В Лондоне много нищенских кварталов, но пальму первенства, несомненно, держит Хаундсдич, истинное царство нищеты и разрухи. В центре этого квартала расположен Собачий Остров, лабиринт грязных улочек и разваливающихся бараков, тупиков, пустырей, годных для застройки, которые из-за дождей, туманов и снега давно превратились в болота. Несколько лет назад один полусумасшедший предприниматель решил провести через лабиринт широкую улицу и застроить ее приличными домами. Предприниматель умер в Бедламе, главной психиатрической лечебнице для лондонских сумасшедших. Дома выставили на продажу за смешную цену, но покупателя не нашли. Долгие годы объявления о продаже висели на дверях этих домов до тех пор, как стало невозможным прочесть на них что-либо.

Однажды случилось чудо. Появился покупатель, который приобрел огромный дом из красного кирпича. Нотариус вручил документы о праве собственности некоему сиру Джерри Смиту, а когда покончил с формальностями, у него сложилось убеждение, что мистер Джерри Смит был столь же безумен, как несчастный предприниматель. Однако мистер Смит отремонтировал фасад, привел в порядок крышу, проверил водостоки и завез в дом хорошую дорогую мебель. Когда все работы завершились, рабочий прикрепил к двери медную табличку, извещавшую, что здесь обитает Джерри Смит, эсквайр.

Когда обитатели Собачьего Острова узнали, что в их квартале появился зажиточный буржуа, возникли горячие споры. Делегация из дюжины самых почтенных граждан, два или три раза имевших дело с полицией, явилась однажды к дверям дома. Они были уверены, что хозяин не откроет им дверь, и были готовы перелезть через ограду сада, чтобы проникнуть, несмотря ни на что, в дом. Но дверь перед ними распахнулась, и мистер Джерри Смит, эсквайр, с радушной улыбкой на устах пригласил их в дом. То, что говорилось во время этого дружественного визита соседей, навсегда останется тайной, но обитателям Собачьего Острова делегаты сообщили, что беседа была короткой, а шестеро из эмиссаров покинули дом рысью с выражением ужаса на лице, словно по их следу несся сам дьявол.

На следующий день после пиршества у лорда Минвуда, ранним утром, когда речные туманы еще не рассеялись, через Хандсдич проехал, разбрызгивая грязь по сточным канавам вдоль дороги, автомобиль и остановился перед дверью дома мистера Смита.

Ставни были закрыты, и Джо Морисс вылез из автомобиля, долго и тщетно стучал в дверь, которая так и не открылась.

— Я так и думал, — проворчал он, поворачиваясь к компаньону, который сидел в автомобиле.

— Почему из почтового ящика свисает веревка? — спросил пассажир.

— У вашей светлости отличное зрение, — с улыбкой сказал инспектор, дернул за веревочку и извлек ключ с прикрепленной к нему визитной карточкой. — Какой тип! — вздохнул он, передавая визитную карточку партнеру. — Он, как понятно, предусмотрел, что мы заявимся к нему.

Питер Врен прочел.

Джерри Смит, эсквайр, приветствует лорда Минвуда и инспектора Морисса. Он не хочет оставлять их на пороге дома и приглашает войти. Он сожалеет, что не может их встретить лично, но уверяет, что они могут посетить дом и полностью осмотреть его. Превосходный портвейн в обеденном зале.

— Блекфуд бросился в бега! — сурово заявил Морисс. — Мы воспользуемся его приглашением.

Комнаты были обставлены со вкусом и поддерживались в отличном порядке. В очаге обеденного зала еще теплились угольки.

Питер Врен уселся в клубное кресло и рассеянно огляделся. Комната была приятной, на стене висела пара картин, на столе лежала открытая «Ярмарка тщеславия», шедевр Теккерея.

Морисс уселся на стул и тоскливо смотрел перед собой.

— Я спрашиваю себя, что мы здесь делаем, — наконец проворчал он. — Арестовать Смита? Бессмысленно, а его допрос представляется мне чистой фантазией. Хм… Тип не собирался оставаться здесь, мудро дожидаясь нас.

Он провел указательным пальцем по ковру у стола и долго изучал пятно жира, который расползся под его пальцем.

— Здесь лежал хорошо смазанный револьвер, — проворчал он, — однако Блекфуд, или Смит, никогда не отличался страстью к огнестрельному оружию. Повторяю, он реально испытывал ужас!

— Этот мистер Смит, судя по состоянию его жилища, кажется мне типом, любящим чистоту и поддерживающим ее, — сказал юный лорд. — Мне кажется, он не оставил бы пятно на полу.

— Извечный след воды! — прошипел офицер полиции, указывая пальцем на лужицу воды на полу.

— Таинственный человек побывал здесь до нас, — сказал Врен.

— Кто он и чего хочет? — вполголоса произнес Морисс. Вдруг раздалось негромкое жужжание. — Ого! — воскликнул инспектор. — Я не знал, что Джерри Смит подключил телефон. Похоже, тайная линия… от этого типа можно ожидать чего угодно.

Жужжание не прекращалось. После недолгих поисков Морисс обнаружил небольшой аппарат, умело спрятанный в китайской вазе.

— Алло! Кто у аппарата?

Ответил голос Блекфуда-Смита.

— Это вы, мистер Морисс?.. Я был уверен, что вы примете мое приглашение. Где я? Послушайте, это не совсем скромный вопрос, и это вам никак не поможет. Нет, не теряйте драгоценное время. И не ищите, куда ведут телефонные провода. Они тянутся вдоль водостоков и подключены к телефонам «Кок энд К⁰». Компания торгует древесиной, но торговцы ни о чем не подозревают. Скажите мне одну вещь… ОН уже побывал в доме?

— Откуда мне знать! — нервно воскликнул Морисс.

— Послушайте, инспектор, узнать это для вас то же, что детская игра.

— Да, — ответил офицер полиции, — тот, кого вы называете ОН, побывал здесь.

— Приятно знать это, но еще более приятно то, что я вовремя смылся. Видите ли, инспектор, я очень огорчен и был вынужден покинуть свое очаровательное гнездышко, быть может, навсегда, но лучше быть живым в лачуге, чем трупом в милом доме.

— Вы позвонили сюда, чтобы нести всякую чушь, — раздраженно заметил Морисс.

— Вовсе нет, инспектор, я только хотел знать, приходил ли ОН, чтобы убить меня.

— Что? — не сдержался инспектор. — Что вы плетете? Как я могу это знать?

— Я думаю, что вы обнаружили многое, — последовал резкий ответ, — понюхайте воздух вокруг себя и скажите, пахнет ли чем-нибудь необычным в гостиной.

— Да, я чувствую аромат хорошего… даже очень хорошего табака.

— Я никогда не курю у себя дома, запах пропитывает шторы… Значит, ОН действительно был.

Вдруг Врен выпрыгнул из кресла и выхватил акустический рожок из рук инспектора.

— Мой дорогой мистер Преттикот, я могу себе позволить величать вас этим смешным именем, если ОН собирался вас убить, почему не сделал этого вчера? Пока вы гостили у меня, у него были все возможности пустить вам пулю в череп.

На другом конце провода послышался смешок.

— По крайней мере, умный вопрос, милорд. Я отвечу так: когда вы найдете ответ на этот вопрос, большая часть тайны будет раскрыта. Но ваши дела к моим делам не относятся, милорд. Если я останусь в живых, то займусь своими делишками, а отнюдь не вашими… Вы не получили Рыжего Билла, не получил его и я… думаю, и ОН не заполучил его… Вот и все, прощайте!

В рожке послышался треск, потом стало тихо.

— Связь прервалась, — сказал Питер Врен.

— Дьявол этот Блекфуд, — проворчал инспектор.

— Что можно сделать, чтобы избавиться от запаха табака? — спросил юный лорд.

— Сжечь бумагу, — ответил Морисс, пожимая плечами.

Питер Врен кивнул, вытащил из портфеля газету и чиркнул спичкой. Пламя стало быстро пожирать газетные листы.

Морисс глядел на него инквизиторским, но одобрительным взглядом.

— Думаю, начинаю понимать, — улыбнулся он.

— Это слишком просто, — ответил юноша, словно извиняясь, — думаю, запах табака должен был прятать другой запах, не совсем подавляя его, а как бы перекрывая, если так можно выразиться? Тем более что здесь не курили табак.

— Прекрасно, верно подмечено, — подтвердил Морисс.

— Когда курят табак, запах мягкий и приятный, — продолжил Врен, — если его ЖГУТ, к примеру, на раскаленных углях, табак резко пахнет никотином. Курение трубки — вещь банальная, сжигание табака — вещь далеко не обычная. Этот кто-то пытался скрыть другой запах.

— Подождите! — воскликнул Морисс и с силой втянул воздух. — Сгоревшая бумага убрала основную часть запаха табака… А что это?..

— Пахнет очень хорошим мылом! — сказал юный лорд.

— Мускус! — бросил Морисс. — Но это не просвещает нас.

Питер кивнул.

— Да, не просвещает, — прошептал он, — жалко, что Джерри Смит не выразился яснее.

— Чтобы он высказался яснее, — заворчал инспектор, — равнозначно тому, чтобы с помощью циркуля чертить прямые линии. Послушайте, милорд, давайте тщательно прочешем жилище нашего невидимого хозяина и что-нибудь вытащим на свет божий.

Но Врен продолжал в задумчивости сидеть в кресле.

— Маленький человек, очень маленький человек, — шептал он, — с зонтиком. Он жует жвачку самого худшего качества…

— Что? — спросил инспектор. — Что вы бормочете?

— Да, я почти забыл это, мистер Морисс, но жвачка, которую я нашел в коридоре, была отвратительной. Если не ошибаюсь, ее называют «синей жвачкой».

— Другое название «грубой жвачки», в которую добавляют экстракты экзотических растений. Эту жвачку трудно найти в наших магазинах.

— Таков наш человек, — кивнул юный лорд.

Брр… брр… брр… Жужжание возобновилось.

— Проклятый телефон вновь звонит! — воскликнул Морисс. — Блекфуд забыл кое-что сказать.

Действительно, звонил таинственный мистер Смит, который хотел кое-что добавить.

— Я только что получил новости от одного из моих сотрудников, — начал он.

Морисс усмехнулся:

— Я их знаю, Блекфуд, все юные проходимцы и бродяги ваши помощники.

— Верно, инспектор, не поверите, насколько они испорчены. Сожалею, что не могу распространяться об их привычках. Я рискую жизнью, говоря по телефону. Один из молодых моих сотрудников сказал мне, что кто-то приходил ко мне до вас. Но я не приглашал никого, кроме вас. Поскольку этот кто-то так и не вышел из дома, вам следует приступить к поискам его трупа.

— Трупа?! — вскричал Морисс.

— Да, инспектор, иначе и быть не может! Боюсь, тип столкнулся с НИМ, что крайне опасно. Доставьте мне удовольствие похоронить труп… Я чуть-чуть суеверен, поймите меня, и мысль о трупе в моем жилище вызывает мурашки по всему телу.

— Ад и проклятие! — взревел Морисс, когда связь оборвалась.

Инспектор не был человеком, который за ненужностью отбрасывает слова мистера Смита. Через несколько минут они вдвоем обыскивали все комнаты дома. Но ничего не нашли и решили, что Смит ошибся, когда Врен схватил Морисса за руку.

— Маленький, очень маленький человек, похоже, имеет слабость прятаться за дверьми, — тихо произнес он. — Предположим, здесь кто-то был убит. Значит, искать надо какую-то дверь. — Они стояли в небольшом закутке с пустыми стенами, которая служила чуланом для хлама, но была чистой и ухоженной. — Я тщательно изучил все двери, — продолжил юный лорд, — но ни одна не позволяет выйти на след. Почему бы здесь не быть потайной двери, сейчас закрытой, а потому почти невидимой? Это может быть и стенной шкаф, — задумчиво продолжил он, — да, что-то в этом роде. Маленький человек прятался в шкафу, а потом совершил нападение.

Он с силой хлопнул себя по лбу. Морисс кивал с непонимающим видом.

— Я не совсем понимаю, куда вы клоните, милорд…

Питер не слушал его.

— Вы мне говорили о школе для юных преступников, но мы пока не нашли учебного класса.

— Он может располагаться в другом месте, — ответил Морисс, — мы даже не знаем, как была оборудована школа и напоминает ли она обычную школу.

— Конечно, напоминает, — упорствовал Питер, — потому что мистер Смит учитель. Это имеет значение. Школьный учитель, даже если он не конформист, не может обходиться без учеников и черной доски. Дом громадный. Я хотел бы пошарить на крыше.

— Почему бы и нет, — согласился Морисс.

— Я не думаю, что есть тайные подвалы, — продолжил Питер, — ибо мистер Смит большой любитель света и чистоты, но тайная дверь — это совсем другое…

Крыша была чередованием наклонных частей и плоских площадок. Шедший впереди Врен вдруг удовлетворенно вскрикнул.

— Нашли, — обрадовался он, указывая на большой четырехугольник, — окно, через которое свет попадает в класс, а вот и воздухозаборник. Думаю, дверь сюда ведет из только что покинутого чулана.

— Неужели, — с иронией усмехнулся Морисс, но последовал за своим компаньоном.

Они вернулись в чулан с пустыми стенами.

— Тайная дверь должна была быть приоткрытой, и человек прятался за ней. Его сильно потеющая голова должна была по привычке опираться на створку. Смотрите, инспектор!

Он указал на жирное пятно, едва различимое на раме, выкрашенной матовой, частично осыпавшейся краской. Морисс бросился вперед и всей массой тела надавил на раму. Послышался визг. Дверь открылась, повернувшись на невидимых петлях. Комнату залил неяркий свет. Сыщики вошли в небольшой чистый класс с полудюжиной маленьких скамей и эстрадой с пюпитром и черной доской. На них в упор смотрел кто-то навалившийся на пюпитр, словно давая урок незримым ученикам. Но глаза человека остекленели, а лицо искажала ужасающая гримаса страдания. Оба узнали мертвеца.

Это был сэр Бейзил Маггербрук.