В машине Делла сказала:

— Сейчас уже довольно поздно, так что приличный ресторан можно найти только на Побережье.

— Ты совершенно права, — сказал Мейсон. — Мне кажется, что мы далеко опередили полицию в расследовании этого дела, и я намерен сохранить это преимущество. Но перекусить все-таки надо.

Дрейк облизнулся:

— Вот это мне по душе. А то вы с Деллой обычно сибаритствуете в ресторане, наслаждаясь винами и изысканными блюдами, а я торчу в конторе с сандвичем в одной руке и трубкой — в другой. Еду приносят из соседнего ресторана, что в квартале от нашего здания, и даже если попросить горячие бифштексы, то, пока их донесут, они успевают остыть: какое-то время я его еще жую, но скоро он окончательно превращается в подошву, и я его выбрасываю. Через час я уже пью соду, а ночью просыпаюсь от голода. Но сегодня я пирую — фирма платит.

Дрейк откинулся на спинку сиденья, и на его лице заиграла блаженная улыбка.

— Может быть, поедем в «Золотое руно»? — Мейсон обратился к Делле, поскольку у Дрейка был мечтательно-отрешенный вид.

— Отлично, шеф!

— Это всего лишь в пяти минутах езды отсюда, — продолжал Мейсон.

— А что потом?

— Видимо, ничего особенного. Ночью мы все равно ничего не сможем предпринять. А завтра, если удастся, попробую сразиться с полицией. Потребую, чтобы Глэдис или предъявили официальное обвинение, или отпустили ее. Для первого у них не хватит доказательств. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Мейсон подрулил к ресторану и поручил м. ашину заботам служащего стоянки. Метрдотель почтительно и приветливо Поклонился гостям.

— Столик на троих найдется? — спросил адвокат с улыбкой.

— Столик для Перри Мейсона найдется в любое время.

Он усадил их неподалеку от танцевальной площадки,

подозвал официанта и распорядился обслужить по высшему разряду.

— Начнем с аперитива?

Мейсон взглянул на Деллу, кивнул и произнес:

— Для леди — «Манхэттен»… А ты что будешь, Пол? А мне — «Баккарди», — сказал Мейсон после того, как Дрейк заказал двойной «Манхэттен». — И сразу же несите меню.

— Одну минуточку, — вмешался Дрейк. — У меня какое-то нехорошее предчувствие. Я предпочел бы сделать заказ прямо сейчас. В конце концов, на особые деликатесы я не рассчитываю, да и вы с Деллой изрядно проголодались, так что не будем терять время. Слава Богу, если вообще удастся поесть.

Мейсон задумчиво посмотрел на Деллу.

— Официант, подождите минуточку. Ну, Пол, позвони в свою контору, сообщи им, где ты находишься, и узнай, нет ли каких новостей.

Дрейк в свою очередь повернулся к официанту:

— Подождите здесь, я сейчас вернусь, и мы сразу сделаем заказ.

Дрейк скрылся в телефонной будке, и официант обратился к Мейсону:

— Я схожу за меню. Может быть, сразу же принести напитки?

— Подождите до его возвращения. А меню принесите.

— Бедняге Полу просто не верится, что он может отдохнуть и насладиться хорошим ужином…

— Послушай, Делла, а ты не хочешь тоже двойной «Манхэттен»?

— Право, не знаю, — нерешительно ответила она. — Нет, нет, шеф, мне как обычно. Это Полу нужно выпить чего-нибудь покрепче, он и правда переутомился.

Официант принес меню. Мейсон начал его внимательно изучать. Делла тоже пробежала глазами названия порционных блюд, высказывая свои пожелания, после чего взглянула в сторону телефонной будки:

— Ох, шеф! Посмотрите-ка на Пола!

Дрейк уже подходил к их столу.

— Что, есть новости? — спросил Мейсон.

— Угу… Только мне не хочется об этом говорить, Перри, потому что.¹., словом, не зря у меня было предчувствие.

— Выкладывай!

— Ты просил меня отыскать людей, так или иначе связанных с этим делом, поэтому я направил одного из своих ребят в «Саммит-Инн», чтобы узнать, когда приехала и когда уехала Глэдис Дойл. Кроме того, я поручил ему связаться с киностудией, узнать адрес Эдгара Карлайла и поговорить с ним.

Мейсон кивнул:

— Дальше?

— Так вот, никакого Эдгара Карлайла они не знают.

— Что они сказали?

— Сказали, что в рекламном отделе человека с такой фамилией нет и не было. — Более того, отдел рекламы сообщил, что они уже давно потеряли надежду сговориться с мисс Мид. Она продала право на экранизацию своего романа за кругленькую сумму; ну, а что касается сотрудничества, то тут у компании и у мисс Мовис Мид взгляды не совпадают. Компания, конечно, понимает, что реклама кинофильма способствует распродаже книги мисс Мид, но писательница не желает участвовать в расходах на рекламу, отговорившись тем, что не получает доходов от проката фильма. В конечном счете студия решила, что мисс Мид должна быть более заинтересована в них, чем они в ней, и перестала добиваться с ней встреч.

Мейсон заметил:

— Ты бы присел, Пол, я сделал заказ.

Но Дрейк, не обращая внимания на его слова, продолжал объяснять, так и не присев:

— В агентстве ждали моего звонка. Дело в следующем, Перри: как только мой парень узнал, что в отделе рекламы такой человек не значится, он отправился в «Саммит-Инн», чтобы узнать, что это за птица. Ему сказали, что Эдгар. Карлайл заправлял свою машину и расплатился чеком. По этому чеку мы узнали, что он живет в Лос-Анджелесе.

— Тдс? — быстро спросил Мейсон.

— Депроуз-авеню, 1632.

— Всего в полумиле отсюда? — заметил адвокат, отодвигая стул от стола,

— Вот именно этого я и опасался! — воскликнул Дрейк, жалобно глядя на Деллу.

— Мы еще вернемся, — предупредил Мейсон официанта, — минут через сорок пять. Никого не' сажайте за этот столик,

— Может, хотя бы выпьем коктейли? — взмолилась Делла.

— А потом будем дышать винными парами в лицо нашему свидетелю? Кстати, неизвестно еще, какую роль играет этот человек в данной истории. Если он не связан с киностудией, значит, это был всего лишь предлог, чтобы встретиться… Ну, ладно, там будет видно!

— Не завидую я этому малому!

— Да уж! Ведь если подумать, то, возможно, он заинтересует нас не только как свидетель, но и как подозреваемый. Поэтому нам необходимо, во-первых, опередить полицию, а во-вторых, вином от нас пахнуть не должно. Едем!

Они вышли из ресторана, сели в машину и поехали в полном молчании.

Наконец Пол заговорил:

— Это здесь, Перри. На' этот раз нам все-таки повезло. Рядом с домом есть место для парковки.

Мейсон подрулил к дому. Отыскав на табличке нужную фамилию, он нажал звонок. Дрейк вздохнул:

— Один против ста, что его нет дома.

Мейсон кивнул, но позвонил вторично.

Поскольку на звонок снова не последовало ответа, Пол Дрейк достал из кармана связку ключей:

— По-моему, к этой двери подойдет любой. Если хочешь, Перри, я попробую.

— Подожди, Пол! За подобные действия, если фортуна повернется к нам спиной, лейтенант Трэгг строго спросит. Давай-ка сначала попробуем позвонить в три-четыре другие квартиры, а потом извинимся за ошибку.

Мейсон поочередно нажал на несколько кнопок, и наконец кто-то из жильцов дома включил автоматическое устройство, открывающее входную дверь.

Они вошли в нижний холл.

— Что теперь?

— Теперь мы поднимемся на лифте этажом выше, чем требуется, а потом спустимся к его квартире — на тот случай, если кто-то из жильцов выглянет на наш звонок.

— К чему эти штучки? — запротестовал Дрейк.

— Ты всегда действуешь опрометчиво, — ответил Мейсон. — А я всегда придерживаюсь золотого правила, что излишняя осторожность не помешает. Поехали.

Они поднялись в лифте на один этаж выше, а потом по лестнице пошли вниз.

Внезапно одна из дверей отворилась. Красивая блондинка в шелковом халате взглянула на них, улыбнулась Мейсону и сказала:

— Это вы звонили ко мне?

— Простите меня, ради Бога! Я по ошибке нажал на кнопку вашего звонка и понял свою оплошность, когда уже было поздно.

— Ах, вот оно что! — разочарованно протянула она. И после секундного молчания еще раз переспросила: — Значит, вы ошиблись?

— Да, ошиблись, — сухо сказала Делла.

Блондинка неохотно закрыла дверь.

Они пошли дальше по коридору.

— Будем надеяться, что ей не придется нас опознавать, — сказал Дрейк.

— Да, но… — начал было адвокат и тут, же закричал: — Смотри-ка, Пол, а ведь в двести сорок второй горит свет! Видишь, под дверью?

— Ты хочешь сказать, что он дома и не открывает? А вдруг мы нарвемся еще на один труп?

— Типун тебе на язык!

Все трое с величайшей осторожностью приблизились к двери. Внутри кто-то стучал на пишущей машинке. На какое-то время стук затих, потом возобновился.

Мейсон взглянул на Деллу:

— Что скажешь?

— Работает не профессионал, не вслепую, всего двумя пальцами, но печатает быстро.

Мейсон кивнул, на мгновение задумался, затем легонько постучал в дверь. Через несколько секунд постучал снова, на этот раз уже посильнее. Стрекотание машинки прекратилось. Воспользовавшись этим, Мейсон постучал в третий раз. Наконец послышались шаги. Дверь распахнулась, и на пороге показался человек. Лицо его выражало крайнее недовольство.

— Что вам нужно, черт возьми? — набросился он на них. — Раз я не отвечаю на звонки, значит, не желаю, чтобы меня беспокоили!

— Вы Эдгар Карлайл? — спросил у него Мейсон.

— Да, и я занят… Прошу меня извинить.

Оц собрался было закрыть дверь, но Дрейк придержал её плечом.

— Подождите минутку, приятель, — сказал он, вынимая из кармана свое удостоверение частного детектива, и показал его хозяину квартиры.

— Что это значит? — недовольно спросил тот.

— У нас есть к вам кое-какие вопросы.

— Ничего не выйдет, — решительно запротестовал Карлайл. — Я слишком занят, чтобы терять время, отвечая на ваши вопросы. Приходите, когда я закончу работу.

— Д когда вы собираетесь ее закончить? — спросил Мейсон.

— Думаю, что к половине первого управлюсь.

— В таком случае гарантирую вам, что вы ее не закончите, покачал головой Мейсон. — Полиция явится сюда гораздо раньше.

— Полиция? О чем вы, черт вас возьми?

— Вы слышали б Мовис Мид и об убийстве? — вопросом на вопрос ответил Мейсон.

Карлайл заморгал, словно его. обухом по голове ударили.

— О Мовис Мид и убийстве? — повторил он с оторопелым видом.

— Вы проводили уик-энд в «Саммит-Инн», — пояснил ему Мейсон, — отрекомендовавшись представителем рекламного отдела киностудии. А убийство произошло вчера ночью неподалеку от отеля.

— Кто… Кто вы… черт побери?

— Меня зовут Перри Мейсон, — ответил адвокат. — Это моя секретарша, мисс Стрит. Лицензию мистера Дрейка вы уже видели. Он частный детектив.

Недовольство Карлайла уступило место испугу:

— Хорошо… входите… на пороге стоять бессмысленно.

Мейсон повторил:,

— Так вы выдавали себя за представителя киностудии?

— Это не совсем так..'. Я просто сказал, что мне поручили это дело. И так оно и было, черт подери! К тому же я не извлек никакой выгоды из того, что представился именно так. Спросите любого юриста: нет никакого преступления в том, что мне захотелось отрекомендоваться как-нибудь покрасивей.

— Я сам юрист и далеко не уверен, что ваша позиция так безупречна.

— Я вообще не выдавал себя за кого-нибудь или за что-нибудь. Я сказал, что мне поручили это дело. Это правда. — Карлайл стрельнул глазами в сторону Деллы, смерил ее взглядом с головы до ног и, похоже, сменил гнев на милость. — Хорошо, — вздохнул он, — поскольку вы все равно отвлекли меня от работы и статья уже наверняка не будет написана в срок, мы можем присесть и поговорить.

Мейсон подошел к пишущей машинке и посмотрел на заложенный в нее лист бумаги.

— «Пасифик-коуст-персоналитиз», где это будет напечатано, стоит всего двадцать пять центов, — сказал Карлайл, — и я не люблю, когда мой материал читают да того, как он будет опубликован.

Мейсон-не обратил внимания на его слова и продолжал чтение. Лишь закончив, он сказал:

— Итак, вы пишете статью о Мовис Мид?

— Да, совершенно верно. Я пишу статью о Мовис Мид.

— Вы позвонили ей по телефону и сказали, что являетесь представителем рекламного отдела киностудии?

— Я говорил несколько иначе. Сказал, что мне поручено переговорить с ней по поводу рекламы. А поскольку из ее слов я понял, что она собирается провести уик-энд в. «Саммит-Инн», я договорился встретиться с ней там.

— Она согласилась?

— Да.

— И не приехала?

— Да, не приехала… Прислала свою секретаршу Глэдис Дойл.

— И из разговора с этой девушкой вы почерпнули достаточно материала для своей статьи?

— Совершенно верно.

— А почему вы решили, что «Пасифик» заинтересуется такой статьей?

Карлайл недовольно ответил:

— Потому что я профессиональный. журналист, потому что статья уже заказана, оплачена и должна быть представлена в редакцию завтра к девяти утра. Имя Эдгара Карлайла довольно широко известно читателям. Я пишу для кино й телевидения. А теперь позвольте узнать, зачем вы пришли ко мне и по какому праву задаете мне эти вопросы?

Мейсон ответил:

— Я уже сказал вам, что моя фамилия Мейсон. Я адвокат, и я…

Карлайл кивнул:

— Я слышал^.. Постойте, одну минуточку, — внезапно оживился он. — Но вы тот Перри Мейсон?..

Именно он.

Господи Боже мой! Ну конечно, это вы! Мне следовало бы вас узнать. Я так давно хотел взять у вас интервью, но не знал, как до вас добраться. Не хотите ли прямо сейчас мне его дать?

— В принципе не возражаю, — ответил Мейсон, — и признаю, что как свободный литератор вы не новичок, дело свое знаете. Но лучше расскажите о своей поездке в «Саммит-Инн».

— Зачем?

— Уехав оттуда, мисс Дойл сбилась с пути, машина ее застряла в грязи, а она сама была вынуждена провести ночь в каком-то незнакомом коттедже. Проснувшись утром, она обнаружила в соседней спальне труп. В связи с этим есть основания предполагать, что вы явились орудием в чьих-то руках' и что мисс Мид хотели заманить в ловушку или даже убить.

— Боже мой! Какие ужасы вы рассказываете!

— Итак, вы утверждаете, что работаете по поручению журнала «Пасифик»?

Карлайл кивнул.

— Статья вам заказана?

— Мне поручил ее написать сам мистер Робинс. Он издатель и главный редактор журнала. Моя статья должна быть готова к девяти утра.

— И отослана в журнал?

— Да.

— На адрес «Пасифик-коуст-персоналитиз»?

— Да.

— Вы сами разговаривали с мистером Робинсом? — Да.

— Лично или по телефону?

— По телефону.

— Вы узнаете Робинса в лицо?

— Конечно. Видел его неоднократно, но он вряд ли меня вспомнит. Я встречал его на собраниях в клубе писателей.

— Расскажите подробно, как это произошло.

— Что ж, охотно… Это было в четверг во второй половине дня. Зазвонил телефон. Звонивший отрекомендовался Дайном Робинсом. Он поздравил меня с удачной статьей, опубликованной в «Телевизионных новостях», сказал мне много лестных слов по поводу моего слога и подбора материала. Потом сказал, что статья держит читателя в напряжении от первой строки до последней, потому что в ней очень живо обрисованы характеры героев. Напоследок он предложил мне написать статью и для его журнала. О мисс Мовис Мид…

— Так-так, понятно, — подбодрил его Мейсон. — Что-было дальше?

— Когда я выразил готовность это сделать, он уже официально поручил мне написать статью, сказав, что платит тысячу долларов за три с половиной тысячи строк. Он сказал, что, работая над статьей, я могу считать себя сотрудником журнала. По Мовис Мид говорить этого не стоит, иначе, отвечая на вопросы, она начнет выпендриваться. Я думаю, он был прав. Робинс предложил мне встретиться с ней в «Саммит-Инн», так как ему известно, что она снимает там комнату и, как правило, проводит там уик-энды… Рекомендовал представиться сотрудником рекламного отдела, чтобы получить от «ее необходимую информацию.

Более того, он прямо заявил, что его совершенно не интересует, каким образом я раздобуду эти сведения. Главное, чтобы материал оказался интересным и чтобы в статье чувствовался мой стиль. Он сказал, что остановил свой выбор на Мовис Мид потому, что в ее нашумевшей книге много секса, и это заставляет предполагать, что сама она весьма сексуальная особа, что должно заинтересовать читателей. Он посоветовал озаглавить мою статью «Уик-энд с мисс Мовис Мид» или что-то в этом духе. И если мне удастся изобразить ее как женщину знойную и страстную, не вдаваясь в интимные подробности и детали, то он будет доволен… Его читателей интересует личная жизнь знаменитостей, а не рассуждения об их таланте и даровании, поэтому побольше фраз о пылком темпераменте и женском теле.

— Что вы сделали после этого разговора?

— Во-первых, я сразу же заявил ему, что хочу получить определенную сумму на расходы, на что он ответил, что я могу не беспокоиться. Он спросил, сколько мне нужно, и я сказал, что было бы неплохо, если бы он прислал мне триста пятьдесят долларов — аванс за статью и дорожные расходы, — а мы бы потом рассчитались. Я попросил, чтобы мне в гостинице на всякий случай открыли текущий счет под гарантию «Пасифик».

— Он согласился?

— Да.

— И прислал вам эти деньги?

— Он сказал, что их принесет рассыльный в течение часа, и попросил меня никуда не уходить. Рассыльный действительно вскоре появился.

— С чеком?

— Нет, с наличными. Три купюры по сто долларов и одна пятьдесят.

Мейсон с явным недоверием смотрел на йего.

— Вы считаете, договор так не заключают? — спросил тот, заметив реакцию адвоката. — Мне показалось, он хотел просто подхлестнуть меня, чтобы я не очень долго раскачивался.

— Возможно, возможно… Ну, а что было дальше?

— Я позвонил мисс Мид и… Ну, в общем, сказал, что мне поручено уладить дело с рекламой. Откровенно говоря, обманывать ее мне совсем не хотелось, тем более что мне показалось, что она не слишком поверила.

— Хорошо, дальше?

— Мы договорились о встрече в конце недели в «Саммит-Инн». Когда я был уже там, она позвонила и сказала, что, к сожалению, сама приехать не сможет, но посылает свою секретаршу Глэдис Дойл в качестве доверенного лица, так что я могу сообщить ей решительно все, что считаю необходимым, и что мисс Дойл в свою очередь тоже сообщит все, что мне понадобится.

— Так-так.

— Сперва я страшно рассердился, — продолжал Карлайл, — потому что, сами понимаете, возлагал большие надежды на эту статью. А потом меня внезапно осенило. У мисс Мид уже не раз брали интервью, и я решил подойти к этому вопросу с другой стороны. А что, если

— написать статью «Уик-энд с секретаршей мисс Мид»? Я слышал, что эта Глэдис Дойд тоже лакомый кусочек, и поэтому взял с собой. фотоаппарат и сделал ряд снимков. Надеюсь, что они у меня получились. Пленка еще не проявлена. Я чудесно провел время. Она и вправду оказалась очень милой девушкой. Ну, и потом, она рассказала мне множество интересных вещей, не думая о том, что многого говорить не следовало. Конечно, она не подозревала, что я собираюсь писать статью о ее хозяйке, и поэтому была довольно откровенна.

— Если все, что вы говорите, правда, То это все очень и очень интересно, — заметил Мейсон. — Но если окажется, что вы солгали, значит, вы по уши замешаны в деле об убийстве.

— Все это чистая правда!

— Как я могу проверить?

— Позвоните мистеру Робинсу.

— Хорошо, соедините меня, и я поговорю с ним.

— Правда, я не знаю, где его можно найти в такое время, но я попытаюсь.

Мейсон сказал:

— Мне случается выполнять для Робинса кое-какие поручения… Делла, у тебя, случайно, нет с собой его телефона?

Девушка кивнула, достала из сумочки записную книжку и направилась к телефону. Эдгар Карлайл подошел к ней.

— Это городской, — сказал он. — Присаживайтесь, мисс Стрит.

Он усадил ее в кресло. Она положила руку на диск, но номер не набирала.

— Значит, вы узнали от-Глэдис Дойл некоторые ценные для вас сведения?

— Да, — ответил Карлайл, повернувшись к Мейсону. — Я провел с ней много времени и, естественно, направлял разговор на нужную мне тему, так что она, сама того не замечая и не сознавая, многое мне выболтала. Она…

Он оборвал себя на полуслове, услышав, что Делла набирает номер. Но, когда он достиг телефонного аппарата, девушка уже успела набрать половину цифр, к тому же она прикрыла диск рукой, мешая ему смотреть.

Еще минута, и Делла заговорила:

— Алло? С вами говорит секретарша Перри Мейсона… Мне хотелось бы… Да, да, совершенно верно. Мистер Мейсон хотел бы с вами поговорить. Да, задать вам несколько вопросов. Прошу, мистер Робинс, подождите секунду.

Она передала трубку Мейсону.

— Добрый вечер, — сказал Мейсон. — Мистер Робинс, если не возражаете, ответьте мне на один вопрос, касающийся вашего журнала.

— Пожалуйста, мистер Мейсон. Буду только рад оказаться вам полезным. '

— Я хотел бы узнать у вас про журналиста по имени Эдгар Карлайл.

На какое-то мгновение воцарилось молчание, потом Робинс сказал:

— Что ж, кое-что я могу про него сказать. Это журналист, обладающий довольно своеобразной манерой письма. Правда, для нас он никогда ничего не писал. Мы бы не прочь заказать ему что-нибудь, только опять-таки эта его манера… В своей области он, бесспорно, хороший журналист. Других, подробностей о нем не знаю. Но если хотите, то к завтрашнему вечеру сумею узнать еще что-нибудь.

— Вы когда-нибудь с ним разговаривали? — спросил Мейсон.

— Я? Нет… Впрочем, подождите. Мне кажется, я как-то встречал его в клубе писателей. Знаете, на одном из вечеров, когда собирают и писателей, и издателей. Да, точно, так оно и было.

— А в последние дни вы не поручали ему написать статью для журнала?

— Нет, конечно, нет.

— Может быть, это сделал ктогто из- ваших замов? Ведь могло случиться, что…

— Нет, тогда бы я наверняка знал об этом. В этом отношении я весьма строг. В нашем журнале — здоровая атмосфера, и я надеюсь, что так будет и впредь. Список лиц, интересных публике, меняется чуть ли не ежедневно. Поэтому мы в основном стараемся не заказывать материал, а покупать уже готовый. Но если у нас вдруг остается место, то нас выручают наши постоянные авторы. Мы…

К телефону подскочил Карлайл.

— Разрешите мне с ним поговорить! — попросил он.

— Еще минуточку, мистер Робинс, — сказал Мейсон. — Сейчас здесь, у телефона, рядом со мной находится мистер Карлайл. И он рассказал мне весьма интересную историю, которая, возможно, имеет какое-то отношение к расследуемому мной делу. Он хочет с вами поговорить.

Мейсон передал ему трубку.

— Здравствуйте, мистер Робинс, — начал тот. — С вами говорит Эдгар Карлайл. Я только что рассказал мистеру Мейсону о нашей с вами договоренности в отношении статьи о мисс Мид…

Мейсон, наблюдавший за ним, видел, как постепенно меняется лицо журналиста.

— Но как же так, мистер Робинс? — спросил тот. — Вы должны, конечно, помнить о нашей договоренности… Вы послали мне триста пятьдесят долларов с посыльным… Нет, нет, не чеком, а наличными… Да, согласен, в наше время это необычно, но я был уверен, что разговаривал по телефону с вами. Да, да, он сказал, что это вы… Да, понимаю… О, черт возьми! Значит, кто-то заказал мне статью для вашего журнала… Дал официальное поручение. Да, да, сэр. Статью на три с половиной тысячи строк. Большую, как видите. Да, я думал, в наше… Да, тем более что мне уже заплатили триста пятьдесят долларов в виде задатка… Вы уверены? Послушайте, мистер Робинс, может быть, вы выясните это к завтрашнему утру? Понятно. Конечно, если вы уверены в этом, значит, так оно и есть. Вы еще хотите говорить с мистером Мейсоном?

И передал трубку адвокату.

— Робинс? — сказал тот. — Это снова Перри Мейсон.

— Послушайте, мистер Мейсон, я не знаю, чего добивается этот человек, но никаких договоренностей у нас с ним не было! Это все фальшивка. Я имею в виду, что сделанный ему заказ — фальшивка. Этого Карлайла использовали. Я никак не могу помешать желающему позвонить, назваться Дайном Робинсом и сказать, что он из «Пасифик-коуст-персоналитиз», но мне бы хотелось узнать подробности этого дела. И, конечно, мне весьма неприятно, что профессиональный журналист вынужден был работать впустую. Я был бы крайне огорчен, если бы у публики сложилось мнение, что у нас такой стиль работы, и мне не хочется быть выставленным в таком свете перед писателями. Вы же понимаете, как мы от них зависим.

— Значит, вы точно не разговаривали с ним?

— Разумеется, нет. Можете мне поверить, никто из сотрудников моего журнала не мог сделать ничего подобного без моего ведома. Но даже если допустить это, никто никогда не послал бы наличные деньги с посыльным. Вся эта история мне очень не нравится. Я был бы очень признателен, если бы вы это выяснили, мистер Мейсон.

— Хорошо, — ответил адвокат, — мы непременно сообщим вам, как только что-нибудь узнаем. Всего хорошего, мистер Робинс. — Мейсон положил трубку. — Ну, вот, — сказал он Карлайлу, — с этим, кажется, покончили.

Тот сел перед пишущей машинкой, словно был не в состоянии держаться на ногах.

— Черт возьми! — только и мог он сказать.

— Вы не видели человека, с которым разговаривали по Телефону?

Карлайл покачал головой и сказал:

— Не могу поверить. Просто не знаю, как все это переварить. Еще пятнадцать минут назад я со всей энергией писал эту статью, а сейчас… Сейчас чувствую себя совершенно опустошенным. Пожалуй, мне нужно пойти куда-нибудь и напиться.

— Я бы этого не делал, — сказал Мейсон. — Вам еще придется выслушать приблизительно такие же вопросы от полиции. Что вы можете сказать о полученных вами деньгах?

— Ничего, только то, что они были доставлены посыльным. Во всяком случае, этот человек был в форме сотрудника бюро обслуживания.

— Вы узнали бы этого человека, если бы увидели его снова?

— Конечно. Только мне кажется, что это был действительно посыльный. Он и выглядел так, да и делал свое дело с профессиональной точностью. У него была с собой регистрационная книга, в которой он заставил меня расписаться. Правда, я обратил внимание, что в этой книге значился только один заказ.

— Сколько ему лет?

— Я думаю, лет пятьдесят. Маленького роста… Похож на жокея. Понимаете, у него такое обветренное лицо, узкое и мужественное. Вам ясно, что я имею в виду?

— Думаю, что да, — ответил Мейсон.

— А вы бы могли мне объяснить хотя бы саму суть дела? — попросил Карлайл. Мейсон покачал головой:

— Пока не могу.

— А вы не будете возражать, если я задам этот же вопрос Глэдис Дойл?

— Нисколько, — ответил Мейсон, — если вы только сможете добраться до нее.

— Но ведь она все еще работает у мисс Мид, не так ли?

— Точнее выражаясь, она все еще числится на работе у мисс Мид, — ответил Мейсон.

— Вы меня очень огорчили. Я надеялся, что напишу отличную статью и тогда для меня откроются двери и других больших журналов. Я уже заправил новую ленту, приготовил мелованную бумагу и даже уже прикинул, что гонорара вполне хватит на новый спортивный автомобиль.

Мейсон улыбнулся:

— Пока рано отчаиваться.

— Что вы можете знать о нравах в крупных журналах! «Пасифик» теперь и близко меня не подпустит!

— Продолжайте работать и заканчивайте свою статью, — посоветовал Мейсон, — и вы увидите, что сможете продать ее газете, а потом и журналу.

— Вы шутите?

Мейсон направился к двери, открыл ее перед Деллой и Дрейком и сказал:

— Я все-таки думаю, что статью необходимо закончить.

Они вышли, а Карлайл остался стоять на пороге, провожая их удивленным взглядом.