Делла Стрит шла по длинному коридору вслед за Мейсоном, дождалась, пока он не открыл дверь и пропустил ее вперед, и наконец, не выдержав, схватила его за рукав и в нетерпении воскликнула:

— Объясните же!

— У нас дел невпроворот.

— Их никогда меньше не станет. Ну же, расскажите.

— Сперва надо позвонить, Делла. Соедини-ка меня с Полом Дрейком.

Делла скорчила гримаску, но не стала упрямиться. Через минуту Мейсон уже говорил Дрейку:

— Пол, есть у тебя какой-нибудь блат среди газетчиков?

— Особого блата нет, но кое-какие связи имеются. Заваленному работой детективному агентству всюду нужны свои люди.

— Ты должен выяснить адрес человека, давшего в газету объявление на адрес абонентного ящика «3962-yz». Мне неизвестны ни название, ни число, но газета должна быть не более недельной давности.

— Это срочно? — спросил Дрейк.

— Так срочно, что тебе все равно не поспеть.

— Это мне-то?

— За пять минут успеешь?

— Ну, положим, за час.

— Сорок пять минут. — Мейсон повесил трубку.

Делла Стрит озабоченно посмотрела на него.

— Откуда я знаю этот номер? — спросила она.

— Неужели забыла?

— Он кажется мне знакомым… Ах, да! Это число было записано на обороте письма Милдред Дэнвиль,

— Совершенно верно, — сказал Мейсон, — только оно было записано не на обороте.

— То есть?

— Письмо было написано на обороте страницы, выдернутой из блокнота.

— Не поняла.

— Этот лист был выдернут из блокнота. Бумага отдавала слабым ароматом пудры.

— Вы хотите сказать, что Милдред носила этот блокнот у себя в сумочке?

— Вполне возможно, Милдред с какой-то целью зашла в канцелярский магазин, купила блокнот и бросила его в сумочку. Спустя некоторое время она записала в блокноте «3962-yz», а немного погодя, когда ей понадобилось черкнуть письмо Дайане, она просто выдернула страничку из блокнота, перевернула его и стала писать на обороте.

— Но с чего вы решили, что эти цифры означают номер абонентского ящика?

— Сам не знаю, — признался Мейсон, — но ставлю десять против одного, что так оно и есть. Номер, состоящий из четырех цифр и двух букв, — это ни номер дома, ни телефона. Скорее всего, это номер абонентского ящика, который обычно приводится в конце газетного объявления.

— Но при чем здесь синяк Дайаны? — удивилась Делла.

— Абсолютно ни при чем, — ответил Мейсон.

— Тогда что же? Неужели все произошло из-за того, что она нашла в своей комнате юного Карла Фретча?

— И не из-за этрго.

— Тогда я отказываюсь понимать.

— Прихрамывающая женщина почтенного вида.

— Я не поспеваю за вашей мыслью, — нахмурившись, заметила Делла Стрит.

— Да, всему виной ^прихрамывающая женщина почтенного вида, — повторил Мейсон. — Именно так Дайана охарактеризовала ее, когда рассказывала нам свою историю, и точно так же описала ее и при разговоре с Милдред…

— A-а, вы говорите о женщине, приезжавшей к Джейсону Бартслеру продавать рудники?

— Якобы продать рудники!

— Почему же «якобы»?.. О Боже! Неужели вы думаете, что… — воскликнула Делла. — По-вашему, в какой-то газете было объявление типа: «Женщина с наидучшими отзывами и рекомендациями, владеющая секретами детской любви, а также являющаяся владелицей дома с просторным двором, предлагает услуги по уходу за детьми в дневное время и…»

— Как по-писаному! — сказал Мейсон восхищенно.

— Значит, — с загоревшимися от возбуждения глазами продолжала Делла Стрит, — Милдред Дэнвиль поехала к Элле Броктон, взяла мальчика будто бы на прогулку и отвезла его к этой женщине.

— Валяй, — сказал ей Мейсон, — у тебя прекрасно получается.

— Но каким образом Бартслеру удалось связаться с ней?

— А это не его, а ее заслуга.

— То есть?

— Предположим, ты — почтенная добропорядочная женщина, и к тебе является сногсшибательная блондинка с крохотным малышомг Малыша зовут Роберт Бартслер, однако фамилия девушки — Дэнвиль, к тому же она явно встревожена; ей необходимо где-нибудь оставить ребенка, возможно, на несколько дней, пока она не подыщет подходящую квартирку и горничную…

Ну, ясное дело, как только блондинка ушла, эта женщина принялась рыскать в телефонном справочнике в поисках фамилии «Бартслер».

— Точно, — одобрил Мейсон.

— А так как это довольно-таки редкая фамилия, она нашла единственного Бартслера в справочнике, позвонила ему и выложила все про загадочную блондинку, оставившую у нее на попечении трехлетнего малыша по имени Роберт Бартслер. И тогда… — Делла запнулась.

— Ну же, продолжай, — сказал Мейсон.

— О Боже, я не могу, — ответила Делла. — Последствия могут принять такой оборот, что дух захватывает.

— Разумеется, все это имеет под собой пока довольно зыбкую почву, зато сразу объясняет все, и на сегодня это пока что единственная версия. Итак, прихрамывающая женщина почтенного вида. Милдред Дэнвиль оставляет у нее ребенка, однако тот таинственным образом исчезает; затем, спустя пар> дней, Милдред болтает с Дайаной по телефону и во время разговора Дайана сообщает ей о фингале у себя под глазом — что доставляет Милдред истинное удовольствие — и о прихрамывающей женщине почтенного вида, которая приехала на такси одновременно с ней и спрашивала мистера Бартслера.

— А как же рудники, шеф? — возразила Делла.

Мейсон, покачав головой, улыбнулся.

— Так она представилась сотруднику Бартслера: не забывай, они уже успели переговорить по телефону. Представь себе Бартслера, ни с того ни с сего срывающегося открывать дверь, хотя за ним никогда подобное не водилось; вряд ли ему хотелось, чтобы она заявила с порога: «Я пришла насчет внука вашего хозяина».

— Боже, у меня от волнения все тело свело. Похоже, отсидела ногу: такое ощущение, будто колют иголками. Но кто мог бы подумать, что Джейсон Бартслер способен затеять такую глубокую и коварную игру! Ух-х! Знать бы раньше…

Незарегистрированный телефон Мейсона категорично оборвал ее восклицание. Мейсон поднял трубку и услышал голос Пола Дрейка:

— Так, слушай внимательно, Перри. Не подумай только, будто я вправду такой везучий, в другой раз это заняло бы час, но сейчас мне просто повезло, я сразу же наткнулся…

— Кончай молоть чепуху, — перебил его Мейсон. — Как ее зовут?

— Миссис Дж. С. Кеннард, проживающая по Лоблэнд-авеню, 3691. Но я выяснил еще кое-что, Перри: прозондировал тот квартал, где Милдред Дэнвиль держала на стоянке свою машину. Так вот: там имеется детский сад. За день до того туда заходила блондинка с мальчиком и приобрела там кое-какую одежду для него. Я выверил фактор времени — это могла быть только Милдред. Фотографию ее я не стал показывать: боялся, как бы они не опознали в ней убитую и не настучали в полицию.

— Чистая работа, — сказал удовлетворенно Мейсон. — Как насчет объявления, которое давала в газету миссис Дж. С. Кеннард? О чем оно, Пол?

— Не знаю пока, Перри. Я и без того торопился как мог, но если ты дашь мне еще полчаса, то думаю, что…

— Ничего, это не так срочно, — успокоил его Мейсон. — И вообще, я догадываюсь, о чем оно. Бери пальто и шляпу, Пол.

— Я как раз собирался выйти пообедать, — сказал Дрейк. — Целый день вкалываешь, как вол, ни маковой росинки во рту…

— Зачем тебе обед, когда твой стол набит шоколадками? — сказал Мейсон. — У тебя есть в конторе надежный человек?

— Есть одна девушка, она как раз составляет отчет по другому делу. — ответит Дрейк. — Кроме нее, никого…

— Блондинка или брюнетка?

— Блондинка. Ты знаешь ее, это Анита Дорсет.

— Хорошо, прихвати ее. Она может понадобиться, а может и нет. Встречаемся у лифта.

— О-о, Перри, будь человеком, я же умираю от голода…

— Даю десять секунд, — сказал Мейсон и повесил трубку. — Ты запомнила адрес? — спросил он у Деллы Стрит.

— Да, я записала: Лоблэнд-авеню, 3691.

— Отлично, поехали.

Мейсон помог Делле надеть пальто, затем снял с вешалки свое пальто и, надевая на ходу, стремительно вышел из конторы, подождал, пока выйдет Делла, и захлопнул дверь. Они быстро двинулись по коридору по направлению к лифту, и, когда Мейсон нажал кнопку вызова кабины, в коридоре появились Пол Дрейк и высокая, стройная блондинка лет тридцати.

— Ты не забыл Аниту Дорсет? — спросил Дрейк.

Мейсон поднял шляпу в знак приветствия, а Делла, улыбнувшись, кивнула.

Тяжелые дверцы лифта мягко разъехались.

— Пропустили бы по сандвичу, Перри… — робко попросил Пол, когда они стали спускаться.

— Шоколадки с тобой? — спросил в ответ Мейсон.

Дрейк кивнул с убитым видом.

— Так съешь одну.

— Нельзя, Перри.

— Почему?

— Аппетит испорчу.

— Ну и пусть, зато хоть канючить перестанешь, — сказал Мейсон.

Они вышли из лифта. Анита Дорсет сочувствующе улыбнулась Дрейку, видя его жалкое выражение лица.

— Перри, у меня же от шоколада изжога, — запротестовал Дрейк.

— Вот и замечательно. Съешь пока половину, заодно и аппетит сбережешь. Может, и правда доведется перекусить не скоро.

Дрейк вздохнул, вынул из кармана четыре шоколадные плиточки. Делла и Анита отказались. Мейсон взял шоколадку, разорвал обертку и отправил плитку в рот. Они пересекли улицу и направились к автостоянке, где Мейсон оставил свою машину.

— Разве мы едем в твоей машине? — спросил Дрейк.

— Угу, — буркнул Мейсон.

— Почему не в моей? — взмолился Дрейк. — Если будешь гнать, — а я вижу, ты торопишься, — значит, ты хочешь моей гибели.

Мейсон, хрустя шоколадом, замотал головой. Дрейк со скорбным видом стянул с шоколада обертку, хотел было отломить кусочек, но передумал и медленно засунул плитку в карман.

— Была не была, потерплю еще полчасика, — пояснил он. — Может, все сложится по-другому.

— Слушай задание, Пол, — произнес Мейсон. — Берешь свою машину и держишься за мной следом. Возьмешь с собой Аниту и…

— Не пойдет, — возразил Дрейк. — При таком движении за тобой не угнаться, и пробовать нечего. Чуть превысишь скорость и считай, что уже на кладбище, а я туда еще не тороплюсь.

— Черт с тобой. Жди меня на Лоблэнд-авеню, 3691. Мы доберемся туда раньше тебя, это уж точно, но в любом случае я буду ждать тебя; ты мне, возможно, понадобишься.

У Дрейка посветлело лицо.

— Что ж, это другое дело. Минут на десять опоздаем, но…

— Попробуй только застрять по дороге в какой-нибудь забегаловке, — сказал Мейсон, в корне пресекая возникшие было радужные мечты, — и я больше не доверяю тебе ни одного дела.

Лицо Дрейка снова осунулось.

— Чертов ясновидец, — горько пожаловался он Аните. — Не даст даже мысленно пожрать.

Мейсон с Деллой быстро уселись в машину, и Мейсон завел мотор прежде, чем хлопнуть дверцей, затем подал назад и сорвался с места, в то время как Дрейк покорно направился к своему автомобилю.

На Лоблэнд-авеню они нашли скромный, ухоженный коттедж с просторным двором позади дома и крыльцом, увитым виноградной лозой. От дома веяло респектабельностью и покоем.

— Не будем дожидаться Пола, Делла. Наверно, трясется где-то на полпути, чтобы упаси Бог не превысить дозволенную скорость. Ну как, заглянем, а?

— Вы предлагаете зайти в дом?

— Конечно. Сначала позвоним в дверь.

— А что, если она пошлет нас…

— Вряд ли. В доме темно. Требуется еще выяснить, есть ли там кто.

Они выбрались из машины и направились по широкой тропинке, ведущей к крыльцу. Крыльцо было огорожено таким образом, что даже самые маленькие дети могли там играть без риска вывалиться.

— По-видимому, вы были правы, — сказала Делла. — Это то самое место.

Мейсон нажал на кнопку звонка.

— Большая-большая гипотеза, опирающаяся на маленький-маленький фактик. И все-таки, я думаю, мы на правильном пути.

Из глубины дома донесся приглушенный звонок. Мейсон подождал немного, нажал еще раз на кнопку, затем они обошли дом и вышли во двор.

При свете уличного фонаря виднелись установленные во дворе качели, песочница, небольшая избушка и макет яхты длиной в три метра с крошечной рубкой и обрубком мачты.

— Конечно же, вы были правы! — воскликнула Делла при виде этого хозяйства.

Мейсон озабоченно хмыкнул:

— Что-то тут не так, Делла.

— Ах, как бы мне хотелось снова стать ребенком, чтобы покачаться на этих качелях.

— Плотник на совесть постарался, а, Делла?

— Ага.

— Нанимать плотника ради такого дела — довольно разорительно.

— Но такое по плечу только профессиональному плотнику.

— Верно, однако вряд ли это плотник из строительной организации: скорее всего, квартирант или близкий друг с умелыми руками.

— Это яхта определенно нечто новенькое. Такого я еще не видела. Представляю, с каким восторгом дети карабкались на нее, воображая себя пиратами… Чьи-то фары видны на дороге, шеф. Это, наверно, Пол Дрейк.

Мейсон и Делла Стрит прошли к фасаду дома и увидели, как вышли из машины Пол Дрейк и Анита Дорсет. Мейсон сообщил вполголоса:

— Пол, весь двор начинен, как игровая площадка: тут и качели, и даже неплохой макет яхты, и все такое прочее. В соседнем доме горит свет. Вы с мисс Дорсет идите туда и попробуйте что-нибудь разузнать. Если миссис Кеннард была профессиональной няней и вдруг свернула свой бизнес, начинайте вешать лапшу: скажите соседям, будто Анита собирается завести такой же садик и чрезвычайно нуждается в услугах того плотника, что обустроил дворик миссис Кеннард. Во что бы то ни стало постарайтесь добыть о нем какие-нибудь сведения.

— Зачем это, Перри?

— Полагаю, ему может быть известно местонахождение миссис Кеннард, — сказал Мейсон.

— Что ж, ради этого стоит попотеть, — согласился Дрейк. — Похоже, нам не придется ужинать до тех пор, пока не разыщем ее. Идем, Анита.

Мейсон и Делла Стрит наблюдали, как Дрейк со своей спутницей подошли к соседнему дому, и увидели полоску золотистого света, падающую сквозь открытую дверь, которую приотворил мужчина.

Их разговор нельзя было разобрать, но они услышали, как мужчина повернулся и позвал жену, после чего состоялась довольно продолжительная беседа в дверях. Анита Дорсет достала из сумочки записную книжку и что-то в нее записала.

Дверь закрылась, Дрейк с Анитой Дорсет вернулись к Мейсону и Делле Стрит.

— Ну? — осведомился Мейсон.

— Она держала садик до двадцать шестого числа сего месяца, после чего исчезла внезапно и бесследно.

— Ничего не объяснив? — поинтересовался Мейсон.

— Она позвонила этой соседке и попросила предупредить всех родителей, которые будут привозить своих детей, что садик закрыт, так как владелица заразилась оспой и помещена в карантин. Она не хотела объявлять через газету, потому что тогда стало бы сложнее устроить детей в другие садики. Это все звучит довольно подозрительно, и соседка не перестает ломать голову. Она исполнила просьбу миссис Кеннард, но ей до смерти хочется посудачить об этом с кем-нибудь и выяснить, в-чем дело. По-моему, было бы неплохо вернуться туда и выслушать ее соображения за… Ну-у, в общем-то можно и попозже.

— Зачем? — спросил его Мейсон.

— Да ни за чем. Как-нибудь в другой раз.

Мейсон рассмеялся.

— Ты хотел сказать: за ужином. И чуть не проболтался. Ладно. Что тебе удалось выяснить про плотника?

— Его фамилия — Ферстон. Некоторое время снимал у нее комнату, но потом, устроившись на завод, перебрался поближе к работе.

— Узнал его адрес?

— Нет, но это несложно, если он не скрывается.

— Очень хорошо, Пол. Займись этим немедленно. Прошу тебя, разыщи этого Ферстона и выведай у него нынешний адрес миссис Кеннард, прежде жившей здесь. Наверняка возникнут осложнения. Но в любом случае: как только узнаешь ее адрес, немедленно сообщаешь мне. И держи этого Ферстона в неведении, чтобы он не поднял тревогу и не вспугнул миссис Кеннард. Так что задание у тебя не из простеньких: зуб можно сломать.

— А где будешь ты? — спросил Дрейк.

— Если меня не будет в конторе, то я — в особняке Джейсона Бартслера. Но сперва позвони в контору. Если придется все-таки звонить к Джейсону Бартслеру, скажешь, что я понадобился по вопросу чрезвычайной важности. Представишься моим клиентом: будто бы я собираю некоторые документы, и в связи с этим тебе необходимо сообщить мне известие чрезвычайной важности.

— Заметано, — сказал Дрейк. — Развязка не за горами. Сколько времени ты мне даешь на всю операцию?

— Сколько понадобится, Пол, — ответил Мейсон, подмигнув Делле.

— Что? — спросил Дрейк, не веря своим ушам.

— То, что слышал, — сказал Мейсон, — только постарайся уложиться до ужина.