Сидя в машине, Мейсон закурил сигарету от окурка предыдущей. На его лице застыло выражение терпеливого ожидания, глаза блестели. Он был похож на боксера, сидящего в углу ринга и ждущего удара гонга. В его поведении не было нервозности, о внутреннем напряжении говорило лишь то, что он курил одну сигарету за другой.

В здании на другой стороне улицы размещалась редакция «Пикантных ведомостей».

Мейсон выкурил до половины последнюю сигарету из пачки, когда из редакции вышел Фрэнк Локк. Он шел, как бы крадучись, глаза его настороженно бегали по сторонам. Он был похож на лиса, возвращающегося в нору с первыми лучами солнца после ночной охоты.

Мейсон выбросил сигарету и нажал на стартер. Легкий кабриолет отъехал от тротуара и влился в поток проезжающих автомобилей. Локк свернул направо и остановил такси. Мейсон держался следом, а когда движение на дороге уменьшилось, ему пришлось отстать.

Вскоре такси остановилось. Локк вышел, расплатился с таксистом и вошел в узкий проход между магазинчиками. Одна из плит в стене дома внезапно сдвинулась, открылась дверь, и Мейсон заметил согнутого в поклоне мужчину. Локк вошел туда, и дверь за ним закрылась.

Мейсон припарковал машину через два дома от этого места, вынул новую пачку сигарет, разорвал целлофан и снова начал курить.

Локк провел в этом замаскированном питейном заведении около сорока пяти минут. Выйдя оттуда, он огляделся по сторонам и двинулся по улице. Алкоголь придал ему больше уверенности в себе, и он двигался теперь легко, с расправленными плечами. Мейсон наблюдал, как он остановил такси и уселся. Когда машина тронулась, Мейсон снова последовал за ней. Локк остановил такси перед каким–то отелем и вошел туда. Мейсон припарковал автомобиль и, войдя в холл отеля, осторожно осмотрелся. Локка нигде не было.

Это был один из небольших отелей, в которых обычно останавливаются коммивояжеры. В глубине вестибюля находился ряд телефонных кабин и соединяющий пункт, где располагалась телефонистка. В холле было много людей. Медленно и осторожно Мейсон прошелся вокруг, заглядывая им в лица. Потом подошел к портье.

— Вы можете мне сказать, — спросил он, — не остановился ли у вас некий Фрэнк Локк?

Портье посмотрел регистрационный журнал.

— У нас есть Джон Локк, — поправил он.

— Нет, — повторил Мейсон, — мне нужен Фрэнк.

— К сожалению, такого нет.

— Ну что ж, ладно, — сказал Мейсон и отошел.

Он пересек холл и заглянул в ресторан. Несколько человек сидели за столиками, но Локка среди них не было. В нижнем этаже здания размещалась парикмахерская. Мейсон спустился туда и, заглянув через стеклянную стену, увидел Локка, сидевшего в третьем от конца кресле с горячим компрессом на лице. Мейсон узнал его по твидовому костюму и коричневым ботинкам. Поднявшись наверх в холл, он подошел к телефонистке.

— Это вы соединяете абонентов во всех кабинах? — поинтересовался он.

Она кивнула головой.

— Отлично. Сказать вам, как вы без труда можете заработать двадцать долларов?

Девушка смотрела на него широко открытыми глазами.

— Вы издеваетесь надо мной?

— Сначала выслушайте меня, — перебил Мейсон. — Я хочу только узнать один номер телефона и все.

— Я не понимаю, что вы хотите?

— Это очень просто, — пояснил он. — Я сейчас позвоню сюда из города одному человеку. Видимо, он не подойдет сразу к телефону, но раньше или позже появится. Он сейчас находится в парикмахерской. После разговора со мной он позвонит по телефону. Я хотел бы знать номер, по которому он будет звонить.

— А если он не будет звонить отсюда?

— Тогда вы получите двадцать долларов просто так, — заверил Мейсон.

— Но я не должна давать информацию такого рода, — оборонялась телефонистка.

— Именно поэтому вы и получите двадцать долларов, — усмехнувшись, разъяснил Мейсон. — И за то, что$1ы послушаете, о чем будет идти речь.

— Ох, но я не могу подслушивать и передавать, кто о чем говорит.

— Вы и не должны ничего передавать. Я вам скажу, о чем будет разговор. Вы только подтвердите, так ли это, для того, чтобы я мог иметь уверенность, что это именно тот номер, который мне нужен.

Она немного поколебалась. Огляделась украдкой вокруг, не догадывается ли какой–нибудь случайный наблюдатель о содержании их беседы. Перри Мейсон вынул из кармана две десятидолларовые банкноты, сложил и начал вертеть в пальцах. Девушка не спускала глаз с денег.

— Хорошо, — выдавила она наконец.

Мейсон подал ей двадцать долларов.

— Этого человека зовут Фрэнк Локк. Я позвоню через пару минут, вы пошлете за ним боя. А разговор будет такой: Локк позвонит кому- то и спросит, может ли тот заплатить четыреста долларов за сведения об одной женщине. Его собеседник ответит, что может.

Девушка согласилась.

— Телефонные разговоры из города проходят тоже через вас?

— Только если вы попросите тринадцатый внутренний.

— Хорошо, так я и сделаю.

Мейсон улыбнулся и вышел, зашел в ближайшую аптеку, в которой был телефон–автомат. Набрал номер отеля и попросил 13–й внутренний.

— О’кей, — сказал он, услышав голос девушки. — Я хочу поговорить с Фрэнком Локком. Пошлите, пожалуйста, за ним боя, только не забудьте попросить, чтобы он поднялся наверх. Скорее всего он не придет сразу, но это ничего, я подожду. Он сейчас у парикмахера, но вы не говорите этого бою. Скажите ему только, чтоб заглянул к парикмахеру.

— Понимаю, — сказала девушка.

Он ждал около пяти минут, после чего услышал снова ее голос в трубке:

— Он попросил, чтобы вы оставили номер, он, позвонит через минуту.

— Хорошо. Мой номер Гаррисон, 623850. Только скажите бою, чтобы Локк поднялся наверх.

— Понятно, не беспокойтесь.

— О'кей. Скажите ему, чтобы спросил мистера Смита.

— Без имени?

— Да. Просто Смит и номер. Это все.

— Хорошо, поняла.

Мейсон положил трубку. Он ждал минут десять, прежде чем телефон зазвонил. Мейсон откликнулся высоким неприятным голосом и услышал по другую сторону осторожный голос Фрэнка Локка.

— Вы слушаете, — сказал Мейсон тем же самым голосом. — Мне не хотелось бы ошибиться. Вы ведь Фрэнк Локк из «Пикантных ведомостей»?

— Да, это я, — буркнул Локк. — А кто вы и как вы меня нашли?

— Я был у вас в редакции вскоре после вашего ухода. Мне сказали, что я могу вас найти в заведении на Вебстер–стрит или позднее здесь, в отеле.

— Откуда они, черт побери, это знают? — воскликнул Локк.

— Вы меня спрашиваете?

— Ну хорошо, и чего вы хотите?

— Послушайте. Я знаю, что вы не любите разговаривать о делах по телефону. Но это важное дело, и о нем надо договориться сразу. Вы деловой человек, раз вы издаете такую газету, но и я деловой человек.

— Хорошо, хорошо, — голос Локка был очень недовольный. — Не знаю, кто вы, но я готов с вами поговорить. Вы далеко находитесь?

— Да не очень близко, — проговорил Мейсон. — Послушайте, я могу вам сообщить важную информацию. Не буду говорить по телефону, но если это вас не интересует, то у меня есть другой покупатель. Вы хотели бы узнать, что за женщина была вчера с Гаррисоном Берком?

На другом конце провода наступило молчание.

— Нашу газету всегда интересуют пикантные сведения, касающиеся известных особ, — наконец произнес Локк. — Мы только приветствуем интересную информацию.

— Говорите вы хорошо, — сказал Мейсон. — У вас есть голова на плечах, но и у меня она есть. Составлен список, но Гаррисона Берка в нем нет. И нет женщины, с которой он был. Вы заплатите тысячу долларов за точные сведения о том, кто эта женщина?

— Нет, — голос Локка был уверенным.

— Ну хорошо, — поспешил Мейсон, — а пятьсот?

— Нет.

— Хорошо, тогда я вам вот что скажу, — продолжал Мейсон настойчиво. — Я продам вам эти сведения за четыреста. Но это уже самая низкая цена, потому что у меня есть другой покупатель, который платит триста пятьдесят. Мне не просто было вас найти, и поэтому вы должны заплатить четыреста, если хотите иметь эту информацию.

— Четыреста долларов — это куча денег.

— Сведения, которыми я располагаю, этого стоят.

— За такую сумму вы должны представить нам нечто большее, чем просто информация. Нам нужны доказательства на случай процесса о клевете.

— Понимаю, — сказал Мейсон. — Как только мне заплатите четыреста долларов, я вам представлю доказательства.

Локк немного помолчал:

— Хорошо, давайте пока остановимся на этом. Я перезвоню вам через несколько минут и дам ответ.

— Я буду ждать у телефона.

Мейсон повесил трубку и уселся на высоком стуле перед стойкой. Он выпил стакан содовой без спешки и без всяких признаков волнения. Прошло шесть или семь минут перед тем, как телефон вновь зазвонил. Мейсон вернулся в кабину.

— Говорит Смит, — представился он.

В трубке раздался голос Локка:

— Я готов заплатить вам вашу цену, если вы принесете доказательства.

— Хорошо, — согласился Мейсон. — Ждите завтра в редакции, я к вам приду. Только давайте без обмана, а то из–за вас я упущу покупателся, который дает мне триста пятьдесят.

— Послушайте! Я хотел бы с вами увидеться сегодня и сразу покончить с этим делом.

В голосе Локка слышалось нетерпение.

— Это невозможно, — заверил Мейсон. — Я могу вам сегодня представить информацию, но доказательства у меня будут только завтра.

— Хорошо, — настаивал Локк, — тогда вы мне сегодня дадите информацию, а я заплачу вам, как только вы принесете мне доказательства.

Мейсон засмеялся.

— Вы шутите?

— Хорошо, делайте, как хотите, — раздраженно бросил Локк.

— Благодарю вас, я так и сделаю, — Мейсон снова засмеялся и положил трубку.

Он вернулся в машину и стал ждать. Минут через двадцать Фрэнк Локк вышел из отеля с молодой женщиной. После бритья и массажа даже его грязноватая кожа приобрела легкий розовый оттенок.

Молодая женщина, которая вышла с ним, выглядела не старше двадцати одного — двадцати двух лет. У нее было довольно невыразительное лицо под чрезмерным слоем макияжа. Впрочем, ее внешность, хотя и вульгарная, была довольно эффектна.

Перри Мейсон подождал, пока они сядут в такси, затем вернулся в отель и подошел к телефонистке. Девушка подняла на него встревоженные глаза и украдкой вынула листок бумаги. На нем был номер: Фрейбург, 629803. Перри Мейсон кивнул головой и спрятал листок в карман.

— Это был разговор о цене, которую можно заплатить за сообщение?

— Я не могу рассказывать о том, кто что говорит по телефону.

— Понимаю. Но вы бы сказали мне, если бы разговор был на другую тему, правда?

— Может быть, — ответила она, сомневаясь.

— Отлично. И вы больше ничего не хотите мне сказать?

— Нет!

— Ну что ж! Это все, о чем я хотел знать, — закончил Мейсон и вышел, улыбнувшись ей на прощание.