На борту катера находились дюжина людей и двое Пестрых. Большая часть наземной группы мошкитов отправилась прямо на посольский корабль, но финч’клик Уитбрида и Стейли остались.

– Мы там не нужны, – безапелляционно заявила мошкита Уитбрида.

Возможно, она была права… а может, и нет. Катер оказался переполнен, а ракета с «Макартура» не прибывала.

– Что их задерживает? – пробурчал Реннер. – Лафферти, вызовите «Макартур».

Лафферти, пилот катера, изрядно побездельничал в эти дни. Теперь он, наконец, воспользовался коммуникационным лучом.

– Ответа нет, сэр, – удивленно произнес он.

– Вы уверены, что аппаратура работает?

– Час назад работала, – сказал Лафферти. – Есть сигнал, сэр! С «Ленина».

На экране возникла физиономия капитана Михайлова.

– Пожалуйста, попросите чужаков покинуть корабль, – сказал он.

Мошкитам каким-то образом удалось выразить с помощью жестов изумление, недоверие и легкую обиду одновременно. Уходя, они то и дело оглядывались, задавая немой вопрос. Уитбрид пожал плечами, Стейли не шелохнулся. Когда мошкиты очутились в воздушном шлюзе, Стейли захлопнул за ними дверь.

На экране появился Кутузов.

– Мистер Реннер, отправьте своих людей на «Ленин». Пусть наденут скафандры, одна из моих шлюпок прибудет, чтобы забрать их. Гражданские должны дождаться своей очереди: предупредите их, чтобы они не спорили с пилотом шлюпки. Каждому надлежит иметь с собой кислородный баллон, рассчитанный на пребывание в безвоздушном пространстве в течение часа. Ни в коем случае не пытайтесь связаться с «Макартуром». Вам ясно?

Реннер сглотнул слюну.

– Да, сэр.

– И не впускайте чужаков до отмены моего приказа.

– Но как им объяснить ситуацию, сэр? – спросил Реннер.

– Скажите, что адмирал Кутузов – дурак и параноик, мистер Реннер. А сейчас – за дело.

– Так точно, сэр. – Экран погас. Бледный Реннер прошептал: – Теперь и он читает мысли…

– Кевин, что здесь произошло? – всполошилась Салли. – Нас подняли среди ночи, забросили сюда… А теперь Род не отвечает, а адмирал хочет, чтобы мы рисковали своими жизнями и оскорбили мошкитов. – Сейчас Салли заговорила как племянница сенатора Фаулера: имперская дама, которой надоело сотрудничать с военно-космическим флотом.

Доктор Хорват негодовал еще сильнее.

– Я не буду в этом участвовать, мистер Реннер! И я не собираюсь натягивать скафандр!

– «Ленин» идет к «Макартуру», – небрежно произнес Уитбрид, глядя в обзорный иллюминатор. – Адмирал окружил его шлюпками. Похоже, его люди натягивают канаты…

Все повернулись к обзорному иллюминатору. Лафферти сфокусировал приборы и вывел изображение на экран.

Вереница людей в скафандрах гуськом двигалась вдоль канатов к шлюпкам «Ленина».

– Они покидают «Макартур», – констатировал Стейли, и на его угловатом лице появилась кривая ухмылка. – Шлюпки «Ленина», значит… Понятно. Мадам, времени в обрез.

– Я останусь здесь, – упорствовал доктор Хорват.

Стейли притронулся к пистолету. Атмосфера накалилась до предела.

– Доктор, вы помните приказы вице-короля Меррилла, отданные адмиралу Кутузову? – осведомился Реннер. – Если не ошибаюсь, он должен уничтожить «Макартур», чтобы не позволить мошкитам получить важную информацию. – Голос Реннера звучал почти весело.

Хорват хотел возразить, но слова как будто застряли у него в горле. В итоге Хорват махнул рукой и молча повернулся к встроенному шкафу со скафандрами. Секундой позже Салли последовала его примеру.

После кофейного мастер-класса Гораций Бери отправился в свою каюту. Ему нравилось работать допоздна и дремать после обеда, и хотя в тот момент никакой работы не было, Бери придерживался давней привычки.

Разбудили его корабельные сирены. Кто-то приказывал космодесанту надеть боевое обмундирование. Бери ждал продолжения, но долгое время больше ничего не происходило. А затем появилось зловоние. Бери едва не задохнулся – он не припоминал ничего подобного. Квинтэссенция машинных и человеческих запахов… причем вонь усиливалась.

А потом опять взвыли сирены.

– ВНИМАНИЕ. ВСЕМ ПРИГОТОВИТЬСЯ И НАДЕТЬ ВАКУУМНЫЕ СКАФАНДРЫ. ВОЕННЫМ – НАДЕТЬ БОЕВОЕ СНАРЯЖЕНИЕ. ПОВТОРЯЮ…

Набиль в панике запричитал.

– Болван! Натягивай скафандр! – крикнул Бери и стал напяливать свой.

Только после того, как Бери глотнул очищенного воздуха, он снова услышал сирены.

Но голоса… они звучали как-то неправильно. Они шли не из интеркома, а из коридора.

– ГРАЖДАНСКИМ ЛИЦАМ ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ. ВСЕМ ГРАЖДАНСКИМ ПРИГОТОВИТЬСЯ ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ.

Надо же. Бери едва сдержал смех. Такое происходило впервые. Действительно ли это учебная тревога? В коридоре что-то загрохотало. Бери выглянул наружу. Мимо тяжело протопало отделение космодесанта в боевом обмундировании и с оружием на изготовку. Улыбка Бери исчезла, и он начал прикидывать, что из имущества ему стоит захватить.

Снова раздались крики. Какой-то офицер появился в коридоре и принялся излишне громко оповещать: гражданским лицам покидать «Макартур» цепочкой. С собой можно взять минимум багажа, чтобы одна рука оставалась свободной.

Борода Пророка! Что стряслось? Что они будут спасать – астероидное золото, высокотемпературный сверхпроводник? Конечно, о чудесной кофемашине никто и не подумает. А что спасать ему, Бери?

Корабельная гравитация заметно уменьшалась. Пришли в движение особые маховики, гася вращение. Бери шустро собирал вещи, необходимые любому путешественнику, не обращая внимания на их стоимость. Предметы роскоши он еще сможет, но…

Малыши! Надо забрать воздушный баллон из шлюза Д. Но если он приписан к другому шлюзу?

Бери быстро закрыл два небольших чемоданчика (один понесет Набиль). Получив распоряжения, тот сразу взял себя в руки. Снаружи продолжали доноситься крики, и несколько раз мимо двери каюты проплывали отделения космодесанта и члены экипажа «Макартура». Парни в полном обмундировании из бронеткани были вооружены до зубов.

Скафандр Бери начал раздуваться – корабль терял воздух, – и последние надежды на то, что тревога учебная, истаяли. Оборудование ученых точно сломается в условиях вакуума, решил Бери и задумался. А ведь никто не заглянул в его каюту, чтобы проверить, как там Бери… а во время учебных тревог флот не рискует жизнями гражданских.

В коридоре показался какой-то офицер, который замер неподалеку от каюты Бери. Воцарилась тишина, но спустя несколько мгновений Бери услышал в динамиках своего скафандра строгий, подчеркнуто спокойный голос. Набиль замялся, не зная, что предпринять. Устройство связи, вмонтированное в его скафандр, было выключено, и Бери жестом приказал Набилю его включить.

– ВСЕМ ГРАЖДАНСКИМ ПРОСЛЕДОВАТЬ К БЛИЖАЙШИМ ВОЗДУШНЫМ ШЛЮЗАМ ПО ЛЕВОМУ БОРТУ КОРАБЛЯ, – изрек бесстрастный голос. Флотские всегда говорят так, если положение действительно критическое. Это окончательно убедило Бери в том, что на «Макартуре» случилось нечто серьезное. – ЭВАКУАЦИЯ ГРАЖДАНСКИХ ЛИЦ БУДЕТ ПРОИСХОДИТЬ ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ ШЛЮЗЫ ЛЕВОГО БОРТА. ЕСЛИ ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ, КУДА ИДТИ, СПРОСИТЕ ЛЮБОГО ОФИЦЕРА ИЛИ РЯДОВОГО. ПОЖАЛУЙСТА, БЕЗ СПЕШКИ. ВРЕМЕНИ ДОСТАТОЧНО ДЛЯ ЭВАКУАЦИИ ВСЕГО ПЕРСОНАЛА.

Офицер встрепенулся и проплыл в другой коридор.

Левый борт? Ладно. Сообразительный Набиль спрятал воздушный баллон в ближайшем шлюзе. Слава величию Аллаха, что это левый борт! Бери махнул слуге рукой и начал двигаться вдоль скоб, укрепленных в стальной стене. Набиль передвигался грациозно: напрактиковался после того, как их заперли.

В коридорах толпился перепуганный народ, а вдалеке Бери заметил отряд космодесантников. Парни вывалились из-за угла и оглядывались, отстреливаясь от невидимого врага. От огненных вспышек у Бери потемнело в глазах, но он успел увидеть шарики крови – они летали повсюду и словно преследовали людей. Лампы над головой мигали.

В проходе за спиной у Бери и Набиля появился младший офицер.

– Не останавливайтесь, – бормотал он. – Да поможет Господь пехоте…

– В кого они стреляют? – спросил Бери.

– В малышей, – буркнул офицер. – Они могут занять коридор! Уходите поскорее, мистер Бери. У тварей есть оружие.

– У кого? – недоверчиво переспросил Бери. – У «домовых»?

– Да, сэр. Корабль кишит мелкими уродцами. Они перенастроили систему подачи кислорода. Живее, сэр. Пожалуйста. Тварей долго не удержать.

Бери потянулся к очередной скобе и поплыл в конец коридора. Там его ловко перехватил космодесантник, после чего перенаправил Бери к очереди на выход.

«Домовые»? Но ведь корабль очистили от них!

У воздушного шлюза собралась толпа. В основном гражданские. Тем не менее вскоре туда прибыли вольнонаемные служащие флота, которые увеличили давку. Бери толкался и пинался, прокладывая дорогу к шкафу с кислородными баллонами. Уф, нужный все еще был здесь! Бери схватил фальшивый баллон и передал Набилю: слуга тотчас пристегнул его к скафандру Бери.

– Это не требуется, сэр, – произнес какой-то офицер.

Бери понял, что слышит его через атмосферу, а не через динамик. Значит, тут был воздух… С ума сойти! Неужели и здесь постарались «домовые»? Они создали барьеры для удержания воздуха, как на корабле у шахтера!

– На всякий случай, – буркнул Бери офицеру. Тот пожал плечами и отправил в шлюз пару штатских.

Потом пришла очередь Бери. Офицер космодесанта знаком велел ему следовать вперед.

Шлюз открылся. Бери коснулся плеча Набиля и указал ему на выход. Двигаясь вдоль каната, Набиль скрылся в кромешной темноте. Бери прищурился. Ну и темень! Никаких звезд, вообще ничего. Что с ними будет? Бери внезапно осознал, что затаил дыхание. «Нет Бога, кроме Аллаха…» На его плечах висел фальшивый баллон, а в нем – два малыша в анабиозе. Несметное богатство! Технология, превосходящая баснословные достижения Первой Империи! Бесконечный поток ноу-хау и усовершенствований. Только… не собирается ли он выпустить из бутылки джинна?

Они прошли через специально устроенное и сохраняемое отверстие в поле «Макартура». Снаружи был лишь космический мрак да неясный силуэт впереди. Другие канаты тянулись через соседние отверстия, вдоль них паучками ползли люди. За Бери двигался кто-то из штатских, облаченный в вакуумный скафандр, за ним – кто-то еще. Впереди был Набиль и остальные…

Глаза Бери быстро привыкли к темноте, и теперь он различал багровое свечение Угольного Мешка и пятно впереди, которое наверняка было полем «Ленина». Неужели придется тащиться через космическую пропасть? Но нет, неподалеку парили шлюпки, и космические «пауки» ползли к ним.

Шлюпка подлетела к нему, и Бери обернулся, чтобы бросить последний взгляд на «Макартур». За свою долгую жизнь он прощался со множеством временных пристанищ, и «Макартур» оказался не лучшим из них. Бери подумал о технике, которая погибнет. Идеальные кофемашины, волшебный кофейник… Однако это было лишь секундное сожаление. Бери весьма преуспел. Экипаж «Макартура» искренне благодарен ему за помощь и мастер-классы, а сами «кофейные церемонии» для офицеров пользовались особой популярностью. Возможно, на «Ленине»…

Воздушный шлюз казался крошечным. Вдоль троса следом за Бери ползла вереница эвакуируемых, но катера со своим мошкитом Бери не заметил.

Увидит ли он его еще раз?

Он обернулся, чтобы посмотреть на штатского, следовавшего за ним. У этого типа не было багажа, и он догонял Бери, перехватывая трос обеими руками. Свет с «Ленина» упал на его шлем и ударил прямо в лицевую пластину…

Бери оцепенел. Никакой это не штатский. На Бери таращились, по крайней мере, три пары глаз.

Позднее Бери пришел к выводу, что никогда в жизни не соображал столь быстро. Он уставился на то, что приближалось к нему, и его мысли неслись ураганом, а потом…

Те, кто услышал его крик, позже утверждали, что то был вопль безумца или человека, с которого заживо сдирают кожу.

…ну а Бери швырнул в это свой чемоданчик.

– Они в скафандре! Внутри! – проорал он.

Изогнувшись, Бери сорвал со спины баллон, вскинул его над головой и ударил по скафандру.

Те, что находились внутри, неловко увернулись от чемоданчика. Пара малышей в рукавах пыталась пошевелить пальцами, чтобы выпустить трос и отпрянуть, но Бери ударил по скафандру еще раз. Он не промахнулся, угодил прямо в щиток шлема и разнес его вдребезги.

Спустя долю секунды в открытый космос вылетел целый рой мелких мошкитов. Каждый отчаянно молотил шестью конечностями, а воздух, выходящий из скафандра, разносил их в разные стороны. Вместе с ними в космическую пустоту выплыло нечто вроде футбольного мяча, нечто такое, что Бери почти сразу опознал. Вот как им удалось обмануть офицера у шлюза. Отрезанная человеческая голова.

Бери вдруг обнаружил, что плавает в трех метрах от каната, содрогнулся и судорожно вздохнул. Он швырнул в мошкитов настоящий кислородный баллон! Аллах милостив…

Бери дождался, когда от челнока с «Ленина» отделится десантник и, увлекаемый тягой ранцевого двигателя, возьмет его на буксир. От прикосновения чужих рук Бери дернулся. Наверное, парня удивило то, как внимательно Бери вглядывался в щиток его шлема. А может, и нет.