Мейсон позвонил Дрейку из телефона-автомата в Ланкастере.

— Сядьте на хвост Эндикотту Кэмпбеллу, — распорядился он. — Это дело еще более сомнительное, чем я думал, и интуитивно чувствую, что оно очень опасно. Итак, установи слежку за Кэмпбеллом и попытайся выяснить, где спрятан его сын.

— Это весьма трудная задача, — ответил Дрейк. — Он предвидел, что мы будем искать мальчика, и заранее уничтожил все следы. Когда нечто подобное предпринимает умный человек, любому частному детективу почти невозможно напасть на след. Возможно, это могла бы сделать полиция, но для нас это будет долгая и дорогостоящая работа.

— Все равно подумай, что можно сделать, — сказал Мейсон. — Я возвращаюсь в город. Жди меня в офисе: Нам нужно поговорить.

— А что узнал ты — нечто полезное?

— Думаю, да, — ответил Мейсон.

— Будем надеяться, — откликнулся Дрейк, — потому что, будь уверен_} твой счет за работу нашего агентства растет с бешеной скоростью.

— Но у меня еще есть кредит? — осведомился Мейсон.

— До миллиона, — заверил Дрейк.

— Этого достаточно. Не оставляй Кэмпбелла, Пол, — заключил Мейсон и повесил трубку.

Потом он позвонил в «Артениум» и попросил соединить его с Амелией Корнинг таким образом, чтобы она не узнала, что говорят по междугородному телефону.

— Мисс Корнинг, говорит Перри Мейсон, — сказал адвокат, когда в трубке послышался ее голос. — Мне хотелось бы увидеться с вами сегодня вечером — возможно пораньше.

— Ах, это было бы чудесно, мистер Мейсон. Я испытывала наслаждение, беседуя с вами, и думаю, что вы и ваша клиентка можете быть мне очень полезны. К вашему сведению, разговор с Эндикоттом Кэмпбеллом ни в малейшей степени не удовлетворил меня.

— Понимаю, — коротко ответил Мейсон.

— Я сейчас получила телеграмму, что моя сестра и мои бразильский поверенный вылетели из Майами и прибудут авиарейсом в двадцать два часа двадцать пять минут, — продолжала она. — Но прежде чем они появятся, я бы хотела поговорить с вами… Не можете ли вы приехать немедленно? Где вы сейчас?

— В данный момент для меня это невозможно, — ответил Мейсон, избегая называть место своего пребывания. — Как насчет девятнадцати тридцати?

— Раньше было бы для меня лучше, но, конечно, я понимаю, что вы очень занятой человек. Я собираюсь порадовать Сьюзен Фишер. Я пришла к заключению, что… впрочем, лучше рассказать вам об этом при личной встрече. Вы возьмете с собой вашу секретаршу?

— Да, разумеется, — ответил Мейсон.

— Хорошо, поднимайтесь прямо в номер. Не утруждайте себя предварительным звонком. Я жду вас в девятнадцать тридцать.

— Хорошо, в девятнадцать тридцать, — подтвердил Мейсон.

— Мне необходимо предупредить вас еще вот о чем, мистер Мейсон. Я настоящий маньяк в смысле точности. Если вы сомневаетесь насчет девятнадцати тридцати, пусть будет девятнадцать сорок пять.

— Девятнадцать тридцать вполне подходит, — заверил Мейсон. — Я буду точен.

— Большое спасибо, мистер Мейсон. До свидания.

— Ровно в девятнадцать тридцать у нас встреча с Амелией Корнинг, — сказал Мейсон Делле Стрит, вернувшись к машине. — Пол установил слежку за Энди-коттом Кэмпбеллом.

— Как прошел разговор между Эндикоттом Кэмпбеллом и Амелией Корнинг? — поинтересовалась Делла. — Была ли от него какая-нибудь польза для нас?

— Больше чем просто польза, — улыбнулся Мейсон, мисс Корнинг не делала никакой тайны из того, что дискуссия с Кэмпбеллом совершенно не удовлетворила ее.

Делла Стрит рассмеялась:

— У меня было ощущение, что парень собирается обмануть сам себя.

— Но он все еще может доставить нам много неприятностей, — сказал Мейсон. — Нам нужно торопиться, Делла. Мисс Корнинг специально предупредила меня, что ее непременное условие — точное соблюдение назначенного времени. Кстати, из Южной Америки прилетают ее сестра и ее поверенный. Они послали телеграмму из Майами и прилетят в Лос-Анджелес авиарейсом в двадцать два часа двадцать пять минут.

— Тогда вокруг Эндикотта Кэмпбелла смыкается кольцо.

— Может сомкнуться, — поправил Мейсон. — Но людей его сорта не следует недооценивать. Он умен, изобретателен, дерзок, весьма вероятно, уже заранее предвидел возможность сложившейся ситуации, принял соответствующие меры и спланировал свои действия.

— Но что толку от этих его планов? — вслух размышляла Делла. — Наверняка он откладывал свою сверхприбыль и держал эти накопления аккуратно сложенными в обувной коробке, а его сын взял ее и отдал Сьюзен Фишер.

— А что потом случилось с коробкой?

— Ну, или та, что представилась Амелией Корнинг, забрала ее, или…

— Продолжай, продолжай, — поторопил Мейсон, когда Делла смолкла.

— Или сам Эндикотт Кэмпбелл вернулся, открыл сейф и забрал коробку. Конечно, это он, шеф.

— Во всяком случае, такая возможность у него была. Несомненно, он приехал в офис и открыл сейф. Однако если женщина, представившаяся как Амелия Корнинг, уже присвоила коробку, то ко времени появления Кэмпбелла в офисе сейф был пуст.

— Но, шеф, я не вижу тут никакой разницы. Кэмпбелл разработал весь этот мошеннический план и так умело расставил силки, что Сьюзен Фишер обязательно должна была в них угодить. Потом она отдала этой женщине всю документацию, подтверждавшую непорядки на шахте, и…

— И это, разумеется, являлось для него поводом вообще ввести в игру эту женщину. Но коробка со стодолларовыми банкнотами — уже нечто другое!

— Вы хотите сказать, что эта женщина сама надула Кэмпбелла?

— Такая вероятность существует, поскольку Кэмпбелл ведет себя самым загадочным образом, — сказал Мейсон. — Знаешь, Делла, по-моему, он не знает наверняка, то ли деньги попали к Сьюзен Фишер и она их прикарманила, придумав для Кэмпбелла басню насчет обувной коробки в сейфе, то ли его сообщница, сыгравшая роль Амелии Корнинг, решила сама полакомиться жирным кусочком.

— Другими словами, вы считаете, что, судя по поведению Кэмпбелла, денег у него нет.

— Это всего лишь предположение, — ответил адвокат. — Но нам нужно принять его во внимание.

Мейсон прибавил скорость до максимально дозволенной и сосредоточил внимание на езде.

Когда они подъезжали к Лос-Анджелесу, Делла Стрит, все чаще поглядывавшая на свои часы, красноречиво посмотрела на Мейсона.

— Не собираетесь ли вы сначала позвонить Полу Дрей-ку? — спросила она.

— У нас нет на это времени, — ответил адвокат. — Мы потратили на дорогу больше времени, чем я рассчитывал, и чтобы соблюсти точность, нам придется ехать прямо в «Артениум».

— Может быть, вы высадите меня, я свяжусь с Подом и попрошу его позвонить вам?

— Нет, я хочу, чтобы ты поехала со мной. Кстати, мисс Корнинг специально осведомлялась о тебе и просила, чтобы я обязательно тебя привез. Очевидно, ты произвела на нее большое впечатление. И впрямь, Делла, твою сегодняшнюю работу не оценишь просто деньгами.

— Вы заставляете меня краснеть, — с нарочитой скромностью ответила Делла.

— А ты заставляешь меня очень гордиться тобой, — ответил Мейсон. — Благодаря тебе мы нашли подход к Лоури. Думаю, что теперь мы обладаем информацией, представляющей величайший интерес для Амелии Корнинг. Меня бы не очень удивило, потребуй она ордера на арест Кэмпбелла. Однако меня беспокоит еще одна вещь.

— Какая именно?

— Думаю, что Кэмпбелл узнал о нашей вылазке в Мохав, чтобы посмотреть шахту.

— Ну и?..

— В таком случае он задастся вопросом, что мы там разузнали.

— Это так важно?

— Довольно важно, — сказал Мейсон. — Поскольку, если он захочет выяснить, что нам там удалось узнать, что он сделает?

— Думаю, позвонит Лоури.

— Вот именно, — подтвердил Мейсон, — и когда Лоури станет говорить с Кэмпбеллом по телефону, он уже не будет тем добровольным его союзником, каким был до нашего появления. Кэмпбелл прямо спросит Лоури, рассказал ли он нам что-либо, а Лоури не умеет лгать.

— Он даже не будет стараться делать это, — сказала Делла. — Он Скажет Кэмпбеллу правду.

Мейсон молча кивнул.

— А теперь представь себе, что может натворить попавший в отчаянное положение Кэмпбелл за время, пока мы снова сможем вернуться к Лоури?

Делла Стрит была явно обеспокоена.

— Это не очень успокаивающая мысль, — согласилась она.

Оставшуюся часть пути они молчали. К «Артениуму» они подъехали в девятнадцать двадцать семь.

Мейсон вручил швейцару два доллара.

— Позаботьтесь о моей машине. У меня нет времени искать место для ее парковки.

— Все будет в порядке. Я присмотрю за ней. Она может еще постоять там, где стоит. Вы вернетесь скоро?

— Вероятно. Я дам вам знать, если мы задержимся дольше десяти — пятнадцати минут, — сказал Мейсон.

Мейсон и Делла быстро миновали холл и поднялись на лифте в Президентский номер.

Еще не доходя до него, Делла Стрит замерла:

— Похоже, что дверь открыта.

Мейсон присмотрелся к пятну яркого света, падавшего из двери в коридор, и ускорил шаг:

Дверь Президентского номера была широко распахнута. Внутри горели все лампы. Не было видно ни инвалидного кресла, ни каких-либо следов Присутствия Амелии Корнинг.

— И что теперь? — спросила Делла.

Мейсон, еще стоя на пороге, ответил:

— Я думаю, Делла, что в ожидании нашего появления она оставила дверь открытой, чтобы мы могли сразу же войти и подождать ее в гостиной.

Они вошли в комнату. Мейсон указал на полуоткрытую дверь спальни:

— Взгляни, нет ли ее там?

Делла Стрит ответила быстрым понимающим взглядом, хотела что-то сказать, но раздумала. Она подошла к двери и, постучав, сказала:

— Здравствуйте, мисс Корнинг. Мы здесь.

Ответа не последовало.

Делла Стрит широко открыла дверь и вошла в спальню.

— Есть тут кто-нибудь? — окликнула она.

Позади себя Делла услышала быстрые шаги. Мейсон стоял рядом с ней.

Комната носила явные следы пребывания тут женщины: открытый платяной шкаф, одежда на вешалках, кремы на туалетном столике.

— Посмотрим вокруг, Делла, — сказал Мейсон, поспешно отступив назад. — Убедись, что здесь никого нет. Загляни в шкафы и даже под кровать.

— Шеф, — испуганно воскликнула Делла. — Неужели вы думаете?.. — Потом она взяла себя в руки и бросилась к платяному шкафу.

Мейсон уселся в кресло в гостиной. Минуты через две туда вошла Делла и отрицательно покачала головой.

— Смотрела всюду?

— Всюду.

— В ванной комнате?

— Тоже.

— Ладно, — сказал Мейсон, указывая на дверь в противоположной стороне гостиной. — Вот другая спальня, погляди, пожалуйста, и там.

Делла медленно открыла дверь, на этот раз без стука, и, оглядев помещение, вернулась назад.

— Никого, — заявила она.

— Кресла нет?

Она отрицательно покачала головой.

— А чемоданы? — спросил Мейсон.

— Не знаю точно. Кажется… Погодите, дайте подумать… Правильно, два чемодана и сумка.

— Подождем, — предложил Мейсон.

— Мы могли бы спросить лифтеров, — сказала Делла.

— Могли бы, — согласился Мейсон, — но не будем. Пока не будем.

— Можно было бы предположить, что она оставит нам записку.

— Ну, она оставила открытой дверь и… — Он оборвал фразу, услышав приближающиеся голоса.

В дверях появилась солидная дама лет за сорок. За ней — вертлявый черноволосый и черноглазый субъект с усиками. За этой парой следовали два боя с багажом.

Мейсон поднялся.

— Прошу прощения, — начала женщина, — я думала, что это номер Амелии Корнинг.

— Так оно и есть, — ответил Мейсон. — Мы ждем ее.

— Значит, ее нет здесь?

— В данный момент нет. Мы пришли в назначенное нам время, нашли дверь приоткрытой и посчитшш это за приглашение войти. Разрешите вам представиться. Я — Перри Мейсон, адвокат, а это — Делла Стрит, мой секретарь. А вы?..

— Я — София Эллиот, сестра Амелии. А это — ее поверенный Альфредо Гомес.

— О да, я знаю, мисс Корнинг ожидала вас, — любезно произнес Мейсон: — В телефонном разговоре она упомянула, что вы прилетаете сегодня, но я думал, что вы появитесь позднее.

— Оказалось, что мы успеваем на более ранний рейс, — пояснила София Эллиот и повернулась к маль-чикам-посыльным: — Все в порядке, вносите чемоданы.

Альфредо Гомес, юркий и тонкий в талии, с кошачьей грацией приблизился к Делле Стрит, низко поклонился ей, задержал на мгновение ее руку в своей, затем подошел к Перри Мейсону и тоже протянул ему руку.

— Душевно рад, — сказал он.

Делла Стрит бросила взгляд на Мейсона.

— Я полагаю, вы разговаривали с мисс Корнинг из Майами по телефону?

— Мы послали телеграмму, — ответила София Эллиот.

— Извините, мисс или миссис Эллиот? — спросил Мейсон.

— Миссис Эллиот! — пробасила она. — И, если это вас интересует, я — вдова, что, впрочем, вас совершенно не касается.-

— Я представляю интересы клиентки, которая имела кое-какие дела с мисс Корнинг, и мисс Корнинг пригласила меня прийти сюда, — сказал Мейсон и, посмотрев на часы, добавил: — Прошло почти десять минут после назначенного времени.

— Ну, если она назначила вам точное время и ее нет, значит, она раздумала встречаться, — сказала София Эллиот. — Ее часы идут с точностью до секунды, и когда она определяет время встречи, то придерживается его. Итак, куда мы положим наши вещи? — обратилась она к посыльным.

— В номере две спальни, — сказал один из них.

Крупными шагами женщина направилась к правой двери, открыла ее, заглянула внутрь, вернулась в гостиную и, не говоря ни слова, прошла в другую спальню, тоже осмотрела ее и сказала:

— Альфредо, вы займете эту комнату. Пусть посыльный внесет ваши вещи туда. В другой спальне — двой-йая кровать. Я поселюсь с Амелией.

Альфредо Гомес, соглашаясь, поклонился и указал на чемодан и сумку.

— Это мой багаж, — обратился он к одному из мальчиков на несколько напыщенном английском, однако вполне разборчиво и без акцента.

София Эллиот бдительно следила за размещением багажа в первой спальне, а Альфредо Гомес настороженно и безмолвно ждал, пока мальчик заносил его багаж во вторую спальню.

Вернувшись в гостиную, София Эллиот скомандовала Гомесу:

— Дайте посыльным чаевые.

Гомес вынул из кармана пиджака пачку банкнотов.

— Это бразильские деньги. Здесь они не ходят, — сказала София.

Гомес улыбнулся мальчикам ослепительно белыми зубами, сунул пачку обратно, вытащил из другого кармана бумажник и торжественно извлек оттуда долларовую бумажку, протянув ее одному из посыльных.

— Этого мало, — наставительно сказала София Эллиот.

Гомес вытащил еще три доллара.

— Это слишком много, — заметила она теперь. — Дайте каждому по доллару.

Гомес вежливо подчинился.

Посыльные с непроницаемыми физиономиями поблагодарили и исчезли.

— Насколько я понимаю, ваша телеграмма была неожиданностью для мисс Корнинг, — обратился Мейсон к Софии Эллиот.

Она медленно обернулась, окинув Мейсона далеко не любезным взглядом.

— Вы говорите, что вы адвокат?

— Да-

— Представляете интересы моей сестры?

— Нет, я представляю интересы другой клиентки, связанной делами с вашей сестрой.

— Вас сюда пригласили?

— Мне было назначено на девятнадцать тридцать.

— Это не ответ на мой вопрос. Вас приглашали в номер именно в эту комнату?

— Мы нашли дверь широко открытой, — сказал Мейсон. — Я воспринял это как молчаливое приглашение.

— Сколько сейчас времени?

— Девятнадцать сорок пять.

— Прекрасно, сестры здесь нет, и она не оставила вам записки. Я передам ей, что вы приходили. Если она снова захочет увидеть вас, она пошлет за вами.

— Прошу прощения, — возразил Мейсон, — за мной не посылают. Я адвокат.

Альфредо «Гомес проскользнул поближе к Софии Эллиот.

— Но в этот раз, однако, она посылала за вами?

— Она пригласила меня нанести ей визит, и я согласился.

— Ну, хорошо, раз — вы так щепетильны, скажу по-иному, — продолжала София Эллиот. — Если моя сестра снова пожелает говорить с вами, она пригласит вас нанести ей визит. На сегодня это все. Я въезжаю в номер.

Она подошла к двери и открыла ее настежь.

Мейсон поклонился.

— Был искренне рад познакомиться с вами обоими, — сказал он, уступая дорогу Делле Стрит.

— Хм, — буркнула София Эллиот.

— И возможно, вы сумеете уведомить мисс Корнинг, что завтра утром в девять тридцать я буду в моем офисе. Если она пожелает со мной говорить, то может позвонить по телефону и договориться о приеме.

Мейсон с Деллой вышли в коридор, и София Эллиот захлопнула за ними дверь.

Делла Стрит вопросительно подняла брови.

Адвокат улыбнулся, взял ее под руку и повел к лифту.

— Вот кого можно назвать властной личностью, — сказал он.

— Это еще мягко сказано, — заметила Делла Стрит. — Желала бы я знать, как относится к этому Амелия Корнинг.

— Я тоже, — согласился Мейсон. — Вполне очевидно, что она не приглашала к себе сестру и этого обольстительного Альфреда, оба явились по своей собственной инициативе, вероятно, чтобы устроить собственные делишки.

— Эта София своего не упустит, — констатировала Делла Стрит.

Мейсон вызвал лифт.

— Можно предположить, что сестра мисс Корнинг является главнокомандующим. Ты обратила внимание, что она не приказала посыльным оставить багаж в гостиной до возвращения Амелии Корнинг? Она просто устроилась, как ей было удобно.

— Й приняла на себя командование, — добавила Делла Стрит.

Лифт спустил их вниз.

— Куда теперь? — спросила Делла Стрит.

— К нашей клиентке, Сьюзен Фишер, — сказал Мейсон.