Наконец труп положили в пластиковый мешок и погрузили в машину «Скорой помощи».

— Что же дальше? — спросил я Харви Кловера, помощника шерифа.

— Теперь мы снимем у него отпечатки пальцев и объявим розыск его машины. Это надо было сделать уже давным-давно. Почему вы об этом не позаботились?

— Я думал об этом.

— Тогда почему не сделали?

— Потому что вы мне этого не сказали.

— Но вас никто, однако, не просил сюда приезжать и находить убитого, не так ли?

— В некотором роде так, — ответил я.

— К чему вы. клоните?

— Представьте, что власти объявили по стране розыск машины, а Малкольм Бакли, уехал с этой блон-динкрй-попутчицей, и они где-то скрываются. Предположим, парочка едет по дороге, их останавливает офицер полиции, смотрит водительское удостоверение Бакли и говорит ему, что, по просьбе его жены, объявлен розыск машины: якобы она была украдена. Бакли отвечает полицейскому, что его жена может пойти и утопиться в озере, что он едет по делам службы, что ему надоело все время ей звонить и выслушивать ее поучения, что сидящая с ним рядом в машине блондинка не та женщина, которую он посадил в машину позавчера, или на прошлой неделе, или когда бы то ни было, а совсем другой человек; что она шла пешком по шоссе, а он ее пожалел, что она едет с ним всего час, что когда он звонил своей жене пятого числа, то у него в машине еще не было блондинки-попутчицы, что он просто пошутил — обычно такое случается между мужем и женой…

— Да, понимаю ход ваших мыслей, — кивнул Кловер.

— Теперь представьте себе еще и такую версию, — сказал я. — Миссис Бакли звонит незнакомая женщина и говорит, что в машине случилась поломка, что сама она в Роммели и пытается вызвать ремонтную машину, которая помогла бы Бакли поставить запасное колесо, чтобы Бакли смог добраться домой. Она не собиралась возвращаться к нему в машину, хотела ехать дальше на других попутных.

— Но ведь вы мне сказали, что вызова ремонтной машины не было.

— Я не это сказал. Я сказал, что ни в одном из мест, которые посылают в таких аварийных случаях ремонтные машины, не припомнят ее звонка.

— Что вы имеете в виду? — все еще не доходило до него.

— Если у Бакли не спускало колесо, то звонившая женщина говорила неправду. Если она связана с убийством, значит, попутчик-мужчина чист.

— Не обязательно, они могли все спланировать вместе.

— Могли бы, — ответил я.

— Что теперь вы имеете в виду?

— У вас в офисе есть детектор лжи?

— Да, есть, а почему вы спрашиваете об этом?

— Сегодня, пока вся эта история еще не попала на страницы газет, надо проехать в оба гаража и проверить их хозяев на детекторе.

Его глаза сузились.

— И в случае, если один из них говорит неправду, мы сможем оправдать нашу блондинку. Она оставила Бакли на дороге со спущенной шиной и попутчиком. Багажник был открыт, домкрат вынут, попутчик держал ручку домкрата в руках.

— И тогда шину накачал кто-то другой.

— Конечно! Мимо проезжал какой-то человек, у которого оказался пневматический насос. Что бы вы сделали, если бы у вас был такой насос и вы бы на дороге увидели стоящую со спущенным колесом машину?

— Я бы остановился.

— И задержались бы, пока хозяин машины и его попутчик не накачают шину. Кончив, они бы вас поблагодарили, вы бы взяли свой насос и уехали. Вам бы ни к чему было дожидаться, когда они снимут машину с домкрата, положат запасное колесо в багажник и поедут.

— Хорошо, я позвоню в офис. С которого начинать?

— С того, кто помоложе: он работает в гараже «День и ночь». У него татуировки: наверно, служил в морской пехоте. Все стены его комнаты увешаны картинками с девчонками. Если прекрасная блондинка…

— Я понял, мы привезем детектор лжи.

Он тут же позвонил в офис, чтобы прислали человека с полиграфом, и мы стали ждать.

Оператор с детектором приехал после полуночи, и мы все отправились в гараж. Молодой парень, его Хозяин, работал ночью. Он и не лежал в постели и, комфортно устроившись, в кресле, слушал радио.

Меня тотчас вспомнил, и мы обменялись рукопожатием. Я познакомил его с помощником шерифа Клове-ром и с оператором детектора лжи. Начал Кловер:

— Вы помните ночь на пятое число? Раннее, утро шестого? Мы пытаемся выяснить, был ли вам звонок по вызову ремонтной машины.

— Помню, сэр.

— Как ваше имя?

— Том Аллен, сэр.

— Вы что-нибудь знаете об этом звонке?

— Нет, сэр. Я уже об этом говорил вот этому джентльмену, ведущему расследование. Думаю, тут какая-то ошибка, сюда не звонили. Может быть, в другой гараж?

— Почему вы так уверены, что сюда не звонили?

— Как я могу быть не уверен? Вот же висит книга, в нее я записываю все звонки. Кроме того, у меня в машине спидометр, и я отчитываюсь за каждую милю, которую прошла ремонтная машина. При некоторых звонках мы берем по доллару за милю, пятьдесят центов за милю — в менее сложных случаях, двадцать пять — в самых легких.

— Хорошо, — сказал Кловер, — просто отвечайте на мои вопросы. Сначала подумайте. Понятно?

— Да, сэр.

— Хорошо. Садитесь в кресло, это детектор лжи, мы хотим убедиться, говорите ли вы правду.

— Не уверен, что мне нравится эта проверка.

— Вы хотите сказать, что отказываетесь?

Аллен посмотрел в пол, облизнул губы и сказал после некоторого молчания:

— Нет, не отказываюсь.

— Здесь не самые лучшие условия, я не могу ничего гарантировать, — сказал оператор.

— Все равно начинайте, — ответил Кловер,

— Посмотрите, — начал оператор, — это сложный прибор, он измеряет ваше кровяное давление, чувствительность вашей кожи и ее сопротивление, частоту вашего дыхания. Когда я окончу этот опыт", мне будет абсолютно ясно, лжете вы или нет. Вам понятно^

Аллен едва кивнул.

— Закатайте рукав, я надену вам манжет аппарата для измерения давления и пульса.

Аллен закатал рукав, глубоко вздохнул и устроился поудобнее в кресле. Эксперт приладил манжетку и вынул из кармана колоду игральных карт.

— Видите это? — Он показал Аллену несколько карт.

Аллен кивнул.

— Выберите одну из них мысленно, не дотрагиваясь до нее. Подумайте, сосредоточьтесь! Выбрали?

— Да.

— Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы сказали мне какую-то неправду. Хочу увидеть тот рисунок, который возникает, когда вы лжете.

— Что вы имеете в виду?

— Я вас спрошу, выбрали ли вы туз пик., Вы скажете нет, даже в том случае, если вы действительно выбрали туз пик. Кроме слова «нет» больше ничего не говорите. Вы меня поняли?

— Хо-хо!

— Даже если я угадаю вашу карту, вы должны мне сказать «нет».

— Я понял.

Оператор приладил свое оборудование, проверил самописцы и спросил:

— Вы выбрали туз пик?

Аллен ответил:

— Нет.

Эксперт подождал пять секунд.

— Вы выбрали королеву червей?

— Нет.

— Бубновую десятку?

— Нет.

— Вы выбрали четверку червей?

— Нет.

— Король треф?

— Нет.

— Хорошо, — сказал экзаменатор, — а теперь еще раз. Вы должны отвечать так же, как и отвечали. Вам понятно?

— Еще бы!

— Вы выбрали туз пик?

— Нет, — ответил Аллен.

— Ну вот, Том, теперь я знаю ваши психологические реакции. Мне ясен тот рисунок, который возникает на ленте, когда вы говорите неправду. А выбрали вы четверку червей, не так ли?

Аллен выглядел крайне удивленным.

— Ну а теперь, — сказал оператор, — мы вернемся к вечеру пятого числа и к утру шестого. Начнем наш разговор с утра шестого.

Часовой механизм детектора лжи пришел в движение, из-под барабанчиков медленно поползла бумажная лента, запульсировали стрелки, показывая величину давления крови у Тома, его пульс, частоту дыхания и чувствительность его кожного покрова.

— Ваше имя Том Аллен?

— Да.

Стрелка, указывающая на величину кровяного давления, поползла вверх, потом стала возвращаться в исходное положение.

— Вы сегодня обедали?

— Да. — Стрелка двигалась по прямой, без рывков.

— Рано утром шестого числа вам звонила женщина?

— Нет.

— Вы курите?

— Да.

— Какая-нибудь женщина звонила ночью вам в дверной звонок и просила вас выехать вниз по дороге, чтобы помочь владельцу машины накачать спустившее колесо?

— Нет.

— Вы когда-нибудь играли на деньги в покер?

— Да!

— Вы женаты?

— Нет.

— Вы служили в частях морской пехоты?

— Да.

— Шестого утром вы ответили на телефонный звонок и выезжали для ремонта спущенной шины?

— Нет.

— Подождите минуточку, Аллен, — прервал сам себя оператор, — я хочу еще раз задать вам те же вопросы.

И снова вся процедура повторилась с самого начала, после чего были сняты ленты, которые опоясывали Тома вокруг груди, и манжет от аппарата, измеряющего кровяное давление.

„— Извините, Том, но вам не уйти от ответа.

— Что вы имеете в виду?

— Вы говорили неправду.

— Черт возьми, я говорил неправду?

— Давайте я вам докажу. Я спросил о вашем имени. Спросил о женщине-блондинке. Отметил, как изменился уровень вашего кровяного давления. Я спросил вас о звонке утром шестого. Давление опять пошло вверх. Посмотрите на указатель частоты вашего дыхания. Видите вот этот небольшой скачок? Теперь я вам что-то скажу. Том Аллен — не ваше настоящее имя. Вы в растерянности! Это не просто игра. Это убийство. Вы говорили неправду. Вы скрываете улики и живете под чужим именем. Мы должны сйять у вас отпечатки пальцев. Через двадцать четыре часа мы будем располагать вашей полной биографией.

Аллен тяжело опустился в кресло.

— У вас были когда-нибудь неприятности с полицией?

Аллен молчал.

— Ладно. В таком случае нам придется забрать вас с собой в участок. Вы важный свидетель, и ваши показания могут Существенно повлиять на расследование дела об убийстве. Придется проверить ваши документы.

— Послушайте, — истошно закричал Аллен, — я не замешан ни в каком убийстве! Да, я сидел в тюрьме штата Невада и выпущен оттуда под честное слово. Да, я нарушил данное мной обещание, но это не делает меня причастным к убийству! Нет!

— А что вы скажете теперь о телефонном звонке утром шестого числа? — спросил Кловер.

— Правду скажу. Я спал — а сплю я крепко, храплю во сне. В дверь несколько раз позвонили, пока я проснулся. Я встал, полусонный, натянул брюки, зажег свет и пошел открывать, думал, водитель какой, а там стояла шикарная блондинка! Она сказала, что на шоссе стоит машина, у которой спустило колесо и запаска. У водителя нет насоса, поэтому она просила меня ноехать туда и помочь ему..

— И что же сделали вы?

— Рассказывая, красотка зашла в гараж. Я спросил, кто она такая, она ответила, что водитель согласился ее подвезти и не имеет никакого значения, кто она такая. У него есть деньги, чтобы заплатить за ремонт…

— Ну а я ей ответил, что нет причины так уж спешить и я сначала сварю кофе. Предложил ей чашечку, она согласилась. Я провел ее на кухню, включил электрический кофейник и… ну, знаете, то да се… а потом я подумал, что теперь уж этот водитель либо послал еще кого-нибудь за помощью в другой гараж, либо сам накачал шину и давно уехал.

— Что же произошло с блондинкой? — спросил Кловер.

— Она со мной сначала мило шутила, а потом-сказала, что должна двигаться дальше и что она едет автостопом. Ну и красивая она была, должен вам'сказать! Волосы, правда, белые от пироксида, но глаза такие большие, темно-синие, а какая гладкая кожа!..

— Так вы все-таки узнали, кто она?

— Я, конечно, старался это сделать, хотел, чтобы она оставила номер телефона — очень хотелось встретиться с ней еще раз. Но она все хитрила: не отвечала на мои вопросы, увиливала, переводила разговор на другие темы, откровенно подшучивала надо мной.

— Но, похоже, это оказалось для вас легкой победой? — вздохнул Кловер.

— Это вам так кажется. Сначала она только согласилась выпить кофе. Рассказала, что всегда может найти работу, что она — беспокойная душа и не любит нигде оставаться подолгу. Господи, такая девочка может себе позволить быть неугомонной!.. Она была свободна. Я знаю женщин, уж поверьте. И могу об этом судить. Она пришла, ей захотелось кофе, а потом… я ей просто понравился. Я это понял, как только открыл дверь и она на меня взглянула.

— И это навело вас на мысль?..

— Да, именно так. Знаете, с одними людьми ни в какую не сойтись, сколько ни старайся. А с другими — стоит только поглядеть друг на друга…

— Но вы отрицали, что вам кто-либо звонил в этот день.

— Конечно, я отрицал, я же не хотел, чтобы меня уволили.

— Куда же потом девалась эта дамочка?

— Она мне сказала, что будет добираться до Лос-Анджелеса. Это все, что я о ней знаю. Она оставалась здесь почти до семи утра и, похоже, совсем не спешила. Если бы не моя смена в семь тридцать, она бы и еще осталась, так мне показалось.

— Вы понимаете, что вам грозят большие неприятности? — строго спросил Кловер.

— Что вы имеете в виду под «грозят»? Я просто не ждал от вас вопроса о моем настоящем имени. Да, я не Том Аллен. Конечно, теперь опекунский совет, который отпускает заключенных под честное слово, опять меня засадит в тюрьму Карсон-Сити. Я ведь обещал надзирателю, что больше со мной ничего не случится. Они не любят, когда условно заключенные не держат своего обещания. Плохи мои дела!

— Да, ваши дела плохи, — подтвердил помощник шерифа. — А сейчас'вы поедете с нами как важный свидетель… Сможете узнать эту блондинку, если опять повстречаете?

— Боже мой, и он еще спрашивает!

Кловер повернулся ко мне.

— Итак, подозрение падает на попутчика, который оставался с водителем.

— Мне еще тогда показалось, в первый раз, что парень говорит неправду. — Я кивнул на Тома.

— Это все вы со своей дружеской болтовней. Я был уверен, что мне удалось навешать вам лапшу на уши.

— Почему же тогда, по-вашему, я вернулся обратно?

— Боже мой, если бы я мог ответить на этот вопрос! Когда вы явились с законниками, я подумал, что меня кто-то продал. Стоит вам теперь взять у меня отпечатки пальцев, и я получу свои пять лет.

Кловер посмотрел на меня с благодарностью.

— Знаете, — г- сказал он, — мы обычно не связываемся с частными сыщиками из Лос-Анджелеса, но теперь я ваш должник, Лэм! Предчувствие не обмануло вас.

— Спасибо, надеюсь, когда-нибудь и вы мне поможете.

— Всегда к вашим услугам, — ответил он и повернулся к Аллену. — Собери свои вещи, Том, позвони хозяину и скажи, что ему придется нанять кого-то другого на ночную смену. Все эти картинки можешь взять с собой. — Кловер кивнул на стены.

Я дал Харви Кловеру описание «роадрейсера» Бакли й номер машины. Он куда-то позвонил и передал полученные данные, чтобы их заложили в компьютер.

— Что дальше? — спросил я.

— Вернемся в Бейкерсфильд.

— Считаете, здесь для нас работы больше нет?

— Похоже, что так.

— Что вы сделаете с Томом Алленом?

— Он поедет с нами. Надо сообщить властям Невады, пусть решают, желают ли они получить его обратно.

— У меня мелькнула догадка, — сказал я. — В Сент-рал-Крик в ресторане работает официантка, блондинка. Она начала там службу шестого числа… Так вот, мне кажется, она может как-то дополнить картину преступления.

— Не близкий путь предстоит, однако, чтобы проверить вашу догадку, Лэм, — заметил Кловер, — стоит его, очевидно, проделать.

— И очень любопытно посмотреть на Тома Аллена, не узнает ли он ее.

Кловер задумался.

— Будет обидно, если мы, не отработав этот вариант, позволим ей проскользнуть у нас между пальцами, Кловер.

Мое замечание все решило. Он сразу согласился.

— О’кей, поехали, и берем с собой Аллена.

— Что делать остальным?

— Пусть отдохнут. Оператор почти всю ночь не спал. Он может поехать в мотель и там выспаться, а мы отправляемся в путь.

Итак, втроем, Кловер, Том Аллен и я, мы тронулись в сторону Сентрал-Крик. К этому времени до Тома Аллена окончательно дошло, что его поймали на крючок, и он замкнулся; Кловер устал, так что большую часть дороги мы цроехали молча.

Когда до Сентрал-Крик осталась всего миля, Кловер сбавил скорость.

— Я хочу сам провести эту игру, как считаю нужным, — выразил он желание.

— Валяйте! — согласился я.

Кловер повернулся к Аллену.

— Догадываешься, почему мы тебя сюда везем?

— Не представляю!.. Вы везете, я еду.

Остановились перед входом в кафе.

— Пойдемте выпьем кофейку, — предложил Кловер.

— Вы везете меня в Неваду? — робко поинтересовался Аллен.

— Я везу, ты едешь — сам так сказал. Помнишь?

— Помню, — мрачно согласился Аллен.

Втроем мы вошли в ресторан. Блондинка-официантка стояла за стойкой. Она посмотрела на нас и, сразу узнав меня, улыбнулась, а потом увидела Тома, и в глазах ее мелькнуло крайнее удивление. Том, видимо, подал ей какой-то знак, и ее лицо сразу застыло, как маска. Я взглянул на Кловера' — он был невозмутим. Мы подошли к стойке, уселись на высокие стулья.

— Привет! — обратилась ко мне официантка. — Вы все еще здесь?

— Да, здесь, — не мог не признать я очевидного.

Она поставила перед нами три стакана воды, на мгновение ее глаза встретились с глазами Аллена.

— Мне яичницу с ветчиной, — заказал Кловер. — Вы что хотите, Том?

— Что вы обычно делаете с заключенными, вы…

— Заткнись! — перебил его Кловер. — Будешь яичницу с ветчиной?

— Буду.

Официантка посмотрела на меня, я кивнул:

— Мне тоже яичницу с ветчиной.

— Попе, три яичницы с ветчиной, — прокричала она в кухонное окошко. — Как вам ее поджарить, посильнее или слегка?

— Посильнее, — сказал Кловер.

— Слегка, совсем слегка, — ответил Аллен.

— Мне посильнее, — добавил я.

Она поставила перед нами три чашки кофе.

— Когда-нибудь раньше видела этого человека? — спросил ее Кловер, кивнув на Тома Аллена.

Официантка лениво осмотрела его и отрицательно покачала головой.

— Это она? — обратился Кловер к Аллену.

— Никогда прежде в жизни не видел ее, — затряс головой Том.

— Как ваше имя?

— Эдит Джордан. А что, вам не все равно, как меня зовут?

— Может быть, и нет. Вы давно здесь работаете?

— С утра шестого числа этого месяца.

— Во сколько начали работу?

— Около десяти, кажется… Что-нибудь еще?

— Не сейчас.

Она отвернулась от нас, плечи ее враждебно вздернулись.

— По крайней мере, мы съездили, — сказал Кловер, очень уставший и не собирающийся скрывать этого.

Поставив локти на стол, он опустил голову в ладони и прикрыл глаза. Я же отвернулся от Аллена и сел так, чтобы видеть в большом зеркале отражение всей комнаты. Я ждал, что Аллен даст официантке еще какой-нибудь сигнал, но он сидел спокойно, не двигаясь. Попе подал три приготовленные яичницы; мы ели в молчании, запивая кофе, который она нам подливала несколько раз. Кловер посмотрел на меня, подняв брови. Я кивнул и сказал, обращаясь к официантке:

— Счет, пожалуйста.

Я заплатил по счету, оставив ей доллар на чай, и мы направились к машине.

— Хотите, я поведу? — спросил я Кловера.

— Очень хочу, но эта машина государственная, и я за нее отвечаю.

— Давайте поведу я, — сказал Аллен, — единственно, что я хорошо делаю, так это вожу машину.

— Ну уж нет! — Кловер посмотрел на меня. Взгляд его был понятен без слов.

— Я поведу, по крайней мере, часть пути, — сказал я, усаживаясь на место водителя.

— Хорошо, посадите Аллена на переднее сиденье рядом с собой, а я сяду на заднее. Смотри, веди себя нормально, Том Аален, или ты приедешь ногами вперед!

— Черт, за кого вы меня принимаете, совсем за идиота?

Мы поехали. Несколько раз я пытался завести разговор с Алленом, но безуспешно. Потом молчали до самого Роммели.

— Теперь что будем делать? — спросил я Кловера.

Тот поднялся с заднего сиденья, делая вид, что в дороге он не спал ни минуты, потянулся, зевнул и посмотрел вокруг.

— Придется нам разбудить нашего эксперта и забрать с собой; жаль нарушать его сон, но ничего не поделаешь. А вы, Лэм, конечно, имеете право на ошибку, но все остальное вы провели прекрасно, — обратился ко мне Кловер, пока мы ждали нашего уважаемого оператора.

— Что вы имеете в виду, когда говорите об ощибке? — обиделся я.

Он кивнул в сторону Сентрал-Крик.

— Я наблюдал за девицей. Если бы это была та блон-дийка, которую мы ищем и которая знала Тома, она бы сразу запаниковала, увидев Тома вместе с нами.

— Вы так думаете?

— Достаточно занимаюсь этим, чтобы что-то понимать.

— Давайте опять проверим его на детекторе лжи, — предложил я, — и зададим ему вопрос, знает ли он официантку из ресторана.

— Одну минуточку! — подал голос Аллен. — Я согласился вам добровольно помочь, но больше вы этого не дождетесь.

— И как вам это нравится? — обратился я к Кло-веру.

Тот с сомнением посмотрел на Аллена, потом на эксперта.

— А ну-ка, присоедините его! — распорядился он.

— Я не буду отвечать на ваши вопросы!

— Присоедините, я сказал, его!

Они вдвоем все же усадили Аллена в кресло и присоединили все проволочки от детектора.

— Вы ели с тех пор, как я вас видел в последний раз? — спросил оператор.

Аллен молчал.

— Ваше имя Том Аллен?

Ответа не последовало.

— Вы были недавно в Сентрал-Крик?

Молчание.

— Вы видели там кого-нибудь из знакомых?

Снова молчание.

— Имя Эдит Джордан, вам что-нибудь говорит?

Аллен как воды в рот набрал. Оператор посмотрел на изрисованную самописцем бумагу, потом на Кловера и утвердительно кивнул.

Кловер тихо выругался.

— Послушайте, Аллен, вы говорите неправду. Посмотрите на эту линию, это ваше кровяное давление. Это ваш пульс. Ваше дыхание/ Вы знали Эдит Джордан. Вы хорошо ее знали. Посмотрите сами ваши реакции на мои вопросы.

Аллен упорно смотрел прямо перед собой, не удостаивая и малейшим вниманием бумажную ленту, выползающую из аппарата.

— Итак, Аллен, ваш ответ?

— Комментариев не будет. Я с вами не желаю разговаривать.

— За вас говорит ваше кровяное давление, ваши реакции. Вы видели раньше эту девицу, вы ее знаете.

Аллен стал срывать с себя провода и ленты, которые соединяли его с детектором.

— Пошли вы все к черту! Человек не может быть свидетелем против самого себя. Насколько я еще знаю законы!

— Можешь это рассказать администрации, когда вернешься в тюрьму Невады, — ответил Кловер.

— И расскажу!

Кловер пошел к телефону, позвонил своему заместителю в Карвер-Сити и попросил немедленно поехать в Сентрал-Крик, к маленькому кафе.

— Там работает блондинка Эдит Джордан, — сказал он. — Заберите ее, а лотом подъезжайте ко мне в мотель «Саммит», в Роммели, блок двадцать шесть. Позвоните сразу, как найдете ее. Черт, просто заберите ее!.. Можете сказать даже, что по подозрению в убийстве.

С этими словами Кловер бросил трубку и повернулся к Аллену.

— Ну, теперь ты окончательно повязан!

Тот ничего не ответил, по-прежнему сидел молча, опустив голову.

— Сложите все! — обратился Кловер к оператору. — Будем' ждать, пока не позвонят из Сентрал-Крик. Скоро мы проверим нашу блондиночку и подобьем одно к другому.

— Если только она еще там, — добавил я.

— Что, черт возьми, вы имеете в виду? — возмутился Кловер.

— Да ничего особенного, — как можно спокойнее ответил я.

Мы отправились обратно в мотель. Прошло не так уж много времени, как зазвонил телефон. Кловер снял трубку, напряженно вслушиваясь.

— Выпускайте специальный бюллетень, подозрение в убийстве. Найдите ее!

Он швырнул трубку на рычаг и повернулся ко мне:

— Исчезла! Сразу исчезла, едва мы уехали! Наверное, автостопом, но там даже не знают, в каком направлении.

— Что ж, — философски изрек я, — человек имеет право на ошибку, кажется, так вы недавно сказали?

— Ах ты, сукин сын! — закричал Кловер. — И ведь она была у нас в руках!.-. Черт бы тебя побрал, Л эм, что же ты мне ничего не сказал?

— Вы заявили с самого начала, что хотите играть в эту игру по-своему.

— Тебе следовало бы знать…

— Кловер, а если подумать… Может быть, еще не все так плохо.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Вы можете ее найти. То, что она исчезла, говорит о ее виновности, а до этого против нее не было никаких улик, и, «ели бы Аллен не заговорил, у вас могли бы быть неприятности. Показатели детектора лжи не являются свидетельством в суде Калифорнии. Теперь у вас на руках есть хоть что-то, что можно использовать.

Кловер с минуту поразмышлял, ухмыльнулся.

— Будь я проклят, если ты не прав, Лэм! Давай пошли!

И мы опять проделали долгий путь в Бейкерсфильд.

Когда наконец мы подъехали к офису шерифа, солнце стояло прямо над головой и уже был выпущен бюллетень о розыске машины «роадрейсер». По телефону сообщили, что он был обнаружен припаркованным и брошенным на дороге, в районе Бриджпорта, штат Калифорния. Кто-то хорошо прошелся по его сверкающей поверхности, все следы от пальцев были стерты.

Кловер время от времени отрывался от телефона, передавая мне услышанное.

— Спросите их насчет запасного колеса, — подсказал я.

— Как там насчет запасного колеса? — спросил Кловер. — С запаской все в порядке, она накачана.

— А как там с ручкой домкрата?

Он опять повернулся и повторил вопрос в телефон, потом повторил ответ:

— Домкрат в багажнике, это гидравлический домкрат с металлической ручкой, но они ее не могут найти.

— Но запаска накачана?

— Накачана.

— Это значит, что кто-то ему ее накачал.

Кловер раздраженно сузил глаза.

— Ты прав, Лэм, спасибо за подсказку.

Он развернулся к Тому Аллену.

— Ты, чертов сукин сын! — закричал он. — Блондинка пришла к тебе и рассказала о машине, что у нее на дороге поломка. Это случилось всего в каких-то десяти милях от тебя. Ты поехал туда на своей машине вместе с нею, накачал спущенное колесо, а потом стукнул этого парня по голове ручкой от его домкрата, отвез его'на несколько миль и выбросил из машины.

— А как насчет другого попутчика? — спокойно спросил Аллен. — Что я сделал с ним? Тоже, по-ваше-му, убил или он был в деле вместе со мной? Давай посылай меня обратно в Неваду!

— Чего захотел, обратно в Неваду! Мы будем тебя держать здесь по подозрению в убийстве до конца следствия!

— Это меня устраивает. Вы не сможете повесить на меня убийство.

— Я тебе продемонстрирую, черт возьми, как это делается! — закричал Кловер. — Не хватает еще, чтобы заключенные нам врали, когда мы расследуем убийство!

— Я хочу взять адвоката.

— Что ты там хочешь, никого не интересует. Это ты подал знак блондинке, и она проскользнула у нас между пальцами.

— Я никогда не был раньше знаком с этой официанткой, хоть она и блондинка.

— У вас jJCTb расписание самолетов? Я бы хотел сесть на ближайший рейс в Лос-Анджелес, — обратился я к Кловеру.

— Я отвезу вас в аэропорт сам, вы молодец, Лэм.

— Несмотря на мою ошибку?

— Забудь об этом и поскорее уноси ноги, пока газетчики не пронюхали, что происходит, и не начали задавать тебе вопросы.

— Они будут разговаривать со мной, — вдруг заявил Аллен.

— Это ты так считаешь! — Кловер повернулся к своему заместителю. — Давай карауль получше этого сукина сына!

Он взял с письменного стола расписание полетов, просмотрел его и глянул на часы.

— Пошли, Лэм. Ты еще попадешь на ближайший рейс в Лос-Анджелес.