Мейсон остановил свою машину недалеко от отеля. Сначала он внимательно осмотрел улицу и отель и только после этого вышел из машины. Он не сразу направился к отелю, а некоторое время прохаживался по улице. Наконец он вошел.

Дежурный клерк читал журнал и не обратил внимания на джентльмена, который важно прошел мимо него, закуривая на ходу сигарету. Мейсон направился к лифту. Лифтер услужливо распахнул перед ним дверь.

— Одиннадцатый этаж, — сказал Мейсон.

Выйдя из лифта, он спустился двумя этажами ниже и внимательно осмотрел коридор. Там никого не было. Мейсон смело подошел к комнате номер 904 и повернул ручку двери. Дверь сразу открылась, Мейсон вошел и закрыл ее за собой.

В комнате был кавардак. Занавески были сорваны и валялись на полу. Шкафы распахнуты настежь. На постели на животе лежал мужчина. Его левая рука свисала на пол, а голова была повернута набок. С первого взгляда Мейсон узнал в нем Гарри Мак-Лайна и понял, что тот мертв.

Мейсон осторожно отступил и прислушался. Затем он вынул из кармана глаз, один из тех, которые достал ему Дрейк, протер его носовым платком и, подойдя к телу Гарри, осторожно вложил его в левую руку трупа. Затем он подошел к двери, вытер платком ручки, за которые брался, и вышел в коридор.

Быстро пройдя его, он поднялся на одиннадцатый этаж, вызвал лифт и спустился в вестибюль. Там он зашел в телефонную будку и позвонил Делле.

— Делла, сожгите конверт, все в порядке.

Мейсон вышел из отеля и направился к своей машине. Но не успел он отъехать от отеля, как заметил, что за ним следует полицейский автомобиль, в котором сидели два человека. Они явно следили за ним.

Он повернул обратно, разглядев на углу еще одну полицейскую машину, в которой сидел сержант Голкомб.

Мейсон оставил машину на прежнем месте и быстро вошел в отель.

— Мне нужен парень по имени Гарри Мак-Лайн, — обратился он к клерку. — У меня есть сведения, что он остановился в вашем отеле. Он зарегистрировался у вас?

Клерк порылся в книге и отрицательно покачал головой.

— Жаль, — сказал Мейсон. — Я просил его ждать меня здесь. Мое имя Перри Мейсон. Я пойду пообедаю, и если он придет, пошлите за мной, но не говорите, что я его спрашивал.

Он зашел в буфет, заказал, сандвичи и бутылку пива. Справившись с едой, Мейсон остановил официанта, дал ему полдоллара и вышел из буфета, но тотчас юркнул обратно: в холле за пальмой стоял сержант Голкомб.

Решительным шагом Мейсон подошел к столику кассира, на котором стоял телефон. Он опустил монету и набрал номер.

— Это полиция? — спросил Мейсон. — Я хочу поговорить с сержантом Голкомбом.

— Сержанта нет, — ответили ему.

— А кто может заменить его?

— В чем дело?

— Я хотел поговорить с ним насчет дела, которым занимаюсь.

— Кто говорит?

— Перри Мейсон, юрист.

— Все же в чем дело?

— Попросите его немедленно приехать в отель «Мериленд», я буду ждать его.

Он повесил трубку. Достал еще монету и позвонил прокурору.

— Это Перри Мейсон, юрист. Мне нужно поговорить с Гамильтоном Бюргером по важному делу… Нет, ни с кем другим я не хочу разговаривать, только лично с ним. Скажите ему, что я жду у телефона.

— В чем дело, Мейсон? — холодно спросил Бюргер.

— Бюргер, я в отеле «Мериленд». Кто-то позвонил мне и сказал, что здесь Гарри Мак-Лайн и что он хочет говорить. Я выяснил у портье, что Гарри Мак-Лайн здесь не регистрировался, но у меня есть предположение, что он с минуты на минуту может прийти сюда. Голос моего информатора звучал уверенно, хотя он не назвал своего имени. Этот Мак-Лайн работал у Бассета. Случайно он оказался моим клиентом совершенно по другому делу…

— Да, я знаю об этом, можете мне о нем не рассказывать…

— Тогда вы должны понять, что Мак-Лайн может сообщить важные сведения.

— Если вы проинформируете нас о них, будет просто великолепно. Что вы хотите от меня?

— Видите ли, в этом деле у меня неловкое положение. Я ведь являюсь адвокатом Мак-Лайна. И если он что-либо скажет, у меня руки будут связаны. Я звонил сержанту Голкомбу, но его нет в управлении.

— Вы сейчас в отеле? — после паузы спросил Бюргер.

— Да.

— И давно там ждете?

— Совсем немного. Я поискал здесь Мак-Лайна, его не оказалось, затем поел в буфете, а потом позвонил сержанту и вот теперь вам.

— Хорошо, — сказал Бюргер. — Я пришлю человека, но помните: когда он прибудет, наша служба возьмет это дело на себя.

— Согласен, — ответил Мейсон.

— Спасибо за сообщение, — сказал Бюргер и повесил трубку.

Окончив разговор, Мейсон закурил сигарету и направился к столу дежурного. Проходя мимо пальмы, за которой стоял сержант Голкомб, Мейсон пустил в его сторону огромный клуб дыма.

— Мак-Лайн еще не появлялся? — спросил он.

— Нет еще.

Мейсон сел поудобнее в кресло и приготовился ждать. Минут через десять он встал и подошел к столу дежурного.

— Простите, мне неудобно вас беспокоить, но, может быть, Мак-Лайн зарегистрировался у вас под другим именем? Он молодой парень, лет двадцати четырех — двадцати пяти с выпуклыми глазами. У него прыщеватое лицо, рыжеватые волосы. Одет хорошо. Если…

— Одну минуту, — перебил его клерк, — я спрошу у нашего детектива.

Клерк нажал кнопку, и вскоре к столу подошел толстый мужчина и неприязненно посмотрел на Мейсона.

— Это мистер Мальдун, офицер полиции при нашем отеле, — сказал клерк.

Мейсон рассказал ему о Гарри.

— Зачем он вам нужен?

— Я хочу поговорить с ним.

— Но вы же не знаете, под каким именем он зарегистрирован?

— Нет.

— Вы уверены, что он здесь?

— Мне об этом сообщили.

— Кто?

— А это уже не ваше дело.

— Вы пришли сюда и пытаетесь убедить меня, что один из наших постояльцев — нечестный человек.

— Ну что вы, я ни в чем не пытаюсь вас убеждать.

— Вы же говорите, что он зарегистрировался под чужим именем.

— Мало ли по каким причинам человек может это сделать.

— Допустим. Но вы чего-то недоговариваете. Кто вы? Зачем вам нужен этот человек?

Сзади послышались шаги. Они обернулись. К ним подходил сержант Голкомб. Мальдун расплылся в улыбке.

— Сержант Голкомб! — воскликнул он. — Я не видел вас целый месяц!

Мейсон изобразил на лице удивление.

— А я только что звонил вам.

— Откуда?

— Отсюда, из отеля.

— Что вы хотели мне сказать?

— Я хотел сообщить вам, что получил информацию о том, что Гарри Мак-Лайн остановился здесь в отеле и хочет нам кое-что рассказать.

— Вы видели его?

— Они утверждают, что он здесь не регистрировался.

— А что этот человек хотел от вас? — обратился сержант к Мальдуну.

— Он описал мне парня и хотел, чтобы я проверил, не зарегистрировался ли он под чужим именем.

Голкомб внимательно посмотрел на Мейсона.

— Вы предполагаете это?

— Да.

— Скажите, а у вас есть кто-либо подходящий под его описание?

— Да. Джордж Парди. Он прибыл часа полтора назад и снял комнату номер девятьсот четыре.

— Вы давно здесь, Мейсон? — спросил сержант у Мейсона.

— Нет, не так давно.

— Что вы здесь делали?

— Мне хотелось повидать Мак-Лайна, так как он многое знает.

— Вы утверждаете, что звонили мне?

— Да, я хотел, чтобы при разговоре су ним присутствовало официальное лицо.

— Кто вам сказал о Гарри?

— Не знаю, он не представился.

— Вы лжете. Вы не звонили мне. Вы здесь уже больше получаса. Что вы делали?

— Я был в буфете.

— Еще бы, вы успели проголодаться, пока ждали его.

Мейсон посмотрел на клерка.

— Это верно, сэр, — подтвердил он. — Он сказал, что пойдет в буфет.

— Вы можете, приятель, показать мне девушку, которая вас обслуживала?

— Простите, не могу. Знаете, сержант, я редко обращаю внимание ija официанток. Помню только, что она была в голубой униформе.

— Они здесь все так одеты.

— Кто-нибудь из вас обслуживал этого человека? — обратился сержант к девушкам.

— Я обслуживала его, — отозвалась одна из них.

— Да, кажется, вы, — сказал Мейсон. — У меня плохая память на лица, и я немного рассеян.

— Но я вас хорошо помню. Мне не часто дают на чай полдоллара.

Сержант сконфузился. Кассир, возле которого стоял телефон, тоже вмешался в разговор.

— Я помню этого джентльмена. Он два раза звонил по этому телефону.

— Куда он звонил?

— Звонил какому-то сержанту Голкомбу и прокурору. Я вначале подумал, что он детектив.

— Прокурору? — переспросил сержант.

— Ну да, кажется, ему сказали, что сержанта нет, и он позвонил прокурору и попросил прислать сюда человека, который должен присутствовать при его разговоре с парнем по имени МакЛэйн. Кажется, он назвал такое имя.

— Так как? — спросил Мейсон. — Поговорим с Гарри МакЛэйном?

— Я сам поговорю с ним, — огрызнулся сержант, — а вы подождете в коридоре.

Он втолкнул Мейсона в лйфт, и они поднялись на девятый этаж. Сержант подошел к комнате номер 904. Он остановился перед дверью и постучал. Ответа не было.

— Стойте здесь, а я пойду к нему, — сказал сержант Мейсону и скрылся в комнате номер 904.

Долго ждать его не пришлось. Бледный сержант быстро вышел и подошел к юристу.

— Он сказал что-нибудь вам? — обратился к нему Мейсон.

— Нет, — мрачно ответил сержант. — Вот что, Мейсон, вы деловой человек. Полагаю, вам лучше вернуться к себе. Я займусь этим делом.

— Но мне нужно повидать Мак-Лайна, — возразил Мейсон.

— Идите вы к черту, Мейсон. Вы отлично управляетесь со свидетелями.

— Что случилось? — спросил юрист.

— Ничего бы не случилось, если бы вы не мошенничали.

— В следующий раз я постараюсь заранее предупредить вас, — ответил Мейсон.

^Сержант молча подошел к двери и запер ее своим ключом. Мейсон спустился вниз, сел в машину и помчался к себе в контору.

Войдя к себе, он обратился к Делле:

— Послушай, Делла, нам предстоит серьезная работа.

Он заметил человека, сидящего на подоконнике. Это был Пит Брунольд.

— Поздравляю вас! — обратился последний к Мейсону.

— Вы? — удивленно пробормотал юрист. — Почему вы не в тюрьме?

— Меня отпустили.

— Кто?

— Копы. Сержант Голкомб.

— Когда?

— Часа полтора назад. Я думал, что вы знаете об этом. Вы же написали протест. Против меня пока нет никаких фактов, и меня выпустили.

— Где Сильвия Бассет?

— Не знаю. Думаю, что она у прокурора и ее допрашивают.

— Самое неприятное, что могло случиться, произошло: они выпустили вас из тюрьмы, — медленно сказал Мейсон. — Вам надо уйти отсюда. Идите в отель и зарегистрируйтесь под своим именем. Затем быстро позвоните прокурору, скажите, что вы в отеле.

— Но зачем мне звонить прокурору? Он же не…

— Потому что я так хочу! Какого черта вы не слушаетесь меня? Делайте то, что вам сказано. Каждая потерянная минута может принести непоправимую беду. Я считал вас в безопасности в тюрьме, а теперь каждую минуту…

Дверь распахнулась без стука, и в комнату вошло двое мужчин.

— Пошли, парень! — сказал один из них Брунольду.

— Куда?

— К прокурору. Он хочет поговорить с вами. Ваша приятельница, миссис Бассет, уже кое-что сообщила ему. Она уже арестована, и у нас есть ордер на ваш арест.

— В чем его обвиняют? — спросил Мейсон.

— В убийстве.

— Брунольд, не отвечайте на вопросы, не говорите им…

— Он ответит на все вопросы, — сказал один из вошедших, — иначе его обвинят в том, что за полтора часа свободы он успел убить человека. Теперь на его совести смерть двух человек.

— Двух? — спросил Мейсон.

— Да. И оба раза они держали в руках стеклянные глаза. Это какая-то эпидемия. Ну, пошли с нами!

Дверь захлопнулась за ними.

Делла Стрит вопросительно посмотрела на Мейсона.

Мейсон подошел к сейфу, открыл его и достал из него коробку, в которой лежали глаза, налитые кровью.

Он взял их и пошел в туалет, где положил их на каменный пол и разбил на мелкие куски.

— Делла, — сказал он, — смотри не проболтайся об этом.