– Так, – начала Зула Хендрикс, разглядывая потроха генератора «Ривеллини 3607». – Дай попробую угадать.
Аманда подняла бровь.
– Хочешь еще раз ошибиться?
– Я не ошибусь, – Зула мрачно глянула на Аманду, затем снова уставилась на генератор, который должен был поставлять энергию лунному научному модулю «Донован-Нитсуке».
– Если тебе это поможет, тут больше одной поломки.
– Бистердов шунт! Его установили задом наперед!
– Браво! – сказала Аманда. – Так и есть, задом наперед.
– Я же говорила, что слушаю тебя.
– Ты это и на прошлой неделе говорила, когда настаивала, что сгорел дефлектор.
– Он выглядел сгоревшим.
Усмехнувшись, Аманда выдернула шунт из генератора и внимательно его осмотрела на предмет других проблем.
– Слушай, Аманда, – заговорила снова Зула. – Спасибо тебе. Я думала, рехнусь просто сидеть там и ждать следующего сеанса физиотерапии.
Устанавливая шунт обратно, Аманда пожала плечами.
– Если морскую пехоту не волнует, что их солдат ходит за мной хвостом между сеансами терапии, я тоже не против, что рядом есть кто-то, с кем можно поговорить.
– Я скажу тебе, что нас волнует, – сказала рядовой первого класса Хендрикс. – Когда нас называют солдатами. Мы – морские пехотинцы.
Аманда повернулась к ней.
– Не солдаты?
– Так называют армейских.
– А. Ладно.
– Нет, правда. Самый верный способ довести морпеха – это назвать его солдатом. А самый верный способ получить по заднице – довести морпеха.
Если бы Зула не улыбалась, Аманда перепугалась бы до смерти.
– Поняла.
– Кроме того, физиотерапевт сказал, что мне нужно побольше гулять, а ты, кажется, целыми днями бродишь по всей территории «Спокойствия».
– Это потому, что Дмитрий жмотится купить мне велосипед.
– Ну, это без разницы.
– И потом, – сказала Аманда, – ты показываешь мне, как пользоваться этими вашими чудесными пушками, и как драться тоже.
Зула фыркнула.
– Я не показываю тебе, как драться. На то, чтобы тебя чему-то научить, ушло бы несколько месяцев базовой подготовки. Я показываю тебе, как защищаться достаточно долго, чтобы найти возможность сбежать на хрен, – она улыбнулась. – Но должна сказать, у тебя хороший глаз. Присоединяйся к морской пехоте, будешь снайпером.
– Нет, спасибо, мне больше нравится чинить сломанные вещи, а не ломать целые, – Аманда ткнула пальцем в генератор. – Итак, кроме того шунта, есть тут другие проблемы?
– Если и да, то я их не вижу, – неохотно признала Зула.
– Провода отошли. Это легко исправить.
Прежде, чем Аманда успела попросить передать ей ключ X5, чтобы подкрутить соединения, Зула протянула ей X4.
– Почти. Мне нужен…
– X5! – тут же поправилась Зула, уронила X4 в коробку с инструментами и принялась рыться в поисках нужного ключа. – Ага, вот, держи.
Аманда взяла инструмент, а Зула поморщилась.
– Черт…
– Если у тебя спина болит, тебе нужно вернуться в госпиталь.
Зула только отмахнулась.
– Уже прошло.
– Уверена?
– Да. Уверена.
– Ты это и в день нашей встречи говорила, – сказала Аманда, – когда мне пришлось помочь тебе подняться на ноги. Тогда я в это тоже не поверила.
– Просто скажи мне, что еще не так с этим дурацким генератором.
– Думаю, на этом всё, – ответила Аманда, заканчивая подтягивать крепления. – Давай запустим его и проверим.
Она захлопнула крышку, включила генератор, и тот негромко и ровно загудел.
– Вот такой должен быть звук, – с улыбкой сказала Аманда, выключила генератор и вытащила пад.
Там ее ждало видео от Дмитрия. Аманда отправила боссу сообщение о том, что починила «Ривеллини», и только после этого открыла видео. На экране появился Дмитрий.
– В техническом центре «Вейланд-Ютани» сдохла дверь шлюза. В ловушке оказалось пять человек. С ними все хорошо – шлюз не разгерметизирован, просто застряли. Над этим работает Бродски, но ему может пригодиться еще пара рук. Двигай туда, как только закончишь с «Ривеллини».
– Господи, и при этом он оставил тебя тут заниматься каким-то генератором, – сказала Зула. – Какого дьявола он не позвонил раньше? Мы бы давно уже были там.
Раньше Аманду это тоже разозлило бы, но три с половиной года работы на Дмитрия Славашевича выбили из нее всю злость. Черт, да уже предыдущий год – год, в который она перебивалась любыми заработками, какие только могла найти, – начисто лишил ее склонности критиковать решения начальства.
Сдав Флору Мендес, Аманда стала на Луне persona non grata, и продлилось это дольше, чем она рассчитывала. Никто не хотел иметь дела с человеком, способным отправить босса за решетку. То, что Мендес на самом деле оказалась виновна, и ее осудили на тридцать лет работ в поясе астероидов, дела не меняло.
Аманда легко могла бы найти работу в «Вейланд-Ютани» – эта возможность существовала всегда, – но в итоге Дмитрий согласился ее нанять, так что идти на такой отчаянный шаг не пришлось. Пока что.
Почему-то Аманде очень не нравилось, что ей досталось столько поддержки от Компании в детстве и подростковом возрасте.
– «Донован-Нитсуке» для меня слишком важный клиент, чтобы бросить работу незаконченной, – ответила она Зуле. – Кроме того, Дмитрий сказал, что люди в порядке, просто застряли.
И все же Аманде пришлось признать, что она восхищается праведным негодованием подруги.
Обычно прогулка до технического центра «Вейланд-Ютани» занимала четверть часа, но Зула еще не могла быстро ходить, так что они потратили на дорогу верные двадцать пять минут.
Иеремия Бродски стоял на коленях у внутренней двери шлюза. С контакта соскочила искра, и он повалился на пол, махая рукой.
– Черт! Вот же дерьмо!
– Что, Бродски, проблемы?
Мужчина поднял голову.
– А ты где была, на хрен? Я час назад просил Дмитрия тебя прислать!
– Нужно было закончить с генератором «Донован-Нитсуке». Босс сказал, что это не срочно.
– Вот урод, – Бродски покачал головой и, словно не заметив протянутой руки Аманды, сам поднялся на ноги. – А это еще кто такая?
– Рядовой первого класса Зула Хендрикс, – морпех протянула руку. Бродски ее проигнорировал.
– За каким чертом ты притащила морпеха?
– Рядовой Хендрикс – практикант, – быстро ответила Аманда. – Проходит производственную практику, пока оправляется от ранений. Дмитрий согласился, потому что «она работает на халяву».
На самом деле Дмитрий понятия не имел, что Зула составляет Аманде компанию, но Бродски требовалось заткнуть и переключить на рабочие проблемы.
– Ладно, черт с ней, – Бродски повернулся к шлюзу. – Внутренняя дверь считает, что за ней вакуум, и что внешняя дверь открыта. Это, конечно, не так, и теперь внутри пять человек сидят и ковыряют пальцем в жопе, гадая, почему это они не могут войти.
Заглянув в шлюз через окошко, Аманда в самом деле увидела пять человек, которые, судя по лицам, смертельно скучали. Все на всякий случай надели скафандры, но шлемы лежали рядом на полу, чтобы сберечь запас кислорода.
– А почему бы не сказать им, чтобы надели шлемы, разгерметизировали шлюз, открыли и снова закрыли дверь? Может быть, компьютер тогда…
– Уже пробовали. Господи, Рипли, ты что, считаешь меня полным кретином?
«Ты в самом деле хочешь, чтобы я ответила?»
Каким-то чудом Аманда ухитрилась не сказать этого вслух. Зула, явно прочитав ответ по ее лицу, зашлась в приступе кашля.
– От чего ты там лечишься, от туберкулеза, что ли? – поинтересовался Бродски. – Ладно, не суть. Слушай, виновато не программное обеспечение. Я перезапустил систему, потом мы сделали, как ты только что предложила. Не сработало. Более того, утечка газов, из-за которой они и прошли в шлюз, теперь идет по четвертой категории, так что там небезопасно. Когда они только пришли, утечка была третьего уровня.
Аманда слышала объявление об утечке, но пропустила новость о том, что категория повысилась.
– И что будем делать? – спросила она.
– Нужно проверить сервомоторы на внешней двери. Может, дверь не достает до датчиков, которые говорят системе, что она закрыта.
– Но ты не пролезешь в шахту, – заметила Аманда. Бродский был выше нее на добрый фут, и гораздо шире в плечах.
– Именно. Вот, держи, – с этими словами он протянул рацию.
Аманда стряхнула рюкзак, поставила ящик с инструментами и запихала рацию в карман. Затем сняла с велосипеда Бродски складную лестницу, взяла его же налобный фонарик и двинулась к служебному люку.
«Ну конечно, у него-то велосипед есть, – мелькнула мрачная мысль. – Он-то настоящий сертифицированный инженер».
– А чего бы тебе собственным фонариком не попользоваться? – спросил Бродски.
– Мой надо в руке держать. А руки там понадобятся для работы.
– А практикантка эта твоя не может пойти за компанию свет подержать?
– На самом деле я прохожу терапию после повреждения спины, сэр, – ответила Зула. – Боюсь, карабкаться по шахтам – определенно плохая идея.
Восхищаясь сдержанностью подруги – та ни разу не назвала Бродски засранцем, – Аманда поднялась по лестнице и открыла люк в потолке.
– Обещаю не капать на него потом, Бродски, – заметила она. – По крайней мере, не слишком.
– Очень смешно.
Он сказал что-то еще, вероятно, выругался, но Аманда уже не слушала. Она забралась в шахту и поползла.
Пыль и жирная грязь быстро пачкали комбинезон – вместе с драгоценным фонариком Бродски, не без злорадства подумала Аманда. По дороге к точке над внешней дверью шлюза она дважды чихнула.
Сняв защитную панель, Аманда взглянула на проводку и немедленно поняла, в чем проблема.
– Бродски, слышишь меня?
– Да. Нашла чего?
– Здесь чертова прорва пыли. Дверь закрыта, но в шахте неимоверная грязища, и контрольные платы тоже все в этом дерьме.
– Ты можешь их почи…
– Ага, у меня есть «СеркуитВайп».
Иронично, но «СеркуитВайп» – специально созданную ткань для очистки плат без необходимости их вынимать, – производила «Вейланд-Ютани». При починке они были незаменимы – по крайней мере, если не пытаться использовать их после истечения срока годности. К счастью, в таких вещах Дмитрий не жмотился. Он предпочитал работать быстро – это увеличивало число клиентов. Качественный и быстрый ремонт обычно означал, что клиенты вернутся с новыми заказами, и это было выгоднее, чем пытаться сэкономить на расходниках.
– Как только я закончу, перезагружай систему, и они смогут войти.
– Хорошо, Рипли. Перезагружаю систему.
Аманда почувствовала приступ паники.
– Бродски! Дьявол, нет, не делай этого, еще рано!
Завыли сирены – шлюз начал процедуру сброса давления.
– Вот дерьмо!
– Рипли, ты чего натворила?!
Аманда не удостоила его ответом – на это не оставалось времени. Нужно было придумать, как спасти пять человек, которым грозила смерть от удушья или выброс за пределы экзосферы из-за утечки газов. Найдя кабели, управляющие внутренней дверью, она вырвала их и подсоединила к управлению внешней. Это должно было помешать ей открыться.
Сирены продолжали выть – из шлюза выходил воздух. При удаче кто-то из пятерых успел надеть шлем, но полагаться на это было нельзя. Впрочем, даже без шлемов с ними все должно было быть в порядке: худшее, что могло произойти – кто-то потеряет сознание.
Поскольку Аманда поменяла провода, как только в шлюзе не останется воздуха, вместо внешней откроется внутренняя дверь. Тогда пленники смогут дышать искусственным воздухом «Спокойствия», а Аманда займется исправлением повреждений, которые причинила не по своей воле.
Двумя днями позже Аманда сидела в большой комнате с Бродски, Дмитрием и Зулой – и комиссией из трех представителей «Вейланд-Ютани».
Всех опрашивали по очереди. Комиссии предстояло решить, выдвигать ли обвинения против компании Дмитрия или отдельных людей.
Два дня Бродски настаивал, что Аманда велела ему перезагрузить систему. Аманда возражала, но Бродски был инженером, а она – неудачницей, засадившей предыдущего босса в тюрьму. Ему верили больше.
Показания Дмитрия ограничились тем, что он отправил их обоих на задание.
– Я получил сообщение от «Вейланд-Ютани», что не работает дверь шлюза, и что внутри заперты пять человек. Я отправил мистера Бродски решить проблему, и также распорядился, чтобы мисс Рипли ему помогла.
– Это стандартная процедура, – поинтересовалась женщина азиатского вида, входившая в комиссию, – отправлять помощников вместе с инженером?
– Иногда случается, – не слишком уверенно ответил Дмитрий. – Зависит от работы.
– И при этом мисс Рипли присоединилась к мистеру Бродски только спустя час после того, как он приступил к работе.
– Сначала ей нужно было закончить другое задание.
– Помочь другому инженеру?
– Э, нет, она самостоятельно занималась мелким ремонтом, – Дмитрий заерзал в кресле и быстро добавил: – Мисс Рипли не является сертифицированным техником, но способна выполнять простые рутинные задания.
Хотя по сути Дмитрий сказал правду, Аманда все равно скривилась. А потом наступила очередь Бродски.
– Рипли велела мне перезагрузить систему. Я предположил, что она уже очистила платы.
– Дерьмо! – возмутилась Аманда.
– Мисс Рипли, у вас будет возможность высказать свою точку зрения, – заметила азиатка. – Пожалуйста, помолчите, пока мы опрашиваем мистера Бродски.
Аманда только сложила руки на груди.
В допрос вступил другой член комиссии, темнокожий мужчина:
– Мистер Бродски, к чему привела перезагрузка системы при поврежденных платах?
– Шлюз начал сброс давления, а после этого должна была открыться внешняя дверь. Но Рипли своевольно изменила распределение кабелей, и вместо внешней открылась внутренняя дверь.
– Что спасло жизни наших сотрудников, – заметила азиатка.
– Только после того, как она поставила их жизни под угрозу.
После этого комиссия занялась Амандой, и та сразу же, не теряя времени даром, опровергла слова Бродски:
– Я сказала ему, что перезагрузить систему следует после того, как я очищу платы. А Бродски запустил рестарт сразу.
Члены комиссии задали ей еще несколько малозначащих вопросов, но больше Аманде в свою защиту было сказать нечего.
– Кажется, мы в тупике, – сказал темнокожий мужчина. – Все свелось к простому вопросу, кому мы поверим: сертифицированному инженеру с многолетним опытом или вылетевшей из профессионального училища женщине, уже привлекавшей внимание лунной полиции и имевшей проблемы с законом?
«Ну вот и всё».
Аманда поняла, что ее карьере, какой бы она ни была, крышка. Они даже раскопали сделку с Компанией, которую вроде как должны были удалить из системы – но, видимо, не удалили.
«Что ж, мне в любом случае больше нет нужды оставаться на Луне. Я ничего не узнала здесь о маме кроме той записи с “Сотилло”, а ее могла бы найти и сама».
– На хрен такие игры! – прошептала Зула, осторожно поднимаясь на ноги и поворачиваясь к комиссии.
– Прошу прощения.
– Да? – ответила женщина. – Простите, вы кто?
– Рядовой первого класса Зула Хендрикс, Колониальная морская пехота. Я присутствовала при инциденте и хотела бы дать показания.
Члены комиссии переглянулись.
– Хорошо, – сказала азиатка. – Рядовой, пожалуйста, расскажите нам, что случилось.
– В этом нет необходимости, потому что вы уже слышали все от Рипли. Версия Бродски о событиях ложная. Рипли действительно сказала, что Бродски должен перезапустить систему после того, как…
– Это вранье! – Бродски вскочил, опрокинув кресло.
– Мистер Бродски, вы уже предоставили свою версию, – заговорил третий представитель Компании, бледный пожилой мужчина. – Кроме того, вы только что обвинили рядового морской пехоты в даче ложных показаний. Вы готовы подтвердить свои слова в военном суде?
Бродски сел обратно и замолчал.
Аманда улыбнулась.
– Как я и говорила, – продолжила Зула, – Рипли велела Бродски перезапустить систему после того, как она очистит платы. Бродски ошибся и подверг опасности жизни людей, а смекалка Рипли их спасла.
– Благодарю, рядовой Хендрикс, – заключила азиатка, – на этом вопросов у нас больше нет.
Долго ждать решения не пришлось. Комиссия сочла Бродски виновным и выдвинула обвинения. Дмитрий его уволил, а Аманду назначил техником по ремонту. Все еще не полноценный инженер – но уже и не помощник.
В качестве благодарности Аманда попыталась пригласить Зулу на обед.
– Я тебя умоляю, – ответила та. – У тебя нет денег даже за свой обед заплатить. Давай просто перекусим в кафе?
– Я хотела сделать что-нибудь особенное. Ты спасла мою задницу.
– Нет, это ты спасла пять задниц после того, как Бродски сглупил. Чертовски быстро придумала, как все наладить.
– Я просто делала свою работу, – пожав плечами, ответила Аманда. – И, если бы не твои слова, у меня бы ее отобрали. Я на самом деле думала, что все кончено. Так что – спасибо тебе.
– Не за что. Ладно, давай добудем еды, потом я отправлюсь на терапию, а завтра помогу тебе с работой в новой прикольной должности.
Аманда ухмыльнулась.
– Только если научишься подавать нужные инструменты.
КОРПОРАЦИЯ «ВЕЙЛАНД-ЮТАНИ»
«СТРОИМ ЛУЧШИЕ МИРЫ»
УВЕДОМЛЕНИЕ
Отправитель: Абернети Смит, главный юридический советник
Получатель: Нина Тейлор, юрист-консультант
Дата: 14 ноября 2137 г.
Тема: Информация о «Ностромо» на «Севастополе»
Вас отправляют на станцию «Севастополь», чтобы получить сведения о межзвездном буксире «Ностромо». Верно, регистратор важен, но в дополнение «Ностромо» попадает под особый приказ № 937. Вашей задачей является привести этот приказ в действие: собрать всю возможную информацию касательно инопланетного организма и все доступные биологические образцы.
Ни Сэмюэльс, ни консультант не должны знать об особом приказе № 937. Вы вправе заключать сделки с командой «Анесидоры», чтобы выторговать то, что они могли найти на LV-426. У вас будут самые широкие полномочия в том, что касается вознаграждения и компенсаций.
Только не увлекайтесь, Нина. Действуйте с умом, уверенно, и возвращайтесь домой с добычей.
Это сообщение вместе со всеми приложениями строго конфиденциально, не подлежит разглашению и защищено. Если оно попало к вам по ошибке, распространение и копирование запрещается. В этом случае, пожалуйста, уведомите отправителя, ответив на сообщение, а затем полностью удалите его из вашей системы.