Закончив разговор, Мэтт едва сдержался, чтобы не запустить телефон в стену. Опять разногласия с Эриком. В этот раз из‑за цены. Мэтт знал, сколько стоит его доля, и не собирался уступать ни пенни. Но дело было не в деньгах. Мысль о продаже пришла ему в голову как попытка обрести душевное равновесие и получить время найти то, чего ему недоставало в этой жизни.

Стук в дверь прервал его мысли. Было уже двадцать минут восьмого, и он уже убедил себя, что Рейчел не придет. Она не ответила на его сообщение и не позвонила.

Все блюда уже стояли на тележках вдоль стены. Мэтт заказал буквально все, что было в меню, плюс сделал специальный заказ для Элли. Он знал, что у нее только четыре зуба, поэтому решил остановить свой выбор на картофельном пюре с сыром и муссе из протертых фруктов.

Мэтт запустил пальцы в волосы, отбросив мысли о бизнесе. Рейчел была здесь, и ничего не должно было испортить им вечер.

Он открыл дверь и протянул руки, чтобы взять Элли.

— Что случилось? — спросил он, переведя взгляд на Рейчел.

Светлые волосы небрежно собраны в хвост, на лице ни грамма косметики. Конечно, она нравилась ему и без косметики, но все же что‑то было не так.

Какого дракона он должен был убить для нее? Мысль, что с Рейчел что‑то не так, с ним совершенно не сочеталась.

— Я просто неважно себя чувствую. — Она закрыла дверь и повернулась к нему. — Я заснула, пока Элли спала. Я сидела на диване и работала, и… следующее, что я увидела, что мой лэптоп попрежнему лежит у меня на коленях, а Элли уже нет в ее кроватке. Алексис забрала ее, когда она проснулась, а я ничего не слышала.

Понятно. Она слишком загрузила себя, пытаясь все делать сама, подумал Мэтт. Этому нужно было положить конец.

— Сядь! — скомандовал он. — Я принесу тебе ужин.

— Не суетись. — Рейчел устало опустилась на диван. — Почему тебе всегда хочется меня накормить?

— Ну кто‑то ведь должен о тебе позаботиться.

Элли похлопала его по лицу своей маленькой ладошкой и что‑то пролепетала.

— А она что‑нибудь ела? — спросил Мэтт.

— Гас сказал, что она съела грушу, а потом Алексис приготовила ей яйцо. — Рейчел положила голову на спинку дивана и застонала. — Что я за мать, если я даже не слышала, как проснулся мой ребенок?

Мэтт вернулся с подносом и сел рядом на диван.

— Ты пытаешься успеть слишком много, а так нельзя.

Элли потянулась ручками к своей маме. Мэтт отпустил ее и вдруг ощутил какую‑то странную пустоту. Когда это случилось с ним? Он был так увлечен Рейчел, что не успел заметить, как обзавелся еще одной привязанностью.

— Мне просто нужно немного отдохнуть, — сказала Рейчел, приглаживая светлые кудряшки Элли. — Как только эта кроха начала ходить, я постоянно в движении.

— А когда начинаются твои занятия? — спросил Мэтт.

— В понедельник.

Мэтт положил ладонь на ее колено.

— Я найму для нее няню.

— О нет!

— Почему нет? Тебе нужна помощь.

— Мне и так все помогают. Например, Мэй, повар у Слэйдов и… и вообще, я не могу тебе позволить платить за мою семью.

Ее семью.

Она держала его на расстоянии вытянутой руки… но разве не этого он хотел? По крайней мере, ему так казалось.

— Думаю, Билли не стал бы возражать, если бы я тебе немного помог.

Рейчел стрельнула в него глазами.

— Это запрещенный удар.

Она была права.

— Но я твой друг, и я просто хочу помочь, — продолжал настаивать Мэтт. — Незачем раздувать из мухи слона.

— Никто ничего не раздувает. У нас все нормально. Возможно, мне не стоило приходить. Я просто устала и взвинчена.

И никуда не собиралась сегодня.

— Это еще одна причина, почему тебе нужно быть здесь, — чтобы я за тобой поухаживал.

Она покосилась на него.

— Я пришла сюда не ради секса.

— Я тоже надеюсь, что ты видишься со мной не только ради секса… хотя мне было бы приятно, если бы ты меня раздела.

Рейчел закатила глаза.

— Ты просто невыносим. — И, повернувшись к Элли, сказала: — Дядя Мэтт такой глупый, не правда ли?

Это «дядя Мэтт» резануло его как ножом. Он не хотел быть для Элли никаким дядюшкой. Он хотел…

Черт, он и сам не знал, чего он хотел.

— Пойдем к столу. — Он взял Элли у Рейчел и, сев за стол, устроил ее у себя на коленях.

— Не знаю, как ей это понравится… но, надеюсь, что она хотя бы попробует.

Рейчел посмотрела на стоящие вдоль стены тележки с едой.

— Представляю, во сколько тебе это обошлось.

Во сколько бы ни обошлось, оно того стоило. Он мог купить для нее весь этот чертов отель, если бы она захотела.

— Лучше расскажи мне об аукционе. — Он набрал на ложку немного пюре и предложил его Элли.

Отвернув голову, Элли засунула пальцы прямо в тарелку и отправила их в рот. Ну что ж… пусть так. Он уже понял, что кормление ребенка дело не простое.

— Мы добавили еще пару новых лиц, — сказала Рейчел. — В пятницу я собираюсь устроить им фотосессию.

Мэтт нахмурился.

Рейчел наколола на вилку кусочек филе и улыбнулась.

— Расслабься, тигра. Это будет совсем не такая фотосессия, как у тебя.

И все ж не мешало бы устроить маленький тет‑а‑тет с этими ребятами, подумал Мэтт. Чертова ревность. Он не привык к этому, и незачем было привыкать. Рейчел ясно дала понять, что, как только закончится аукцион, они снова вернутся к дружеским отношениям.

— Но Гас будет доволен, — сказала Рейчел. — Он обожает подглядывать во время съемки. — Тряхнув головой, она рассмеялась. — Эти двое сразу привлекли его внимание. Клянусь, он захочет, чтобы Алексис на кого‑нибудь из них поставила.

Мэтту наконец удалось скормить Элли ложку протертой клубники.

— А что сама Алексис? Ее кто‑нибудь заинтересовал?

— Я уверена, что есть только один мужчина, который ее интересует. Но она держит это в секрете.

Мэтт усмехнулся.

— Вроде нас.

— Не совсем. Алексис даже говорить не хочет на эту тему. Они ужасно осторожничают.

— Почему? Только из‑за аукциона?

— Слэйды и Клэйтоны здесь вроде Монтекки и Капулетти, если ты этого еще не знал.

Интересно. Тогда ничего удивительного, что им приходится осторожничать, подумал Мэтт.

Элли набрала в рот полную ложку клубники, и в следующий момент все это оказалось… на майке Мэтта.

— О боже… — Рейчел схватила салфетку и вскочила, чтобы промокнуть пятно. — Давай я посыплю его солью, а потом застираю…

— Рейчел, расслабься. Это всего лишь старая майка.

Бледная как привидение, она опять хотела делать все сама.

— Твоя задача — есть. Это все. С остальным я и сам справлюсь.

Рейчел снова села за стол.

— Мне действительно очень жаль. Извини, что так получилось…

— Хватит извиняться. — Проклятье. Ему хотелось, чтобы она поняла, что он может помочь. — Я действительно могу с этим справиться.

Рейчел закончила ужин, а Мэтт, накормив Элли, посадил ее на руку и встал из‑за стола.

— Теперь, как я понимаю, ее нужно искупать? — спросил он, перекидывая через плечо сумку с подгузниками.

— Я могу искупать ее, когда мы вернемся домой.

— Домой? Еще чего. Ты останешься здесь на ночь.

— Нет, нет… я не могу, — снова запротестовала она, хотя выглядела так, словно достаточно было легкого бриза, чтобы свалить ее с ног.

Мэтт даже не стал спорить, а просто сказал:

— Ты останешься. А я ее искупаю.

— Ты шутишь? По сравнению с этим, ужин — цветочки. Она плескается как утка. Ты будешь мокрый с головы до ног.

— Не думаю, что это смертельно.

Рейчел откинулась на спинку стула и скрестила на груди руки.

— Не делай этого, Мэтт. Я действительно не могу…

— Не можешь чего? Позволить помочь тебе?

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Мэтт пересадил Элли на другую руку. Его сердце дрогнуло, когда она положила голову ему на плечо. Как можно было не любить эту кроху? Она была прелестна и невинна и незаметно нашла путь к его сердцу. Возможно, потому, что была последней связью с Билли… или потому, что была зеркальным отражением ее матери? Этого Мэтт не знал. Он знал только одно: он хотел, чтобы они остались.

— Ты можешь посмотреть, — сказал он. — Пойдем.

Рейчел проследила, чтобы вода в ванне была нужной температуры, и начала раздевать Элли. Мэтт посадил ее в воду, а потом, пока Рейчел за ней присматривала, собрал детскую одежду и присел рядом.

Элли хлопала ладошками по воде и смеялась, когда брызги попадали ей в лицо. Мэтт поискал глазами мыло.

— Ее мыло в сумке с подгузниками, — сказала Рейчел, словно угадав его мысли. — Я сейчас принесу.

Придерживая Элли за спинку, Мэтт нисколько не беспокоился, что уже весь промок. Улыбка Элли с ямочками в уголках губ была чертовски заразительной, но вряд ли он думал, что ему когда‑нибудь захочется принять участие в такой семейной сцене.

Но действительно ли он этого хотел? Один раз искупать ребенка — это совсем не то, что делать это постоянно.

Проклятье. Он слишком погрузился в эти мысли и позволил чувствам управлять собой. Этого не стоило делать. Если бы при принятии решений он руководствовался чувствами и гормонами, он никогда бы не стал успешным бизнесменом… Но разве он был счастлив? В конце долгих, томительно тянущихся дней он ощущал пустоту и одиночество. Не имело значения, сколько успешных слияний он произвел, факт оставался фактом — он возвращался с работы в пустой, холодный дом.

Рейчел вернулась с куском детского мыла, и после еще нескольких минут плескания и смеха купание было закончено. Элли достали из ванночки, вытерли, и пока Рейчел ее одевала, Мэтт привел в порядок ванную комнату.

Мокрая футболка выразительно облепила ее фигуру, но он и так помнил, как сужалась ее талия и расширялись бедра. Казалось, эти плавные переходы были специально созданы для мужских рук… его рук.

— Принеси мне ее бутылочку, — попросила Рейчел. — Она уже скоро заснет.

— Почему бы не доверить это мне? — предложил Мэтт. — Прими душ или ванну, а я уложу ее спать.

Рейчел улыбнулась.

— Ты действительно готов это сделать?

Мэтт протянул руки, чтобы взять Элли.

— Я хочу видеть тебя здоровой и отдохнувшей. И если мне придется кормить и купать Элли, укладывать ее спать, чтобы ты могла отдохнуть, тогда — да, я готов это делать.

— Нет, мы не можем остаться, — снова начала она. — Элли все еще просыпается ночью, чтобы поесть… ты не выспишься.

Мэтт прижал палец к ее губам.

— Не вижу в этом ничего ужасного. Короче, давай мне бутылочку, а сама отправляйся в душ.

Рейчел быстро приняла душ, и, когда вышла оттуда, Элли, лежа в кроватке, уже терла глаза. Мэтт приглушил свет и устроился рядом в кресле.

— Иди спать, Рейч, — сказал он, пытаясь найти удобную позу, — а я с ней посижу.

— Мне не выиграть этот спор, верно?

Мэтт улыбнулся.

— Спокойной ночи.

Как он мог оказаться в такой ситуации? Он никогда не приглашал женщину даже на всю ночь, и вот теперь, как примерный папочка, сидит с ее ребенком. Он вовсе не собирался этого делать. Он никогда не хотел оказаться на месте Билли.

Билли. Его лучший друг… и мужчина, изменявший своей беременной жене. Эта тайна не давала ему покоя. Но стоило ли Рейчел ее знать? Стоило ли причинять ей еще одну боль?

С другой стороны, ему не нравилось лгать, даже путем умалчивания. И еще ему не нравилось, как повернулась его жизнь. Он просто не узнавал себя.

Самый Заманчивый Холостяк Техаса играл в семейную жизнь с женщиной, которую ему не нужно было хотеть… но без которой он уже не мог жить.