Всю свою жизнь я верил в то, что всегда следует покупать только самое лучшее. Но в истории с USFL (Футбольной лигой Соединенных Штатов) я решил руководствоваться совершенно иными принципами.

К осени 1983 г., когда я приобрел футбольную команду New Jersey Generals, дела у USFL были хуже некуда. Ее потери составляли примерно 30 млн долл. Одна только New Jersey Generals, в то время еще принадлежавшая нефтепромышленнику из Оклахомы Дж. Уолтеру Дункану, умудрилась потерять более 2 млн долл., не говоря уж об убытках из-за чуть ли не регулярных проигрышей. В переводе на термины, принятые в сфере недвижимости, можно сказать, что я вместо первоклассного участка на Пятой авеню и 57-й улице купил захудалый кусок земли в Южном Бронксе.

Однако я не подходил к покупке Generals как к типичной сделке. Напротив, я рассматривал ее как азартную игру, эдакую прихоть, которую я мог себе позволить. Я всегда был страстным футбольным болельщиком и вообще с детства люблю спорт, так что, заимев собственную футбольную команду, я будто осуществил волшебную мечту детства. А кроме того, мне импонировала идея поприжать Национальную футбольную лигу (NFL), эту самодовольную, надменную монополию, которая, по моему мнению, была довольно легкой добычей для хищного агрессивного конкурента.

Как и во всех авантюрных предприятиях, здесь меня больше всего привлекала возможность реализовать шансы, которые, несомненно, имела USFL. Притом мои начальные затраты были относительно невысоки, а потенциальные выгоды велики. Судите сами: менее чем за 6 млн долл., конечно, при условии, что USFL останется на плаву, я сумел купить профессиональную футбольную команду, притом что право купить команду из NFL могло обойтись в целых 70 млн долл.! Если бы мне удалось воскресить эту команду, да и всю USFL, я смог бы в многократном размере покрыть свои начальные расходы. Даже в самом худшем случае я ожидал, что сами попытки взять эту высоту станут для меня очень увлекательным занятием.

Главные проблемы, которые портили жизнь USFL, казались очень простыми и вполне преодолимыми. Первая состояла в том, что USFL проводила серии своих игр в весенний период. Спорт же, как и всякий другой бизнес, тоже подвержен сезонности. Футбольные фанаты больше всего любят ходить на футбол по осени. Да и крупные телекомпании, которые, в сущности, осуществляют финансовую поддержку профессионального спорта, обеспечивая трансляцию матчей, не склонны платить большие деньги за право показывать весенние серии игр. Например, в то время, когда я приобрел New Jersey Generals, телекомпания АВС за эксклюзивные трансляционные права на показ весенних игр USFL платила около 1 млн долл., а за право показывать осенние матчи NFL три самые крупные телекомпании выкладывали ошеломляющую сумму в 359 млн долл. Так что USFL первым делом должна была добиться переноса своих игр на осень.

Вторая проблема тоже была вполне коммерческого свойства – следовало создать первоклассный продукт, который пользовался бы высоким спросом. С моей точки зрения, это означало необходимость любой ценой переманить самых лучших игроков, активно продвигать команды USFL, создать вокруг них атмосферу небольшого ажиотажа, что позволило бы нам на вполне солидных основаниях конкурировать с NFL за футбольных фанатов и теледоллары.

В прежние времена уже было две попытки создать конкурирующие футбольные лиги, и обе они закончились с весьма поучительными результатами. Так, в 1962 г. восемь весьма состоятельных предпринимателей создали Американскую футбольную лигу (AFL). На самых первых стадиях своего существования AFL истратила огромные деньги на привлечение лучших игроков и создание собственного имиджа и репутации. Уже к 1966 г. AFL удалось переманить из NFL десятки первоклассных игроков и стать более крутой и модной, нежели NFL. Причем набеги на «закрома» NFL становились все более опустошительными, и ее полномочный представитель Пит Розель наконец сдался. Он предложил объединить обе футбольные лиги, и сегодня те команды, которые изначально состояли в AFL, относятся к числу самых успешных франшиз NFL. Но, даже если никакого слияния с NFL и не было бы, AFL имела все шансы преуспеть самостоятельно.

Другим конкурентом NFL одно время была Мировая футбольная лига (WFL), созданная в 1973 г. Правда, ее отцы-основатели были куда менее богаты, чем создатели AFL, и не обладали таким отменным деловым чутьем. В отличие от AFL в WFL было совсем немного классных игроков, и она предпочитала базировать свои команды в мелких городках, а кроме того, не смогла привлечь должного внимания телекомпаний. Так что неудивительно, что через два года WFL обанкротилась. Нельзя сказать, что ее основатели упустили удачу, – они просто поскупились сделать достойные инвестиции.

Попытки перенести игры USFL на осень и создать мощные футбольные команды могли окончиться двумя возможными альтернативами, причем обе, по моему мнению, были вполне приемлемы и даже хороши. Первый вариант развития событий мог заключаться в том, что хотя бы одна из трех ведущих телекомпаний могла предложить нам довольно крупный контракт на трансляцию нашей осенней серии игр, и тогда мы получили бы достаточно финансовых средств, чтобы продолжить укрепление USFL и даже превратить ее в полноправного конкурента NFL. При альтернативном сценарии все три телекомпании отказали бы нам в контракте, независимо от того, насколько хорош предлагаемый нами продукт, – просто из боязни навлечь на себя гнев всесильной NFL. В этом случае я считал, что у нас были бы солидные основания обвинить NFL в нарушении антимонопольного законодательства и выиграть дело в суде.

Если бы события развивались по последнему сценарию, мы, конечно, могли бы и проиграть дело, что стало бы концом USFL. Но я считал, что у нас скорее имеются шансы завоевать победу. Если бы дело рассматривалось судом присяжных, который присудил бы нам возмещение убытков, особенно с учетом того, что в антимонопольных делах обычно назначается возмещение ущерба в тройном размере, мы в конечном итоге могли бы получить необходимую нам финансовую базу для дальнейшей борьбы. Могла возникнуть и иная ситуация: NFL, предвидя разорительное и громкое поражение в суде, могла бы предложить нам неплохую компенсацию, как это уже было 20 лет назад с AFL.

Причем с самого начала я не делал секрета из своих планов. Но двумя годами позже NFL все же сделала попытку заявить, что мой план переноса игр USFL на осень был эдаким тайным замыслом, намеренно угрожающим NFL. На самом же деле всего через несколько дней после покупки New Jersey Generals я уже говорил о своем намерении каждому журналисту, который обращался ко мне. Затем 18 октября 1983 г., ровно через месяц после покупки команды, я отправился в Хьюстон, штат Техас, чтобы принять участие в своем первом собрании владельцев USFL. Там я тоже не молчал, а поделился планами с присутствовавшими.

Когда мне дали слово, я сразу объявил, что купил New Jersey Generals не для того, чтобы стать совладельцем второразрядной футбольной лиги, проводящей игры в весеннее межсезонье. Я отметил, что именно осенью можно привлечь наибольшее число болельщиков, равно как и самые крупные суммы теледолларов за право трансляции футбольных матчей. Еще я напомнил своим новым коллегам, что прошлой осенью игроки NFL проводили длительную и очень разорительную для NFL забастовку, что вызвало сильное раздражение и неудовольствие многих футбольных фанатов. Так что, заключил я, у нас имеется неплохой шанс еще больше притопить NFL, если мы начнем настойчиво и агрессивно переманивать тех игроков, чьи контракты истекают, а также лучших спортсменов из числа выпускников учебных заведений.

Единственный просчет, который я допустил, взвешивая шансы USFL, состоял в том, что я переоценил ее совладельцев. Известно, что сила любого партнерства определяется тем, насколько силен самый слабый его участник. Некоторые из моих коллег действительно обладали огромной силой как в финансовом отношении, так и с психологической точки зрения. Я имею в виду Эла Траубмана, владельца Michigan Panthers, и Майлса Таненбаума, которому принадлежала команда Philadelphia Stars. Оба они преуспели на ниве строительства торговых центров, равно как и два других моих партнера – Билли Дьюнавот (Memphis Showboats) и Фред Баллард (Jacksonville Bulls).

К сожалению, я очень быстро понял, что несколько совладельцев USFL не располагают достаточными финансовыми ресурсами и лишены состязательного настроя, без которого невозможно создать поистине первоклассную лигу, способную побороть NFL. Их приводила в ужас одна мысль о возможности прямого противостояния с NFL, они с готовностью довольствовались весенними играми, проходившими где-то на спортивных задворках, и гораздо больше пеклись об экономии своих средств, нежели о возрождении нашей футбольной лиги.

Моим приоритетом в этом деле стала, естественно, купленная мною команда. В то время New Jersey Generals была в полном смысле провальной. Команда только что завершила сезон, в котором выиграла всего четыре игры, а проиграла целых 14. В ней был всего один великий спортсмен и суперзвезда, обладатель кубка Хайсмана[6] 1982 г. Хершел Уокер из Джорджии, игрок задней линии, но даже он, по-моему, играл куда ниже своих возможностей. А между тем, хотя матчи New Jersey Generals проходили буквально в двух шагах от всемирной столицы средств массовой информации, они почти не привлекали внимания прессы и болельщиков.

Для того чтобы переломить эту ситуацию, требовалось возродить славу New Jersey Generals. Общеизвестно, что фанаты любят победителей. Они приходят на футбол, чтобы посмотреть на звезд – великих, непревзойденных игроков, которые показывают захватывающую, увлекательную игру. Несомненно, Хершел и был такой звездой, но в американском футболе успех или провал команды во многом зависит от квотербека – разыгрывающего игрока, который определяет ход игры, является «мозгом» команды. В свое время ничто так не способствовало взлету AFL и команды New York Jets, как привлечение Джоя Нэмета, защитника из студенческой команды университета Алабамы. Его соблазнили контрак-том стоимостью 400 тыс. долл. в год. Для того времени это была огромная сумма. Считалось, что именно Нэмет обеспечил New York Jets первую победу в играх Суперкубка. Но и прежде Джой зарабатывал свое вознаграждение, поскольку всегда был гвоздем любой игры, самым колоритным и харизматическим игроком AFL.

Первым футболистом, на которого я нацелился, был Брайан Сайп, защитник из Clivelend Browns. Два сезона назад это был самый ценный игрок NFL, и он по праву мог считаться суперзвездой. Через несколько месяцев у него как раз заканчивался дополнительный срок контракта, и можно было попытаться переманить его в USFL. Это был серьезный шанс оживить New Jersey Generals и USFL, в то же время нанеся ощутимый удар по NFL. Переговоры с Сайпом были долгими и трудными, но наконец 27 декабря 1983 г. на специально созванной по этому поводу пресс-конференции я объявил о том, что Сайп подписал с моей командой долгосрочный контракт, предполагающий выплату ему 800 тыс. долл. в год.

К этому моменту нам уже удалось привлечь и других первоклассных игроков NFL. Первым нашим приобретением стал Гэри Барбаро, сэйфти (защитник второго эшелона) из Kansas City Chiefs, с которым я подписал контракт 5 ноября 1983 г. Эта сделка имела положительный побочный эффект – она убедила игроков NFL в том, что мы, чтобы создать мощную футбольную команду, не постоим за расходами. Двадцать восьмого ноября мы подписали контракт с Кэрри Джастином, угловым из Seattle Seahawks, а в декабре сумели переманить к себе двух лайнбекеров (игроков защиты) из команды – обладателя Суперкубка San Francisco Fortyniners: Вилли Харпера и Бобби Леопольда. Чтобы обеспечить Брайану Сайпу свободу действий на поле, мы заполучили себе ветерана из команды Цинциннати, сэйфти Дэйва Лэпхема.

Кроме того, в этот период немалое внимание спортивной общественности привлекли мои переговоры с выдающимся тренером Miami Dolphins Доном Шула. Это был один из самых успешных тренеров во всей истории NFL, которая при этом здорово недоплачивала ему. Я немедленно предложил Шула куда более высокое вознаграждение, чем ему когда-либо доводилось получать. И вообще, я был готов удовлетворить чуть ли не любое его требование. Но, когда он в качестве условия контракта потребовал апартаменты в «Трамп Тауэр», я подвел черту под переговорами. Я потому и могу позволить себе покупку футбольной команды, что не разбрасываюсь направо и налево квартирами в построенных мною домах. Но все равно переговоры эти пошли на пользу тренеру: именно благодаря им Dolphins наконец-то предложила ему более высокое вознаграждение, которое он давно заслужил.

Однако наибольшее внимание привлекли наши переговоры и последующее подписание контракта с Лоуренсом Тейлором, защитником задней линии New York Giants и самым первоклассным игроком NFL. Как раз в канун 1984 г. мы официально объявили о подписании Лоуренсом Тейлором четырехлетнего договора с New Jersey Generals в общей сложности на сумму 3,25 млн долл. Он вступал в силу лишь в 1988 г., когда истекал контракт Тейлора с Giants. Заключив эту своего рода фьючерсную сделку, мы тем самым показали NFL, что даже те ее игроки, контракты которых еще не истекли, могут стать объектами наших атак.

После официального объявления о заключении Тейлором контракта в Giants буквально сошли с ума. Не прошло и трех недель, как 17 января 1984 г. они предложили Тейлору продлить контракт с ними еще на шесть лет с общей суммой в 6,55 млн долл. Так что я, в сущности, заставил Giants увеличить вознаграждение Тейлора на 3 млн долл. только для того, чтобы он через три года не покинул эту команду. Тогда же New York Giants уплатила мне неустойку в 750 тыс. долл. за согласие аннулировать контракт Тейлора с New Jersey Generals.

Мои активные усилия по переманиванию игроков из NFL вдохновили на аналогичные действия и других совладельцев USFL. Уже 4 января 1984 г. было объявлено о втором значимом драфте (привлечении в команду) игроков NFL. Питтсбургское отделение USFL перекупило у команды штата Небраска еще одного обладателя Мемориального кубка Хайсмана – Майка Розье, с которым через пять дней был подписан контракт. При этом число проданных сезонных абонементов на матчи команды тут же увеличилось с 6 до 20 тыс. штук. Далее последовала целая череда успешных драфтов перспективных игроков. Так, считавшийся суперзвездой студенческого футбола Стив Янг подписал многомиллионный контракт с командой USFL Los Angeles Express. Ее президент Дон Клостерман сумел осуществить еще 14 удачных драфтов, причем все приобретенные игроки считались восходящими звездами NFL. В общей сложности успехом увенчалось более половины попыток, предпринятых командами USFL по привлечению в свой состав лучших футболистов студенческих команд. Sports Illustrated в своей статье, посвященной успешным драфтам игроков в USFL, поставила далеко не риторической вопрос: «Скольких еще игроков класса Розье и Янга может позволить себе упустить NFL?»

На очередной встрече совладельцев USFL, состоявшейся 17 января 1984 г. в Новом Орлеане, я снова поднял вопрос о переносе игр нашей лиги на осенний сезон. Время для этого было самым подходящим, учитывая наши успехи в привлечении игроков NFL и восходящих звезд университетских футбольных команд. Я предложил сразу проголосовать за перенос игр на осенний сезон, но ряд совладельцев, сопротивляясь этому решению, сумели все же навязать нам компромиссный вариант: создание Комитета по долгосрочному планированию, который подвергнет всестороннему рассмотрению возможность смены сезона с весеннего на осенний. По мне, всякие комитеты любят создавать те, кто не уверен в себе, и исключительно для того, чтобы отложить на потом принятие серьезных решений. Но мне, по крайней мере, удалось хотя бы обозначить переход на осенний сезон как нашу насущную проблему. Я вошел в состав комитета и не сомневался, что мне рано или поздно удастся убедить большинство совладельцев USFL в том, что переход на осенний сезон оправдает наши самые смелые надежды.

А тем временем в NFL стали нас всерьез побаиваться. Лучшим подтверждением этого стал сбор лиги в Кембридже, штат Массачусеттс, в феврале 1984 г., на котором обсуждалось будущее футбольной лиги и, в частности, угроза, исходящая от USFL. Главным событием этой встречи, о котором мы узнали гораздо позже, стал семинар, проведенный самым уважаемым профессором Гарвардской школы бизнеса Майклом Портером. Он подготовил 47-страничный доклад под названием «USFL против NFL». На семинаре присутствовали 65 функционеров NFL и среди них – Джек Донлан, исполнительный директор администрации NFL, а также многочисленные владельцы компаний.

Портер предложил четкий многосторонний план, целью которого было объявить USFL настоящую войну по всем правилам стратегического искусства, с использованием конкурентных стратегий. В выступлении Портера, длившемся два с половиной часа, были такие разделы, как «Наступательные стратегии», «Партизанская война», «Искусство ведения войны – опыт Китая периода 500 г. до н. э.». Среди прочего Портер предлагал «уговорить» телекомпанию АВС расторгнуть контракт на трансляцию даже весенних игр USFL, подбить игроков лиги присоединиться к профсоюзу, что должно было увеличить наши текущие расходы, а также привлечь в NFL самых решительных и влиятельных совладельцев USFL, предложив им франшизу NFL.

И вот весной 1984 г., когда началась наша традиционная серия весенних матчей, уже стали ощущаться результаты применения плана NFL по уничтожению USFL, хотя мы еще ничего не знали о вышеназванном семинаре и о том, что нам уже объявлена война. Ряд совладельцев USFL из Чикаго, Вашингтона, Сан-Антонио и Оклахомы, которые были самыми уязвимыми финансово, вдруг столкнулись с серьезными проблемами. Причем опасность заключалась не в потере франшизы USFL в двух-трех городах, а в утрате доверия к ней в целом. До тех пор пока у USFL были такие сложности, нам было трудно привлекать внимание спортивной прессы к нашим лучшим командам. Вместо этого журналисты предпочитали более скандальные новости – они постоянно писали о снижении посещаемости болельщиками наших футбольных матчей, а также о личных финансовых затруднениях владельцев команд.

Между тем наш многомудрый комитет продолжал тянуть время. Большинством голосов было принято решение поручить исследование проблемы стороннему консультанту – компании McKinsey and Company. Вполне допускаю, что это лучшая компания в консалтинговом бизнесе, но, если вы помните, консультантов я люблю еще меньше, чем комитеты. Когда дело доходит до принятия важного, а то и дерзкого решения, комитеты по планированию, работающие с самыми высокооплачиваемыми консультантами, редко заботятся о парнях со здравым смыслом, поставивших на кон собственные деньги.

Так случилось и на этот раз. McKinsey and Company потребовалось три месяца на проведение исследований, за что она получила поистине королевский гонорар в 600 тыс. долл. Наконец 22 августа 1984 г. руководитель компании Шэрон Патрик представила владельцам USFL, собравшимся в Чикаго, выводы консультантов. Они сводились к тому, что USFL должна возлагать свои главные надежды на весеннюю серию матчей, чтобы существенно ограничить расходы, а к идее переноса игр на осенний сезон можно будет вернуться когда-нибудь позже. Среди прочих откровений Патрик были заявления о том, что, по результатам опросов болельщиков, фанаты за то, чтобы USFL и дальше проводила свои матчи весной. Можете догадаться, насколько я доверяю всяким там опросам.

Однако в действительности мы никак не могли последовать советам McKinsey and Company. Даже если бы мы и урезали свои расходы на весеннюю серию игр, у нас не было сколько-нибудь реальной перспективы заработать прибыль, а положение многих из более слабых совладельцев USFL было таково, что они уже не могли позволить себе даже небольших финансовых потерь. Назрела необходимость предпринять решительные действия, на чем я настаивал с самого начала. И теперь я без обиняков заявил об этом. За два часа, что длилась презентация результатов исследований McKinsey and Company, я сумел убедить наше собрание в необходимости поставить на голосование вопрос о переносе игр на осень. За него проголосовали две трети участников собрания. В тот же день мы сделали официальное заявление о том, что предстоящий весенний сезон игр станет последним и последующие серии матчей будут проводиться осенью.

На собрании мы также приступили к обсуждению возможности подать на NFL в суд, обвинив ее в нарушении антимонопольного законодательства. В частности, мы поручили нашему полномочному представителю Чету Симмонсу обратиться с письмом к такому же представителю NFL Питу Розелю. Симмонс очень корректно сформулировал нашу позицию: «В силу положения USFL как нового спортивного предприятия, а также рыночной позиции NFL для выживания USFL существенно важно, чтобы NFL и владельцы футбольных команд в составе NFL действовали в границах законов и установлений, регламентирующих ведение бизнеса предприятия, занимающего доминирующее положение на рынке». Если говорить без всяких экивоков, это означало: «Если попытаетесь задеть нас, мы подадим на вас в суд».

Уже к октябрю произошел резкий поворот в наших отношениях с телекомпаниями CBS и NBC. До этого момента мы просто обсуждали с ними перспективу переноса игр на осенний сезон, и обе компании проявляли заинтересованность в заключении контрактов с нами. Но стоило нам официально объявить о том, что этот переход состоялся, как обе они дали задний ход. Для меня было очевидно, что это результат мощного давления NFL на телекомпании с целью убедить их не заключать с нами контрактов на осенний сезон. В особенности это касалось АВС, которая еще раньше приобрела право на трансляцию наших весенних матчей.

Позже Пит Розель на суде утверждал, что никогда не обсуждал этот вопрос с главой спортивного подразделения АВС Роном Эрледжем. По мне, это было просто нелепо – всем известно, что Розель и Эрледж в течение долгих лет являются коллегами и добрыми друзьями. Неужели кто-то мог всерьез поверить, что Розель, крайне озабоченный последствиями для своей лиги переноса на осень игр USFL, ни разу не поднимал этого вопроса в разговорах со своим другом? Да и возможно ли поверить, что Эрледж, придумавший спортивную программу NFL Monday Night Football («Футбол с NFL в понедельник вечером»), которая принесла АВС миллионы долларов, не постарался изо всех сил помочь своему доброму старому приятелю Розелю в трудную минуту?

А самое курьезное заключалось в том, что не только АВС, но и две другие ведущие телекомпании – CBS и NBC – фактически теряли деньги, транслируя матчи NFL. По их собственным подсчетам, после выплаты NFL более 350 млн долл. в качестве гонорара за право трансляции матчей эти компании в 1985 г. потеряли многие миллионы долларов, реализуя это право.

Но даже в таких условиях ни одна телекомпания не желала рисковать, навлекая на себя гнев NFL. Известно, что футбол поднимает популярность любого телевизионного канала, поэтому для поддержания уровня конкурентоспособности все три телекомпании шли на то, чтобы сохранить контракты с NFL, несмотря на связанные с этим убытки. Что же касается нашей USFL, то у нас не осталось выбора. Поэтому 17 октября 1985 г. мы подготовили антимонопольный иск, который подали в суд южного округа штата Нью-Йорк. В частности, в нашем иске содержалось требование, чтобы NFL ограничилась контрактами не более чем с двумя телекомпаниями. Мы также потребовали возмещения убытков в размере 1,32 млн долл.

А пока тянулось судебное дело, мы должны были решить и более насущную проблему: выжить. Третьего января 1985 г. USFL провела третий отбор игроков университетских команд. К тому моменту мои парни уже весьма упрочили свое положение, счет выигранных и проигранных игр у New Jersey Generals был 9:5, каждый матч собирал в среднем около 400 тыс. болельщиков. Но другие команды USFL были в более тяжелом положении. Мы нуждались в каком-нибудь мощном козыре.

Я видел решение проблемы в привлечении в USFL подающего большие надежды игрока из студенческих команд. Без сомнения, это мог быть только Дуг Флюти из Бостонского колледжа, который имел все шансы получить Мемориальный кубок Хайсмана. В своем последнем матче с командой университета Майами, который транслировался по национальному телевидению, Флюти с блеском, буквально на последней секунде, реализовал с 50 ярдов невероятный по силе тачдаун[7], что принесло Бостонскому колледжу победу со счетом 47:45.

Очень скоро этот гениальный пас превратил его автора Флюти в новую легенду спорта. Я не менее двух десятков раз видел повторы этого броска в разных спортивных передачах и выпусках спортивных новостей.

Кандидатура Флюти была хороша еще и тем, что этот парень был очень привлекательным для средств массовой информации. Флюти имел все шансы стать любимчиком прессы – он был симпатичным, умел хорошо держать себя и говорить. Были всего две небольших проблемы. Первая заключалась в том, что в составе New Jersey Generals уже был квотербек Брайан Сайп. А вторая – в том, что Дуг Флюти был ростом всего около 177 см и весил лишь 77 килограммов. Многие сомневались в том, что он сможет добиться успеха в профессиональном футболе, где практически каждый линейный защитник ростом выше 1,98 м и весит не менее 117 килограммов.

Но в конце концов я послушался своей интуиции бизнесмена. Конечно, Брайан Сайп был признанной звездой футбола, но ему было уже 35, и он миновал пик своей спортивной карьеры. Дуг Флюти же имел все шансы стать для USFL тем же, кем в свое время был для NFL Джой Нэмет. Как я рассчитывал, в самом худшем случае он привлечет массовое внимание прессы, и одно уже это поможет поднять продажи билетов на матчи New Jersey Generals и укрепить имидж всей USFL. В лучшем же случае у него были все возможности стать суперзвездой.

Пятого февраля 1985 г. мы подписали с Флюти контракт сроком на пять лет с гонораром более 1 млн долл. в год – причем я дал под него личные гарантии. Вы знаете, как я не люблю делать этого, но в данном случае игрок такого класса, как Флюти, не был склонен рисковать, подписывая контракт с футбольной лигой, испытывающей финансовые затруднения. Я же полагал, что, если USFL потерпит крах, я всегда смогу переуступить этот контакт какой-нибудь команде NFL.

На следующий день я решил проблему с Брайаном Сайпом, перепродав его команде Jacksonville Bulls. Я не мог допустить, чтобы такой высокооплачиваемый квотербек просиживал у нас на скамье запасных.

Дебют Флюти в USFL состоялся 24 февраля на выездном матче с Birmingham Stallions. Сначала Дуг медлил, но потом разыгрался и практически вырвал победу для New Jersey Generals, обеспечив в четвертом периоде три тачдауна. Что же касается его «кассовой ценности», то она намного превзошла мои ожидания. Игра транслировалась по телеканалу АВС и получила девятый рейтинг – вдвое выше, чем было у нас в среднем в прошлом сезоне.

Этой весной произошло еще два важных события, каждое из которых было напрямую связано с квотербеками. Сначала Джим Келли, квотербек Houston Gamblers, в начале игры накидал мячей на 574 ярда и обеспечил своей команде пять тачдаунов, доказав тем самым, что он ни в чем не уступает любому другому квотербеку обеих футбольных лиг. К сожалению, второе событие было не из приятных. В первом же своем матче в составе Jacksonville Bulls квотербек Брайан Сайп выбил плечо, что практически означало конец его участию в играх сезона, а возможно, и конец всей спортивной карьеры.

Десятого марта мы открывали весенний сезон на нашем поле в матче с Los Angeles Express. Если мне и было чем гордиться в деле с NFL, так именно этой игрой. На стадион пришли более 60 тыс. болельщиков, предвкушавших яркое спортивное шоу, а именно – дуэль между новичком USFL Дугом Флюти и признанным лучшим квотербеком лиги Стивом Янгом. Оба игрока оправдали ожидания фанатов, а New Jersey Generals одержала победу. Флюти, как всегда, в последнем периоде подбросил команде два тачдауна, что позволило нам победить со счетом 35:24.

На следующий же день после блестящего выступления Флюти я обратился с письмом к новому уполномоченному USFL Гарри Ашеру. Я предлагал разделить расходы по оплате контракта Флюти между всеми совладельцами USFL на том основании, что он обладает рекламной ценностью в масштабе всей USFL. При этом я знал, что удовлетворение моей просьбы маловероятно, как, собственно, и вышло на самом деле, но я придерживаюсь того мнения, что за спрос денег не берут.

Успехи Флюти, Келли и Янга представляли сильную сторону USFL. А вот ее несомненной слабостью был балласт в виде команд с посредственными квотербеками.

Вскоре мои наихудшие опасения относительно слабых партнеров по USFL стали оправдываться. И произошло это прямо в середине сезона 1985 г. Автором провала стал один из совладельцев USFL, владелец футбольной команды Tampa Bay Джон Бассетт. Кстати, он был одним из основателей печально известной Мировой футбольной лиги. Получилось так, что с самого начала мы с Бассеттом по каждому вопросу придерживались противоположных мнений. В особенности непримиримыми были наши взгляды на перенос игр на осенний сезон. Как вы помните, мне в конечном итоге удалось убедить большинство владельцев USFL в необходимости этого шага, но Бассетт не переставал критиковать меня, хотя в конце все же поддержал при голосовании большинство, сделав это весьма неохотно. Однако, несмотря на наши жестокие разногласия, он вызывал у меня личную симпатию и я очень сочувствовал его ситуации. В конце марта стало известно, что Бассетт страдает онкологическим заболеванием и в буквальном смысле борется за жизнь, что в последние месяцы сделало его поведение во многом непредсказуемым.

Но вот чего я так и не узнал, так это того, насколько сильно его заболевание повлияло на суждения, высказанные им в то злосчастное мартовское воскресенье. А дело было так. Бассетт согласился дать интервью спортивному комментатору Кейт Джексон, первый же вопрос которой касался мнения Бассетта о том, в чем состоят самые серьезные проблемы USFL. Далее последовала целая тирада. Перед телеаудиторией национального масштаба Бассетт начал злобно критиковать идею переноса серий игр USFL на осенний сезон. Он сказал, что злейшим врагом USFL является сама USFL. Он обвинил лигу в дурном руководстве и в прочих страшных грехах, какие только смог придумать. Я увидел это интервью на телемониторе в комнате прессы и не мог поверить своим ушам. Моей первой мыслью было то, что в лице Бассетта NFL нашла бы лучшего свидетеля защиты в нашем антимонопольном деле. Второй мыслью было то, что это жестоко разочарованный в жизни человек, который бездумно дает выход своей злобе.

Теперь если кто-то и мог исправить вред, нанесенный USFL Бассеттом и другими партнерами-совладельцами, так только Харви Майерсон, адвокат, которого мы привлекли в середине 1985 г., чтобы представлять наши интересы по антимонопольному иску к NFL. Майерсон возглавлял отдел судебных споров в Finley Kumble и был признанным специалистом по антимонопольному законодательству. А кроме того, он обладал бойцовским характером и драчливостью, которые необходимы, когда вы с неудачных позиций пытаетесь посягать на признанные основы. Большинство совладельцев USFL уже давно расстались с надеждой выиграть этот иск. Они считали, что у NFL непробиваемые позиции. Но Майерсон с самой первой нашей встречи в апреле 1985 г. полагал, что сильные позиции как раз у USFL. Он заявил, что нам следует преодолеть все препоны, чтобы вынести дело на рассмотрение суда присяжных, и что мы имеем хорошие шансы на победу.

А тем временем единственным светлым пятном в USFL было то, что New Jersey Generals и, в частности, Хершел Уокер демонстрировали блестящую игру. В первые две недели сезона его не ставили на игру. Он не раз звонил мне в офис и обиженно басил: «Мистер Трамп, да я запросто могу обежать всех этих парней, если только получу в руки мяч». Я ругался и орал на нашего тренера Уолта Майклса, но он не прислушивался ко мне до тех пор, пока я не пригрозил уволить его. И вот на седьмой игре Хершелу наконец дали волю. Он сделал 30 пробежек с мячом, в общей сложности длиной 250 ярдов, поставив рекорд лиги. В каждой из последующих десяти игр ему удавалось пробежать с мячом не менее 100 ярдов. К концу сезона продолжительность его пробежек составила 2411 ярдов, что побило рекорд профессионального футбола за все предшествующие годы, который принадлежал игроку NFL Эрику Дикерсону. Я испытывал истинный кайф от его игры.

К сожалению, в конце сезона 1985 г. Дуг Флюти получил травму, что практически стоило USFL чемпионского титула. В серии плейофф, когда Флюти стоял на боковой линии, мы уступили Baltimore Stars три очка.

В феврале 1986 г. мы решили ограничить число команд, входящих в USFL, с 14 до 8. В процессе этой реорганизации мы постарались избавиться от тех владельцев команд, которые испытывали наиболее сильные финансовые трудности. Кроме того, мы консолидировали наши ряды посредством целой серии объединений. Например, команда Houston Gamblers слилась с моей New Jersey Generals, и в результате нам удалось получить непревзойденный состав, которому не было равных в профессиональном футболе: Хершел Уокер в качестве ретернера и Джим Келли в роли квотербека. Среди прочих команд, успешно переживших объединение, были самые наши сильные и популярные команды из Мемфиса, Джексонвилла, Тампы, Орландо, Аризоны и Бирмингема.

В апреле мы получили добрую весть о состоянии дел с нашим иском: федеральный судья Питер Лейзер назначил рассмотрение судом присяжных нашего дела против NFL на следующий месяц. Это обеспечивало возможность получить вердикт суда еще до начала нашего первого осеннего сезона. Если мы выиграем дело, то сможем начать его в полном блеске. А если проиграем, то, по моему мнению, у USFL практически не будет шансов выжить, но мы хотя бы сможем сократить наши убытки. Так что судьба USFL пребывала сейчас в руках шести присяжных, которые должны были слушать наше дело.

Система суда присяжных призвана обеспечить максимально возможную справедливость. Но вся проблема в том, что члены выбранной случайным образом группы присяжных не всегда обладают достаточной квалификацией и багажом знаний, чтобы выносить суждения по сложным проблемам. Иногда это не так уж плохо, особенно если у вас слабые позиции и напористый адвокат. Вся беда в том, что вердикт присяжных непредсказуем – можно иметь веские доводы и все же проиграть, равно как и выиграть, имея очень слабые аргументы.

Нам выпало первыми представлять свои позиции, и очень скоро в зале суда все были уверены, что Харви Майерсон может перекрыть NFL кислород. Он пригласил на место свидетеля управляющего NFL Пита Розеля и буквально разнес его в пух и прах. Розель в течение 26 лет успешно и ровно рулил NFL. Правда, для того чтобы управлять монополией, не обязательно быть семи пядей во лбу. Но стоит такому молодчику столкнуться с по-настоящему безжалостным и напористым конкурентом, как его результаты будут совсем иными.

И вот Майерсон давил, а Розель все больше нервничал. Он мямлил, запинался, нес околесицу, краснел и противоречил сам себе. По временам казалось, что он попросту врет. В середине недели, в течение которой Майерсон подвергал его перекрестному допросу, Розель просто сделался болен физически. Он был бледен и так плохо выступал, что я начал испытывать к нему жалость. Вспоминая эти события, я начинаю понимать, что присяжные так же, как и я, сочувствовали Розелю, и это могло помочь NFL.

Меньше всего Розель внушал доверие, когда вынужден был рассказывать о Гарвардском семинаре под названием «USFL против NFL», что было ключевым моментом выдвинутого обвинения против NFL. Розель утверждал, что ничего не слышал про семинар и «в прямом смысле физически занемог», когда впервые узнал о нем спустя несколько недель после того, как семинар состоялся.

– Занемогли животом? – с невозмутимой серьезностью вопрошал Харви Майерсон.

– Да, – был ответ.

– Понимаю, – говорил Майерсон. – И сколько времени вам понадобилось, чтобы восстановить здоровье?

– Примерно полдня, – ответствовал Розель. Сомневаюсь, что хоть одна живая душа в зале суда всерьез восприняла этот обмен репликами.

В другой раз Майерсон позволил себе убийственно обличительные комментарии по поводу показаний, которые Розель в 1961 г. давал комитету Конгресса. В те времена игры NFL транслировались только телекомпанией CBS. Тогда один из сенаторов в ходе слушаний спросил Розеля: «Не думаете ли вы, что, если все телекомпании будут связаны контрактами только с одной футбольной лигой, любая другая лига окажется в заведомо неблагоприятном положении относительно конкурентов?»

«Я, конечно, думаю именно так. Но, – быстро добавил Розель, – у нас нет намерения заключать контракт более чем с одной телекомпанией». Ну да, а к 1987 г. NFL имела контракты на трансляцию своих матчей со всеми тремя ведущими национальными телекомпаниями. Неужели это не поставило нашу лигу в крайне неблагоприятное положение с точки зрения конкуренции? В ответ Розель мог только бекать и мекать.

Один раз мне пришлось самому опровергать показания Розеля, когда речь зашла о нашей с ним встрече в марте 1984 г. Тогда совладельцы USFL все еще раздумывали, стоит ли переносить игры на осенний сезон. Семинар, проведенный гарвардским светилом Портером, состоялся несколькими неделями раньше, и одной из предложенных им стратегий уничтожения USFL была попытка переманить в NFL владельцев самых сильных команд, чтобы направить их усилия на продвижение NFL.

Как утверждал Розель, для встречи с ним 12 марта я специально снял номер в отеле «Пьер». На самом же деле я люблю всегда иметь много вариантов и возможностей, и в данном случае мне было просто интересно, что на уме у уполномоченного NFL, когда он предложил мне встречу. Розель стал утверждать перед присяжными, что я якобы сказал ему, что заинтересован купить право использовать франшизу NFL и что в случае ее получения я готов немедленно расстаться с USFL. Это было по меньшей мере абсурдно. Я никогда не интересовался футбольной франшизой где-либо, кроме Нью-Йорка, и давно уже понял, что ни одну из двух футбольных команд этого штата – ни Giants, ни Jets – купить невозможно.

На самом же деле на этой встрече Розель просто-напросто делал неуклюжие попытки переманить меня в NFL. Он заявил, что всегда считал меня достойной кандидатурой для франшизы NFL, что это вполне осуществимо, если я перейду в NFL либо за счет вступления в нее моей команды New Jersey Generals, либо за счет покупки команды NFL. Розель также намекал, что окажет мне помощь в этой сделке. Взамен, продолжал он, требовалось всего две вещи: чтобы USFL отказалась от своих планов переноса игр на осенний сезон и от своего антимонопольного иска против NFL.

У меня не было никаких сомнений по поводу намерений Розеля. Он зондировал почву, искал наиболее приемлемый вариант обезвредить USFL. Если бы он смог избавиться от нее путем переманивания в NFL парочки ее команд, то, без сомнения, сделал бы это. И в то же время, желая обезопасить себя, он сделал свое предложение как бы в шутку, чтобы потом иметь возможность отпереться от него, если я стану давать показания по этому поводу. И вот я стал давать показания, а Розель тут же переписал сценарий нашей встречи.

В течение первого месяца судебного разбирательства мы пригласили 18 свидетелей и существенно укрепили наши позиции. Майерсон весьма убедительно продемонстрировал присяжным, каким образом NFL запугивала телекомпании, пытаясь заставить их отказать нам в контрактах на трансляцию наших футбольных матчей. Он также доказал, что без таких контрактов USFL не имела шансов выжить. На основании доклада Портера Майерсон предоставил многочисленные доказательства того, что NFL действовала незаконно и с намерением уничтожить USFL.

К тому моменту как закончился опрос свидетелей с нашей стороны, даже прессе стало ясно, что у нас неплохие шансы на победу. Лучше всего это ощущение передавал заголовок статьи в Sports Illustrated – «USFL выиграла первый раунд», а подзаголовок ее был еще более сильным: «Молодая футбольная лига, выстроив свои боевые ряды, весьма эффектно нанесла первый удар по NFL в ходе судебного поединка по антимонопольному иску на 1,32 млрд долларов. Теперь очередь за NFL».

Вспоминая эти события, я думаю, что наше мощное наступление в какой-то мере имело обратный эффект, поскольку явная слабость позиций NFL вызывала жалость и симпатии присяжных. Не последнюю роль в этом сыграла и сама персона Майерсона: его дорогой безупречный костюм с неизменным шелковым платком в нагрудном кармане, его несколько театральная манера говорить, безжалостность атак, неоспоримость выводов – все это выглядело слишком агрессивным, победительным, ловким. NFL по контрасту смотрелась несчастным, запутавшимся неудачником. Как и Розель, который заболел и выглядел столь неубедительно во время перекрестного допроса. А Фрэнк Ротман, адвокат, защищавший интересы NFL, в последние дни представал перед судом таким слабым, с таким мертвенно-бледным лицом, что вызывал сочувствие у всех, в том числе и у меня. Многие даже не верили, что Ротман будет в силах довести процесс до конца. И в самом деле – вскоре после окончания суда его экстренно поместили в госпиталь, где сделали серьезную операцию. Так что я думаю, что болезнь Ротмана сыграла немаловажную роль в завоевании симпатий присяжных.

Другой частью проблемы был я сам. Выступая в качестве свидетеля, я держался и говорил очень уверенно, гладко и, думаю, представлял разительный контраст с беднягой Питом Розелем. Это, вероятно, тоже сыграло на руку NFL. C самого первого дня противная сторона изображала меня этаким порочным, жадным, неразборчивым в средствах миллиардером, стремящимся достичь своих эгоистических целей за чужой счет. В начале своей речи адвокат NFL Фрэнк Ротман отметил, что «в USFL властвует богач Дональд Трамп, который способен купить и продать многих из владельцев NFL».

На самом же деле богатые, обладающие властью владельцы NFL прибеднялись, стараясь достичь собственных целей. Теперь я понимаю, что мы тоже могли бы добиться большего, если бы пригласили на свидетельское место нескольких владельцев USFL победнее, которые из-за происков NFL потеряли почти все свои деньги и могли бы своими горестными рассказами разжалобить присяжных.

NFL также одержала над нами верх и на поприще связей с общественностью. Тут я отдаю должное Питу Розелю, который всегда весьма искусно и ловко продвигал свою футбольную лигу. Заслуживает уважения то, что в качестве представителя NFL по связям с общественностью он использовал некоего Джоя Брауна. Всякий раз, когда заканчивался опрос свидетелей по нашему делу, Браун болтался в коридорах суда и мастерски накачивал газетчиков, рассказывая, какой это был великий день для NFL. Меня это буквально доводило до бешенства. Сколько раз я твердил нашему уполномоченному Гарри Ашеру, что нам тоже не помешала бы подобная обработка журналистов. А он неизменно отвечал, что это лишено смысла, потому что наша главная задача – убедить в своей правоте присяжных.

Но, к сожалению, это не тот путь, который позволяет выиграть громкое дело наподобие нашего. Несмотря на то что в течение всего периода рассмотрения дела присяжным, чтобы они сохранили объективность, не разрешается знакомиться с комментариями средств массовой информации, имеющими к нему отношение, обычно они не могут устоять против соблазна хоть краем глаза посмотреть, что же пишут газеты, особенно когда речь идет о таком скандальном деле. Да и вообще, если присяжный или судья и будет изо всех сил противиться получению сторонней информации по делу, он все равно не может не услышать, что говорят о комментариях прессы их знакомые и члены семьи. А иначе для чего же Розель каждый божий день в течение всех шести недель, пока рассматривалось это дело, посылал Джоя Брауна накачивать прессу?

Но вплоть до 25 июля 1986 г., когда присяжные удалились на совещание, я все же был уверен, что у нас неплохие шансы на благополучный исход и что решение будет вынесено в нашу пользу.

Вот чего я никак не ожидал, так это того, что наша победа обернется форменным поражением; 29 июля 1986 г. жюри присяжных своим вердиктом признало NFL виновной в нарушении антимонопольного законодательства путем тайного сговора, направленного на монополизацию профессионального футбола, и в незаконном причинении USFL ущерба. Но при этом присяжные проголосовали за то, чтобы присудить нам чисто символическое возмещение ущерба в размере одного доллара. Это была пиррова победа. Без пункта о возмещении убытков это решение суда было для нас абсолютно бесполезным, поскольку NFL так и не была наказана за нарушение антимонопольного закона.

Уже после окончания судебного процесса из интервью присяжных журналистам стало ясно, что на совещании их мнения разделились. По меньшей мере двое считали, что нам следует присудить весьма существенное возмещение убытков. Одна из присяжных, школьная учительница Мириам Санчес, была за то, чтобы присудить нам возмещение ущерба в размере 300 млн долл., но при этом заметила, что не поняла сути действия механизма, обеспечивающего практическую реализацию этого решения. «Я не совсем поняла инструкции и положилась на судью, надеясь, что он присудит USFL гораздо бо́льшую компенсацию», – добавила она.

Конечно, я был расстроен подобным оборотом событий, но при этом испытал и некоторое облегчение. Я считаю, что в любом деле нужно сделать все от тебя зависящее, но, если оно все же не складывается, не стоит зацикливаться на нем, а лучше переключиться на что-то другое. К моменту начала судебного процесса я уже угрохал довольно много денег на свою команду, а убытки USFL были во сто крат больше. Без сколько-нибудь серьезной перспективы заключить с ведущими телекомпаниями контракты на трансляцию наших осенних матчей не имело смысла вкладывать в USFL дополнительные деньги. С этим были согласны большинство совладельцев USFL, которые через неделю после вынесения судебного решения единодушно проголосовали за то, чтобы на время отменить осенний сезон игр USFL. Вместе с тем мы решили подать апелляцию на решение суда. К сожалению, сильнее всего пострадали во всем этом деле футбольные болельщики. Монополия NFL снова действовала, и ее владельцы менее чем когда-либо были склонны пополнять ее ряды новыми футбольными командами, которые давно жаждали получить право играть в NFL.

Тем временем лучшие спортсмены USFL перешли в NFL. Хершел Уокер подписал контракт с Dallas Cowboys. Но, поскольку я давал личную гарантию под его контракт, он мог в течение следующих шести лет вообще не выходить на поле и притом получать от меня ежегодно по 1,2 млн долл. Но Хершел – прирожденный спортсмен, настроенный на борьбу, и деньги для него не самое важное.

Как оказалось, мне удалось заключить с командой Далласа довольно выгодную сделку. Она могла отказаться оплачивать Хершелу такой крупный контракт. Но, зная, какое давление испытывает Dallas Cowboys со стороны болельщиков, жаждущих видеть Хершела в ее рядах, я заявил владельцам команды, что отпущу Уокера только при условии полного возмещения мне всей суммы его контракта. Они, естественно, согласились. Это было выгодно и мне, и Хершелу, и самой команде Далласа. Хершел перешел в Dallas Cowboys в августе, и, несмотря на то, что у него практически не оставалось времени на тренировки в новом составе, он завершил этот сезон как игрок, сделавший самые длинные пробежки с мячом и получивший наибольшее число пасов.

Другая звезда USFL, Джим Келли, тоже стал ведущим квотербеком в своей новой команде Buffalo Bills. Один из наших линейных защитников, Фредди Гилберт, перешел в команду Атланты, где зарекомендовал себя одним из лучших игроков. Даже Дуг Флюти, о котором все говорили, что он слишком мал ростом для NFL, подписал выгодный контракт с Chicago Bears. Могу назвать еще десятки футболистов USFL, которые перешли в команды NFL и завоевали там титулы звезд.

Иногда во время просмотра футбольных матчей NFL, где блистали Хершел Уокер и Джим Келли, мне хотелось, чтобы наша USFL все же выжила. Я просто уверен, что, если бы мы могли провести осенний сезон игр, моя New Jersey Generals стала бы лучшей профессиональной футбольной командой.

Не могу сказать, что я полностью сдался. Я верю в то, что удача еще вернется к нам, и поэтому мы подали апелляцию на абсурдный вердикт, вынесенный судом в отношении USFL. За последние месяцы мне много раз звонил один очень крутой и настойчивый парень, который носится с идеей организовать совершенно новую футбольную лигу. Он предлагает мне франшизу этой новой лиги в Нью-Йорке, и я всерьез раздумываю над этой идеей.