а сам вернулся и сидел почти до шести. Потом позвонил своему страховому агенту и договорился с ним встретиться здесь, около дома. Он может подтвердить, что вас в бюро не было.

— Я редко бываю на работе после пяти, — объяснил Мейсон… — Обычно стараюсь закончить работу раньше. Конечно, иногда остаюсь вечером, но клиентов в это время никогда не принимаю, чтобы не было дурного прецедента и…

— А вы и не могли быть здесь, потому что поехали к Люсиль Бартон, — прервал Трэгг. — Вы были там, когда Питкин вошел в гараж. Во всяком случае, пришли вскоре после него. Послушайте, Мейсон, я откровенно скажу, что думаю. Есть веские доказательства, что Питкин шел не с добром. Быть'может, он напал на вас или на мисс Бартон. У одного из вас был револьвер, и этот револьвер выстрелил. Таким образом кончилась карьера Хартвелла Питкина. Должен признать, что он не был образцом добродетели. Шантажист и мошенник.

Если он там, в гараже, кого-то поджидал, то, наверное, с каким-то злым умыслом. И поэтому хочу дать вам шанс для защиты. Если вы не откроете мне сейчас, как было дело, придется рассказать суду. Хочу, чтоб вы хорошо меня поняли. Если это была самозащита, то я готов к снисхождению. Но хочу это выяснить до конца, и поскорее.

— Понимаю вас, лейтенант, — сказал Мейсон. — Знаю, что вы хотите быть беспристрастным.

— Кроме того, — настаивал Трэгг, — Люсиль Бартон призналась, что была с вами.

— В самом деле?

— Да. Сначала утверждала, что была с Анитой Джордан. Анита должна была обеспечить ей алиби на весь вечер. Но когда мы стали выяснять подробности, от алиби ничего не осталось.

Люсиль Бартон поспешила вмешаться:

— Я не говорила, что была с мистером Мейсоном в шесть часов. Во-первых, я сказала, что виделась с ним до того, как встретилась с Анитой, и…

— Сейчас говорю я, — прервал Трэгг.

— Лейтенант не хочет, чтобы вы что-нибудь выболтали, — обратился к ней Мейсон. — Поэтому я, как ваш адвокат, настоятельно советую молчать.

— Ничего не получится, — сказал Трэгг Мейсону. — Я разговариваю с вами.

— А я со своей клиенткой, лейтенант.

— Когда вы вчера встретились с миссис Бартон?

— Я уже говорил. Утром.

— А потом?

— Не могу припомнить.

— Но вы виделись с ней второй раз?

— О да.

— Не будем играть в прятки, Мейсон. Мне нужны отпечатки ваших пальцев.

— Пожалуйста, — согласился Мейсон. — Я в самом деле хочу помочь вам в меру своих возможностей. Только поймите, не могу обмануть доверия своей клиентки.

Трэгг кивнул полицейскому, который, вынув из кармана небольшой ящичек, подошел к столу.

— Прошу встать.

— Могу и сидя, — улыбнулся Мейсон, протягивая полицейскому руку.

— Это не тот человек, — внезапно произнес Гошен. — Тот был не очень крепкого сложения и…

— Пожалуйста, выйдите на минуту, — вмешался Трэгг. — Вы должны увидеть его в плаще стоящим и идущим. Сейчас, когда он сидит за столом, опознать не сумеете.

— Предупреждаю, лейтенант, что, если вы собираетесь предъявить меня для опознания, следует придерживаться правил.

Гошен'встал, не зная толком, что делать. Наконец вышел в приемную.

— Можете упрямиться, мистер Мейсон, и создавать затруднения короткое или долгое время. Я хотел закончить дело побыстрее, но придется повозиться.

— Вполне логично, — отозвался Мейсон. — Куда нужно приложить пальцы? К клочку бумаги? О, я знаю, нужно каждый палец.

Люсиль Бартон, не отрываясь, смотрела на адвоката. Артур Колсон тоже взглянул на него, но быстро отвернулся.

Молчаливый полицейский взял отпечатки пальцев у Мейсона.

— Теперь следует вымыть руки, — сказал Трэгг.

Мейсон улыбнулся.

— Нет, благодарю. Ваш свидетель может внезапно войти. Делла, принеси сюда бумажную салфетку, хочу стереть чернила. Нет смысла пачкать раковину.

— Что ж, сидите, если вам так нравится, — заметил Трэгг. — Но вечно ведь вы сидеть не можете. Понадобится куда-нибудь выйти, и свидетель увидит вас идущим по коридору. Постараюсь, чтобы он смог осмотреть вас с разных сторон, а если отпечатки пальцев подтвердят то, о чем я думаю, мы пригласим вас в зал опознаний.

Делла подала Мейсону коробку с бумажными салфетками и баночку крема.

— Кремом легче оттереть, шеф.

— Спасибо.

Полицейский подал Трэггу лист с отпечатками пальцев Мейсона. Тот вынул из кармана фотоснимок, сравнил. И не смог удержать довольного восклицания. Вынув лупу, начал более тщательно изучать отпечатки и фотоснимок.

— Мейсон, — сказал он, — на револьвере отпечаток вашего пальца.

— В самом деле?

— Как вы это объясните?

— Никак.

— Мейсон, теперь я вынужден действовать только как полицейский. Из этого револьвера застрелен Хартвелл Питкин. Могу утверждать, что на нем отдечаток вашего пальца. Что скажете?

— Ничего, — ответил Мейсон. — Я не могу обмануть доверия моей клиентки.

— А что общего между доверием и объяснением, каким образом отпечаток вашего пальца оказался на оружии, которым совершено убийство.

— У меня иное мнение, — ответил Мейсон. — Однако, Делла, лейтенант ничего не спросил о втором письме. Мисс Бартон о нем не сказала, потому что не знала. Она написала первое письмо, но второе должен был написать кто-то другой и без ее ведома.

— О каком письме речь? — спросил Трэгг.

— Делла, принеси второе письмо, где был ключик от секретера.

Делла Стрит еще раз подошла к шкафу с документами, достала второе письмо и подала его Трэггу.

— Его принес посыльный, — пояснил Мейсон.

Трэгг прочел письмо и зловеще спросил:

— И в этом письме был ключ?

— Да, — подтвердил Мейсон, — ключик от секретера.

— Где он?

— Оба ключа у меня, лейтенант. Хотите на них взглянуть?

Трэгг взял ключи и посмотрел на них внимательно.

— Теперь понимаете? — спросил Мейсон. — Я подумал, мисс Бартон хотела, чтобы я сам нашел доказательство. Не желала брать на себя ответственность и передать мне лично. Поэтому, когда она вчера днем пришла ко мне в бюро с присутствующим здесь Артуром Колсоном, я воспользовался случаем, чтобы войти в ее квартиру и открыть секретер. Ключ подошел прекрасно, и в правом верхнем ящике я нашел блокнотик и револьвер. Лейтенант, если вы отыщете человека, написавшего второе письмо, вы здорово продвинетесь в поисках убийцы Питкина. Конечно, если ваши предположения верны и он в самом деле убит.

— Дьявольщина, — сказал Трэгг, — раз вы вошли в квартиру и что-то там Делали, я могу…

Мейсон резко прервал его:

— Нет, нет, лейтенант. Вы снова все ставите вверх ногами. Я не вошел в квартиру без разрешения. Люсиль ’'зртон написала первое письмо и прислала мне ключ. Это Зыло явное разрешение войти. Но то, второе письмо, лейтенант, было западней.

— Этот револьвер был там, когда вы открыли ящик? — спросил Трэгг.

— Могу сказать только одно, лейтенант: там был какой-то револьвер. Теперь^- понимаете, что это значит. Секретер был заперт. У кого-то второй ключ, и этот кто-то приедал его мне. Поскольку мисс Бартон была у меня в бюро, а револьвер лежал в ее квартире, она не могла иметь его при себе. Это очевидно. Поркольку отпечатков ее пальцев на револьвере не нашли, вы не докажете; что это ее оружие. Больше я ничего не могу доложить. Я кое-что подсказал. Думаю, и так зашел слишком далеко.

Лейтенант Трэгг резко повернулся к полицейскому.

— Уведите Колсона и Бартон. Он разговаривает не со мной. Только притворяется, что говорит мне, а на самом деле инструктирует этих двоих.

Полицейский быстро поднялся.

— Пройдемте, — обратился он к ним.

Мейсон сказал Л {осиль:

— При данных обстоятельствах рекомендую абсолютно ничего не говорить. Вследствие враждебного отношения полиции отказывайтесь отвечать на любые вопросы. Это мой совет как вашего адвоката.

— Совет адвоката! — воскликнул Трэгг. — Минуточку! Вы что, будете защищать ее по делу об убийстве?

— Разве она обвиняется в убийстве?

— Возможно.

— Я уже сказал. Вчера, когда я был у нее, миссис Бартон пригласила меня взять на себя одно дело,

— Какое?

— Этого я не могу сказать.

Трэгг обернулся к Люсиль Бартон.

— Вы об этом не говорили.

— Потому что не спрашивали, — уклончиво ответила она.

— Для какого дела вы его пригласили?

— Тсс, тсс, Люсиль, — предостерегающе поднял палец Мейсон. — Прошу помнить: ни слова.

Она взглянула на Трэгга и с облегчением вздохнула:

— Вы слышали, что сказал мой адвокат?

— Уведите их, — приказал Трэгг полицейскому.

Пока Бартон и Колсон уходили, он со злостью жевал сигару. Потом чиркнул о подметку спичкой и снова зажег сигару и обратился к адвокату:

— Мейсон, я предпочел бы не втягивать вас в это дело.

— Спасибо.

— Но боюсь, буду вынужден, поскольку сами напрашиваетесь.

— Да, понимаю.

— Можете себе представить, как это будет выглядеть в газетах? «ОТПЕЧАТОК ПАЛЬЦА АДВОКАТА НА ОРУЖИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ».

— Считаете, эту информацию следует передать в газеты?

— Буду вынужден.

— Получится прекрасный заголовок.

— Потом появится другой: «АДВОКАТ ОТКАЗЫВАЕТСЯ ДАВАТЬ ПОКАЗАНИЯ».

— Воображаю, какая получится сенсация.

— Черт побери, Мейсон, — сказал Трэгг, — мы по разные стороны баррикады, но я не хочу вас уничтожать. Не уверен, что, когда Гошен смотрел на гараж, с ней были вы. Если и так, думаю, это она затянула вас туда, чтобы показать нечто, о чем вы не имели ни малейшего представления. Если можете это объяснить, ради Бога, начните говорить.

— Погодите немного, лейтенант. Допустим, что так и было. Освобождает ли это меня от ответственности? — спросил Мейсон.

— Не могу ответить определенно и окончательно, — сказал Трэгг.

— Тогда ответьте неопределенно и неокончательно.

— Очень важно знать время смерти, — ответил лейтенант. — В настоящее время мы. можем определить его с точностью до часа. Если б нам сообщили, скажем, что убийство произошло около шести, точность возросла бы до минуты. Вы обязаны были сообщить в полицию.

— Понимаю.

— Значит, вы должны сами расхлебывать кашу, которую заварили. Скажите теперь, в шесть часов, когда вас туда вызвали, тело уже было в гараже?

— Я уже сказал, лейтенант, не могу открыть, где был около шести..

— Если это Каффи ударился об автомобиль Финчли, каким образом вы вытянули возмещение у Стивена Ар-гайла?

— Я ничего не вытягивал.

— Он вчера вечером договорился с Финчли.

Верно.

— Это я выяснил точно, — сказал Трэгг, — потому что мне надо было установить, где он был вчера после полудня и вечером.

— И вам это удалось?

— Да. Дома. Вы пришли, обвинили его в аварии и бегстве. Он, естественно, не хотел и слышать об этом.

— Разумеется, не хотел.

— Вскоре после вашего ухода Аргайл все продумал и решил заплатить. Он поехал в ваше бюро. Приказал шоферу ждать внизу. Потом, когда ожидание затянулось, спустился и вспомнил, что в этот вечер Питкин должен был быть свободен, и разрешил ему уехать. Машину велел поставить в гараж.

— Ага.

— Аргайл ждал вас до шести, потом позвонил своему страховому агенту и рассказал, где он и почему. Тот испугался, посоветовал держаться от вас подальше и ни в коем случае не общаться с вами. Пообещал тотчас же приехать и попросил Аргайла подождать в холле. Продавщица в табачной лавке прекрасно его запомнила. Через пять — десять минут пришел агент, и они уехали.

Присматриваясь к Мейсону, Трэгг прибавил.

— Если Аргайл не был виновником случившегося, он сам и его страховая компания, конечно, потребуют вернуть деньги.

— Скорее всего.

Трэгг быстро глянул на Мейсона.,

— Вы ничего не говорили о возврате денег.

— Не говорил, потому что не намерен их возвращать.

— Что?]

— Собираюсь их задержать.

— Послушайте, Мейсон, почему бы вам не выложить все начистоту?

— Да мало ли почему. А вдруг что-то не так?

— Что-то не так, Мейсон, и сейчас. Когда эта женщина пришла сюда, она не знала, что вы ее адвокат.

— Что вы говорите? Неужели не 'знала? — с притворным удивлением воскликнул Мейсон-.

— Если расскажете все, что знаете, я в лепешку-рас-шибусь, чтобы вас не тронули ни пресса, ни наше управление.

— И окружной прокурор тоже?

— И окруж'ной прокурор тоже, — подтвердил Трэгг не совсем уверенно.

Мейсон улыбнулся.

— Вы так же хорошо, как и я, знаете, Трэгг, что, если бы что-нибудь смогли найти против меня, окружной прокурор принял бы вас. с распростертыми объятиями. Дело Люсиль Бартон сразу поблекло бы и стало второстепенным.

— Думаете, это изменило бы его отношение к вам? — спросил Трэгг. — Вы й так у него в печенках сидите. Теперь же он может потребовать для вас максимальный срок.

— Ну и пусть, промахнулся бы. А я так или эдак, но до цели дойду невредимым. Можете передать ему.

— Вы забыли, что на револьвере отпечаток вашего пальца. У меня заключение эксперта по баллистике. Несомненно, Питкин застрелен из этого оружия.

— В самом деле?

— Я дал вам шанс, Мейсон, — сказал Трэгг, вставая.

— Конечно, — ответил Мейсон. — Простите, что не встаю, но Гошен может вбежать и ткнуть в меня пальцем. Мне не хочется быть опознанным таким образом.

Пускай все произойдет как положено. У свидетеля должен быть какой-то выбор.

— Не глупите, Мейсон. Вы не можете вечно так сидеть. Когда-нибудь удастся вас опознать, и ваши нелепые выкрутасы будут выглядеть еще глупее.

Трэгг вышел с гордо поднятой головой. Мейсон и Делла переглянулись.

— Бог мой, Делла, именно этот револьвер был орудием преступления!

Она молча кивнула.

— Я был уверен, экспертиза покажет-, что пуля выпущена из другого и… А где ты раздобыла этот плащ?

— Это Пола Дрейка, — тихо сказала она. — Герти подслушала их разговор в приемной. Ну, а я про? скользнула к Дрейку, взяла его плащ, а ваш оставила у него.

Мейсон улыбнулся.

— Дрейк знал зачем?

— Не задал ни одного вопроса. Считает: лучше ничего не знать.

— Прибавь себе зарплату на сто долларов в месяц и подойди к столу. Я не могу еще встать. Трэгг способен в любую минуту ввалиться со своим лупоглазым свидетелем.