Когда они вернулись на авиабазу и снова сели на мотоцикл, Пайпер испугалась, что из-за его бешеной скорости поседеет раньше времени. К счастью, взгляд, брошенный по возвращении во дворец в обрамленное золотой рамой зеркало, дал понять, что этого не случилось. Да, волосы спутались, но она не могла больше ждать и минуты, чтобы увидеть малыша Сэма.

Прежде чем Адан открыл дверь в детскую, оттуда вышла невероятно красивая женщина с темными волосами до талии, явно озадаченная его внезапным появлением.

– Шурин, я лишилась нескольких лет моей жизни.

– Прости, Маиса. Я очень хочу увидеть сына.

Маиса закрыла за собой дверь, прежде чем посмотреть на Адана.

– Я уже уложила его и советую подождать, пока он не проснется. Кажется, тебе не помешает немного отдохнуть. – Улыбнувшись, она взглянула на Пайпер.

Воспользовавшись намеком, та сделала шаг вперед, сомневаясь, сделать ли реверанс или протянуть руку, и решила оставить за королевой первый жест.

– Я Пайпер Макадамс и рада наконец видеть вас, ваше сиятельство.

– Добро пожаловать в семью. – Неожиданно Маиса обняла Пайпер. – И пожалуйста, называй меня Маиса.

Пайпер почувствовала себя мошенницей.

– Я не…

– Привыкла к этому, – прервал ее Адан. – Со временем все изменится.

– Пока мне нравится во дворце.

– Я рада. Теперь, с вашего позволения, я вернусь к Рафику, он ждет меня в наших покоях.

Улыбнувшись, Маиса направилась вниз по коридору и исчезла за углом, оставив Пайпер наедине с шейхом.

Адан поймал ее за руку и прижал к себе.

– Я говорил тебе, как мне хорошо с тобой?

– По меньшей мере десять раз, но я не устаю слышать это. Мне просто жаль, что все закончилось.

– Пайпер. Ты можешь остаться в моей комнате.

– Может, ты и прав, Адан. Но я все равно уеду через несколько недель.

– Я знаю. – В его голосе слышалась грусть. – Будем пользоваться каждой минутой, чтобы получать удовольствие.

Как бы легко было согласиться.

– Не знаю, хорошая ли это идея.

– Поскольку мы играем женатую пару, мы должны жить в одних покоях.

– Нам не обязательно спать в одной кровати.

Адан провел по ее уху кончиком языка.

– Кто сказал, что мы будем спать?

– Тебе нужно думать в первую очередь о Сэме.

Он отстранился и нахмурился.

– Малыш не требует всего нашего времени ночью.

– Он может проснуться.

Держа ее лицо в своих ладонях, Адан выглядел так, словно весь его мир зависел от ее решения.

– Останься со мной, Пайпер.

Сказать «да» – значит рискнуть и остаться с разбитым сердцем. Внезапно Пайпер поняла, что риск того стоит, пусть даже потом это обернется слезами.

– Хорошо, Адан. Я останусь.

В комнате, освещенной мягким светом лампы на столе, Адан никогда не чувствовал себя так спокойно. За это стоило благодарить женщину, лежавшую рядом с ним. Да, он все еще хотел Пайпер во всех возможных позах – и доказал это во время их отдыха в горах, – но он ценил моменты, которые они проводили в комфортной тишине его личных покоев.

– Мне нужно уехать на базу завтра, чтобы понаблюдать за тренировками. Придется остаться в бараках на ночь.

Он решил было, что Пайпер спит, но она зашевелилась и прижалась щекой к его сердцу.

– Вот здорово, спасибо. Ты пригласил меня в свою комнату, а потом оставляешь на целую ночь.

В ее голосе слышалось поддразнивание, и Адан вздохнул с облегчением.

– Если бы мне пришлось выбирать между ночью в бараках с двадцатью храпящими мужчинами и тобой, я бы выбрал тебя. Если только ты не начнешь храпеть – тогда я могу пересмотреть свое решение.

Она легонько ударила его локтем в грудь.

– Если я начну храпеть, чего не произойдет, у тебя не будет права критиковать меня. Прошлой ночью я думала, что в нашу спальню заехал товарный поезд.

– Ты серьезно?

– Я шучу, Адан. – Она провела кончиком пальца по его руке. – Твой храп скорее напоминает мурлыканье.

Это его не радовало.

– Я предпочитаю товарный поезд домашней кошке.

– Не переживай, принц Мехди. С храпом или без, ты все равно мачо и такой же сексуальный.

Он поцеловал ее в губы.

– Ты прощена.

Пайпер зевнула и потянулась.

– Ты когда-нибудь участвовал в бою?

Вопрос его озадачил.

– Да.

– Это было опасно?

Адан улыбнулся страсти в ее голосе.

– Тебя это заводит?

– Просто мы изображаем мужа и жену, так что мне, наверное, нужно узнать все о тебе, если кто-то спросит.

– У меня было два жестких случая в бою.

– Что произошло?

– Я убил человека.

– Полагаю, это было оправданно.

– Да. Если бы я не сбил тот самолет, он бы сбросил бомбу на деревню.

– Ужасно. Преступник был жителем Беджула?

– Нет, это повстанец из другого государства. Поскольку это военная тайна, я не могу всего рассказать.

Она подняла голову и поцеловала его в шею.

– Тебе не нужно говорить ничего больше, если ты не хочешь.

Но он хотел, хотя и не знал почему.

– Все произошло четыре года назад. Тем утром я получил извещение об угрозе и решил, что приму участие в столкновении. Позже я узнал, что отец разозлился, но только потому, что в случае моей гибели он останется без военачальника.

– Он именно так все и объяснил? – В ее голосе слышалось недоверие.

– Да. Я помогал отбить атаку, которая могла привести к войне впервые в истории Беджула, вот что важно. Но я никогда не понимал…

– Не понимал что, Адан?

Он с трудом скрывал волнение.

– Я и представить себе не мог, как повлияет на меня этот случай. Я не реагировал, пока не настало время встречи с нашим административным советом. В разгар объяснений я вдруг почувствовал, что не могу дышать, мне пришлось извиниться и выйти, чтобы немного прийти в себя. Той ночью меня начали преследовать ужасные сны, которые продолжались несколько месяцев.

– Мне жаль. Я думаю, ты очень храбрый мужчина, который знает, что такое «честь». Сэму повезло, что ты его отец.

Адан так хотел услышать от Пайпер слова утешения, но в этой ситуации он не заслужил ее похвалы.

– В том, чтобы отнять чужую жизнь, нет ничего хорошего. А теперь, когда у меня есть сын, я боюсь, что и ему придется вступить на этот жесткий путь.

– Убийство беспокоило тебя в ночных кошмарах, а значит, у тебя есть сострадание и совесть.

– Да, наверное… Но теперь мы должны попробовать поспать. Подозреваю, Сэмюэль разбудит меня меньше чем через два часа.

Пайпер прижалась к нему.

– Я буду рада позаботиться сегодня о Сэме, пока ты отдохнешь.

– Повторяю, в этом нет необходимости.

– Возможно, но я правда хочу заботиться о малыше. Кроме того, я вскоре совсем его не увижу…

Слова Пайпер наполнили Адана неожиданным сожалением, что через несколько недель ему придется попрощаться с невероятной женщиной. И он решил взять максимум из их оставшихся часов с ней и дать ей все, чего жаждет ее сердце. Он повернулся к ней.

– Поскольку ты представила такой убедительный аргумент, мы проведаем Сэмюэля вместе. А пока я могу предложить тебе более интересное занятие.

Пайпер мягко рассмеялась.

– Мне казалось, мы собирались спать.

Наклонившись, он скользнул ладонью по ее телу и остановил руку на талии.

– Нет, у нас были совсем другие планы.

Какая невероятная ночь.

Неделю назад Пайпер никогда бы не поверила, что найдет такого внимательного любовника, как Адан. Сложно было поверить и в то, что ее комплексы исчезали, когда они занимались любовью. Опершись на руку, она изучала его в тусклом свете, проникавшем из щели в тяжелых золотых занавесках, и отчаянно хотела его – хотя и немного обижалась, что он не разбудил ее, когда заплакал Сэм. Пайпер настолько расслабилась после секса, что не слышала плач ребенка. Хорошая же мать из нее выйдет.

Когда Адан зашевелился, она полностью переключила внимание на него. Он спал на спине, закинув руку за голову на темно-синюю подушку в сатиновой наволочке, второй свободно прикрыв живот. Ей нравилась темная тень щетины вокруг его великолепного рта, она завидовала длинным темным ресницам, восхищалась замысловатыми линиями его руки, когда он скользнул ладонью по груди ниже и ниже. Рефлексивный жест был таким сексуальным, что ей пришлось подавить соблазн нырнуть под покрывало и взобраться на шейха, чтобы выразить удовольствие.

Он открыл глаза и дважды моргнул, прежде чем улыбнуться так медленно, как солнце всходит над горами.

– Доброе утро, принцесса.

– Доброе утро. Хорошо спал?

– С тобой все прекрасно. Как тебе спалось?

– Крепко. Я даже не слышала Сэма.

Адан нахмурился.

– Я тоже его не слышал.

Во внезапном приливе паники они рванулись из спальни, схватив свои халаты, и в невероятной спешке добежали до детской, где их встретила пустая колыбелька.

Пайпер прижала руки к губам, пытаясь сдержать вскрик.

– Кто-то забрал его.

– Это невозможно. – В золотисто-карих глазах Адана читался страх. – Дворец – настоящая крепость. Если кто-то украл малыша, я убью подонка голыми руками.

– Нет необходимости в этом, cara.

Они оба повернулись – в дальнем углу огромной комнаты сидела Елена с ребенком на руках, и на ее лице читалось неодобрение. Выдохнув, Пайпер начала оправдываться:

– Мы не слышали его прошлой ночью. Мы оба устали и…

– Чертова видеоняня, наверное, не работает, – добавил Адан. – Сын в порядке?

Елена продолжала спокойно укачивать Сэма мерными движениями.

– Он в порядке. И, судя по весу подгузника, который я поменяла, он просто проспал всю ночь. Тебе нужно научиться быть более наблюдательным, когда дело доходит до твоего сына, Адан.

Пайпер, теоретически, была согласна с этим, но ей не нравилось поведение гувернантки.

– Мы оба думали найти его в колыбельке и, конечно, были шокированы, когда не обнаружили его там.

Адан обхватил руками голову и начал мерить шагами комнату.

– Я бывал в суровых боях, но они были менее мучительны, чем беспокойство о малыше.

Елена оттолкнула стул и подошла к ним.

– Успокойся, Адан, и возьми своего ребенка.

Он посмотрел на нее, словно боялся дотронуться до него.

– У меня есть дела, но я вернусь, чтобы проверить сына, прежде чем уеду на базу.

С этими словами он поспешил уйти, оставив Пайпер наедине с Еленой.

– Что ж, полагаю, стоит уложить маленького спать. – Елена разрушила неловкую тишину.

Пайпер подошла к ней и протянула руки.

– Могу я это сделать?

– Конечно.

Елена отдала ей Сэма, и Пайпер поцеловала малыша в щечку, прежде чем осторожно опустить в колыбельку. Она изучала милое лицо Сэма, расслабленное сном, губки в форме розового бутона. Он так вырос всего за несколько дней, а уже вскоре ей придется попрощаться с ним и его отцом.

– Такой красивый маленький мальчик.

Женщина подошла к ней и оперлась на бортик кровати.

– Да, как и его отец в этом возрасте.

Пайпер ухватилась за возможность больше узнать об Адане от человека, который оказал на него наибольшее влияние.

– Адан был хорошим мальчиком?

– Да. Он доставлял мало проблем, пока ему не исполнилось два годика, вот тогда начался настоящий хаос. Он взбирался на все, что попадалось на пути. Я пыталась ругать его за ужасное поведение, но он лишь очаровательно улыбался, и я сразу его прощала.

Пайпер понимала ее.

– Ему повезло, что именно вы занимались им в детстве.

В глазах Елены отразилось непонимание.

– Мне повезло, да, что именно я его растила.

– А король участвовал в его воспитании?

– Он делал все, что мог, учитывая обстоятельства. Потеря жены стала настоящим ударом. Но ему пришлось решать дела страны и на время отложить траур.

Пайпер села на светло-синий клубный стул рядом с Еленой.

– Адан откровенничал, что король был строг в плане дисциплины.

– Да. Он хотел, чтобы его сыновья стали сильными, независимыми мужчинами. Некоторые могли бы сказать, что временами он был слишком строг.

– Вы тоже так считаете?

– Возможно, но я была не вправе вмешиваться.

– Странно, мне так не показалось.

Елена замерла, она казалась удивленной подобным заявлением.

– Адан говорил обо мне и короле?

Обстановка стала напряженной.

– Нет, это просто мое мнение.

Елена расслабилась и начала раскачиваться в кресле.

– Король был строг, но справедлив.

– Мне кажется только, было неправильно отправлять Адана в закрытую школу.

– Король просто защищал сына таким образом.

Елена явно оправдывала короля, но это не остановило Пайпер.

– Защищал от чего?

Гувернантка сильно покраснела.

– Аахил… Король любил Адана. Он давал ему все, что могут купить деньги, и возможность делать то, что он больше всего любил. Летать.

– А мне кажется, что он все же не смог дать Адану единственного, в чем он больше всего нуждался, – любви и заботы. И по этой причине Адан искренне верит, что король – не его биологический отец.

Елена ответила:

– Это глупости.

Пайпер не была готова уступать.

– Вы абсолютно честны со мной, Елена? И прежде чем вы что-то скажете, вспомните, что Адан заслуживает знать правду о своем прошлом.

– Клянусь могилой своего отца, что король – биологический отец Адана.

Хотя Елена выглядела уверенной, Пайпер думала, что ей по-прежнему есть что скрывать.

– Тогда вы должны попытаться убедить Адана в этом, Елена.

Елена посмотрела на нее с едва скрываемым пренебрежением.

– Неужели вы беспокоитесь об Адане, мисс Макадамс?

– Да, как можно беспокоиться о хорошем друге.

– Тогда я предлагаю вам ради Адана не лезть не в свое дело.

– Но в чем-то это и мое дело. Я хочу видеть Адана счастливым и спокойным. А это невозможно, пока родные люди скрывают от него правду о его прошлом. И не хочу вас обидеть, но не понимаю, почему вы защищаете короля.

– А вы не защищаете Адана и Сэмюэля, притворяясь его женой?

Она права.

– Да, но это притворство не причиняет ни одному из них боль.

– Дайте мне время, Пайпер. – Тон Елены смягчился. – Я вижу в глазах Адана, что и он беспокоится о вас. Но не советую вам влюбляться. Адан не из тех, кто может привязаться к одной женщине, по крайней мере, он в это верит.

Если Адан правда беспокоится о ней, но никогда не предложит серьезных отношений, он просто разобьет ей сердце. Но Пайпер все же хотела надеяться на лучшее.

– Елена, если вы хоть когда-нибудь беспокоились об Адане, я умоляю вас подумать, и, возможно, стоит рассказать ему, что вы знаете. Может, пришло время положить конец тайне и его несчастьям?

Елена вздохнула, прежде чем ответить:

– Эта правда, которой вы ищете, навсегда изменит его. Он может никогда не принять ошибки, которые люди в его жизни совершили, пусть даже эти ошибки привели к его появлению на свет.

Наконец они к чему-то пришли.

– Значит, это правда, что у его матери была интрижка на стороне?

– Нет, но вы на правильном пути.

Внезапно Пайпер поняла.

– Король ей изменял?

Елена покачала головой.

– Он хотел дать королеве то, чего она не могла иметь. Третьего ребенка.

– Они обратились к суррогатной матери? – Пайпер не могла сдержать удивления в голосе.

– Да. Можно и так сказать.

– И вы знаете, кто его мать. – Это не было вопросом.

Елена сжала руки и отвела взгляд.

– Именно.

Пайпер сомневалась, что услышит ответ, но ей нужно было спросить.

– Кто это, Елена?

Гувернантка перевела на нее утомленный взгляд и вздохнула.

– Я.