Утром среды Клео едва успела сесть за стол, как Харви принес вазу с двумя дюжинами красных роз на длинных стеблях.

— Я столкнулся с курьером в приемной. От Байрона?

— Да. Одно и то же уже шестой день подряд. — В выходные доставка приехала к ней домой. — Попрошу Линии направить их в женскую больницу, с остальными я поступила так же.

К ужасу Дорин, в выходные розы попали прямиком в мусорную корзину.

Харви поставил вазу на стол и взял в руки прикрепленный к цветам конверт.

— А что сказано в карточке?

— Всегда одно и то же. «Мне жаль. Люблю тебя. Пожалуйста, прости меня».

— Так почему не простить?

— Не могу.

— Просто не хочешь.

— Как знаешь.

— Знаю. Не позволяй своей гордости вставать на пути прощения, Клео.

— Дело не в гордости, Харви. Ты пришел с каким-то вопросом?

— Нет. Только сказать, что Дорин беспокоится о тебе. Она говорит, ты толком не ешь и не спишь.

— Так почему не сказать это самой?

— Дорин боится идти на конфликт. Слушай, она рассказала мне о том, как с ней обращался муж. Не нужно быть слишком умным, чтобы догадаться — сын был таким же.

— Да.

— Байрон не должен расплачиваться за то, что натворил другой человек.

— Он платит по своим счетам.

— Ты права, я не знаю, что у вас произошло. Но это твоя жизнь и твое дело, как с ней обращаться, даже если ты хочешь поставить на ней крест. Я обещал Дорин, что попробую тебя переубедить, и сдержал обещание. Миссия выполнена. Когда возвращается босс?

— В любой момент. Самолет уже приземлился. Он прислал эсэмэску, что заедет домой освежиться и сразу сюда.

— Что ты скажешь ему по поводу Мэддокса?

— Правду. Что Байрон не заинтересован в партнерстве с ним.

— Что ж, удачи. Скотт временами тугодум, но он не дурак. Ему достаточно будет посмотреть на тебя, чтобы понять — между вами с Мэддоксом что-то произошло. И я не про новый гардероб и прическу. При одном упоминании этого мужчины тебя выдают глаза.

— Ох. — Предательские глаза тут же наполнились слезами, но Клео быстро сморгнула этих свидетелей внутренней боли. — Спасибо, что сказал, буду внимательнее.

— Я только рад, что эта ситуация подарила мне Дорин. Она милая, любящая женщина.

— Да. И если ты ее хоть раз обидишь, тебе придется отвечать передо мной.

— Догадываюсь. Но не беспокойся, я никогда не обижу Дорин. Я люблю ее даже больше, чем свой «харли-дэвидсон», а это о чем-то говорит. На самом деле я…

Их разговор был прерван появлением Скотта и Сары. Харви пробормотал все традиционные приветствия и ретировался, оставив Клео наедине с потрясенной ее внешностью парой.

Клео всеми силами пыталась скрыть свой внутренний разлад. В ход пошли белый брючный костюм, много макияжа, красная помада и собранные в не слишком строгую прическу волосы.

Сара первая сложила два и два — и ошиблась с выводами.

— У кого-то появился воздыхатель! И вместе с ним новый образ. Я права?

— Отчасти. — Клео была не в настроении для признаний. Визит Харви ее взволновал и заставил сомневаться — может быть, она ошибается и нужно простить Байрона? Она с трудом сдерживала слезы.

— Ну, расскажи же.

— Я… э-э-э… не думаю…

— Боже, Сара. Ты пришла сюда подарить Клео шарфик, а не вгонять ее в краску. Хотя должен признать, Клео, ты выглядишь потрясающе, так можно постараться только ради действительно великолепного мужчины.

И Клео не выдержала. Потому что да, Байрон был великолепен. Если бы он не натворил то, что натворил, Клео была бы уже помолвлена и полна надежд на прекрасную совместную жизнь. Но вместо этого она сидела здесь, а в будущем ее ждали лишь одиночество, горечь и печаль.

Слезы потекли по ее щекам, и Клео зарылась лицом в ладони. Сара бережно обняла ее за плечи.

— Скотт, принеси салфетки, которые стоят у тебя на столе.

Она вытерла Клео лицо и снова отослала Скотта — приготовить им кофе. Тот мгновенно вернулся, переложив задачу на Линии.

— Думаю, что Клео действительно нужно, так это ненадолго уйти из офиса.

Пойдем, милая, прогуляемся и поищем хорошее местечко, чтобы посидеть, и поболтаем о своих женских проблемах.

— Но я надеялся поговорить с Клео о делах! Мне нужно немедленно узнать, как обстоят дела с Байроном Мэддоксом.

Услышав это имя, Клео снова застонала, и на этот раз выводы Сары были абсолютно верными.

— Ты не будешь вести дела с чертовым Байроном Мэддоксом. Только через мой труп.

— Но в том-то и дело. Теперь я могу обойтись без него, «Макаллистер майнс» больше не нужен партнер.

— Хорошо. Тогда просто позвони ему сам и скажи это. А мы с Клео идем пить кофе и вернемся не скоро.

— Но Линии только что пошла делать кофе для всех нас.

Сара закатила глаза и вышла, увлекая за собой Клео.

Клео знала, что Сара может быть довольно грозной. Достаточно вспомнить, что не так давно она ушла от Скотта и отказывалась возвращаться, пока Клео не вмешалась и не упросила дать ему второй шанс. И Сара дала, но на своих условиях. Клео восхищалась ею и радовалась возможности поговорить с человеком, который ее поймет.

Но Сара не поняла.

— Он попросил тебя выйти за него замуж, а ты отказалась. Потом он ухитрился заниматься с тобой сексом без презервативов, а ты это обнаружила, устроила ему сцену и порвала с ним всяческие отношения. И это несмотря на то, что вероятность забеременеть была нулевая, так?

— Да. — Клео оглядела переполненное кафе. Оставалось надеяться, что никто не слушал их разговор.

— Он поступил не так плохо, Клео. Это даже нельзя сравнить с тем, как поступал со мной Скотт. Байрон не поверил в сплетни о тебе. Не стал ради мести заниматься жестким сексом. Он просто случайно забыл о защите. Один раз. Практически во сне, позволю себе добавить. И если ты говоришь правду, он явно влюблен в тебя. Слушай, ты нравилась ему, даже когда вела себя как сущая стерва. Мне жаль это говорить, но ты именно так себя и вела. Не могу сказать, что я много думала о Байроне Мэддоксе после встречи в прошлом году, но, честно говоря, я сделала выводы по той его жуткой девушке. Очаровательной, но полностью себе на уме. Это был перенос аффективных переживаний ненависти.

— Что?

— Юридический термин, иногда я сбиваюсь на этот язык. Вернемся к делу. Нужно дать человеку второй шанс. Помнишь, что ты сказала мне той ночью, когда пришла ко мне во время нашего со Скоттом разрыва? Ты сказала, что брак — это сложно. И это так. Но сложность оправданна, если муж действительно любит тебя. И думаю, Байрон действительно тебя любит. Не как твой первый муж.

— Почему ты так говоришь? Мартин любил меня.

— Разве?

— Да. По-своему…

— По-своему — это как, Клео?

Клео вздохнула и рассказала ей все. Находя слова для того ужаса, через который ей приходилось проходить в первые годы брака, она не всегда могла сдержать слезы.

— Какой подонок.

— По-другому он не умел. Так вел себя его отец.

— Это не оправдание, Клео.

— Да. Я собиралась уйти от него, но он заболел раком, и я не смогла. А после он изменился.

— Ты хочешь сказать, потерял контроль над тобой.

— Да. Именно это и произошло.

— Но ты начала бояться мужчин и того, на что они способны, если дать им над тобой власть.

— Да.

— Тебе нужно рассказать Байрону то, что ты рассказала мне. Той ночью ты советовала мне быть честной и прямой с любимыми. Говорить им, чего ты хочешь от жизни и чего не хочешь. А ты ведь хочешь детей, правда?

— Да. Но ребенок должен быть плодом зрелого решения. Не желаю, чтобы меня принуждали хоть к чему-либо.

— Так и скажи об этом Байрону. Уверена, он готов тебя услышать.

— Я… я не знаю.

— Я не выпущу тебя отсюда, пока ты не позвонишь Байрону и не назначишь ему встречу.

— Ты можешь быть суровым начальником. Ты знаешь об этом?

— Ты вынудила меня дать такое же обещание в случае со Скоттом, помнишь?

— Это совсем другое.

— Не вижу разницы.

— Вы уже женаты.

— Любовь — вот что главное. Ты любишь Байрона?

— Да.

— Тогда бери свою чертову трубку и звони.

Клео не пошевелилась.

— Я жду. — Голубые глаза Сары холодно блестели.

Внезапно Клео вспомнила слова Харви. «Не позволяй гордости вставать на пути твоего счастья». Или что-то вроде того.

— Хорошо. — Она набрала знакомый номер, но наткнулась на автоответчик.

Расстроившись, Клео связалась с Грейс.

— Клео?

— Грейс, я пытаюсь найти Байрона. Он в офисе?

— Нет. Он ушел и не сказал куда.

— Понятно…

— Ты звонила ему?

— У него включен автоответчик.

— Не удивлена, он не хотел ни с кем говорить. Он очень расстроен, Клео. Подавлен.

Клео не могла представить расстроенного Байрона. Разозленного — да. Но подавленного? Нет.

— Как только он вернется, я скажу ему о твоем звонке.

— Буду признательна.

— Я нашла его! — Сара прочитала эсэмэску. — Они со Скоттом обсуждают дела, но Байрон хочет дождаться тебя.

— Хорошо, я все слышала, — вмешалась Грейс. — И пожалуйста, Клео, помирись с ним. Я не могу больше его выносить, честно.

Клео улыбнулась. Когда Скотт был в неладах с Сарой, с ним было невозможно работать.

— Помирюсь.